Нарисуй свою историю

      — Вас будет ожидать серьёзный разговор, если через две недели я не увижу стоющий результат. Последствия могут быть разными. А теперь можете быть свободны, — директор выгоняет девушек из кабинета, сурово закрывая за ними двери. Прошла неделя с начала их совместной работы, а холст как был белым так им и остался. Не то чтобы девушки вовсе не работали, нет. Они лишь договорились взять один выходной день, а потом два, и три, и четыре… В общем, ни Соён, ни Юци не вспоминали про конкурс аж до субботнего утра, когда их обеих вызвали в академию.       Чон вылетела из кабинета стрелой, сжимая ладони в кулаки. Она дождалась хлопка двери и резко развернулась, врезаясь в растерянную Юци.       — Из-за тебя, — рычит Соён, грубо тыкая пальцем в грудь младшей. — Чёрт возьми, из-за тебя моя репутация лучшей студентки снова под угрозой!       — Какого хрена ты твор…       — Боже, за какие грехи в моей жизни появилась ты? Ты, чёртово отродье, худшая из всех, кого я толька встречала! — Чон почти орёт, стирая выступившие слёзы. Она часто дышит и чувствует давящее головокружение, видя размазанный силуэт Сон перед глазами. Сердце у Соён бьётся в бешеном ритме, затмевая собой все звуки. Девушка теряется в негативных эмоциях, хватаясь за сердце от явившейся боли. — Катись к чёрту, — хрипит Соён, пытаясь оттолкнуть подхватившую её Юци. Руки совсем не слушаются и она беспорядочно машет ими, хватая воздух пересохшими губами.       Юци уворачивается от ударов, крепко обнимая девушку. Она заводит Чон в ближайший кабинет, усаживая на стул. Соён мечется на месте и Сон с ужасом смотрит, не зная что делать. Она шепчет успокаивающие слова, поглаживая Чон по плечу.       — Иди отсюда, Сон, — Соён рычит тихо, утыкаясь затуманенным взглядом точно в глаза младшей. Юци мнётся, будучи неуверенной в своих действиях, но всё же покорно кивает и уходит, закрывая за собой дверь.

***

      — Стоп, что ты сделала? — Минни остановилась, шокировано уставившись на подругу. Юци жалостно застонала, демонстративно закрывая уши. — Серьёзно, Сон Юци, какого хрена? Я тебя не узнаю, как ты могла просто взять и оставить её там одну?       — Я не знаю.       — Прекрасно. Приехали, — Ким взмахивает руками, осуждающе качая головой из стороны в сторону.       — Ты вообще на чьей стороне? — Юци хныкает, усаживаясь на скамейку. Она хлопает по свободному месту рядом, упрашивая Минни успокоиться и присесть на минутку-две. — Я растерялась. Да и она оставалась такой грубой, винила меня. Это несправедливо. Я тоже могу злиться. Вот и ушла. Да и ко всему прочему, это не моё дело. Она девочка взрослая, сама разберётся со своими тараканами.       — Вот же идиотка. Я конечно и сама не знаю, что делать в таких ситуациях, но могла бы хоть немного человечности включить, — Минни всё же падает рядом, доставая из рюкзака булочку. Она довольно жуёт, потирая подбородок свободной рукой. Не даёт притронуться к булочке тянущейся к ней Юци, отворачиваясь от подруги корпусом, и наконец выдаёт протяжное «о», переводя взгляд обратно на Сон. — Вам ведь всё равно ещё две недели работать, а значит надо как-то загладить эту ненависть между вами. Не хмурься, иногда нужно делать шаг первой. Пригласи её на кофе. Прямо сейчас. Поговорите нормально.       — Не получится, — Юци шепчет тихо, откидываясь спиной на спинку скамьи. Она рассматривает чистое солнечное небо, невольно вспоминая летнюю поездку всех первокурсников в недалёком прошлом. Это было два года назад, но Юци как сейчас помнит все пережитые эмоции. Её скромная компания из неё самой и Ким Минни прибилась к Со Суджин и Чон Соён. Вчетвером девушки исследовали горы и купались в чистейших ручьях. Это была потрясающая неделя и, хоть все они не стали близкими друзьями, теперь в академии у каждой было на две больше хорошей знакомой. Правда, Юци убедилась на собственном примере, что хорошая дружба не всегда стоит выше собственных желаний. Люди — эгоисты, и Чон Соён стоит на вершине их списка.       — Что за пессимизм? Ты ведь даже не пробовала.       Юци измученно стонет, поднимаясь на ноги. Теперь милый парк негативно давил ей на мозги.       — В том-то и проблема, что пробовала. На прошлой неделе.       — Что? И ты мне не рассказала? — Минни возмущается, фыркая на безразличную мину подруги. Она догоняет Юци, хватаясь за её плечи. — И прямо-таки отказала? Небось, подумала что ты на свидание приглашаешь. Смутила девушку!       — Да куда там. Я даже не уверенна в том, что она слушала меня. Отрезала своё «нет», словно я предлагала ей парный суицид.       — Как по мне, она скорее согласится на парный суицид, чем на свидание с тобой. Но попробовать всё же стоит. Откажет снова — закажешь еду прямо в аудиторию. Очень даже милый вариант. Главное, чтобы эта еда не попала на картину, иначе тебя саму на фарш пустят, — Минни не зло насмехается, красочно представляя эту картину в своей голове. Улыбка у Юци всё же пробивается и она подхватывает хохот подруги, не обращая внимания на осуждающие взгляды прохожих. Соён всё же отвечает «нет» и блокирует её контакт, но Минни улыбается слишком тепло и поддерживающе, а потому Юци смело берётся за идею разрушить эту одностороннюю ненависть.

