Яркость в подарок

       Многие делили людей на две большие группы: пессимистов, считающих каждое пробуждение сродни пытке, и оптимистов, которые умели даже в необходимости идти на работу найти удивительные краски. Лиам же не видел их вовсе, как, впрочем, вообще ничего последние годы. Если кто-то искренне сочувствовал Лиаму, то сам он считал, что ему в некотором смысле повезло, ведь катаракта в его глазах развивалась на протяжении длительного времени и позволила привыкнуть к дому, запомнить лицо брата, даже предпринять кое-какие попытки по замедлению заболевания, пусть в итоге оно взяло верх. В отличие от брата проснулся Лиам не из-за будильника, а потому, что выспался, и долгое время лежал в постели, вспоминая сон, обдумывая его и решая, следует ли использовать увиденную в царстве Морфея идею в своей книге, а ещё смаковал, долго смаковал сон, ведь в нём видел, как раньше видел образы, знакомые улицы и фантастические сюжеты; пожалуй, это осталось единственной возможностью Лиама лицезреть мир.        Спустя практически полчаса после пробуждения Лиам наконец наговорил сон на диктофон, после чего слез с постели, старательно заправил её, не поднимая век, и осторожно двинулся в сторону ванной, выставив вперёд руку. Неспешно, как всегда аккуратно Лиам умылся прохладной водой, нащупал на двери полотенце, от которого приятно пахло кондиционером, и его ароматом Лиам напомнил лёгкие, и пусть запах совершенно не соответствовал названию «Морской бриз», Лиаму нравилось представлять, будто на мгновение он оказался где-то в отеле недалеко от песчаного пляжа, когда рядом покачивали пышными листьями пальмы, а в небе белели точки чаек.        Прикасаясь подушечками пальцев к стене, Лиам зашагал на кухню, по пути слушал оставленное Лео голосовое сообщение, который неизменно интересовался тем, как младший брат поспал, хорошо ли чувствовал себя, напоминал, что оставил завтрак на столе и просил звонить, если что-то вдруг понадобится или просто станет одиноко. На пороге кухни Лиам остановился, чтобы продиктовать ответное сообщение, отправил его голосовой командой, обернулся на стук в гостиной — похоже, Жемчужинка наконец проснулась и спрыгнула на пол, чтобы позавтракать. На мгновение Лиам растерялся, подзабыл, где именно находился, в какую сторону был повёрнут, но затем нащупал дверную арку и вошёл на кухню, ощутив, как мимо промчалась кошка, сам направился к столу. Его поверхность Лиам изучил подушечками пальцев, дотронулся до пластиковой крышки, которой Лео как всегда накрыл завтрак. И не жалел же Лео времени на готовку, каждое утро успевал что-нибудь состряпать, уберегая Лиама от ожогов и порезов. Он достал из холодильника картонную коробку, неторопливо вытащил кружку из ящика и налил в неё сок, измеряя наполненность кружки кончиком пальца, после чего опустился на стул и, попросив голосового помощника в телефоне включить аудиокнигу, принялся за трапезу.        Лиам не спешил, всё равно его не ждала ни учёба, ни работа, поэтому он смаковал каждый кусочек, представляя, как выглядели сэндвичи, которые сегодня приготовил Лео: два идеально-поджаренных тоста, между ними лист салата, тонко нарезанные ломтики помидоров, пара кусочков ветчины и сыра, а ещё — немного соуса. Получилось вкусно, и в воображении — хотя, скорее в воспоминаниях — выглядело не менее изумительно, а печенье на десерт стало прекрасным дополнением к завтраку. Оставшиеся сэндвичи Лиам спрятал обратно под крышку, чашку бережно сполоснул и поставил на сушилку, убедился, что в миске Жемчужинки имелась вода, так что теперь мог вернуться в комнату, чтобы заняться делом.        