Часть 026 - В лесах
30 апреля 2023 г., 12:39
Примечания:
Как-то так...
Квиранна
8 октября 27 года.
Аубердин
Калимдор, Тёмные берега.
«Шлем! Где чёртов шлем?!» В Хранилище его не оказалось и мне пришлось метнуться вглубь комнаты, за брошенным на постель шлемом, чтобы увидеть картину из глаз «Шакти». В этот миг за окном раздался тяжёлый всплеск — взрыв? — и что-то массивное вылетело из воды, с треском проламывая многострадальный причал. — Ты напросилась! — грянул крик «Шакти». Я нацепил шлем и увидел, как меха-доспех разбросал ломанные брусья, выбираясь на берег, и вскинул руку, активируя встроенную пусковую установку! Ракета была всего одна — как оружие последнего шанса, — но почти килограмм октанитрокубана под ногами Присциллы разъебет весь причал и щепками-осколками поубивает кучу народу. Этого нельзя допустить!.. — Стой! Не смей! — я завопил так, будто это в меня целились. В чем мать родила, сиганул из окна, на ходу сдергивая шлем и со всей дури метая его в «Шакти». Кувыркнулся по уцелевшей части настила и вскочил на ноги, встав на линии огня между машиной и парившей над пирсом Присциллой. Отовсюду на шум сбегались стражи, готовые вступить в потасовку на третьей стороне. Если я не успею, и машина начнёт меня защищать — это будет натуральная бойня! — Хватит! Ты же кого-нибудь ранишь! — почти не играя испуг, крикнул я «Шакти». — Остановись! Машина мгновенно откликнулась на голосовое управление, покорно опуская конечность и деактивируя готовое к бою оружие. Присцилла тем временем встала у меня за спиной, ступив босыми ступнями на сырые доски. Опустила на плечо большую ладонь на плечо, обвивая толстым, тёплым хвостом. — Не беспокойся, — сказала она. — Я не дам тебя в обиду. «Шакти» исправно продолжала играть свою роль. — Квиранна, отойди от нее — это приказ, — велела она. — Или ты уже позабыла, что мне обещала? Нас окружили стражи Аубердина, обнажив оружие. Со всех сторон смотрели лица, полны серьезности и готовности применить его немедленно, если драка продолжится. Даже несколько верховых птиц вились в воздухе, замыкая потасовку в кольцо! Вышколенной организованности можно было только позавидовать. Сверху же, словно прямиком с облака, спрыгнула Шандрис, на ходу выскочив из седла гиппогрифа и мягким кувырком приземлившись между мной и меха-доспехом. — Именем жрицы Тиранды я приказываю вам остановиться! — грозно воскликнула она. — Немедленно! Стражи Аубердина вздрогнули и попятились на шаг, наткнувшись на властное имя. Но не все были готовы слепо повиноваться. — Скажи это ей! — рядом послышался возглас Куни, и передо мной встала дренейка. Присцилла в тот же миг испарилась, но спустя секунду материализовалась вновь, прикрывая нас обеих — нетерпеливо постукивая о настил причала хвостом, встала в низкую рукопашную стойку, готовая к бою. — Из-за чего вы устроили драку? — Шандрис, как мировой судья, вскинула ладони. — Из-за какой ерунды затеяли ссору? В Пучине ведь ладили, так что приключилось теперь? Отвечайте! В этот миг настал мой «звездный час». Немного не так я себе его представлял — бабоньки-то разошлись не на шутку, — но если блистать, то момент идеальный. — Всё из-за меня! — я выбежал на всеобщее обозрение, старательно пытаясь выжать слезу. — Это я виновата… Не нужно больше сражаться, прошу вас!.. Как и ожидалось, стражи меня не сразу заметили, проморгав явление белокурой краснокожей девчонкой за пылом сражения. — Простите, я не думала, что все так обернётся!.. Элфы напряглись. Послышались их шепотки: — Демон? Что здесь делает демон?.. «Шакти» вновь отлично использовала возможность, отвлекая всё внимание на себя: — Квиранна, дай слово, что больше от меня не сбежишь! — грянула она так, что и в Дарнассе должны были услыхать. — Поклянись перед всеми! — Она ничего тебе не должна, — с победным видом усмехнулась Куни. Футанари встала рядом и одним взмахом сорвала с меня «ошейник», лишая последнего канала связи с «Шакти»! Вот ведь дура писюкатая: заботливая, но всё равно недотёпа. У моей же «железки» строгая директива защищать принцессу Квиранну. А чем этот жест — разрыв канала связи, — не акт откровенной агрессии и повод перейти к нападению? — Как ты смеешь?! — динамики меха-доспеха загремели пугающе искренним гневом. — Отпусти мою Квиру немедленно! У «Шакти» не было другого оружия, кроме встроенной в предплечье мини ракеты, но сил её механики хватит с лихвой, чтобы устроить здесь мясорубку. И Куни с этим не справится — она не сможет прямо сейчас вновь применить «Божественную Защиту» и сдержать натиск, а значит, никто не в силах унять грядущую бурю. Я с расстояния чуял, как машина стремительно выводила системы в режим перегрузки, готовясь к атаке — её корпус буквально сиял источавшейся Ци! — Стой! — выпутавшись из объятий Куни и поднырнув промеж ног у Пирсциллы, я подбежал к «Шакти», защищая теперь уже её. Или от неё же прикрывая всех остальных. Суть не важна — главное не пустить ситуацию на самотёк и не дать случиться трагедии. — Шакти, прекрати немедленно! — приказал умной машине. Тут же чертыхнулся, поняв, что вышел из образа, и поспешил всё исправить: — Госпожа Шакти, умоляя — довольно! Я не хочу, чтобы из-за меня кто-нибудь пострадал! Наденьте