MAKE ME WANNA LIVE

      Уëн наблюдал за тем, как Сан собирается у зеркала. Они пробыли в доме Ëсана уже несколько дней и дела шли лучше, чем ожидалось.       Мистер Ким сделал официальное заявление об уходе Сана из агентства, сохранив его, к счастью, формальным и расплывчатым. С тех пор, таинственное исчезновение Чхве Сана из Сеула наделало много шума, но все верили, что, подобно фениксу, он вновь появится более величественным, чем раньше. Уëн тоже был убеждён в этом.       В данный момент они готовились, потому что сегодня вечером друзья Уëна наконец-то придут встретиться с Саном, который был на взводе.       — Сани, ты красивый, перестань поправлять причёску, — сказал Уëн, смеясь и притворно раздражённо вздыхая.       — Прекрати дразнить меня! — парировал он, швыряя в него подушкой. — Я бы хотел посмотреть, как бы ты повёл себя, если бы был на моем месте.       Видя, что он был в шаге от того, чтобы обидеться, Уëн быстро встал с кровати, обнимая его сзади.       — Извини, ты прав, но исправлять действительно больше нечего. Я уверен, что всё будет хорошо. И я, наконец, смогу приготовить для тебя вкусное барбекю.       К счастью, покинув агентство, Сан снова начал есть по-человечески. Если Уëн был на седьмом небе от счастья по поводу их нынешней жизни, то Сан всё ещё переживал трудные времена. Он, наконец, осознал, что многие идеи, которые у него были, на самом деле были не его собственными, а Кая. Много раз Уëн заставал его рассеянным, грустным и задумчивым. Он также сказал Уëну, что больше не знает, кто он такой, как будто его личность была сформирована человеком, который, исчезнув из его жизни, также забрал её с собой. Уëн беспокоился о нём, но он также был уверен, что со временем он узнает себя лучше и восстановит себя по частям. И Уëн будет сопровождать его всю дорогу.       Уëн был отвлечëн этими мыслями, когда услышал шаги и голоса в коридоре. Приехали его друзья.       — Давай, любимый, пойдём, — сказал он, протягивая руку, которую Сан немедленно взял.       Чем ближе они подходили к кухне, тем громче становилось кудахтанье. Сан был действительно напряжён, и Уëн тоже начинал это чувствовать. Наконец, они вошли в комнату, где собрались все его друзья.       Они все повернулись, чтобы посмотреть на них и Сонхва, прищурившись, сделал шаг к ним, заговорив первым.       — Сан! Что случилось с твоим лицом? Кто тебя ударил?!       Уëн был сбит с толку, неужели им нужно было сразу же ставить его в неловкое положение?!       — Привет, Сонхва, меня тоже избили, как ты, наверное, видишь. Но со мной всё в порядке, не волнуйся за меня.       Только тогда Сонхва взглянул на него, вздрогнув при виде его опухшего лица.       — Боже, Уëн, ты выглядишь ужасно!       Через секунду Сонхва понял, что он подошёл один, даже не представившись, и сильно покраснел, кланяясь.       — Мне так жаль! Я-я Пак Сонхва... Прости, Сан, я... я слежу за всем, что ты делаешь и я твой самый большой поклонник, так что мне почти кажется, что я уже знаю тебя. Я не хотел так с тобой разговаривать… Прости меня!       Сан, пытаясь сдержать смех, сделал шаг к нему, положив руку ему на плечо, давая понять, чтобы он перестал кланяться.       — Уëн рассказывал мне о тебе, Сонхва. Очень рад с тобой познакомиться. Я надеюсь, что мы станем друзьями.       Сонхва посмотрел на него так, словно увидел солнце и Уëн начал чувствовать лёгкое раздражение от этого взгляда, когда Юнхо и Минги буквально оттолкнули его в сторону, чтобы представиться.       — Привет, Сан, так приятно с тобой познакомиться! Я Юнхо...       — А я Минги!       — Я никогда не думал, что Уëн действительно смог бы завоевать тебя, мы даже заключили пари...       — Кстати, ты всё ещё должен мне ужин...       — Но мы так рады с тобой познакомиться!       — М-мне тоже! Уëн сказал мне, что с вами, ребята, очень весело и я с нетерпением жду возможности провести немного времени вместе.       Наконец, настала очередь Чонхо.       — Приятно познакомиться, я Чхве Чонхо. Это я посоветовал Уëну избить твоего бывшего, но я никогда не думал, что он действительно сделает это и выйдет... таким.       