Пристрастие писать рассказы Лиам не мог назвать работой или сколь-нибудь полезным в финансовом плане занятием, однако получал за него некоторые деньги с пожертвований неравнодушных читателей, точнее родителей молодых поклонников. В основном Лиам делал своих персонажей животными: у него имелся цикл про волков, созданных из стихий, про кошек, про домашнего пса, который подружился с волками, и про единорогов. История про приключения единорогов Сливки и Клубники особенно понравилась аудитории, а некоторые читатели писали отзывы и даже полноценные рецензии, порой неграмотные, зато искренние комментарии, ради которых Лиам каждый день старался и совершенствовал навыки. Один из отзывов, на удивление больших, как раз читал равнодушный электронный голос, допуская ошибки в интонации и ударениях, а в конце отзыва оказалось нечто неожиданное — юный читатель нарисовал своего персонажа, описать которого, увы, компьютер был не способен, зато зачитал ссылку из набора букв и цифр. Лиам бы многое отдал, чтобы увидеть первого придуманного кем-то другим персонажа по своей вселенной, однако, даже если бы поднял глаза, всё, что Лиам бы увидел, это темноту и пятно света от экрана монитора, зато ощущение единения с читателями не умалила даже слепота, Лиам уже начал искать место для нового персонажа и ожидал, когда Лео вернётся и расскажет, как выглядел этот самый персонаж.        После того, как услышал ещё несколько комментариев в адрес своих работ, Лиам взялся за создание очередной главы, ответственно, серьёзно и увлечённо. Своей скоростью написания Лиам искренне гордился, как чувствовал, что однажды пригодится печатать на клавиатуре слепым методом — как бы иронично или жестоко это ни называлось, — и теперь с тихой музыкой на фоне, создающей подходящее настроение для приключений Сливки и Клубники в Грассивере, перебирал тонкими пальцами по клавиатуре. Выдавливать из себя слова Лиаму не приходилось, он писал, будто дышал, так же легко, естественно, словно родился именно для этого, по крайней мере так омега стал считать после того, как на эмоциях от побега родителей написал небольшой рассказ, сперва узнал мнение о нём Лео, а потом тот предложил выложить маленькое творение в сеть, и рассказ понравился, в основном подросткам, разделившим подобный опыт, но и некоторым более зрелым читателям. Сперва в небольших произведениях Лиам делился переживаниями из-за стремительных перемен в жизни, в том числе развития катаракты, но когда с помощью Лео смирился с произошедшим, попробовал себя в совершенно новой сфере — детских рассказах, и там нашёл отдушину. Что ещё делать слепому, кроме как писать? Конечно, иногда Лиам допускал опечатки или сбивался, отвлекался и забывал, что написал только что, но компьютер и Лео помогали, даже после учёбы и работы он находил время, чтобы проверить за братом грамматику и пунктуацию, ведь всё-таки теперь он не только для себя творил, появилась необходимость следовать определённому уровню.        Всего четыре часа, и Лиам закончил пятнадцатистраничную главу, намеревался было взяться за следующую, однако отвлёкся на неожиданный звонок, а телефон предупредил, что звонил Ноа, любимый друг и единственный, кто из знакомых Лиама остался рядом, кто находил на Лиама время, даже несмотря на работу и новую жизнь. — Привет, Ноа. С поводом звонишь или нет? — С поводом, — раздался ласковый голос омеги, — хочу напроситься в гости, если ты не против. — Конечно не против, — Лиам поднялся со стула, нетерпеливо двинулся на кухню, чтобы наполнить и поставить кипятиться чайник, и ударился ногой о ножку стола, тихо ойкнул. — Когда тебя ждать? — Минут через десять? — Ха-ха, хорошо. Уже ставлю чайник.        Не без волнения Лиам принялся доставать с верхней полки этажерку, как сумел аккуратно, придерживая ладонями по краям, насыпал в неё разных видов печенья, прикосновениями убеждаясь, что это именно печенье, стянул вторую кружку, после чего одну за другой стал подносить к носу банки с чайными листьями, чтобы выбрать тот вкусный, который Лео подарил на день рождения, с манго и персиком. Так же успешно заварить чай не получилось — Лиам обжёгся, зато понял, в какую сторону переместить вскипевший чайник, а обожжённый палец рефлекторно зажал между губ.        Спустя обещанные десять минут раздался стук в дверь, и Лиам поспешил открыть, протянул руку, позволяя Ноа обнять, как всегда бережно, словно крохотного котёнка, пока Лиам жадно наполнил лёгкие сочным ароматом омеги. Свой запах Лиам не считал идеальным или хотя бы приятным, слишком резко тот бил в нос, зато к нему Лиам привык и почти не ощущал, вспоминал о нём изредка, когда принимал ванну или ловил ароматы других омег, как, например, Ноа. В разговоре тот за руку повёл Лиама на кухню, поставил изящную кружку перед другом, помог ему коснуться ручки, и принялся рассказывать о том, что случилось за последние дни.        