Что же с тобой не так, Энид?

Неужели всегда есть выбор? Или же есть ситуации, где он отсутствует? Комок в горле, что так мешает дышать, не пропадает. Мурашки по коже. Чувство страха, от чего-то неизбежного. Это всë, что испытывает Энид. Она встала с кровати и направилась в гостиную. Когда блондинка спустилась на первый этаж, где еë ждали, она увидела мать, что сидела на диване. Но она была не одна, рядом с ней был отец. Вид Эстер, был ужасным. Она выглядела так, будто постарела на десять лет. - Садись. - сказал Мюррей и указал на стул, что был напротив дивана. Энид не стала что-либо говорить, и просто подошла к стулу и села. - То, что было вчера наводит меня на мысли, что я больше не хочу быть с твоей матерью. - спокойным голосом сказал отец. Энид не знала, что сказать. Она могла ожидать чего угодно, кроме этого. - Мы уже давно об этом думаем, но мы считали, что стоит дождаться, когда все дети вырастут. Но я так больше не могу. Я надеюсь на то, что ты сможешь это принять. - продолжил он. - Мы? Это ты постоянно говорил об разводе! - кричала Эстер. Блондинке было не до очередной ссоры родителей. Они продолжали кричать друг на друга, хотя их дочь сидела прямо перед ними. В еë голове всë смешалось. "Что я здесь делаю? " - крутился вопрос у неë в уме. - Так что? Кого ты выберешь? - сказала Эстер, вырвав блондинку из раздумий. - Что? - спросила Энид. - Кого из нас ты выберешь? Меня или его? С кем ты будешь жить? - давя на дочь, говорила мать. Энид знала, что дом был куплен матерью. Если они разведутся, то где будет жить отец? Она не знала. - Тебе не нужно выбирать, я пошутила. Мы не будем разводиться. - с насмешкой сказала мать. - С чего это ты так решила? Я сказал, что развод, значит развод. - сказал Мюррей. - Я не хочу разводиться! Ты знаешь, как сложно в таком возрасте найти пару? - кричала Эстер. - Так и что? Это же не значит, что мы должны страдать до конца своих дней, живя вместе. Энид больше не могла это терпеть. Она встала со стула и убежала в свою комнату. Зайдя в своë укромное местечко, она начала вытаскивать из шкафа вещи. Надев первое, что попалось ей на глаза, блондинка схватила телефон с кровати и побежала в низ. Синклер младшая дошла до входной двери, обулась и открыла дверь. Она вышла, но перед этим услышала, что мать кричала на отца. Солнце светило прямо в глаза. - Чëрт, как я устала, - сказала блондинка. - и что мне делать? Позвонить Йоко? Не, не буду ей мешать. - сказала Энид, и начала идти туда, куда глаза глядят. Спустя минут тридцать она дошла до какой-то кофейни. Она решила взять кофе, чтобы взбодриться. Купив напиток, с помощью карточки, что находилась под чехлом телефона, она решила сходить к дому той девушки. "Почему бы и нет? Поблагодарю. " - подумала Синклер младшая. Спустя минут 20 она дошла до того дома. Разглядев его, она заметила, что он какой-то мрачный. "Чëрт, стучать или не стоит? Да или нет? " - думала она, пытаясь решиться. Энид не думала, что есть шанс того, что еë ударит дверь, если она будет стоять слишком близко. Дверь открылась и ударила блондинку прямо по лицу. - Блять. - сказала Энид, отойдя от двери, после удара. Черноволосая девушка вышла из дома. - Тебе не стоило там стоять, раз не хотела, чтобы тебе зарядили прямо по лицу. - Ох, привет. - не зная, что сказать произнесла Синклер младшая. - Зачем ты здесь стояла? - спросила Уэнсдей, закрывая дверь. - Ну, я хотела с тобой встретиться, чтобы поблагодарить. - промямлила Энид. - Понятно. - спокойным голосом сказала Аддамс. - Я правда благодарна, что ты вчера мне помогла. - сказала Синклер. - Ладно. - сказала черноволосая и развернулась. Она направилась в противоположную сторону от дома. Энид пошла за ней. - Слушай. А не хочешь пообщаться? - смущëнно спросила блондинка. - Зачем? - в ответ спросила Уэнсдей. - Ну, я бы хотела с тобой подружиться. - ответила блондинка. - Я не нуждаюсь в общении с тобой. - умиротворëнно сказала Аддамс. - Ну пожалуйста. - молила Энид. - Нет. - всë ещë отказывала черноволосая. - Скажи три причины не общаться со мной. Тогда я отстану. - сказала Синклер. Энид всë так же шла вперëд за Уэнсдей. Но та резко остановилась и повернулась прямо на блондинку. Синклер врезалась в девушку, и сразу же отошла. - Во-первых я не желаю с тобой общаться. Во-вторых ты надоедливая, как собака. В-третьих ты пришла к моему дому, а сейчас за мной идëшь. - говоря каждую