лисий страх

Холод сковывает все тело и неприятно кусает, покрывая кожу буквально инеем. Лиза, в одних шортах и футболке, проходит сквозь большие сугробы, обнимая себя руками, пытаясь согреться. Снежинки окутали лицо, а ресницы и брови будто бы окрасили в белый цвет. Бледная кожа вся в мурашках, Лиза крупно дрожит, пытаясь хоть что-то увидеть сквозь бурную метель. Слезинки застыли на ее румяных от холода щеках, зубы стучат друг о друга, губы синие, словно обмазала себя помадой. Она не знает, куда попала. Не знает где её дом и родители. Андрющенко кажется, что ей осталось недолго, ведь находясь почти голой в снежную и холодную погоду можно схватить обморожение и отдать концы. Андрющенко настолько замерзла, что даже если двинет рукой, то движение ощутится болезненно. Лиза прижимается к дереву, надеясь получить тепло хотя бы от него. Все бессмысленно. Закрывает глаза, не в силах о чем-то мыслить. Она потерялась в глубоком лесу в буйную метель, в которой практически ни черта не видно. Что назад не пойти, что вперед — это бесполезно. Андрющенко просыпается от звенящего будильника с не особо приятными ощущениями. Она отключает рукой будильник и заваливается обратно на подушку, укрываясь одеялом, взгляд устремлен в потолок, пока в голове прокручиваются картинки последнего сна. Жутко, мрачно и непонятно. С переездом в этот дом часто снятся кошмары или другие ужасающие картины. Она прикладывает руку ко лбу, прикрывая глаза, пытаясь прийти в чувства после увиденного. Лиза поднимается с кровати, так как уже пролежала пять минут зря, обувает тапочки и шоркает в ванную комнату. Умывшись теплой водой и почистив зубы, девочка выходит с ванной, выключая свет, и спускается на первый этаж, на котором уже слышит хождения родителей. — Доброе утро, — здоровается Лиза, проходя на кухню. — Доброе утро. Садись завтракать, — оповещает мама, накладывая семье завтрак. Девушка в пижаме присаживается за стол. Протирает ладошкой запотевшее окно и заглядывает в улицу. На большое удивление метели нет и снега тоже, что не могло не обрадовать Лизу. — Мам, а что здесь за такие погодные условия, что постоянно идет снег? И причем выпадает его очень много, — спрашивает Андрющенко. Она привыкла к совсем другой погоде. Да, у них в городе шел снег, естественно, но было не настолько холодно, чтобы на улицу еле как выходить. — Не знаю, честно, — отвечает женщина, расставляя тарелки с кашей и кружки с горячим чаем на стол. — Мы живем в районе, который находится в северной части, — отвечает на заданный вопрос отец, который присаживается за стол. Андрющенко на его ответ кивает. В принципе, неудивительно, — поэтому он и называется «Северный», — последнее слово мужчина растянул по слогам. Завтрак длится минут пятнадцать. Мама убирает посуду и складирует в раковину, а папа и Лиза расходятся по комнатам собираться. Андрющенко натягивает свои теплые, черные колготки и сарафан с блузой — по стандарту. Расчесывает свои короткие волосы и захватывает портфель со сменкой. Выходит из своей комнаты и спускается на первый этаж в коридор. Одевается и обувается, а после выходит из дома и направляется к тропинке, ведущей в школу. Андрющенко наконец выходит из леса и идет по дороге. Оранжевый свет фонарей освещал улицу, а в домах, которые стояли по бокам, уже собирались люди на работу. Казалось, дорога прошла бы спокойно, если б не одно «но». Лиза прекрасно слышала шаги позади себя, она даже не удосужилась посмотреть кто там, чтобы успокоиться. Обычный школьник, шагающий в школу. По крайней мере так думала Лиза. — Наконец-то я снова нашла тебя! — задорный и энергичный голос неожиданно оказывается рядом. Брюнетка крупно вздрагивает, медленно поворачиваясь на персону. Опять девочка с маской лисы на лице. Да что за чертов маскарад!? — Только не убегай от меня, словно зайчонок, опять. Андрющенко замерла, даже не может из себя слова выдавить. Холод маленькими мурашками пробегает по спине, а руки подрагивают от чувства страха. Все залилось однотонными цветами в холодных оттенках. Оглядывает причину своего испуга, а после по сторонам. Где камеры? Кино снимают? Может, решили поиздеваться над девочкой, что совсем недавно приехала из другого города и никого здесь не знает. Ходит, как серая мышка вокруг. — Надо мной решили не весело пошутить? Если так, то получается так себе, — наконец начинает диалог Лиза, смотря в глаза девочки. Сейчас глаза видны, не как в прошлый раз, когда ей показалось, что там черная пустота. Глаза девочки с маской лисы голубые, яркие, с играющей искрой внутри. — Почему же пошутить? Я хочу подружиться! Как тебя зовут, Лиза? — задает вопрос со странной формулировкой Лиса, а сама Андрющенко встает в ступор, прищуривая глаза от некого шока. Во-первых, откуда неизвестная ей особа знает ее имя, а во-вторых, зачем спрашивать, если итак имеешь при себе информацию? У Лизы в голове начали закрадываться мысли, что девочка сбежала с психиатрической больницы и бегает по улице в маске, дабы ее не нашли. — Ой, я же итак знаю. Извини, Лиза. Какая я глупышка, — растворяет молчание между обеими Лиса, а после заливается заразительным и громким смехом. — Да бывает, ничего, — отвечает томно брюнетка, явно не жаждая вести разговор со странной личностью. — Тебя как звать? — спрашивает из вежливости. — Меня? М-м... — задумывается девочка, отводя взгляд и прикладывая палец к подбородку. — Зови меня Алисой! — восклицает Алиса. — Хорошо, Алиса... — цедит Лиза. — Ладно, мне в школу пора. Андрющенко уже собирается развернуться и направиться туда, куда шла, одновременно мечтая о том, чтобы они с Алисой больше никогда не увиделись. — Я тебя провожу! — заявляет Лиса, подбегая к Андрющенко. Та лишь вздыхает, отводя взгляд. — Как хочешь.