Каждое слово, произнесённое нежным спокойным голосом другом Лиам ловил, как капли солнца среди чёрных туч, однако слушал с чуть противоречивыми эмоциями. Лиам искренне наслаждался тем, что Ноа сумел пережить чудовищное событие и зажить полноценной жизнью, к тому же он нашёл прекрасную работу и обрёл не менее прекрасного альфу, но вместе с тем Лиам почти бессовестно завидовал. Недавно ему исполнилось двадцать лет, а он оставался один, как дуб посреди бескрайнего луга, иногда Лиам общался с альфами и бетами в социальных сетях, но едва те узнавали, что Лиам слеп, как тут же придумывали тысячу и одну причину, почему омежка не подходил им, вплоть до цвета волос или импульсивности творческих личностей. Однако Лиам не злился и не расстраивался. Он прекрасно понимал подобное решение, ведь кто решится взвалить на себя бремя ответственности за того, кто даже приготовить поесть без посторонней помощи практически не способен? Зато с Ноа Лиам забывал о недуге, о том, как когда-то ненавидел себя и всех вокруг, как ничтожны шансы однажды испытать то счастье, крупицами которого делился Ноа, обнимая на диване, прижимая к себе Лиама и гладя его по волосам.        Не поднимая веки, впрочем, как и всегда, Лиам ластился к груди омеги, наслаждался его прикосновениями, мягкими, словно облако, вдыхал запах спелой сладкой вишни, ощущал жар кожи и слушал об агентстве, о других омегах, которым ещё только предстояло встретиться со своими альфами, о них, самых разных, которые выбирали тех, с кем намеревались провести всю жизнь, а может и больше. Лиам слушал друга, воображая, как выглядела «Связь», как состоялись знакомства омег и альф, наверное, это очень волнительно, впервые увидеть совершенно чужого человека, который мог купить, забрать к себе и, быть может, подарить счастье до последнего вдоха, или заставить усомниться в альфах всего мира. Вскользь Ноа озвучил какую-то идею, но Лиам не понял, что это за идея, и не успел уточнить, ведь Ноа переключился на совершенно другую тему, а затем поинтересовался, когда же Сливка и Клубника познакомятся с принцем Камелией.        До самого вечера Лиам и Ноа провели вместе, тот приготовил ужин, изумительный жульен с курицей и грибами, испёк кексы с шоколадной крошкой, и помог Лиаму заварить чай — сделал совсем немного, лишь направил руку друга над чашками. В приятном общении Лиам и Ноа провели ещё около часа прежде, чем тому пришла пора собираться домой, ведь Ноа, в отличие от некоторых, дома ждал альфа и семейная жизнь. Они с Лиамом долго прощались, обнимая друг друга, ещё раз Лиам наполнил лёгкие запахом вишнёвого сада, который исходил от Ноа, а тот прижимал омегу к груди, гладил по макушке и напоследок любяще поцеловал в лоб. — До встречи, Лиам. Не будешь скучать? — промурлыкал Ноа, любуясь лицом друга. — Конечно буду, так что обязательно приходи, когда будет время. — Обещаю.        Не без тоски Лиам закрыл дверь и тихонько вздохнул — снова стало так тихо, даже Жемчужинка не напоминала о себе, наверняка завалившись спать. Спустя пару секунд Лиам поинтересовался у телефона о времени и предпочёл скоротать полчаса до прихода брата тем, что высунулся в окно и стал слушать звуки снаружи: мимо проехала машина, чуть погодя ещё одна, где-то залаяла собака, кажется, встретила другую, наверняка они игрались под радостный лай, чуть поодаль соседи принялись обмениваться новостями. Оперевшись на руки, Лиам крутил головой то в одну, то в другую сторону, наслаждался ласковыми прикосновениями вечернего ветра, пока в голове всплывали картинки, как выглядела улица по крайней мере года четыре назад и как могла измениться сейчас.        Когда прозвенел таймер, Лиам словно очнулся от забытья, прикрыл окно и снова поставил чайник, положил в глубокую тарелку жульен, украсил стол блюдом со свежими кексами и двумя чашками чая. Лео оказался неизменно пунктуален, пришёл ровно спустя полчаса после завершения работы, а Лиам поторопился в коридор, чтобы встретить брата крепкими объятиями. Как и всегда Лео поцеловал младшего брата в макушку, после чего прижал к себе и некоторое время держал, как будто заряжаясь от него энергией. — Вот и я. Как ты? — Всё в порядке, — уткнувшись в грудь брата, проронил Лиам и прильнул вплотную, потёрся носом, словно пытаясь покрепче завернуться в одеяло. — Хорошо провёл день? — Да! Сегодня приходил Ноа и… точно! — загорелся энтузиазмом Лиам, хотел было повести брата к компьютеру, но вовремя опомнился и вместо этого затащил на кухню. — Ноа приготовил жульен, очень вкусный, и кексы с шоколадом.        