Часть 006 - Повседневная Жизнь "Милых Рожек"
9 апреля 2023 г., 13:02
Немного погодя удалось разузнать, чего этот припадочный Пирет такой дёрганый и аж пеной брызжет, когда меня видит. В общем-то, Мириам сама выболтала, очевиднейшим образом надеясь спровоцировать конфликт ради забавы — рассчитывала, что я опять что-то не то ляпну и «рога» меня снова отмудохает. Отхерачит, и окажется в чём-то по-своему прав. Когда юный Пирет Раверно был совсем мелким пиздюком, всю его семью у него на глазах вырезал демон с формой рогов точь-в-точь, как у меня! Убил, а кое-кого даже отведал, попировав на множестве трупов. Вот Пирет и кипит от злобы — озорные «рожки» приводят его в натуральное бешенство одним своим видом.
Пока Мириам была в духе и строила свои «развесёлые» козни, стоило этим воспользоваться. Я заставил себя улыбаться через силу, растягивая в усмешке разбитые губы. Словно не понимая, поскрёб вершинку рога, удивляясь такой бурной реакции «роги» — раз тут есть демоны, то почему Пирет на меня одного так взъелся? Почему давно уже не нашёл для себя ручную рогатую «обезьянку», об которую можно кулаки почесать? Терпел до сих пор, а тут прорвало?
Мириам покачала пальчиком и не поскупилась на объяснения. Обращалась ко мне, но говорила достаточно громко, чтобы услышали все из группы. Рассказала, что рога, как у меня — она непременно называла их «милые рожки», — встречаются чрезвычайно редко. Они были чем-то, вроде гнетущего «наследия» после нашествия Пылающего Легиона.
«Пылающий Легион?» — промелькнула мысль. — «Ага, снова что-то знакомое…»
До моего появления Мириам ни разу подобных рогов не видала вживую, и знала о них только из книг. Старые записи в какой-то там «Бла-бла-бла Библиотеке» лишь упоминали о ещё более древних и давно утраченных рукописях, которые могли бы пролить свет на этот вопрос. Вроде как давным-давно, много лет назад, орудовала в мире парочка «особей» с такими же рогами. Дуэт этот устроил немало пиздеца, чем и запомнился.
В общем, я хоть и немощь, но тоже реликтовый — «краснокнижный» демон. А клан Пирета относительно недавно пожрало создание с такими же рогами, оттого у Раверно ум за разум и заходит — он видит во мне старого кровного врага, с которым в детстве столкнулся воочию. Прекрасно понимает, что не я убийца его семьи, потому как внешность имею совершенно иную. Но не верит подлому демону и лезет в драку в любую секунду.
Единственный вариант, не оказаться забитым насмерть грёбаным мстителем — держаться как можно дальше от буйного мужика, игнорируя его ненавидящий взгляд. Хотя, как тут увильнёшь, когда то и дело слышишь: «Квиран, делай туда… Квиран, делай сюда… Квиран, падай…»? От мысли, что я теперь даже не раб, а живой заводной «механизм», действующий лишь по команде, в глубинах души то и дело закипала ярость, хрустевшая сыпавшейся «шелухой» — не могу ведь противиться, физически не способен, хоть и хочу!
Бесит до зубовного скрежета, но… Но я демон, чёрт побери, и охотно приму это. Если всего лишь миниатюрные рожки приравнивают их обладателя к дорожной пыли, то срать мне на свою человечность — разницы ж нет никакой, быть ли странно выглядящим парнем или странным призванным существом.
Я чёртов демон уже хотя б потому, что ссадины от побоев затягиваются куда быстрее обычного. И я стану тем, кем они меня называют, смогу это пережить! Не буду вредить себе, нарочно провоцируя Мириам или других, дерзким взглядом «выпрашивая» наказание. Ждут, что продолжу срываться из-за каждой мелочи? Да вот хрен им — однажды ещё сами попросят о помощи.
Кстати, о «птичках»: Лореза пусть и вытирает об меня ноги, не ставя ни в грош, но она уже оценила все прелести длинного демонического языка, и охотно мной пользуясь, ебливая сучка. Даже перестала свою лохматку подмывать: а зачем, если у Квирана такой длинный и тёплый?