***

По дороге в школу Алиса что-то бурно рассказывала Лизе, которая лишь кивала и угукала. Андрющенко до сих пор не поменяла мнение о девушке. Она выглядит пугающе, да даже голос у нее будто бы не человеческий. Ходит в семь утра по улице в маске. Да что за район такой. — Мы же еще увидимся? — спрашивает счастливо Алиса, будто бы поспала часов десять и отлично себя чувствует. — Возможно, — недоверчиво отвечает Андрющенко, кидая на нее взгляд, а после машет рукой на прощание и сваливает ко входу в школу, до сих пор чувствуя пристальный взгляд на своей спине.

***

Звонок гласит о том, что третий урок подошел к концу. Все срываются, хватая портфели, пропуская мимо ушей домашнее задание от учителя. Кому-то надо в туалет зайти и переписать у другого домашку, кто-то рвется в столовую поесть. А Лиза подходит к кабинету, в котором будет идти следующий урок, и присаживается на подоконник, облокачиваясь головой о холодное стекло, разглядывая светлую улицу. Боковым зрением она видит двоих девочек, которые направляются к ней, как бы ей этого не хотелось. Когда те подходят и здороваются с ней, по голосу понимает, что это ее одноклассницы. — Лиза, привет! Чего одна сидишь? — спрашивает брюнетка. Лиза слышала, что ее, вроде как, Кристина зовут, а вот как звать блондинку не знает. Блондинка с короткими волосами пшеничного цвета, среднего роста. Не может понять, глаза то ли зеленые, то ли серо-зеленые... Или даже серо-зелено-голубые. Кристина выше ее сантиметров на двадцать, может и больше, длина волос примерно такая же, как у светловолосой, но немного длиннее. Красивые карие глаза и обворожительная улыбка, этот цвет глаз Лиза всегда обожала. — Привет, да просто. Урок жду, — отвечает Андрющенко, оглядывая обеих. — Мы так особо и не познакомились. Я Даша, а это Кристина, — наконец заговаривает блондинка. — Но лучше Крис, — подмечает она, кивая с улыбкой. — Начиталась своих американских журналов, — вскидывает бровями Даша, отводя взгляд и складывает руки на груди. За это предложение получает в бок локтем. — Ауч! Андрющенко отстраняется от стекла и поворачивается на девочек. Она хотела с ними попытаться заговорить еще с первых дней в школе, ведь те по первому впечатлению приятные личности, но просто-напросто не могла набраться сил. — Приятно с вами познакомиться, — отвечает Андрющенко, впервые за сегодняшнее утро улыбаясь. — Абсолютно взаимно! Если что — обращайся к нам, — произносит Даша, опуская руки и возвращая взгляд на одноклассницу. Лиза кивает в знак согласия. Те разворачиваются и уходят в сторону лестницы, пока Андрющенко провожала их взглядом. Даша останавливается и за что-то слабо толкает Кристину, но получает подзатыльник и, больше не предъявляя претензий, смирно направляется вперед. Тепло усмехается, они явно на своей волне и выплывать из нее не собираются. Лиза отводит взгляд и незаметно для себя окунается в воспоминания тех дней, когда она бесконечно находилась с друзьями. Честно, их отсутствие сильно повлияло. Она стала какой-то сухой и неразговорчивой... Возможно, всегда была такой и рядом со своими людьми была настоящей, но сейчас все поменялось на сто восемьдесят градусов. Грустно вздыхает, складывая губы трубочкой.

