Кицунэ из сказки

— Ну что, Лиса, готова? — слышу мужской голос в маленьком наушнике. Мое молчание — знак согласия. Бесшумно, как кошка, пробираюсь выше по лестнице. Преодолеваю лестничный пролет, оказываюсь на втором этаже огромного особняка. Жаль, что не моего, конечно. Благодаря черной одежде я слилась с темнотой, а чтобы быть еще более незаметной я наложила на себя небольшую иллюзию. Заправляю прядь черных волос за ухо, быстро оценивая обстановку. В наушнике тишина. В комнате — тоже. Я слышу только размеренный стук своего сердца. На этом всё. Нужно сделать всё как можно тише. Так, как это делаю вот уже несколько лет. — Лиса, что там? — вновь привычный голос раздаётся в ухе. Я морщусь, не желая нарушать тишину комнаты. Нельзя, чтобы меня услышали. В ответ молчу, быстро, но бесшумно прохожу главную комнату. Там хранится всякий антиквариат, вещи, представляющие определенную ценность и всякий другой атрибут, который нужен для ритуалов. Хозяин особняка — Ричард Стивенсон Син был тем еще барахольщиком, покупал всё, что будет приятно глазу и стоимость совершенно была не важна. Мне не нужен был весь хлам, хоть взгляд и цеплялся за разного рода драгоценности, которые я могла бы забрать себе и продать за хорошие деньги. Меня интересовал только атаме с черной кожаной рукоятью — клинок, используемый в ритуалах. Таких клинков тут было достаточно, но меня интересовал только тот, что с пентаграммой, выжженой на лезвии и небольшим камешком рубина на рукояти. Такой тут был один. Именно он стоял под стеклянным куполом. Все сигнализации были отключены, так что я сто процентов могла не тревожиться по поводу того, что резко приедет полиция или весь дом проснётся. Подняв стеклянный купол, я аккуратно вытащила предмет. Для обычного клинка он был немного тяжеловат — возможно, потому что был сделан из серебра, а рукоять была покрыта медвежьей кожей. Да и сам клинок составлял в сумме 30 сантиметров. Лезвие было толще, чем обычное, заточено с обеих сторон — явно ритуальное. Хоть и тяжеловатый, но хорошо лежит в руке. Его, если еще сильнее подточить, можно было бы использовать в бою. — Атаме у тебя? — Так точно. Ждите, — шепотом ответила я. Уже развернулась, собираясь возвращаться, но взгляд зацепился на золотые украшения, лежащие в какой-то шкатулке. Остановилась, подумала о том, что скажет Юго и, в мыслях дав самой себе разрешение, я взяла несколько украшений. Не все, а только половину. После чего сразу пошла на выход. Ветер обдул прохладой нежную кожу лица. Прикрыла глаза, сделав глубокий вдох, наполняя легкие кислородом. Хорошо. Перед глазами мимолетом пронеслись воспоминания о родном доме. Как же сильно порой не хватает свежего лесного воздуха и журчания ручейка, пения птиц и шелеста листьев. Слегка тряхнула головой, прогоняя прочь все воспоминания. Я подошла к машине, стоявшей неподалёку. Облокотившись об капот, стоял Юго, засунув руки в карманы черной куртки. С презрением, присущим только этому лису-прохвосту, он смотрел куда-то вперед, ничего не замечая вокруг себя. Хотя, так только казалось. Я прекрасно знаю, что он уже давно учуял мой запах, услышал меня своим острым слухом, почувствовал, что я направляюсь к нему, но никак не реагировал — ждал, когда я покажу ему добычу. Без лишних слов я показала ему нож. Он опустил на него взгляд, взял, повертел, а после обмотал черной тряпкой. — Садись, — коротко бросил он. Я села вперед. Обычно, после дела я с легкостью выдыхаю, тревога, с которой я хожу на каждое занятие, отступала на второй план. Но сейчас, по непонятной мне причине, что-то всё ещё тревожило душу и разум, что совершенно не касалось Юго. Я бросила на него беглый взгляд. — Кому понадобился ритуальный клинок? — чтобы хоть как-то успокоить волновавшуюся душу, я решила поговорить с парнем. Крепкие пальцы обхватили руль. — Моим