С тоской и бесконечной любовью Лео наблюдал за Лиамом, который усадил за стол, наткнулся кончиками пальцев на тарелку, аккуратно пододвинул её, а затем чашку, нетерпеливо уселся рядом и повернул голову почти в сторону Лео. — Ну, как с Ноа посидели?        Пока Лео ужинал, неотрывно наблюдал за Лиамом, который в красках рассказывал, как обстоят дела у Ноа с его работой в «Связи» и своим альфой Адамом, и как было бы здорово встретиться с ним, как, наверное, страшно омегам, которые впервые пошли на знакомство с потенциальными альфами, как старательно омеги учились, чтобы повысить свой класс. Пусть Лиам не видел выражения лица брата, тот не переставал чуть натянуто улыбаться, слушая и различая среди восторга и яркости интонации тоску. Ещё бы — являться молодым, красивым, творчески развитым омегой с пусть резким, но насыщенным запахом, и даже на фоне демографического кризиса не иметь толпы или хотя бы одного ухажёра. Однако никак помочь Лео не имел возможности, теперь, когда катаракта развилась, практически полностью лишив Лиама зрения, всё, что ему оставалось, это различать яркий свет и тень, но уж точно не своего возлюбленного среди толпы других альф.        Не считая тоскливого оттенка разговора, ужин прошёл неизменно спокойно, в теплоте, общении и шутках. Когда услышал, как отодвинулся стул, Лиам замолчал, не переставая улыбаться, и подождал, пока Лео помыл посуду, а чуть погодя засмеялся из-за прикосновений к плечам и последовавшего поцелуя в висок, лёгкого, игривого, Лео потёрся носом о макушку брата, улавливая его запах; а ещё таким образом Лео ненавязчиво проверил состояние волос Лиама, которые казались почти чёрными. Лео подцепил пальцы Лиама своими, помог подняться со стула и повёл в ванную комнату. — Как насчёт принять ванну? Соль ещё осталась. — А, да, давай, — робко откликнулся Лиам, догадываясь, как выглядел со стороны, наверняка не слишком удачно причёсанный, не особо старательно умытый и в едва ли в гармонично сочетающейся одежде.        Пока ванна наполнялась водой, Лео сходил за чистой одеждой, а Лиам разделся и с помощью приложения в телефоне разложил футболку, брюки и носки в корзины для цветных, белых и чёрных вещей, затем взял с полки баночку морской соли, поводил ею у носа и выбрал другую, с лавандой, остатки которой высыпал в воду. Почти по привычке Лео положил домашние брюки и футболку Лиама на сушилку и на всякий случай удостоверился, хотя точно знал ответ: — Позовёшь, если что-то понадобится? — Конечно. А ты меня потом расчешешь? — попросил Лиам вполголоса. — Обязательно.        Проблем с принятием ванны или мытьём головы Лиам не испытывал, в принципе, он и причесаться мог без особых сложностей, однако, когда это делал Лео, бережно, неторопливо, ухаживал как за крохотным щенком, Лиам ощущал себя по-особенному, а учитывая, что ничего не видел, порой воображал, будто помогал вовсе не брат, а тот отважный альфа, который решился на более близкое знакомство, чем переписки в интернете. Лиам мог часами сидеть и блаженствовать от того, как пряди скользили между зубчиками расчёски, как Лео перебирал волосы и терпеливо распутывал, если те собирались в комок, впрочем, занятие обычно не затягивалось.        Мыться Лиам не спешил как минимум для того, чтобы Лео хотя бы двадцать минут, а лучше полчаса мог посвятить себе, привести мысли в порядок, отдохнуть после учебного и трудового дня, что Лео делал, сидя на диване в гостиной и уставившись в точку перед собой. Пятый рабочий день давал о себе знать, от обилия информации в колледже гудела голова, ещё и коллега намеревалась уйти в отпуск, так что график на следующие две недели обещал стать плотнее, но даже это не давало никаких шансов на исцеление Лиама — слишком дорогостоящая это операция. Но падать духом Лео себе не позволил, ведь только на него мог надеяться Лиам, никто больше не мог и не собирался помочь ему, а всего-то и нужно накопить на лечение, это вопрос времени. Глядел в пустоту Лео до тех пор, пока не услышал, как открылась дверь в ванную комнату, только тогда позволил себе подняться с дивана, подошёл к брату. — Как ощущения? — беря Лиама за руку и уводя его в комнату, улыбнулся Лео. — Словно на курорте побывал.        