Нарисуй свою историю

      Юци оглядывается назад, ощущая себя персонажем из массовки в банальной и не проработанной игре. У неё в кармане половина денежного вознаграждения за первое место в конкурсе и расшатанная нервная система из-за двух недель полного игнорирования. Когда Соён предложила молчать в сторону друг-друга, Юци восприняла это как нереальную мечту, но, как оказалось, Чон спокойно может держать язык за зубами. Две недели. Не проронив ни слова. У Сон ехала голова от новой Соён, слетая с катушек.       Изменение в поведении людей обычно злят, пугают и путают, но Юци бредёт по улице с полной головой от мыслей о Соён. Сон не хочет признаваться Минни, но Чон заинтересовала ещё больше, стала некой загадкой, которую хочется решить. Юци ломает голову над головоломкой, рассматривая «игрушку» со всех сторон. Соён многогранная: при преподавателях мила к людям и строга к себе, при одногруппниках добра и горда, рядом с Суджин тиха и с опущенной головой, а при Юци с задранным подбородком и ледяной пустотой во взгляде. Юци с игровым интересом пытается вывести девушку, но Соён стоит столбом, считая младшую пустым местом. Сон заинтригована. Заинтригована интересным вопросом: чем же она заслужила такого отношения к себе, чем смогла выделиться и отличиться от других?       Однако жизнь их больше не сводила и Юци не замечала Соён в академии аж до самого конца семестра. Экзамены и курсовые остались позади и напряжение спало с плеч всех студентов. Пару недель каникул обещали быть сказочными: погода не скупилась и новогоднее настроение было поднято кучерявым снегом и кучей снежных баб на улицах.       У главных ворот академии столпилась куча студентов, обставленных чемоданами и дорожными сумками. Юци тащила на спине огромной рюкзак, выглядывая кого-то в толпе. Найти нужного человека было просто невозможно: снег залепил глаза, мешая обзору.       — Юци! — Сон оборачивается на крик, видя Минни и незнакомую симпатичную девушку. Они подходят быстро, осматривая Юци с энтузиазмом путешественников. — Ого ты вещей набрала, мы ведь всего на неделю едем…       — Вот именно, Ким, целая неделя! А теперь лучше представь мне свою подружку.       Незнакомка немного смущается, но с улыбкой принимает инициативу на себя.       — Я Чо Миён, четвёртый курс. Мы раньше не встречались, но я много про тебя слышала.       — Миён, Миён, — Юци нашёптывает имя, словно смакует его на вкус, и тут же расплывается в хитрой улыбке. — Так вот по кому Минни так страдала. Ох, ты бы знала как она ныла по тебе.       — Эй, я всё ещё тут! — Ким возмущается и, недолго думая, кидает в подругу снежок. Юци смеётся, отвечая ей ответным прилётом прямо в лицо. — Смотри куда целишься, идиотина!       Студенты отступают от троицы на безопасное расстояние, не желая получить снегом в лицо. Девушек это не волнует и они с головой уходят в «битву», пытаясь слепить самый большой и крепкий снежок.       — Получай! — Юци кричит, целясь прямо в лоб Минни. Последняя успевает увернуться в крайний момент, победно усмехаясь. Они хохочут, искренне радуясь своей шалости, пока не раздаётся разъярённый крик.       — Сон, чёртова, Юци! Какого хрена ты творишь?       Толпа суетится, расступаясь и открывая вид на крохотную фигуру в лыжном костюме и шарфе, закрывающим всё лицо кроме пары глаз. Торчащий нос стремительно краснеет, пока с передних локонов и шарфа опадает снег с прилетевшей снежки. У зло пыхтящей Соён из носа течёт тонкая струйка крови от удара и во рту поселяется привкус метала, но в голове у неё лишь желание задушить Юци.       — Э-эм, прости, наверное? — Сон неуверенно потирает макушку, не соображая. Перед ней стоит подобие снеговика, такое же низкое и не пропорционально широкое из-за костюма. По одним глазам определить фигуру не получается и Юци с опаской подходит ближе, пытаясь вспомнить где слышала этот голос ранее.       — Знай, — Чон делает шаг вперёд, утыкаясь указательным пальцем в грудь Юци. Она вытирает лёгким движением кровь, пачкая рукав. — Если бы нам не нужно было усаживаться по автобусам, то я придушила бы тебя прямо на месте. Тебе повезло, но только сейчас.       Девушка разворачивается и уходит в сторону дороги, прося всех студентов проходить к автобусом.       — Вот же Соён даёт, такой концерт устроила, — Минни присвистывает, кладя руку на плечо подруги. Немного трясёт за него и подталкивает вперёд. — Ну, пойдём. Нам очень повезло: Миён неделю назад договорилась с администрацией и нас троих поселят в один домик. Правда каждый дом на пять человек, так что мы будем не одни.       Месяц назад, когда декабрь только начинался, директор объявил о зимней поездке на лыжный курорт на каникулах. Собирался только третий и четвёртый курс, из-за чего Юци успела наслушаться кучу жалоб от Шухуа и других знакомых помладше. Эти поездки устраивались каждый год для старшеньких совершенно бесплатно, а потому первые два курса никогда не уставали поныть.       — Ага, — Юци выдыхает как-то совсем безнадёжно. — Зная свою удачу нам точно в соседи попадётся Чон. Ставлю на это сотку.