хорошим знакомым, охотникам на нечисть. Хорошо, что они не знают про существование…нас, — его губы тронула еле заметная улыбка. — Мы сейчас едем на встречу? — Да. Дальше в автомобиле повисло молчание. Оно не было напряженным, наоборот, оно успокаивало, заставляя отбросить ненужные мысли и просто расслабиться. Такая странная, но приятная атмосфера была нужна мне. Вновь окинув Юго быстрым взглядом, я неожиданно задумалась о том, что произошло после моего похищения. Странно, но мы сблизились с ним, несмотря на то, что произошло пять лет назад. Целых пять лет! Пять лет назад меня вырвали из родной деревни, чтобы продать. В какой момент мы с Юго стали так близки? Я должна ненавидеть его, так что же произошло после похищения? Нас вывезли в Америку. После долгой тряски твердая земля стала просто раем. Всех нас отвезли в какой-то странный дом и поместили в подвал, где все пытались ужиться. С нами стали обращаться хорошо. Кормили, мыли, одевали, разрешали выходить на прогулки и, что самое главное, нас перестали бить и унижать. На продажу нужен целый товар — так нам объяснил Юго. Я помню, как спустя два месяца после приезда нас постепенно начали возить на выставки. Конечно, они были незаконными, но именно там собирались богатые люди, которым было не жалко денег на новую зверушку, которая могла превращаться в зверя, колдовать или летать. За полгода распродали пости всех, оставалась только я — пугливая лиса, которая не могла колдовать и превращаться. От меня не было толку. Меня хотели купить из-за красивого личика за небольшие деньги, но лис отменил сделку, потому что прекрасно знал, что я стою намного больше. Он занялся моими тренировками. Постоянные медитации, искусство магии и боя, искусство лисы — всему этому меня обучал Юго. От его тренировок был толк, потому что я боялась его и потому что я понимала, что если я хочу вернуться домой, то нужно тренироваться с толком. Мои движения с каждым разом становились увереннее, плавнее и четче, магия всё лучше подчинялась мне, я могла контролировать ее и мое превращение. Я стала лучшей версией себя. Юго это понял, но отпускать меня не хотел — привязался. Он перестал заниматься охотой на магических существ, но занялся всё ещё нелегальной деятельностью — кражей разного рода магических вещей. Чаще всего их заказывали безумные коллекционеры, помешанные на магии богачи или дети, решившие поиграть в продажу души. Этим бизнесом занимались мы двое, ведь занятие было не таким прибыльным, да и меньше лишних глаз и ушей знало о том, что мы делаем. За пять лет произошло много всего. Наверное, странно всё это — я могла б давно сбежать домой, но что-то меня не отпускало, будто что-то должно произойти такое, что бы требовало моего вмешательства. За размышлениями я даже не заметила, что мы свернули на лесную дорогу. Мы съехали на обочину, где нас уже ждала чёрная импала и те самые два брата, которых я видела впервые. На сумасшедших больных помешанных детей они точно не были похожи. Во мне заиграло любопытство. Выйдя из машины вслед за другом, я окинула взглядом сначала одного, а потом второго. Оба, действительно, были чем-то похожи, но различия были существеннее и видны невооруженным глазом. Один был выше, его волосы были темнее, а взгляд, как у побитого щенка, а второй сразу произвел впечатление бабника-авантюриста. Именно он не сводил с меня насмешливый взгляд, пока Юго разговаривал с первым. — Не думал, что такая милая девушка работает с таким человеком, как Юго, — обворожительно улыбнулся незнакомец. — А тебе какое дело? — Ну зачем так грубо? Я промолчала, думая, что ответить. Хотелось стереть это самодовольное выражение с лица, но я только отвела взгляд на спину своего напарника. — Как тебя зовут? — мужчина явно проявил ко мне интерес. В его голове уже не было слышно той насмешки, а только чистейшая