Tyranу of Thunder Thighs

      Стараясь не поднимать взгляд на «человека», сидевшего напротив, я сосредоточенно уставился на паривший в воздухе список — всё, что угодно, лишь бы не видеть до боли знакомый образ и не чуять плывший по комнате офигенный запах. Нюхать хуец — это совершенно не то, чего бы мне хотелось в посмертии, но когда он принадлежал симпатичной «девчонке», мгновенно врубались чёртовы двойные стандарты. Я впервые чуял что-то подобное, но был твёрдо уверен, что именно так и должны благоухать футанари!..       «Список… Список!.. Смотри в список, сука!..» — орал я на себя в мыслях, стараясь заглушить всё непотребное.       Полупрозрачная «голограмма», парившая напротив лица, какой-то особой красотой не могла похвастать. Скромным дизайном простых прямых линий она напоминала не божественное «устройство», а очень простенькое приложение для смартфона. Внешний вид оказался не очень, зато содержание не подкачало — номерованных строк была целая уйма. Пусть даже подавляющее большинство всё же имело шрифт тускло-серого цвета, что намекало на их недоступность.       В общем-то, всё интуитивно понятно и без пояснений поддельной Алисы — мне позволяли выбрать «профессию». Разумеется, я вырос не в подвале, не один год молодости бездумно угробил, до посинения задрачивая в MMORPG, и сразу же догадался, на что это было похоже.       Выбор, что называется, внушал: Стихийные Маги, Целители, Заклинатели, Фехтовальщики, Призыватели, Жрецы, Рыцари, Маги Поддержки, Некроманты и прочие ребята всевозможных «классов» обильно наполняли список. Чего тут только не было! Это притом, что каждый из классов имел уйму своих подклассов: те же Стихийные Маги делились на добрый десяток ветвей и даже вроде бы элементарные Некроманты-некрофилы давали широкий выбор — от Ревенанта и Чернокнижника до Владыки Костей и Повелителя Плоти.       Листая это буйство сомнительного разнообразия, в какой-то момент я даже немного порадовался, что могу лишь читать краткие описания, но не могу выбрать абсолютно, что угодно из числа серых, «некликабельных» строк. В списке нашлось столько всего, что легко было что-то упустить и взять полную ерунду — и это в тот самый момент, когда меня собираются кинуть на потеху чертям с вилами!       — В чём подвох? — я коротко глянул на «Алису», не выдержав.       — Никакого подвоха, — ответила она, не поднимая взгляда и с увлеченным видом перелистывая страницу журнала.       Странная персона лениво потянулась, разминая плечи, и я услышал, как что-то массивное и упругое глухо бумкнуло в столешницу снизу!..       «Не думать… Не думать… Не думать!..» — как мантра, в сознании забилась единственная мысль. — «Веди себя подобающе, не провоцируй на свою голову, придурок…»       «Голографический» список был озаглавлен, как «Думай. Расти. Развивайся», и это что-то да значило. Да, значило непременно!.. Я напряг все резервы силы воли, старательно погружаясь в изучение строк. «Алиса» будто бы намеренно подначивала, подражая наивности оригинала и щедро подливая запретной доступности — у меня аж в затылке свербело, так хотелось попросить подержаться за то, что так глухо бумкнуло под столом! Но именно потому и нужно держаться!..       Ниже заглавия список имел несколько виртуальных кнопок — по-другому и не назвать, — нужных для удобства пользования. Я выбрал сортировку по «доступному». Каша из текста дрогнула, и серые строки уплыли вниз, уступая место белому шрифту.       После недолгого изучения стало понятно, что все они относятся к одному «классу», а выбор мой весьма ограничен — взять можно было только Монаха!       Я «кликнул» на строчку, читая общее описание «профессии». Она предлагала на выбор широчайший спектр таких невероятно «полезных» возможностей, как молебны и фанатичные молебны, каллиграфия и чайная церемония, гадания и дыхательные упражнения, «житие во смирении» и прочие радости, мало похожие на боевые умения, способные побороть «свинопауков», ожидавших меня в новом мире.       Я усмехнулся и, за неимением лучшего, выбрал класс Даоса, позволявшего совершать медитацию. Подтвердил принятие, не ощутив никаких изменений. Со всей этой атмосферкой, пропахшей мокрым «девичьим пенисом», совершенно вылетело из головы, что мне не пальчиком погрозить собираются, а будут реально наказывать. Даже если «Алиса» сказала, что подвоха нет, это не значит, что она не соврала и мне дадут что-то годное. А раз так, то зачем вообще лишние сложности? Раз уж лучше простой медитации нет ничего, то её и возьму — вдруг ещё возможности класса всучат, как непременные «обязанности» и часть наказания? Случись такое, то пару минут посидеть с закрытыми глазами, я сумею да хоть на унитазе, совмещая приятное с полезным.       Получив подтверждение, список исчез, оставляя меня в полной растерянность: и это всё создание «персонажа»?       — А как же пол, раса, настройки внешности там всякие? — спросил я.       Не то, чтобы очень уж хотелось во всём этом покопаться — в игровых редакторах всегда получались уродцы, — но было любопытно. Да и функционал «Божественной Панели» оказался какой-то слишком… убогий.       — В этом нет необходимости, — «Алиса» качнула головой, не отрываясь от чтения журнала. Также, не глядя, послала мне воздушный поцелуй. — Теперь прими своё наказание, смертный…       — Но!..       Сорвавшееся с её губ карикатурное алое сердечко ударило меня по лицу, словно боксёр тяжеловес припечатал! Из глаз брызнули искры, и я рухнул на спину, оглушенный и сбитый с толку. Татами вспыхнули снопами ослепительного сияния, рубанувшего в плечи с сокрушительной силой!