Лео с Лиамом тихонько посмеялись и уселись в гостиной, где Лео взял расчёску и стал проводить по прядям, от чего Лиам расслабил плечи, слегка ссутулился, опустив ладони на сидушку, наслаждался ощущением близости, по которой успевал заскучать за время, проведённое наедине с собой. Сейчас оно словно замедлило ход, позволило растянуть блаженство, не так давно неведомое ни Лиаму, ни Лео, лишь после развития заболевания они стали по-настоящему близки, по крайней мере, так ощущал Лиам. Пока брат продолжал расчёсывать его волосы, Лиам негромко полюбопытствовал: — Ты сильно устал? — Не особо. А что? — Мне… тут один мой читатель нарисовал персонажа по моей книге, — от чего-то заелозив, поделился Лиам, уловил вдох Лео. — Можешь сказать, как она выглядит? — К-конечно… вау. Это по единорожкам? Тебе ведь раньше ОСов не рисовали? — Нет, — смутился Лиам, невольно улыбаясь из-за реакции брата. — Ну всё, теперь ты настоящий писатель!        Продолжая хвалить талант брата, Лео расчесал его волосы, постарался закончить быстрее, чтобы напоследок чмокнуть его в макушку, а затем взять Лиама за руку и отвести в его комнату, чтобы описать придуманного юным читателем персонажа. Выглядел он… на вкус Лео странновато, даже если опустить поломанные пропорции — лошадь оказалась цепляче-жёлтой, с длинным витиеватым рогом, а грива и хвост, украшенные цветами, были раскрашены практически во все цвета радуги с припиской, которую Лео тоже озвучил: — Грива Звёздочки меняет цвет в зависимости от её эмоций: красный — злость, голубой — грусть, радость — жёлтый, страх — фиолетовый, депрессия — чёрный… Мне кажется или это очень банально?        Прикрыв рот ладонью, Лиам тихонько посмеялся и погладил брата по запястью. — Может, детям хочется, чтобы их эмоции было видно?.. Или они просто любят яркие цвета, — пожал плечами Лиам и написал несколько заметок в компьютерный блокнот. — Думаю, я знаю, какую роль ей дать.        Время перед сном Лиам с Лео потратили на обсуждение места для Звёздочки в сюжете, а чтобы её особенность смотрелась гармоничнее, Лиам решил слегка изменить идею — придумал, что Звёздочка станет воплощением времён года, в зависимости от чего и будут выглядеть её грива с хвостом. Чуть погодя пришла пора ложиться спать, и пусть Лиам имел возможность самолично устроиться в кровати, не отказался от ухаживания со стороны Лео, который укрыл, подоткнул одеяло, чтобы младший братишка не простудился, погладил его по голове и снова поцеловал, напоследок провёл пальцами по мягким ещё немного мокрым прядям и коснулся губами лба омеги. Теперь, когда ритуал был выполнен, Лео пожелал добрых снов, выключил свет и закрыл за собой дверь, Лео и самому следовало отдохнуть перед очередным трудовым днём.        Для Лео утро началось с мелодии, которая уже порядком надоела, альфа всё намеревался поменять её, однако неизменно забывал об этом при каждом удобном случае. Умылся Лео торопливо, зато с удовольствием, успел насладиться чуть горячей водой, тем, как она расслабляла, уговаривала остаться дома, однако такую возможность Лео даже не рассматривал. Он долго выбирал, что приготовить на завтрак себе и Лиаму, что-то сытное, что не требуется разогреть — пусть даже Лиам управлялся с микроволновой печью, лишний раз Лео не горел желанием рисковать. Вдруг Лиам обожжётся? Или уронит на себя тарелку с горячей едой? Так, как времени на размышления имелось немного, Лео снова собрал сэндвичи, но теперь не с ветчиной, а с остатками рыбы; в телефон же Лео добавил заметку сходить в магазин после работы, но не сегодня, а всё-таки завтра.        