* * *
Команда приключенцев оказалась не просто спонтанной группкой вооруженных бродяг, а преследовала некую чёткую цель, действуя довольно слаженно. Что, вообще-то, очевидно, иначе нахер бы они бродили по этим казематам? Грибочки-цветочки собирать? Этих самых грибочков, кстати, было просто до чёрта, но группа Крофеуса на «ботанов» не тянула — слишком уж наглые и боевитые лица. Снаряжение их выглядело весьма ухоженным и дорогим, на мой взгляд, так что ребята явно не самые бестолковые, раз смогли на такое деньжат заработать. Без понятия, какие тут цены, но та же гладкая вышивка золотом на тряпье Мириам явно влетела в копеечку — ручной труд, вся херня. А ещё у них был один приметный момент в оснащении, одинаковый для всей пятёрки — нехитрые приспособления, позволявшие одним движением руки отстегнуть с лямок рюкзаки и вступить в бой. Не знаю, как эти штуки называются, но я их потому и заметил, что они были одной модели у всех, чем и выделялись. Даже удалось разглядеть одну из этих упряжей поближе — застёжки оказались потёртые, и было видно, что они часто использовались по назначению. Выходит, меня угораздило свалиться на головы каким-то «солдатам удачи»? В разговорах они никогда не называли себя авантюристами, наёмниками или как-то похоже, но и без того становилось понятно, что именно это занятие и является их главным способом заработка: лазить по «данженам», гасить всё, что смирно не лежит, и выковыривать из него разные полезные вкусности. Потрудиться же «солдатам» приходилось немало. Конечная цель похода мне была неясна — кто ж расскажет рабу? — но на пути к ней водилось столько всякой тошнотворной мразоты, что пантомима «радужной» Алисы выглядела полным унынием на их фоне! Силитиды давно перестали попадаться на глаза, но лучше б встречались они: иногда из мглы выползали настолько жуткие, блевотные твари, словно выпавшие из клоаки сатаны, что при взгляде на них не сразу было понятно, с какой стороны у «этого» находится жопа и в какую из своих многочисленных дырок «оно» жрёт? Но самое хреновое то, что три четверти этого зверинца и «топлива для кошмаров» пыталась не просто убить и сожрать, а для начала хотели выебать! Силитиды-милахи только жвалами щёлкали и поскромней как-то были. Я, честно сказать, даже слегка растерялся от такого обилия и разнообразия мокрых хуёв и сочащихся смазкой монстрячих влагалищ! Извращённых футанарек люблю всей душой, но даже для меня такое — слегонца с перебором. Из-за первой стычки с одной из таких красотуль, похожей на волосатого осьминога кишками наружу, я чуть не поседел. Ни о чем не подозревая, набирал воду в походный котелок — освежеванный пудиратик дожидался своей участи быть приготовленным, — когда противная тварь выкатилась из соседней трещины в стене. С урчащим рыганием высунула своё поганое рыло с полудесятком жёлтых пучеглазых зенок и немедленно зародила во мне сомнение: быть послушным рабом омерзительно и ниже достоинства, но всё же чуточку лучше, чем оказаться сожранным плодом инцеста бредней Дали и солевого торчка! Тварь отмудохали быстро, в лёт разметав по округе — она на свою беду выползла неподалёку от нашего лагеря и не успела протянуть ко мне склизкие грабки. Я же чуть не обделался от неожиданности, а потом окончательно решил, что пошло бы оно всё в пизду! Прямо пешочком да в вульву Лорезы: и моя человечность — помашу ей ручкой, — и тандем из обеих Алисок, а так же их суровое наказание. Богинюшки могут свернуть это всё в плотные трубочки, тщательно облизать и позасовывать друг дружке в ароматные, мягкие задницы. Я теперь не просто безвольно униженный и подчинённый, а хитро и ловко выжидающий и выживающий — как и положено коварному демону! Как именно быть демонюгой, без понятия — жизнь к такому меня не готовила, но обязательно научусь…* * *