* * *

Евгений, раскаявшийся долбоёб.

14 мая 27 года.

Кратер Ун`Горо.

Глубины Улья Аши.

      Удар был настолько силён, что я захлебнулся от боли, не способный даже стонать. Скрёб невесть откуда взявшийся под руками сырой каменный пол и испускал последние анальные хрипы, проклиная «Алису»: пламя пожара, пожиравшее тело, не причиняло даже десятой части того мучения, что свалилось на меня в этот миг! Каждая клеточка тела оказалась пропитана болезненной мукой, а мысли взорванным роем острых осколков метались по черепу, полосуя мозги на куски, но я даже не мог закричать, что бы хоть на каплю облегчить страдания — спазм стальным узлом скрутил мышцы, выворачивая из суставов конечности и не позволяя дышать.       Перед взглядом, где-то в «глубине» трещавшей по швам головы, вспыхнула полупрозрачная плашка:

Запрос призыва.

Принять?

Отклонить?

      «Принять! Принять!» — завопил я в мыслях, содрогаясь от дикой боли. — «Да, сука, да!.. Живее!».       Плашка мигнула, подтверждая запрос, и исчезла. Следом за ней разом схлынула и терзавшая тело агония — будто Благодатью из ведра окатили или господь обоссал! На смену феерии мучительной пытки пришла сырая прохлада, быстро промочившая плечи и зад. Слепящий, болезненный свет резко угас, и я обмяк на холодном полу, как размоченный хлебушек. Нихрена себе, экспресс-доставка — сервис ни к чёрту!       Где-то неподалёку послышался мужской смех.       — Эй! Я не налажала! — в ответ на смешки тотчас воскликнула какая-то женщина. — Это всё свиток дурацкий — так и знала, что толку от него будет ноль.       — Да почему же ноль? — мужчина опять засмеялся. — Ты призвала какого-то мужика. Это что, твой очередной ёбарь?       — Заглохни, макака большеротая!.. — женский голос мгновенно взъярился.       — Сама захлопнись, шалава! — в ответ раздался рассерженный рык.       В стремительно разгоравшуюся перепалку вклинился третий участник, который был явно куда старше первых двух.       — Довольно! — старческим голосом одёрнул он спорщиков. — Прекратите обе, немедленно! Не хватало из-за ерунды поссориться.       — Ла-а-дно… Поняла… — почти в унисон ответили два первых голоса.       «Обе?» — удивился я, чувствуя, как стремительно возвращалось самообладание. — «А показалось, что в начале говорил какой-то мужик прокуренный…»       Язык их был довольно странный и явно мне незнакомый, но я, парадоксально, понимал всё, что они говорили.       — Мириам, займись своим призванным: толк от него будет? — старый и явно главный тут дядька тем временем продолжал. — А мы с Ушрой ещё раз обойдём периметр: дозор что-то задерживается…       Пока я ворочался и приподнимался на локтях, с видом «просохшего алкаша» растерянно оглядываясь и осматриваясь, грузные шаги удалились. Сознание прояснилось и в голове посветлело, чего нельзя было сказать об окружении. Мучительная вспышка высра… то есть, «родила» меня в какой-то просторный подвал или склад неясных размеров — немного света давали тусклая, слабо мерцавшая окружность на полу, посреди которой я развалился, как царь, переносная лампа шагах в десяти в стороне, и луч фонаря, удалявшийся в темноту.       Негусто, но этого минимально хватало, чтобы различить множество колонн — целых и развалившихся, — наполнявших помещение без какой-то приметной системы. Окружение утопало во мраке, и толком я видел лишь небольшой пятачок набранного из каменных блоков гладкого пола. Отовсюду веяло тёплой сыростью, но не затхлым заплесневелым духом.       В мою сторону направлялась женщина лет тридцати-сорока, одетая в сине-фиолетовый балахон с золотистыми завитушками вышивки. Важно так вышагивала, взбивая длинными ногами подол одеяния — будто за кинопремией шла. Или за «Порно-Оскаром», с такими-то роскошными ляжками. Довольно симпатичная «милфа»(?), нужно сказать, даже откровенно красивая — этакая томная «мамка» на пике своей привлекательности. Видок-то уж точно не самый скверный сразу после смерти в огне и возрождения в «дивном новом мире» при помощи зубодробительного воздушного поцелуя.       Женщину эту звали Мириам, если правильно понимаю. Тугая коса её чёрных волос и тонкие, сердитые губы вкупе с надменным взглядом придавали дамочке довольно приятный образ не просто мамули в теле, а этакой властной, роковой красавицы, слегка «тронутой» возрастом. Чёрный посох в рост человека, инкрустированный какими-то «брюликами», намекал, что она… типа, маг?       Любопытное дело, хотя удивления всё же не стоит. Я на брудершафт с «радужной» соевым молочком угощался — что мне эти волшебники?       Женщина указала на меня распростёртой ладонью, словно говоря: «Ты не пройдёшь!..» и принялась что-то быстро-быстро нашёптывать. Губы её стремительно замелькали, роняя неуловимые и неслышные слова. Напротив ладони вспыхнул малиновый, светящийся узор из множества вписанных друг в друга окружностей, завитушек и звёздочек. Ничего не понятно, но красиво и выглядит мощно, хотя размером с тарелку всего.       — Мужа сего нарекаю… — сказала Мириам вслух, на секунду задумавшись, — …нарекаю именем «Квиран».       Передо мной — теперь уже напротив лица, а не в голове, — вновь возникло сообщение в квадратной рамке. И видел его только я, потому что женщина даже бровью не повела. Сообщение гласило:

Принять новое имя?

Да?

Нет?