В очередной раз Лео убедился, что вся мебель стояла по местам и нигде не валялось ничего, обо что Лиам мог запнуться или поскользнуться, что обе миски Жемчужинки наполнены свежей водой и кормом, так что со спокойной совестью, но не без волнения побежал на автобусную остановку. Пока ожидал транспорт, Лео отправил брату голосовое сообщение, пожелал хорошего дня и отлично поработать, поинтересовался, что снилось Лиаму, и всё это делал с мягкой улыбкой на губах. Возможно, стоило нанять сиделку для Лиама, даже не ради заботы, он вполне мог позаботиться о себе, а чтобы Лиам не скучал, проводя дни напролёт в одиночестве, вот только средств для этого не имелось. В дороге, глядя на улицы через окно, Лео пытался придумать, что делать, как увеличить доход, мысленно благодарил родителей за то, что хотя бы дом оставили прежде, чем сбежать, и что Лео успел вступить в наследство, но всё равно требовались ещё финансы, чтобы поддерживать здоровье Лиама и обеспечивать его; на заработок с продаж его книг Лео абсолютно не рассчитывал. Пусть лекарства практически не помогали, Лео не терял надежды, что они хотя бы замедляют течение болезни, а значит повышают шансы на успешную операцию, когда Лео однажды накопит достаточную сумму на врачей, те уберут катаракту и поставят линзы, и это будет потрясающе! Вот только до того момента Лео ждало минимум два года упорной учёбы, а там и некоторое время прежде, чем освоиться на работе и показать себя, как профессионала, получить повышение и суметь наконец взять кредит на лечение.        Составить планы до самой старости Лео не успел, ведь автобус добрался до нужной остановки. Теперь впереди ждали не мысли о будущем, а сосредоточенность на вполне себе настоящем, на учёбе. Каждую частичку себя Лео посвятил лектору, старательно вёл конспекты, проявлял активность, порой не давая другим студентам вставить слово, отчасти именно благодаря этому Лео сумел взять задание на дом и пораньше уйти на работу. Одно лишь успокаивала Лео — пока он проводил время вне дома и старательно трудился, Лиам не скучал, он развлекал себя написанием книг, к тому же к нему приходил Ноа, воодушевляя и, наверное, отбирая надежду на счастливое будущее с достойным альфой, но главное не позволял скучать.        Пока Лео работал на складе, перебирал товар по срокам годности и раскладывал по нужным полкам, не заметил, как мозг стал развивать тему отношений, взаимодействия альф и омег, а там почти осознанно вспомнил одну крайне уютную пекарню с одним крайне симпатичным продавцом, которого Лео не видел уже неприлично долгое время, наверное, дня три. Ничего ведь плохого не случится с Лиамом, если старший брат слегка задержится? К тому же Лиам увлечён написанием очередной главы, тем более, что ему впервые нарисовали фанатского персонажа... Совесть не удалось угомонить, поэтому Лео пришлось пойти на крайние меры — собрать в кулак все силы и сконцентрированность, чтобы скорее закончить с работой и позволить себе добежать до пекарни, а потом так же быстро до дома. Всего пять минут, зайти и выйти, купить что-нибудь вкусное для Лиама, так отметить его первого фанатского персонажа, это не требует много времени — именно так Лео одновременно оправдывал себя, а заодно воодушевлял, ведь будто не для себя, а ради брата шёл в пекарню.        Лео пришлось превзойти себя самого, чтобы разобраться с поставкой до конца рабочей смены, немного помаячить перед менеджером и всё-таки добиться от него разрешения уйти на десять минут раньше. Будто пуля Лео переоделся, схватил сумку и, не обращая внимания на прекрасный вечер, помчался по улице в сторону пекарни. На её баннере возле названия «КОТофейня» красовался очаровательный котёнок в поварском колпаке и фартуке, такой же, как на флаерах и плакатах, украшающих некоторые окна уютного маленького заведения, на которую Лео смотрел в нерешительности. Отведённые им пять минут медленно, но верно утекали, мимо проезжали машины и проходили люди, кто-то заходил в пекарню, другие выходили с пакетами, на которых изображался тот самый маскот, а Лео всё продолжал смотреть, стоя на другой стороне улицы. — Заходите в наше кафе! — прозвучало рядом, Лео рефлекторно обернулся на молодого альфу, у которого взял флаер с новинками меню и акциями. — Отличные цены, натуральные ингредиенты! Придёте один раз — будете приходить каждый день! — С-спасибо, обязательно.        