Пятеро бойцов знали своё дело крепко, поэтому попадавшиеся на пути монстры дохли крайне охотно и быстро. В большинстве своём они даже не были угрозой, а являлись скорее беспокоящим фактором и для вооруженной команды не представляли особой сложности — по крайней мере те из них, что походили размерами на обычного человека. Крофеус, при всей своей суровой внешности тоже оказавшийся магом, лупил по тварям тугими сгустками пламени, устраивая локальные огненные штормы из рваного монстрячьего мяса. Маг-чародей с замашками огнемётчика или с комплексом напалмовой бомбы. Старик создавал багряно-алые магические круги и выстреливал из них, как из пушки, пламенные сферы под огромным давлением. Такие светящиеся «печати» я уже видел — при помощи одной из них Мириам нарекла меня новым именем. Но у дедана круги строились немного дольше, были почти метр в диаметре, и активировались довольно странными заклинаниями, вроде «На, сука!..» и «Лови, уёбок!..». От близких разрывов аж уши закладывало… Крофеус в бою двигался неожиданно быстро для своего возраста, в буквальном смысле с огоньком, оставляя за собой горящую линию следов. Наносил тонны «дамага», испепеляя вражин пачками, но в защите оказывался жидковат. Либо предпочитал сразу же отступать даже от ничтожных «осьминогов», либо полагался на латы Ушры. Время от времени он сменял кристаллы в особом гнезде на своём посохе, вынимая новые из «разгрузки» взамен отработавших и был совсем не похож на стереотипного мага, какими я их представлял. Больше казался этаким волшебным «гранатомётчиком», бившим редко, но по всем сразу и очень больно. Орчанка Ушра, как и положено «консервной убей-банке», теснила особо настырных и бесстрашных тварюк, оттягивая их внимание на себя. Смело кидалась в гущу, ломая слюнявые морды, звериные пенисы и всё остальное, что подворачивалось под руку. Но это только на первый взгляд она представлялась перекачанной тупой бабой в латах — её магические умения были даже более красочными, чем «выстрелы» деда. А брутальный и дико пафосный бросок щита, как бумеранга, оказался сродни особому искусству — так эпично и надменно исполнять его мог только очень опытный боец! Но щит был нужен для глухой обороны. Когда же он перекидывался за спину, вперёд выступало основное оружие — громадный меч, устрашающий в деле массивный тесак длиной почти в рост человека. Весу в этой нелепой «рельсе» оказалось не меряно — килограмм шестьдесят, а то и все восемьдесят! — поэтому поднять его я бы даже не помышлял. Но Ушра орудовала оружием, словно держала перочинный ножик в руках — бошки врагов лопались, как перезрелые тыквы. Мозги летели во все стороны — залюбуешься просто! Хотя главным её умением всё же была не грубая сила оружия, а какая-то пиздецки злющая магия, буквально выжимавшая мясной сок и разбивавшая в кашу единичные цели. А еще орчанка могла мгновенно исцелять небольшие раны, свои и союзников. Я бы назвал её паладином, но люто «переапаным». Про Пирета особых подробностей узнать не получилось. Век бы этого мудака не видеть, но знание могло помочь в будущем, однако не срослось. Он либо пиздил меня по возможности, отвешивая пинок в пузо даже перед боем, либо, как и положено «роге», в начале заварушки срывался с места на бешенной скорости и уходил в «стелс», ловко прячась в полутенях и за укрытиями. Полагаю, заходил в тыл к неприятелям и бил им в спины, протыкая панцири, словно бумагу. Большеглазая Нина не использовала оружия вовсе — она сама была оружием. Чтобы приготовиться к бою, ей достаточно было просто раздеться: обнаженная длинноухая девушка падала на четвереньки, демонстрируя голой промежностью, что она — футанари! Эльфийка за считанные секунды превращалась в чёрную, как смоль, кошку, но размером с тигра. И тогда вместо одной тени на поле боя метались уже две, сеющие хаос и увечья. Мириам — моя стервозная «госпожа», — всегда оставалась в арьергарде и занималась поддержкой группы, усиливая их умения и ослабляя врага. Лореза до боли напоминала Чернокнижника: насылала какую-то изнуряющую и истощающую дрянь на противников, магией подкрепляла силы союзников и призывала самых настоящих демонических тварей — разнообразных кривоногих рогатых уродцев, больше похожих на ожившие комки безмозглой злобы, чем на разумных созданий. Поглядывая на них, я не без гордости понимал, отчего моё появление так удивило Мириам и почему меня всё же оставляют в живых. Призванные ею создания могли похвастаться лишь беспримерной покорностью, но были настолько тупы и безынициативны, что слово «тупица», применённое к ним, начинало