***

Конец учебного дня. Все с радостью одеваются и бегут по домам, либо же сразу гулять. Лиза выходит из школы, раздумывая над тем, чем сегодня заняться дома после сделанных уроков. Эта половина дня прошла бы спокойно, если бы не крепкая рука, схватившая за ее куртку. Девочку припечатывают к стене, украшенной камнями. Неприятно щурится из-за боли, пробегающей по спине. Раскрывает глаза и перед ней встречает одноклассниц. Та, что ее прижимает — Кира, сзади стоят еще две. Имя Захаровой знает, так как ее фамилия часто выходила из уст классной руководительницы, а вот третьей нет. — Ну че, нахуй, рассказывай, че в карманах лежит, — предъявляет грубоватый голос, прямо устремляясь в глаза Лизы. Они буквально черные, как смола. Убивают своей цепкостью и заставляют утонуть глубоко-глубоко. — Нет у меня ничего, — отвечает спокойно Андрющенко. Знает, как вести себя в подобных ситуациях, но сердечко под одеждой все равно быстрее бьется. — Да как же, — влезает в разговор одноклассница, имя которой ей неизвестно. Настя вроде... Андрющенко молчит, оглядывая троих. Такие злые, недовольные жизнью. Хотя кто в девяностые года будет доволен собственной жизнью. В чужих глазах столько злобы, что Лиза и представить не может откуда она. Она не училась боевым приемам и даже не знает, как ей защищаться, если по ее лицу прилетит чей-нибудь кулак. — Ну, схуяли в молчанку играем? — грубит Медведева, толкая одноклассницу в стену. — Такая ты противная, что пиздец, смотреть не охота, — оскорбляет Кира, харкая Лизе в ноги, — давай языком работай. — Ну чего ты, Кирюша, пусть помучается, — с ехидной улыбкой произносит Захарова, кладя свою ладонь Кире на плечо, — ты только посмотри, сколько в ее глазах страха. Видно, что Кристина пытается напугать Андрющенко своими словами. И, к сожалению, у нее это получается. Только зачем? Они не пересекались ни разу и даже не начинали какой-либо диалог. За что эти наезды? — Деньги гони, — дерзит Афанасьева, делая пару шагов ближе. Медведева хмурится осуждающе и поворачивает голову на Настю, взглядом говоря о том, что та сморозила херню. Возможно, лицо Лизы было бы сейчас красным от удара, или вообще в крови. Она слышит знакомый голос, приближающейся сюда. — Слышь ты, Медведева, от девочки отстань, — грубо и громко произносит Даша, подходя ближе к четверке. Те, кроме Лизы, начинают смеяться, мол, посмотрите кто пришел, защитница нашлась. Кира отпускает Андрющенко и фокусирует взгляд на блондинке, подходя ближе. Даша никогда не боялась и не будет бояться Киру, это уже проверено. Крис подзывает рукой Андрющенко к себе, чтобы вдруг ей не прилетело от других. — Вы посмотрите кто явился. Сахарок, че вдруг ты этого зайчонка защищаешь, а? — качнула подбородком вперед Кира в знак возмущения. — Ты серьезно думаешь, что я буду сейчас тебя оправдывать? — спрашивает Даша, вскидывая бровь. Кира свистит, поворачивая голову на своих подруг, которые осуждающе смеются. — Давай за базаром и действиями следи, а то, блять, язык оторву. Медведева сдвигает брови к переносице и поворачивает голову на девушку. И все резко замолкают. Знают, что с Кирой нельзя так разговаривать. И почему-то именно Даша не боялась угрожать и дерзить главному гопнику района. — Что-что-что, я не расслышала? — переспрашивает Медведева, поворачивая голову ухом к сопернице. — Ватную палочку дать? Сера, походу, ушная забилась. — отвечает Даша, рукой ударяя Медведеву по лицу. — Не приближайся ко мне. Андрющенко сглатывает, продолжая наблюдать за происходящей картиной. Она не ожидала, что Даша на подобное способна. Откуда у нее столько смелости так выражаться и не бояться, что ей прилетит? Белой завистью завидует. Крис подрывается и оттаскивает подругу, ведь если её не успокоить, то вряд ли это закончится, проходили уже. У Киры с Дашей есть общая черта характера, обе упрямые и настойчивые. Не прекратят спор, пока не докажут свою точку зрения. — Ты че, мелкая, совсем рамсы попутала? — крикнула Кира, ошарашенными глазами глядя на причину своей красной щеки. Захарова держит девушку сзади, лишь бы та не сорвалась. — А что, только слабых обижать и умеем? — напоследок спрашивает Даша, пока Крис ее отводит вместе с Лизой в сторону. Троица уходит с зоны школы. Девочка, по прозвищу Сахарок, потирает свою руку, которая неприятно ныла. Идут они в тишине. Останавливаются у входа в лес, куда Лизе и надо идти. — Ты так уверено с ней разговаривала... я даже удивилась, — начинает Андрющенко, надеясь, что ее сейчас не пошлют куда подальше. Ведь если рассуждать с другой стороны, то все началось из-за нее. — Кира боится тех, кто не боится ее, — отвечает Крис, усмехаясь, проходится ребром ладони по носу, — это так, на заметку. Андрющенко уголок губ поднимает, отводит взгляд и задумывается. Не исключено, что ее зажмут снова, но надо учиться отвечать и отстаивать себя и свою позицию. Она что, тряпка, чтобы позволять к себе такое отношение? — Ладно, до завтра, девочки, — Лиза прощается с ребятами и разворачивается в сторону своего дома. Сегодня ей надо многое обдумать.