Лео опустил взгляд на нарисованного котёнка, постоял ещё немного прежде, чем заставить себя подойти к светофору, а пока ждал зелёный свет, Лео отправил брату сообщение, пообещал скоро прийти домой с угощением. Теперь выбора не имелось, Лиаму нравилась выпечка из «КОТофейни», он наверняка уже настроился угоститься ватрушкой или пончиком, поэтому Лео не осталось ничего, кроме как наполнить лёгкие воздухом, заставить мышцы лица нарисовать улыбку и войти в оживлённую под вечер пекарню. От обилия ароматов едва не кружилась голова: смешался запах свежего хлеба, джема и корицы со множеством сочетаний от гостей-омег и гостей-альф, вот только они совершенно не интересовали Лео. Стоя в конце очереди, не особо выделяясь среди неё ни рубашкой с брюками, ни каштановыми волосами, Лео искренне любовался парнишкой, с улыбкой работающим за кассой, его собранными коричневыми волосами с мелированными в русый прядями, всегда радостными глазами цвета тёмного шоколада, расправленными плечами, идеальной осанкой, быстрыми, но аккуратными движениями. Общая суматоха словно не касалась беты, тот продолжал общаться с каждым покупателем, предлагал выпечку по акции, не забывал о кофе, который обещал скрасить прекрасный вечер и одарить уютом, с некоторыми общался коротко, по существу, производя не менее положительное впечатление.        Из-за очарования Лео не сразу заметил, как подошла его очередь, всего секунда, и он вдруг оказался прямо рядом с бетой, чья улыбка согрела ничуть не хуже любого напитка. — Добрый вечер. Что хотите попробовать сегодня? — П-привет, Джесси… Мне бы две булочки с корицей, одну с маком и, пожалуйста, пару эклеров с шоколадом, — как мог чётко перечислил Лео, наблюдая, как Джесси тыкал в экран кассы, но больше любовался не пальцами, а просматривающимся через ткань рубашки бицепсом. — Тут явно не хватает двух стаканчиков кофе, апельсинового сиропа осталось немного, так что рекомендую апельсиновый раф.        На несколько секунд Лео позволил себе раствориться в удивительных карих глазах, после чего вдруг усмехнулся, невольно, почти нервно, и не сумел отказать: — Давай один апельсиновый раф и баночку клубничного сока.        Спокойной дружелюбной интонацией бета проверил правильность заказа, затем принял оплату и стал складывать выпечку в фирменные коричневые пакеты, а те — в один пластиковый, тоже с логотипом. Те мгновения, пока брал пакет из рук беты, Лео набирался смелости, чтобы напоследок произнести, хотя, скорей «пропищать» слова, которые репетировал всё время ожидания: — Кстати, классные флаеры. — Большое спасибо, — искренне улыбнулся Джесси. — В этот раз позволил себе немного деталей. — И тени стали лучше, классно смотрится.        Кажется смущённо, а может Лео так показалось, Джесси кивнул, и Лео бы с удовольствием продолжил любоваться им, однако очередь за спиной никуда не делась, так что пришлось альфе зашагать к дверям и всё-таки отвернуться от Джесси. Отданный флаер Лео бережно положил в пакет, а сам открыл пластиковую крышку и стал угощаться насыщенным напитком с оттенком апельсина и пышной молочной пеной. Вкусный напиток. Вроде, его варили на одной и той же кофемашине по одному и тому же рецепту, однако у Джесси как будто получалось вкуснее, кофе казался свежее, а апельсин — исключительно сладким, хотя причину такой удивительной разницы Лео прекрасно понимал. Благодаря разговору с Джесси Лео сумел насладиться вечером, шёл медленнее, чем обычно, глядел по сторонам, любовался раскрашенным в жёлтый и розовый небом, впервые за долгое время получал удовольствие от обыкновенной прогулкой до остановки после целого дня работы, умственной и физической, и всё из-за одного беты. Когда допил кофе, Лео ускорил шаг — он сильно задержался, а Лиам наверняка уже устал ждать брата и вкусную выпечку.        Уже с порога Лео заподозрил неладное — почему-то Лиам мало того, что не встретил объятиями, так даже не вышел в коридор, от чего сердце Лео пропустило удар, в голове немедленно забегали какие-то дикие мысли, которым альфа велел заткнуться. К счастью, любые опасения потухли, стоило Лео войти на кухню, Лиам сидел там, положил голову на руки, никак не среагировал на шаги брата, а тот, чтобы не напугать, для начала шаркнул подошвой о пол, и тогда Лиам встрепенулся, закрутил головой. — Лео, ты уже дома? С возвращением… прости, задумался. — Всё в порядке, — Лео погладил Лиама по руке, а затем голове, слегка потрепал его волосы, помогая вернуться в реальность. — Я принёс кое-что. Поставить чайник или будешь сок? — Сок!        