причину, она тыкала в грудь Синклер, каждый раз сильнее. - Ты права. Мне жаль, - ответила блондинка. - я лучше пойду. Прости. - промямлила Энид, и развернулась. Энид собиралась уйти, но черноволосая схватила еë за руку. Энид обернулась. - Так ты послушная, как щенок? - слегка улыбнувшись, сказала Аддамс. - Что, если да? - сказала Синклер, остановившись. - То можем пообщаться. - сказала Уэнсдей. Улыбка с еë лица ушла, она вернула своë спокойное выражение. - Правда? Тогда может дашь свои контакты? - спросила Энид. - У меня их нет. - Что? Как так? - удивлëнно поинтересовалась Энид. - Я считаю, что это глупая трата времени. - А, понятно. Тогда как я смогу с тобой связаться? - Можешь отправлять письма по почтовому голубю. - ответила Уэнсдей. - Что? Где мне его взять? - Это была шутка. Просто приходи завтра к моему дому, Где-то в 3 часа дня. - Хорошо! - сказала Синклер и улыбнулась. - Ладно, я пойду, не буду тебя отвлекать. Пока! - произнесла она, и повернулась. - Пока. Энид пошла в сторону дома. Она не знала, что еë ждëт. Закончилась ли ссора родителей? Зайдя в дом, первое, что услышала блондинка было: "Я уже устал от это жизни! Как ты не понимаешь... " Это был голос отца. Это говорило о том, что ссора всë ещë продолжалась. Энид зашла в дом. Она разулась и решила, что направится сразу в комнату, чтобы не попасть под горячую руку. Она старалась быть как можно быстрее. Но когда она дошла до лестницы, то услышала, что отец упомянул еë имя. - Да как ты можешь! Ты хоть об Энид думаешь? То, как ты с ней поступаешь! Насилие, что направлено в еë сторону... - кричал Мюррей - Ты ужасная мать! Факт того, что это говорил тот, кто закрывал глаза на насилие... Очень раздражал. "Как это можешь говорить ты?! Ты был тем, кто игнорировал все мои крики от боли, когда она меня била или оскорбляла. " Блондинка не могла это терпеть. Это лицемерие. Она не стала идти в свою комнату, она подошла к отцу. - Ты не лучше, чем мать. - грубо сказала Энид. - Что? Почему ты так говоришь? - спросил Мюррей, посмотрев на дочь. - Ты игнорировал отношение матери ко мне. Ты не можешь говорить, что лучше, чем она. - еë выражение лица так и говорило: я так больше не могу, я сейчас взорвусь. - Ты правда так считаешь? Или ты говоришь это из-за давления матери, да? - сомневаясь произнëс он. - Нет. Я правда так считаю. Ты пал в моих глазах. - спокойно ответила Энид. Ей стало плевать на то, что с ней сделают. Она устала. - Ты... Да как ты можешь! - крикнул отец. До этого спокойная ладонь, стала кулаком, который будто сейчас пробьëт стену. - Хах, а ещë говоришь, что лучше, чем я. Ты просто слабак, который не может за себя постоять! Хах, просто никчëмен. - влезла мать. - А ты ещë хуже. Ты была той, что била меня, что так сильно презирала меня. И ты ещë что-то говоришь? Тебе не стыдно? - злясь, спрашивала блондинка. - Я это делала для того, чтобы из тебя воспиталась хорошая девочка. У тебя нет детей, тебе не понять. - с насмешкой ответила Эстер. - Да что ты знаешь о воспитании!? - кричала Синклер младшая. - Как же мне это всë надоело. Я так устала. Вы отвратительны. Лучше бы вы гнили, где-нибудь под землëй. Вы мне противны. - спокойно говорила Энид. - Да как ты смеешь такое говорить матери? - Мать подошла к блондинке. Еë кулак поднялся на уровне головы дочери, но рука была правее. Она размахнулась и... Мюррей схватил еë руку. - Я тоже так не могу. Но тебе не стоит калечить свои руки, Эстер. - сказал отец, сжав кисть матери. Он отпустил еë руку. - И что ты предлагаешь? - спросила Эстер. - Ремень. - спокойно сказал Мюррей, смотря прямо на Энид. - Что? Как так... Ты... - она хотела продолжить, но отец стал вытаскивать ремень. Он его вытащил и передал матери. Еë выражение лица так и говорило: Тебе пиздец, дочка. И ни капли заботы в еë взгляде не было. Будто она создана из жестокости, которая будет направлена на Энид, и ей этого не избежать. После каждого замаха, шëл свист. Удары не прекращались. Боль, что уже ощущается, так, как будто Блондинка прикреплена к столбу, и еë подожгли, считая, что она ведьма. Плач не помогал. Энид перестала слышать, что говорят. Она просто лежала на полу, свернувшись в комочек. Одежда не особо защищала. Будь на ней доспехи, то тогда бы не было бы этих страданий. Мысли были об одном: Больно, остановись, больно, прошу, больно, я так не могу, больно, больно... Видимо остаток этого дня будет весëлым.