***

      Утро воскресенья началось ровно так, как стоило бы начаться любому дню в середине лета. Десятые числа октября на календаре никого не смущали. Солнце светило жутко ярко и Юци мысленно проклинала все те жалкие пять минут, что ей пришлось идти против света по дороге в академию. В правой руке Сон крепко сжимала небольшой букетик цветов, купленных на переулке у старушки, а в левой болтался пакет с невероятно пахнущей пиццей. Юци чётко решила в своей голове, что, если даже подобный подход не сработает, то пытаться наладить контакты с Соён смысла нет. Сама Сон особым желанием стать лучшими подружками с Чон не горела, но перемирие принесло бы за собой облегчение и надёжное спокойствие по вопросам об отчислении. Всё же, получить диплом Юци хотелось в академии с первого раза.       В коридорах корпуса стояла полная тишина и лишь подойдя вплотную к нужной двери, Юци услышала мотив знакомой песни. Она незамедлительно прошла внутрь, предварительно постучав, тут же утыкаясь с глазами спохватившейся Соён.       — Приветик. День сегодня прекрасен, прям как этот букет и ты, — Юци запинается на последнем слове, недоверчиво оглядывая Чон. Девушка стояла в мешковатой одежде (если это вообще была не пижама), совсем не похожей на её обычный дресс-код.       — Хреновый комплимент получился, — Соён фыркает, но улыбается не зло и совсем немного смущённо, словно перед ней не сонная Юци с торчащими во все стороны розовыми волосами, а самый настоящий принц на белом коне. — Тебе идёт.       Юци не понимающе склоняет голову и, видя как Соён медленно проводит по собственным волосам одними пальцами, кивает с милой улыбкой. Чон ведёт себя подозрительно мирно, принимает букет с широкой, несвойственной ей улыбкой и пицце радуется совсем по-детски, словно она не ела лет десять, не меньше.       — Так… Как ты узнала, что я сегодня прийду? — Соён разрывает тишину вопросом, подготавливая краски с кистями. Они наконец закончили карандашный скетч и самое скучное осталось позади: спереди только бесконечные пятна красок и эксперименты с цветовыми решениями.       — Просто догадалась. Знаешь, я довольно сообразительная, — Юци подмигивает, умалчивая про неожиданную вечернюю встречу с Суджин. Соён об этом знать не нужно, по крайней мере, пока она ведёт себя как адекватный человек.       Они не разговаривают. Соён кладёт плавные мазки на холст, покачиваясь в такт музыки, пока Юци сидела на подоконнике, наблюдая за этой картиной издалека. В руках она держит скетчбук, заполняя последнюю свободную страницу очертаниями безликой фигуры. Сон рисует с головы и она точно никогда не найдёт схожести между появившемся на бумаге силуэте и одной третьекурсницей из её академии. Она не сможет этого признать на словах, даже если однажды смутные мысли прокрадутся в её голову.       — Может немного пройдёмся после? Погода отличная, — Юци предлагает небрежно, пытаясь скрыть волнения в голосе. Не хочет казаться навязчивой и, тем более, назойливой девчонкой, желающей подружиться. — Если устала, то ничего страшного. Ты меня почти не подпускала к рисунку.       Соён молчит, продолжая смешивать краски на палитре. За её спиной Юци не видит поджатых губ и сведённых к переносице бровей от взвешивания всех «за» и «против».       — Эй, достаточно сказать простое «нет». Знаешь ли, я не умею читать мысли, — с детской обидой бормочет Сон, спрыгивая с подоконника, а Соён только хмыкает от её ребячества.       — Но я не говорила «нет», — оборачиваясь к Юци лицом говорит Чон, жмурясь от лучей солнца. На фоне окна Сон напоминала ангелочка, вылезшего из мультфильма: вокруг её тела во все стороны пушился свет, смягчая силуэт и окрашивая волосы в невероятно нежно-пастельный розовый. — Твои волосы напоминают вату. Сладкую вату со вкусом свежей клубники.       Юци беззвучно хихикает.