Себе Лео заварил чай, за Лиамом же поухаживал, налил сок в его любимую кружку, поставил перед ним тарелку с выпечкой, чуть погодя сел рядом и начал задавать привычные вопросы о том, как прошёл день, чем Лиам занимался, как продвигалась глава и так далее. Сегодня Лео слушал особенно внимательно, ведь Лиам вёл себя непривычно: сжимал кружку, а не держал её за ручку, как-то слишком активно жестикулировал, много крутил головой, да и говорил быстрее, чем всегда. В первые минуты Лео считал, что переволновался из-за встречи с Джесси, вот и выдумал всякого, но чуть погодя убедился, что-то произошло, а так, как Лиам явно не собирался делиться причиной волнения, Лео сам задал вопрос: — Лиам, что-то случилось? Ты какой-то напряжённый.        Вопрос застал Лиама врасплох — видимо, тот не догадывался, как выглядел со стороны, а потому вжал голову, закусил губу и некоторое время не решался признаться в чём-то, пока воображение Лео активно накидывало всевозможные варианты. — Сегодня Ноа приходил, и у него есть одно предложение для меня... — Касательно работы? — боязливо предположил Лео, хотя знал, что перебивать не нужно, и напрягся, когда Лиам усмехнулся. — Нет...        Настала тишина, и пусть внутри Лео всё горело от беспокойства, тому удавалось совладать с эмоциями, он лишь наблюдал за тем, как Лиам крутил в руках кружку, как водил головой то в одну, то в другую сторону, и вдруг вздохнул, выдал на одном дыхании: — Меня готовы взять в «Связь». — К-куда? В агентство? — Лео заметил, что голос стал звучать громче вместе с осознанием только что услышанного, однако утихомирить себя не успел. — Как омегу? Серьёзно?!        Сохраняя невероятное самообладание, Лиам подождал, пока Лео выразит эмоции, закончит ругаться на Ноа, на его агентство, на наивность, граничащую с глупостью, и слова брата, что удивительно, а может нет, нисколько не задели Лиама. Прошло не меньше пяти минут прежде, чем Лео высказал своё отношение к так называемому предложению, к Ноа, к агентству и опять к ситуации в целом, и наконец предоставил Лиаму возможность объясниться. Для начала тот пошарил по столу, и Лео не сразу обратил внимание на жест, а когда сделал это, позволил взять себя за руку. — Знаю, это рискованно, а может просто глупо, но почему бы не попробовать? — Почему не попробовать? З-зачем? — Лео упал на колено перед Лиамом и принялся гладить того по ладони, почти рефлекторно попытался заглянуть в глаза. — Если нужно, я найду вторую работу и третью, пойду на заочное, я...        Почти с состраданием Лиам посмеялся, а затем погладил мягкие волосы брата, его подбородок и скулы, смотря куда-то на уровень его глаз, наверное. — Зачем? Меня будет содержать агентство, а ты сможешь отдохнуть, хоть немного пожить для себя. И вдруг… не знаю, вдруг меня кто-нибудь возьмёт? — стыдливо понадеялся Лиам. — А вдруг тебя купит извращенец? Или маньяк?! Если т-тебя изнасилуют?! Ноа в своём уме?        Вместо каких-либо весомых аргументов, разбора ситуации на плюсы и минусы, предположений о том, что будет в том и ином случае, Лиам воспользовался самым мощным оружием из всех, которое имелось в запасе: одарил Лео ласковой улыбкой, а затем сполз со стула, чтобы охватить брата за шею и прижать к себе, спустя пару секунд обнять. — Знаю, это страшно, но, пожалуйста, подумай об этом, — не дрогнувшим голосом попросил Лиам и коснулся губами щеки брата. — Я очень прошу.        У Лео не нашлось сил ни оторваться от лица брата, ни противиться ему. Как тут устоять? К тому же Лео очень сомневался, что всего за одну ночь, максимум ночь и утро вдруг поменяет мнение о настолько диком предложении. О чём вообще думал Ноа? Неужели он совершенно не беспокоился о безопасности Лиама, ведь тот ещё мог позаботиться о себе дома, но никак не в чужом доме, в лапах чужого альфы, о котором совершенно ничего не известно? Тут и думать не о чем! И завтра утром Лео собирался доказать это брату.