      — Нарекаю именем Квиран! — Мириам повторила громче и озадаченно нахмурилась.       У меня перед глазами всплыло второе окошко с тем же запросом. Я непонимающим взглядом уставился на странную дамочку, немо раззявив рот. Хотел озвучить сакральное «Что за хуйня тут происходит, сударыня?», но не мог произнести ни звука, будто разом онемев! Без толку пошлёпал губами, как рыба.       Женщина хитро улыбнулась в ответ.       — Хочешь ответить, но не можешь, презренный? Так ты и в самом деле демон? Впервые вижу подобное… — удивилась она. — Если не примешь имя, не сможешь говорить, глупый бесёнок. Впрочем, в отличие от круга призыва, немота не сожмётся и не убьёт тебя…       Налёт роковой красоты схлынул с дамочки мигом, стоило только услышать от неё «презренный»: сказала, как сплюнула.       «Снова помирать?» — в голове моей всё ещё роился нормальный такой кавардак.       Восприятие первым делом заметило смачные ляжки Мириам, потом замерло на её упругих сиськах — похоже, без лифчика! — но безбожно тупило во всём остальном, не понимая, пора ли начинать бояться или ещё рано? Я в растерянности глянул на светящееся кольцо под собой и понял, что женщина не соврала — оно на самом деле, как минимум, движется в мою сторону. Мысли нехотя заворочались, нехотя упуская из виду приятные дамские формы:       «И язык онемел, хотя минуту назад я с «Алисой» болтал».       Вот же чёрт! Похоже, обещанные невзгоды начались «с порога», и времени, чтобы освоиться, никто не даст. Как Чацкому: «с корабля и под дых».       Махнув рукой и целясь пальцем в виртуальную кнопку перед глазами, я «кликнул» по сообщению, соглашаясь. Принял новое имя: Квиран так Квиран — хрен с ним, не хуже других. Хотя бы не «бобик».       В тот же миг сиявшие узоры сорвались с ладони Мириам и упали мне на лоб, неярко вспыхнув и кольнув кожу мимолётным жжением. Женщина опустила руку и улыбнулась ещё шире.       — Какой любопытный образчик, — пробормотала она с таким видом, будто была здесь одна. А затем внезапно добавила. — Защищай меня!       Я не успел допереть, чего ей было надобно — мы ж ещё не в таких отношениях! — но тело тут же отреагировало. Будто по собственной воле «оно» вскочило на ноги, крутанулось на пятках, обернувшись к дамочке спиной, и вскинуло кулаки в нелепой рукопашной стойке.       — Что? — позади послышался разочарованный вздох. — Ты собираешься драться кулаками? Используй магию — это приказ.       — Я ничего такого не умею, — губы ответили вместо меня, но слова, в общем-то, оказались правдивы, ведь я выбрал Даоса.       В лучшем случае, могу за эту наглую мамочку помолиться… Хотя, мне же только медитация доступна, так что могу о ней усердно подумать. Или о её сиськах…       Толчок возрождения, как свеженькая «три А», воткнутая в задницу, придал энергии — из меня пер дурной энтузиазм и такие же дурные мыслишки при виде соблазнительной женщины. Вроде, мозги и понимают, что творится какой-то тотальный пиздец — ебанашка, очнись! — но воодушевление прёт, как из сельского нужника, в который кинули пачку дрожжей.       — Довольно!.. — разочаровано фыркнула Мириам.       Тело мгновенно расслабилось — непонятная и неприятная сила выпустила из-под узды, возвращая бразды правления. Я едва не упал, в самый последний момент успев напрячь обмякшие мышцы. С охреневанием обернулся к новой знакомой, торопясь разъяснить ситуацию:       — Дамочка, понимаю, что прозвучит странно, — пробормотал, скребя в затылке. — Но что это за место и где я…       Женщина перебила, недовольно наморщив носик и нетерпеливым жестом приложив указательный палец к своим губам.       — Квиран, молчи, пока не разрешу говорить, — обронила она, и мои слова снова в горле застряли, оборвавшись на вздохе! — Квирран, стой смирно.       В башке наконец-то прояснилось и стало действительно жутко. Ну, помер и помер — с кем не бывает? За это ещё успею своё получить, как обещала «богинюшка». Но безоговорочная власть странной дамочки куда больше пугала — всего парочкой фраз баба с косой до пояса дала понять, что полностью мной управляет! А не слишком ли это резко, господа божественные сущности? Или мне прямо сейчас нужно начать осознавать прошлые прегрешения, «претерпевая»?       