***

      В парке было людно и шумно, когда девушки присели на одну из скамеек. Тут и там гасали собаки, прячась с палками в зубах от смеющихся хозяев, а дети то и дело выпрашивали у родителей сладостей из киосков на колёсиках.       — Не хочешь кофе? — Юци спрашивает неожиданно и на отрицательный кивок поджимает губу. Соён молчала всю дорогу, отвечая на все слова Сон односкладно и как-то совсем без интереса. Юци злится у себя в голове на девушку и на себя, на жалкое предложение погулять и развеяться (развеяться! , а не опустить настроение ниже плинтуса), на Минни, предложившую наладить нормальные отношения, и Шухуа, вселившую глупую надежду. Соён ни за что не изменится и перепады настроения не делают её милее либо добрее.       — Юци, — Соён зовёт неуверенно, дрожащей рукой терзая шею, — я знаю почему ты сегодня пришла. Я видела в окне как ты столкнулась с Суджин вчерашним вечером. Думаю, она тебе рассказала о моих планах. Не волнуйся за неё, я не злюсь на это решение.       Юци кивает медленно, напряжённо выдыхая. Знает, к чему подводит старшая, и неожиданно ощущает волнение и внезапный страх. Она всё ещё не готова.       — Сегодня хороший день и я чувствую желание побыть немного честной. Это не значит, что после этого я буду обниматься с тобой и общаться как с подругой. Я не чувствую в твою сторону ни капли хорошего и оправдываться не собираюсь, — Чон набирает уверенный тон, разрезая всю надежду Юци острыми ножами. — Я бы молчала, но Суджин… Суджин помогла понять, что ты не виновата. Я давно это знала, просто не хотела принимать. Всё ещё не признаю.       Соён останавливается, закрывая глаза. Вокруг снуют радующиеся люди и Чон завидует им всем чёрной завистью, желая ощутить хоть долю тех тёплых чувств. Юци сидит смирно, с кривой улыбкой ждёт продолжения, готовясь вылить всю скопившуюся желчь на Соён в качестве ответа, но не подгоняет, с покорностью готовясь к словам.       — Прости меня, — Соён шепчет еле слышно, но Юци достаточно и этого. Она упивается словами, смакуя привкус растоптанной гордости старшей победной улыбкой. Чон продолжает сидеть с закрытыми глазами. Не хочет видеть Сон, но телом чувствует ту улыбку и мысленно проклинает младшую всеми возможными колкостями. Желает послать её куда подальше, дать пинка под зад, влепить пощёчину и утопить в луже грязи, но сжимает веки ещё крепче, вырисовывая образ улыбающейся Суджин в голове. Сначала извинения, после — всё остальное. — Я извиняюсь за безосновательные обвинения и собственную легкомысленность. Все те грубые слова, сказанные на почве недопонимания и личных обид. Я не хочу продолжать эту «войну», которую сама и начала. Однако, — Соён останавливается, наконец смело заглядывая в широкие глаза Юци. Чон встречает в них тёмную пустоту и бурлящий океан презрения, но взгляд не отводит, смотря в упор. Соён не понимает: смельчак она либо простой глупец. — Однако я не буду выдавливать из себя вежливость. Тебе не понять, но я имею основания для ненависти в твою сторону. Это всё.       Мимо проносится скулящий пёс и за ним грязный мальчик. Ребёнок падает на асфальт, раздирая коленки, и разъярённые родители утешают мальца, одновременно отчитывая собаку. Юци фыркает от несправедливости, ощущая себя псом. Конечно никто не заметил, как мальчик издевался над животным, дёргая его за уши и хвост. Зато все видят в ребёнке только лучшее!       «Суджин и Шухуа слепы,» — Сон заключает уверенно, без слов уходя от Соён. Пусть игра продолжится по её правилам. Если Чон выбирает игнорирование и молчаливую ненависть, то Юци сопротивляться не будет. Она сыта по горло: победной улыбкой мальчика-хулигана и тянущейся болью собаки от нанесённых увечий.