Сан смущённо расхохотался.       — Ладно, я бы сказал, что на данный момент ты меня достаточно смутил. Кто хочет мяса?!       Остаток вечера прошёл так: Сан спел несколько отрывков из своих песен под пристальным взглядом обожающего Сонхва и всеобщим восхищением, Уëн жарил на гриле большое количество мяса, от которого не осталось ни кусочка, присутствовали настольные игры и смех. Нахождение рядом с ним всех людей, которых он любил, которые сразу же слились в идеальном равновесии, казалось Уëну сном, от которого он никогда не хотел просыпаться.       — Я не думал, что все они знают мои песни, было странно петь вместе с ними... но в то же время весело, — сказал Сан, когда позже той ночью они уже лежали под одеялом.       — Я так рад, что ты хорошо провёл с ними время. Ты даже не представляешь, насколько сильно. Ты скучаешь по пению?       — Да... Я так сильно скучаю по этому, но больше всего я боюсь, что не смогу выступать так, как раньше. Что, если моя карьера закончится навсегда?       — А если бы это было так... было бы это так плохо? Жить со мной как обычный человек?       Сан изучал его пристальный взгляд, прежде чем заговорить.       — Уëн, я знаю, ты не понимаешь моей работы и что ты бы мечтал, чтобы мы ушли из этого мира, но... несмотря ни на что, я люблю то, чем занимался. Я хочу быть с тобой изо всех сил, но я также хочу продолжать петь. Для меня музыка — как кислород, как терапия... Я не могу думать о том, чтобы отказаться от неё.       — Всё в порядке, я понимаю, — задумчиво сказал Уëн. — А теперь давай спать, я так устал... Спокойной ночи, Сани.       — Спокойной ночи.       Затем Сан придвинулся к нему ближе, поцеловал в щëку и обнял его, как будто он был огромной мягкой игрушкой. Уëн заснул с улыбкой на губах.       На следующее утро Уëн проснулся после тяжёлой ночи. Сан всю ночь метался с хмурым выражением на лице. Ему определённо снился один из его кошмаров. Уëн, с другой стороны, засиделся допоздна, потому что продолжал думать о том, что сказал ему Сан. На самом деле, он ещё ничего не сделал, чтобы помочь Сану вернуться на сцену, очарованный их нынешней жизнью. Он знал, что Сан не справится с этим в одиночку; его жизнью всегда полностью управляли другие, с тех пор как он был ребёнком, и он ещё не мог взять её в свои руки в истинном смысле этого слова.       Как только первые лучи солнца осветили его лицо, Уëн встал так тихо, как только мог, и уложил Сана в постель, надеясь, что тот проспит хотя бы несколько часов. После этого он спустился вниз. Ему нужно было сделать телефонный звонок.       Пока он разговаривал по телефону и делал заметки, он увидел лицо Сана, появившееся на пороге. Он улыбнулся ему.       — Отлично, тогда большое вам спасибо. Я скоро подтвержду, хорошего дня.       Сказав это, он повесил трубку и встал, чтобы поприветствовать его поцелуем.       — Сани, ты уже проснулся?       — Почему ты меня не разбудил? С кем говорил по телефону?       — Я чувствовал, как ты ворочаешься сегодня ночью. Я подумал, что будет лучше дать тебе поспать ещё немного. Что касается телефонного звонка... Я должен сообщить тебе кое-какие новости.       Сан посмотрел на него с плохо скрываемым ужасом в глазах. Вероятно, он боялся, что это что-то плохое, поскольку всё шло слишком хорошо. Более того, в последнее время в жизни парня произошло так много новостей, что ещё одна могла оказаться для него непосильной.       — Не делай такое лицо, это хорошая новость! Пойдём, давай присядем.       Сан согласился, но, видя, что Уëн всё ещё молчит, он потерял терпение.       — Ты собираешься сказать мне что это или нет?!       — Да, успокойся. Я просто пытаюсь привести в порядок свои мысли. Сегодня вечером я много думал о том, что ты сказал мне о том, что с нетерпением ждёшь возможности снова петь и... У меня появилась идея... Это насчёт благотворительного фестиваля, я только что разговаривал с организаторами. Поскольку это мероприятие на общественных началах, я подумал, что контракт с JK не может быть таким строгим... они подтвердили, что я был прав. Это было просто приглашение, никакого реального контракта заключено не было, так что ты всё равно сможешь принять участие, если хочешь.       