Женщина подошла почти вплотную.       — Стой смирно, создание, — мимоходом повторила она и начала бесцеремонно ощупывать.       Деловито пошерудила ладонями у меня на груди под фланелевой больничной пижамой, оценила мышцы рук, разочарованно вздохнув. Даже в штаны заглянула, оттянув резинку и с непринужденным видом ухватившись за хрен! Опять наморщила нос, явно недовольная размером «прибора», и со страдальческим видом закатила глаза.       Я не знал, куда себя деть, вытянувшись по стойке смирно, как на параде, и сунув хуй в горячую ладошку незнакомой тётки. Ситуация очень горячая, но сама суть — унизительней некуда! И даже не вырваться ведь, не оттолкнуть наглых рук.       Мириам оказалась заметно ниже меня — почти на целую голову, — поэтому, наконец-то оставив причиндалы в покое, привстала на цыпочках, ощупывая и осматривая уже мой лоб. Сперва лапала хер, а теперь — лицо? Ладно, хер мой, поэтому «не считается».       — Надо же, действительно демон!.. — усмехнулась женщина, а я почувствовал, как её пальцы трогали парные выросты у меня на лобешнике! — Какой удивительный свиточек попал в мои руки…       Чтоб я сдох — снова, — если на моей голове не росли самые настоящие рожки! Небольшие такие фиговинки, слегка заострённые и симметричные бугорки длиной с фалангу мизинца — как у мальчонки-козлёночка, который нахлебался из лужи. Они смотрели вверх и вперёд, а так же были покрыты кожей, отчего я прекрасно ощущал чужие прикосновения.       — Слабый демон первого уровня… Без магии… В обличии человека… И мана на твоё удержание не расходуется… — с задумчивым видом перечисляла Мириам. — Что ж ты такое?       Это был скорей не вопрос, а удивление, поэтому я просто пожал плечами, не зная, что ей ответить. Назваться человеком? А мне-то самому в это верится, после всего, что случилось?       Женщина отступила, складывая на высокой груди холёные руки и окидывая меня оценивающим взглядом.       — Говори, что ты умеешь, недоразумение ходячее, и как можешь быть полезен своему призывателю? — велела она. А потом вскинула ладонь, демонстрируя скромный промежуток между большим и указательным пальцами. — Как видно, даже любовник из тебя никакой, так, может, ты опытный воин? Хотя, о чём это я! Воин и с твоими-то ничтожными данными?.. Отвечай…       На этот раз губы за меня не тараторили, зато кулаки неприметно сжались от злости: «Что, теперь можно говорить лично? Барыня разрешает?».       — Я… — за наглость дико хотелось отвесить этой сучке затрещину.       Нужда подчиняться какой-то непонятной бабёнке, которую вижу от силы минут пять, грызла изнутри, будто юный «чужик» выбирался наружу. Но пробовать нападать на ту, кто управляет мной при помощи голоса, как дрессированным пуделем — идея не самая лучшая. Появилась более удачная мысль.       — Я просто смиренный монах, занимаюсь медитацией, самопознанием и всей вот этой вот ерундой…       Мириам ошарашенно уставилась на меня.       — Мо-о-она-а-ах? — с удивлением переспросила.       Всё же, пока она не корчила из себя спесивую владычицу, то выглядела весьма мило и привлекательно.       — Именно, монах, — кивнул я. — Рогами клянусь.       — Нет, на самом деле монах?       — Мне землю есть, чтобы ты поверила? — ситуация начинала откровенно раздражать, но женщина не придала внимания недовольству.       Она просто расхохоталась, взмахнув ладонью. Велела сквозь смех:       — Квиран, говори правду!..       — Я — монах! — губы мгновенно ответили, опять выпалив на «автопилоте», и Мириам рассмеялась пуще прежнего.       Утёрла слёзы веселья и озадаченно покачала головой, уперев руки в бока и гордо выпятив сытые титьки с большими сосками. Уставилась на меня.       — И такое ничтожество призвал редчайший реликтовый свиток? — вздохнула она. — В чём же я так согрешила, разгневав богов?..       Мириам окидывала меня взглядом уже не с интересом, а глядела, как на пустое место, что-то прикидывая в уме. Снова — в который раз, — наморщила нос и обернулась, направившись к переносной лампе и поманив за собой пальцем. Я не двинулся с место — тело не желало повиноваться, о чём вспомнила и женщина, продублировав команду голосом:       — Квиран, к ноге!..