***

      — Да ну ты шутишь, — Юци кидает рюкзак на землю, вскидывая брови совсем печально. Она с Минни и Миён стоят у небольшого двухэтажного домика, взглядами встречая подходящих соседей. Суджин здоровается немного смущённо, скромно обнимая давних знакомых. Она знакомится с Миён, а после подталкивает кипящую от злости Соён, прося вести себя нормально.       — Ещё чего, я не собираюсь жить с этой под одной крышей.       — Вижу немая пташка говорить научилась. Даже зубки прорезались, — Юци дразнит, нарочно провоцируя на перепалку. Хочет вывести Соён из равновесия, довести её до открытых оскорблений и под нотации преподователей попрощаться, провожая старшую в автобус для возвращения в академию. Но Чон внезапно успокаивается, проходя к двери мимо троицы. В сторону Миён коротко кивает, а на Минни кидает оценивающий взгляд — на этом её «вежливость» и закончилась.       Домик оказался уютным, с небольшой кухней и камином. Комнат было три: одна на первом этаже и две на втором. Минни с Миён заняли первую комнату, намекая на интересные ночи — мешать соседкам они не хотели, а потому отдалиться от всех было лучшим вариантом. С распределением двух оставшихся комнат было сложно. Занять одноместную хотели сразу трое и после долгой словесной перепалки между Соён и Юци, двое обнаружили, что внутри уже устроилась Суджин. Сон уселась на диване перед камином с жалостным стоном, проклиная Суджин. Теперь Со не казалась ей такой милой.       Соён устраивать скандал подруге не осмелилась — стушевалась под строгим взглядом и, склонив голову, приняла свою участь. В отличие от Юци, она сразу разложила вещи по всем возможным полкам, радуясь достаточно широкой кровати: поместиться там могло и трое человек, а значит между ней и Сон спокойно можно выложить ряд подушек для границ. Спать в обнимочку Чон не желала.       — Можешь не строить пирамиды, я спать с тобой не буду. Меня и диван устроит, — шипит Юци, когда все собрались в гостиной. Соён фыркнула, мысленно только радуясь такому повороту событий.       — Ты превратишся в льдышку, — отчитывает её Минни, обнимая сонную Миён под боком. — На ночь огонь в камине никто поддерживать не будет, а батареи только в спальнях.       — Как-нибудь разберусь. Ты лучше думай о том, как не расстаять от жары в руках Миён.       Ким кашляет, с укором поглядывая на подругу. Минни видит во всех её движениях недовольство ситуацией и искренне сочувствует, но уступать своё место не собирается: это её идеальный шанс провести хорошее время с Миён.       — Ребят, может поужинаем и спать? Мы так долго ехали, думаю, все устали, — предлагает Чо, переводя тему. Все подхватывают идею с энтузиазмом, готовясь набить пустые желудки. Большого выбора еды не было, так что каждый сварил себе по рамёну, радуясь и такой простой пище. Через час после прибытия к ним наведался куратор, проверяя обстановку: все натянули радостные улыбки (точнее, имитировать пришлось только Юци и Соён), отчитываясь дружной и мирной атмосферой в новой компании. Теперь можно было окончательно расслабиться и кинуться в объятия тёплой постели, мечтая о завтрашних покорениях гор.       Девушки разошлись по комнатам и Сон в одиночестве осталась сидеть на полу у камина, согреваясь последними языками пламени. Когда темнота полностью охватила комнату, Юци перебралась на диван, натягивая одеяло по самый нос. В гостиной оказалось теплее, чем Сон ожидала, а потому она быстро провалилась в сон. Правда, долго отдыхать она не смогла: глаза сами открылись посреди ночи и Юци подскочила от охватившего её жуткого ощущения.       — Что за чёрт, — Сон выругивается, слыша шум посуды на кухне. Свет выключен и Юци ни черта не видит, но шорох явно долетает до её слуха. Она думает о возможных крысах или мышах и в страхе хватает книгу, лежащую на столике. Если придётся биться — книга сможет помочь.       Юци пробирается на кухню тихо, стараясь ступать словно по воздуху: не хочет спугнуть вероятное животное. Пол отдает морозом в стопы и Сон жалеет, что не оделась перед вылезкой теплее. В это время «мышь» всё же роняет что-то и с бранью включает свет.       — Чон? — Юци удивлённо уставилась на девушку, пытающуюся собрать осколки от чашки. Соён вскакивает от неожиданности и резко шипит, хватаясь за ногу.       — Сон, чёртова, Юци, какого хрена, — она бормочет всевозможные ругательства под нос, желая задушить девушку. Но её нога важнее и она с жалобным писком зажмуривает глаза. — Тут кровь!       — Вижу. Больно? — Юци подходит ближе, начиная подбирать осколки. Она выкидывает мусор и теперь смотрит на Соён с недоумением. — Ты чего на месте стоишь? Сходи обработай порез что-ли…       — Идиотка, у меня нога в крови!       — Логично.       — Что тебе, блять, логично? Я кровь не переношу, — шипит Соён, наконец открывая один глаз. Она смотрит на Юци с животной ненавистью. Оглядывается вокруг себя с осторожностью, боясь заметить следы от раны. Ничего не найдя уходит в ванную, прыгая на одной ноге, оставляя Юци тщательно подметать пол.       — Эй, ты, иди сюда! — Соён кричит из ванной шёпотом, стараясь никого не разбудить. Сон недовольно бурчит что-то под нос, но всё же покорно идёт к девушке. Чон сидела на бортике ванны, держа в руках баночку, вероятно с перекисью, и болтала ногами в ожидании Юци. — Помоги мне.       — Хоть бы капля уважения, — фыркает Юци и показательно скрещивает руки, собираясь уходить.       — Ты мне поможешь, а я впущу тебя в постель. Как тебе предложение?       — Ну и начерта мне твоя постель. В гостиной тоже неплохо.       — Да ты вся дрожишь от холода, а губы синие. В комнате тепло, идиотка, — Соён цокает и тянет баночку в сторону Юци, не сомневаясь в её выборе. Младшая мнётся, подходит к зеркалу, проверяя отражение, и поджав губы кивает. Ей жутко холодно и пуховое одеяло не помогало — согревала только мысль, что она не в одной постели с Соён. Однако, на один раз откинуть гордость можно.       — Ладно, давай сюда.       Соён победно ухмыляется, отдавая всё в руки Сон. Юци справляется быстро, с осторожностью и некой нежностью обрабатывает пару порезов, мысленно удивляясь такому количеству крови от мелких ран. Она бормочет что-то о нехватке витаминов в организме и читает нотации, пока Соён продолжает жмуриться и шипеть от боли.       — Ну всё, как новенькая, — шутит Юци, клея последний пластырь, предварительно подув на ранку. — А теперь пора спать, уже давно не детский час. Что ты вообще делала на кухне?       — Не твоё дело, — Соён огрызается в привычной манере и без благодарностей уходит в комнату. Юци теряется и задумывается и дальнейших действиях, но всё же подхватывает подушку с одеялом и поднимается на второй этаж. Соён сидит на кровати, смотря на Сон так, словно ждала её целую вечность.       — Я уже было начала надеяться, что ты не припрёшься.       — Мечтать не вредно, — кидает Юци, запуская подушку в Чон.       — Тронешь меня ночью — руки оторву.       — Если я лесбиянка, то это не значит, что я буду кидаться на всех девушек. В особенности на тебя.       Соён фыркает и выключает свет, не волнуясь о младшей: как-нибудь доберётся до своего места. Кровать наконец прогибается под весом Юци и последняя некоторое время ворочится, укладываясь поудобнее.       — Доброй ночи, мышь, — хохочет Юци, прокручивая события десятиминутной давности.       — Иди в задницу.       — И тебе сладких снов.