сиять новыми красками. Эти твари либо с радостным гиканьем и брызгами слюней кидались в атаку, орудуя когтями и клыками, пока не гибли, либо «постреливали» издали огненными сгустками, либо — что было чаще всего, — дополнительно охраняли Мириам со спины. Чёрт его знает, какой именно эффект имела её магия поддержки — мне ни разу не перепало, — но женщина эта определённо являлась ключевой фигурой в группе на момент сражений. Наверно именно поэтому в скором времени мне и посреди заварушки отыскалась задача. Против главной угрозы, естественно, не бросали, здраво рассудив, что жаль будет так нелепо терять настолько удобного работника. Даже Пирет, яростно меня ненавидевший, заявил, что «…уроду этому нехуй делать в бою — только под ногами путаться будет». Зато нашлось дело в тылу — меня обязали отгонять всякую настырную мелочь, мешавшую Мириам творить заклинания. Когда начиналась особенно жаркая схватка, изо всех щелей как по команде выползали комки слизи, что своим видом напоминали ожившие куски соплей размером с ведро и с хорошо заметным ядром в своей толще. Обычно они подъедали мертвечину, свежие трупы павших врагов и любую другую органическую дрянь, не причиняя при этом никакого вреда живым. Но постоянно лезли под ноги, мешая свободно двигаться, поэтому меня обязали браво сражаться с напастью. Как именно я буду это делать, никого не волновало — ни оружия, ни инструкций не дали. Задачу получил — бегом марш на амбразуры, выполнять! Поэтому из первой же потасовки с слизнюками я вышел едва не зализанный ими до смерти и по уши мокрый от «соплей». Руками разорвать упругие бока полупрозрачных созданий не мог — сил не хватало. Даже не мог с пола поднять кусок камня или отслоившийся от стены твёрдый пласт — нерушимый приказ Мириам не разрешал брать хоть что-нибудь, похожее на оружие. Пришлось долбить и топтать тварей босыми ногами или лупасить сцепленными в замок руками, молотя из-за головы, как мартышка колет орешки. Парочку слизнюков я даже чувственно загрыз, преисполнившись боевого угару. Чуть пальцы себе не поотбивал, замотался до полусмерти и здорово продрог, вымокнув до нитки. Наелся слизистой дряни и едва не проблевался. Хотя случайно надкушенное ядрышко одного слизнюка оказалось очень даже ничего на вкус — на фруктовый пудинг было похоже. Во время привала после драки я не выдержал и запричитал: — Дайте хоть железяку какую! Иначе сами месите это блядское «тесто»!.. — снова сорвался, хотя и обещал себе не психовать. Сказано было сгоряча, и расплата прилетела мгновенно — «Квиран, падай…» сбило с ног, припечатав лицом об пол. Но в тот миг я даже на боль наплевал — самому смиренному терпению рано или поздно наступал свой предел, а моя «демонизация» не поспевала утихомиривать бушевавшие, но неполезные делу эмоции. Лореза уже даже рот раскрыла, набирая в грудь воздуха и собираясь ещё разок-другой уронить непослушную «вещь», но за меня неожиданно вступилась Ушра. — Мириам, ягодка ты моя толстожопая, погоди-ка, — пробасила она. — Этот твой чудила ведь нормально справился, разве нет? — Может, ты ещё и спасибо скажешь демону? — наигранно перегибая с эмоцией, удивилась Лореза. — А выглядишь, вроде, не дурой. — При чём тут это, овца ты штормградская? Главное, что бафы и доты от тебя проходили без перебоев. Или сама не заметила, что никто не мешал? Мириам сердито фыркнула, но промолчала. — Верно, все слизни к твоему рогатому ползли, — подключился дедан. — Дай ему послабление, Мири — старается ведь… — У меня лишнего оружия нет для этой бездари, — женщина пожала плечами. — Но если кто-то хочет с ним поделиться — запрещать не буду… Ушра оглянулась по сторонам. Поднялась и направилась к большой друзе острых, светящихся кристаллов, не забыв прихватить свой двуручник. Размахнулась и, лихо ухнув, долбанула обухом, одним ударом разбив пучок мерцающих минералов. Подняла кусок подлинней и бросила его мне под ноги. — Вот, против слизней этого хватит, — прогудела она. Я был уже опытный, и хватать подарочек не спешил, пусть даже не было никакого запрета. Глянул сперва на Мириам. — Квиран, взять, — лениво отмахнулась она, будто отдавая команду собаке, — но используй только против слизистых тварей… Это была не ахти какая вещица, но даже обычная палка — уже хороший помощник, а уж острый кусок крепкого «стекла» — и подавно. Опять же, вместо фонарика использовать можно, хотя светит очень слабо. Но в любом случае тыкать в слизнючёнышей осколком, пробивая их пульсировавшие ядра, стало намного сподручней. Бить как дубиной оказалось бессмысленно — живые «желешки» всё же чересчур эластичны, чтобы так их поранить, — но протыкались они на раз, тут же расплываясь липкой лужей и не оставляя после себя ничего, кроме мокрого места.* * *