Сан прищурил глаза, он не мог поверить своим ушам, это была лучшая новость, которую он получил за долгое время.       — Неужели?!       — Да, я сказал им, что сначала поговорю об этом с тобой, но если тебе захочется, я сразу же перезвоню, чтобы подтвердить.       — Абсолютно да! Спасибо тебе, спасибо, спасибо тебе! Уëн, я не знаю, что ещё сказать, большое тебе спасибо!       Уëн слегка покраснел, опустив взгляд. Лучезарная улыбка парня всегда производила на него определённое впечатление.       — Я действительно счастлив, если ты счастлив. У нас есть месяц, чтобы организовать твоё грандиозное возвращение. Здорово думать, что ты тоже сможешь представить себя миру с новой песней. Ты сможешь диктовать, что ты будешь петь и как ты будешь себя преподносить, понимаешь? На этот раз тебе не придется спрашивать ничьего одобрения.       — Не для одобрения, — сказал Сан. — Но хочешь узнать моё мнение?       Уëн озадаченно посмотрел на него.       — Я уже говорил тебе, что работал над песней для фестиваля довольно долгое время... На этот раз я хотел придумать что-то совсем другое. Однако, когда я писал, я понял, что мне трудно оторваться от того, чем я всегда занимался. Я всегда писал о Кае, но... я решил посвятить эту песню тебе... На самом деле, я работал над этим уже некоторое время... Хотел бы ты это услышать?       Уëн недоверчиво открыл рот.       — П-Правда? Для меня?       Сан кивнул.              — Ты никогда не поймёшь, до какой степени ты изменил мой взгляд на жизнь и любовь. Даже когда я думал, что мы могли бы, в лучшем случае, стать друзьями, я уже знал, что твоё присутствие для меня незаменимо. Я люблю тебя, Уëн. Я хотел с кем-нибудь поговорить о своих чувствах к тебе, но мне было не с кем. Вот я и подумал, что попробую это записать... хочешь послушать?       Сердце Уëна уже бешено колотилось.       — Конечно, я хочу услышать.       — Ну, тогда... — Сан прочистил горло, но затем заколебался. Он покраснел. — О Боже, я никогда раньше так не нервничал из-за того, чтобы просто спеть песню...       Уëн улыбнулся, нежно целуя его.       — Не торопись.       — Хорошо... Это, конечно, черновик…       «Просыпаясь, я вижу, что всё в порядке, Первый раз в моей жизни, и теперь это так здорово. Сбавляя скорость, я оглядываюсь вокруг и так поражён, Я думаю о мелочах, которые делают жизнь замечательной. Я бы ничего не стал в этом менять, Это самое лучшее чувство. Эта невинность великолепна, я надеюсь, что она останется, Этот момент прекрасен, Пожалуйста, не уходи, ты нужен мне сейчас...»       Ангельский голос парня, которого он любил, и его ясный взгляд полностью заворожили Уëна. Он не мог поверить, что тот действительно написал для него песню. Песня, полная надежды, такая чистая и в то же время меланхоличная по сравнению с его предыдущими песнями. Это была новая глава для Сана как певца, и он был её частью. Он почувствовал, что по его щекам текут слëзы.       «...Я нашёл такое безопасное место, что ни единой слезинки. Первый раз в моей жизни, и теперь это так ясно, Чувствую спокойствие, я принадлежу этому месту, я так счастлив здесь. Это так сильно, и теперь я позволяю себе быть искренним. Я бы ничего не стал в этом менять, Это самое лучшее чувство. Эта невинность великолепна, я надеюсь, что она останется, Этот момент прекрасен, Пожалуйста, не уходи, Ты нужен мне сейчас. И я буду держаться за это, не позволяй этому пройти мимо тебя. Это состояние блаженства, в котором ты думаешь, что спишь, Это внутреннее счастье, которое ты чувствуешь, Это так прекрасно, что хочется плакать...»       Парень тихо допел пьесу. Уëн был просто в восторге и прижался губами к его губам, желая передать свою радость и эмоции этим жестом.       — Т-тебе понравилось?       — Понравилось? Это самая прекрасная вещь, которую я когда-либо слышал в своей жизни. С этой песней ты снова сможешь сиять ярче, чем раньше, и я всегда буду с тобой.       — Я люблю тебя, Уëн.       — Я тоже люблю тебя, Сан.