заинтересованность. — Кира. Тебя? — Дин Винчестер. Повисло неловкое молчание. Я повела плечом, повернула голову, устремив взгляд в черную пустоту леса. Ничерта не видно, но чувство, что оттуда за мной наблюдают, пробиралось под кожу тысячей игл. Неприятно. Я сделала глубокий вдох, вновь перевела взгляд на Дина. Винчестеры были знакомы во всей части Америки, которая была связана с нечистью. Каждый демон имена дух братьев, каждый охотник знал, что связываться с ними — себе дороже. Их хотят убить все — начиная с ангелов небесных и заканчивая самыми простыми призраками. Даже удивительно, что они до сих пор живы. — Может, дашь свой номер телефона? Потом встретимся, выпьем, — Дин не унимался, всё ещё пытаясь заполучить моё внимание. — Я диктую, ты — запоминаешь. Продиктовав ему несколько цифр, я взглянула на Юго. Он уже возвращался к машине, явно удовлетворенный сделкой. Я повела плечом, села в машину, кинув последний взгляд на старшего из братьев. Всё время он смотрел на меня, кажется, даже не моргая. Машина выехала на трассу и умчалась прочь. Номер придорожного мотеля встретил меня неприятным запахом сырости. В углу белого потолка, покрытого желтизной из-за, судя по всему, сигаретного дыма, уже появилась плесень. Две раздельные кровати стояли чуть ли не посреди номера, постельное белье было чистым, что меня приятно удивило. В кране текла горячая и холодная вода. Всё было не так уж и плохо, если не вспоминать отели, в которых мне однажды удалось побывать. Этот был по ровню из всех где-то ниже среднего. — Я первая в душ, — из дорожной сумки достала средства личной гигиены и сменную одежду. — Я в магазин. После столь тяжелого дня нужно выпить, — парень кивнул, стянул резинку с русых волос. Всегда удивляло состояние его волос: они были ниже плеч, доходили чуть ли не до талии, Юго никогда не пользовался масками или кондиционерами для волос, только расчесывал изредка и мог заплести в хвост, чтобы не мешались, но при этом локоны были в идеальном состоянии. Может, это было из-за того, что он кумихо и на ранг выше меня. Кивнула его словам, скрылась за дверью, что вела в ванную комнату. Взглядом окинула своё отражение в зеркале. Ничего не изменилось за пять лет: всё те же черные волосы по плечи, всё те же карие глаза, только вот взгляд стал тяжелее, а на лбу появился небольшой шрам. Кажется, это было два года назад. Юго уже тогда перестал заниматься перевозкой разного рода существ, команда была распущена. С лисом оставались только я и ныне покойная Джесс. Нам надо привести в назначенное время какой-то артефакт, связанный с индейскими народами. Я, Юго и Джесс прибыли на место, где нас уже ждали, но мы даже не подозревали, что всё окажется ловушкой. Тогда я поняла, что смерть намного ближе, чем я думаю. В меня летел нож, но Джесс прикрыла меня собой — у неё была очень хорошая реакция и относилась она ко мне, как к младшей сестре. Я вынула нож из её спины, когда она упала на землю с глухим стуком. Помню, как глаза жгло от слёз, а руки тряслись от отчаяния и злости. В горле стоял ком. Только бы не разрыдаться, только бы не упасть на колени. Их было больше, но мы были сильнее. Помню, как подошла к парню, который вонзил клинок. Он явно не осознавал, какая учесть его ожидает. В его глазах уже была победа, но не его. Он замахнулся. Кажется, всё было, как в замедленной съемке. Коснулся лезвием моего лба, кажется, что совсем не ощутимо. Я вонзила ему его же клинок под ребра. А потом всё было, как в тумане. Помню лишь, как трупы горели в огне и как по щекам Юго скатывались слёзы. Я впервые видела его таким разбитым, замученным. Мне так хотелось, чтобы это был всего лишь страшный сон. Сейчас проснуться бы из-за нежного голоса Джесс и ворчания Юго. Смахнула лишние воспоминания, залезла под струи теплой воды, смывая с себя грязь сегодняшнего дня.