На одном из привалов Нина сумела унизить меня, не обронив даже слова. Когда Мириам и Крофеус уже дремали, а Пирет шарахался где-то в тенях, эльфийка растолкала мирно сопевшую подружку и увела её за ближайшую кучу обломков. Я со своего места прекрасно видел, как скромный «писюн» футанари Нины быстро вырос в громадный «Мега Дефлоратор»! Суровая орчанка только попискивала, атакованная влажно хлюпавшим в ней громадным хуем, а эльфийка оглянулась — заметила, что подглядываю! — и продолжила размеренно «помпировать» влагалище зеленокожей верзилы… У меня встал за секунду — всю ведь жизнь грезил о таких вот длинноухих красотках с массивными пенисами! Но увидав всё в реальности остро почуяв даже в этом себя полным ничтожеством: мой язык был длинней, чем мой собственный член, но детородный монстр тихони Нины оказался длинней моего языка!* * *
Спустя недолгое время, когда меня перестало дёргать от неприятного вида очередной плотоядной и похотливой образины, выползавшей из какой-нибудь трещины, потасовки с монстрятиной начали оставлять странное впечатление. Судя по тому, что я слышал, оказаться довелось в Азероте. Но чёрт бы с ним — пусть это даже будет невероятное совпадение, мне-то от этого ни холодно, ни жарко. Важно другое. Явно магические создания — кое-кто из них даже пулял в ответ магией! — нападали на нас, получая по рылу при помощи магии же, но пейзажи вокруг простирались всё больше техногенные. «Средневековая» каменная кладка постепенно уходила, а взамен ей появлялись голые бетонные стены, складские помещения с ржавыми остовами сотен металлических ящиков, цеха, забитые чем-то, отдалённо похожим на ржавую машинерию, и прочие технологические помещения, которые не очень-то походили на антураж мира «меча и магии». Так где же я, чёрт подери, очутился? А места тут были явно непростые, исхоженные. Несколько раз мы натыкались на тела других приключенцев, отчего мне всегда было немного не по себе. Выпущенные кишки зловонного чудища не производили такого впечатления, как труп человека. В мыслях невольно возникало сравнение, что это не безымянный бедняга, а я. Лежу тут, объеденный, гниющий и непременно обожжённый… Но «метать фарш» от вида растерзанных тел я уже не собирался — «демонизация» шла своим чередом со страшной силой и чем дальше, тем меньше виделось отвратительного в человеческих трупах. Всё равно, что на мёртвых обезьян смотреть: чуточку на меня похожи, да и попахивают неприятно, но не более. При виде очередного наполовину сожранного «свежачка» я лишь побледнел, да и только. Уршу такая реакция здорово повеселила и эта здоровенная баба даже поухаживала за мной по-своему — двумя ударами тесака ампутировала покойнику ноги, перерубив их в коленных суставах. Пнула обрубки в мою сторону, как мячи, и жутковато, нужно сказать, усмехнулась: — Обувь себе забери, а то бегаешь босиком, как мудак конченый… Тут уж меня всё-таки прополоскало — слабоват я был пока что, как демон. Но орчанка оказалась права — кроме пары давно прохудившихся носок, обуться мне не во что. А Мириам такие заботы совершенно не беспокоили. На мои ноги ей начхать, главное, чтобы язык остался цел и работоспособен. С разрешения Лорезы — даже теперь с разрешения, — я вынул из высокой крепкой обувки чужие, разлагавшиеся ступни. Снова хорошенько проблевался, опорожнившись досуха, и наконец-то надел обновку. Опять чуял, что желаю прибить всех и каждого… А спустя минут десять, сунув капризики поглубже в задницу, уже благодарил Уршу — успел оценить, насколько же это кайфово снова шагать без опаски пробить ногу о какую-нибудь острую штуку! Орчанка хмыкнула, второй раз снизойдя до общения с «вещью», и ободряющим хлопком по плечу едва не вколотила меня в бетонный пол! Я упал на колени, сбитый с ног, Ушра с довольным видом загоготала. Хотя удар её кулака был чем-то сродни удару кирпичом в лицо, но эта веризла оказалась самая контактная из всей группы. Или самая безразличная — это смотря как воспринимать. Но с ней стоило попытаться в первую очередь, что я однажды и попытался проделать, пока чистил её меч от крови недавнего сражения. Орчанка съела парочку запечённых пудиратов и пребывала в благостном расположении духа — дремала в полглаза. Рядом с ней лежала Нина в облике большой кошки, и верзила чесала подругу за ухом, извлекая из грозного хищника довольное басовитое урчание. Картинка забавная, если не думать о том, что эта парочка творила в бою. «Они потому и вместе, что Нина типа друид-оборотень, а орчанка — на зверя похожа?» — усмехнулся я в мыслях, поглядывая на любовниц. Момент был идеальный — психованный Пирет с «огнемётным» дедом обходили лагерь дозором, а Мириам что-то записывала в походный журнал, — поэтому я решился. — Ушра, а можно вопрос? — спросил негромко. Мгновенного наказания за дерзость не последовало. — Чего тебе? — орчанка лениво приоткрыла один глаз, посмотрев на меня. — Хочешь спросить, за что так с тобой, сиротинушкой? Разумеется, она же не идиотка — давно всё поняла, поэтому я лишь кивнул. — Сами же называете меня необычным, а я ничего не понимаю и… — Эй-эй!.. Парнишка, не гони, — могучая женщина неторопливо вскинула мозолистую ладонь, прерывая меня. — Это всё, конечно, невероятно трогательно и печально, но если что — я выберу Лорезу. Она глянула на Мириам и с усмешкой, едва слышно прошептала одними губами: — Пизда ты тупая… Лореза вскинула голову, но до орчанки было далеко и услышать она не могла — но всё равно радушно улыбнулась в ответ, демонстрируя оттопыренный средний пальчик. Надо же, какой универсальный жест оказался… — И тебе того же, потаскушка, — Ушра с прежней улыбкой покивала, а потом глянула на меня. — Понимаешь? Она хоть и стерва ебливая, но мы с ней хотя бы месяц знакомы, а тебя, демонёнок, я знаю без году неделю. За проделки Легиона тебе бы шею свернуть, но как погляжу, над тобой уже судьба посмеялась, так что начхать мне. Но сразу скажу: лучше не вставай на пути, если неприятностей не хочешь. Это были только слова, но она хотя бы прямо расставила приоритеты, обозначив, что я ей безразличен — не друг и не враг. Уже результат. — В двух словах: что случилось-то? Объяснишь? Вскрывать то, что мне известно о Пылающем Легионе — тупая идея, поэтому я принялся прилежно тупить. — У Пирета спроси, — усмехнулась орчанка, демонстрируя солидные клыки в нижней челюсти. Помолчала немного и добавила. — На Калимдоре тебе делать нечего — друзьяшки Нины вас, сволочей рогатых, ненавидят так, что чуть дренейских козочек не перебили с испугу. В Дарнассе тебе лучше бы не появляться, если жизнь дорога: рабом останешься — считай, что сильно повезёт. Знакомых топонимов и просто мелких зацепок было чересчур много, чтобы и дальше отнекиваться, но даже принятие ровным счётом ничего не меняло. Что Азерот, что Диснейленд — мне от этого не легче. — Но я ведь у Мириам под каблуком… Момент настал весьма щепетильный, а тема — крамольная. За такое — мордой об пол. Если Ушра захочет — если ей просто покажется, — то она сдаст меня «хозяйке», выдав за попытку к бегству. Страшно представить, сколько раз меня «уронят» за это. Но рискнуть стоило. Орчанка, как ни странно, и бровью не повела, отвечая: — Это не моя забота, как ты будешь от Мириам убегать. Но у нас в Оргримаре кое-где живут демоны-полукровки — их там почти никто не трогает, сама знаю парочку таких… — Оргримар это где? — встрепенулся я, будто и вправду был в силах прямо сейчас встать и уйти. — Вон та-а-ам, возле ручейка, — Ушра зевнула и указала на источник питьевой воды неподалёку от лагеря. — Принеси-ка мне попить, парнишка… Я, как подросток, спросил разрешения у Мириам и сходил за водой. Не сказал ей, что это для орчанки. Побыть пять минут мальчиком на побегушках для кого-то ещё — совсем небольшая услуга в обмен на возможность пробросить первые нити контактов.