новый ошейник, но умерьте свой гнев. Предлог был нелепый, но это сработало и я смог неприметно вынуть из Хранилища запасную гарнитуру, быстро и демонстративно защёлкнув гибкую ленту у себя на шее. — Вот, я снова ваша!.. Никто ничего не заметил или внимания не обратил — всеобщее возбуждение и «замешательство» Меха-доспеха, не готового идти в атаку «сквозь» меня, прикрыло неловкий жест. — Довольно! — как отрезала Шандрис. — Женщину в доспехах и демонессу задержать. Если будут сопротивляться — применить силу! За рогатой смотрите особенно… «Подчинись!..» — я отослал «Шакти» единственный приказ, а сам уставился жалобным взглядом на Куни. По крайней мере, думал, что сообщение оказалось достаточно красноречивым. Чего хотел, того, в принципе, добился, а больше раздувать пламя конфликта — лишь вредить самому себе. Однако Куни поняла мой взгляд по-своему. Нежно коснулась ладони Присциллы, словно они были влюблённым, и затем, когда великанша растаяла в воздухе, будто туман, пошла к нам. Сдвинула запястья очевиднейшим жестом, явно предлагала надеть на них наручники. — Давай тогда уж и меня в кандалы, госпожа Оперённая Луна, — горько усмехнулась футанари. — Я ведь больше похожа на демона, чем эта бедняжка, так как ты можешь мне доверять? — Не пытайся запутать нас этой нелепой демагогией, — не оборачиваясь, ответила Шандрис. — Экзодар потерпел крушение не вчера, а такой сильный воин, как Шакти, объявился в Аубердине как раз на кануне визита госпожи Темперанс. Это ли не подозрительно? Плечи пробрало ознобом и внутри всё заиндевело от мгновенно закипевшей ледяной ярости. Что эта длинноухая «сиська» только что ляпнула? — Арген Темперанс? — забывшись, повторил я шёпотом. — Для тебя она госпожа Арген Темперанс! — с вызовом в голосе воскликнула Шандрис. Мы стояли друг к другу лицом, и эльфийка прекрасно видела те эмоции, что вырвались из-под контроля. Ожидаемо насторожилась, коротким жестом поторопив стражу: — Задержать немедленно!* * *
Дознание устроили здесь же, неподалеку от пристани Аубердина в одном из зданий. Проводила его лично Шандрис и я быстро понял, что девушка и сама не рада этому. Она считала «Шакти» если не подругой, то хотя бы боевым товарищем, а теперь была вынуждена задавать ей каверзные вопросы. Даже на меня она поглядывала пусть и без благосклонности, но и недовольства от нее не исходило. Я по глазам прочел, что девушка делает то, что когда-то пообещала Куни — старается быть не предвзятой. Но озаренная недотепа оказалась чересчур возбуждена, чтобы это заметить, и подливала масла в огонь, достаточно громко обвиняя эльфийский народ в снобизме и расовых предрассудках. «Шакти» даже без моей поддержки вела себя, как бывалый «сиделец», и ушла в полное «отрицалово». Ни единым словом не обмолвилась об истиной сути нашей с ней связи, ссылаясь в мой адрес общими фразами: «Она мне должна…», «Она обещала…», «Она меня любит…». Я же сидел тихо, как мышь под веником, но в мыслях поливал себя такой отборной бранью, что от зависти померло б десяток сапожников. И дёрнул меня черт повторить вслух ненавистное имя! Но кто же мог знать, что так всё случится? В итоге, расспросы оказались нужны больше для виду, а на вердикт Шандрис повлиял мой первый уровень. Эльфийка сказала, что кто-то настолько слабый, как я, даже если задумает скверное, никак не сможет это воплотить в жизнь. А «Шакти» заниматься подобным просто нет смысла, иначе она бы не спасала дочь жрицы Тиранды. В общем и целом, низкая цифра «прокачки» — не аргумент в пользу добрых намерений. «Шакти» тоже была первого уровня, хотя «носила» крайне необычный доспех и в Пучине более чем проявила себя. Но наш дознаватель намеренно упускал из виду эти моменты, словно исподволь вел к чему-то, будто ожидал какой-то особой развязки. — Ты же ничего не задумала, что способно причинить вред ни в чем не повинным жителям? — спросила она. — Если я попрошу дать слово чести, смогу ли верить ему? Это было настолько наивный вопрос, что некоторые из присутствующих эльфов начали проявлять откровенное недовольство. — Клянусь, не было даже в мыслях вредить, — я с энтузиазмом закачал головой. — Стану вам искренним другом, если не лишите свободы… Один из эльфийских мужчин по имени Олофарен — черт его разберет, сколько ему лет, — хмыкнул, словно улыбаясь собственным мыслям. — Ну надо же: демон и рассуждает о недопустимости рабства? — пробормотал он. — Вот же ирония… Шакти метнула в говоруна гневный взгляд, но точку в этой комедии поставила всё-таки Куни. — Я ручаюсь, что Квирочка не сделает ничего плохого, — сказала она, направляясь ко мне. — Госпожа Оперённая Луна, либо извинитесь перед ней за необоснованные подозрения, либо задержите на допрос и меня… Кажется, Шандрис украдкой облегчённо вздохнула! Недовольный ропот стражей оборвала взмахом ладони. — Если за эту девушку вступилась госпожа озаренная, то так тому и быть, — подытожила эльфийка. — У Жрицы Тиранды полно и других государственных дел, чтобы в придачу к ним спровоцировать еще и ссору с Пророком Веленом по нашей вине. — Но так ведь нельзя! — возмутился Олофарен, с брезгливым видом кивнул в мою сторону. — Они затеяли драку перед визитом важного гостя, но их так просто отпустят? — Эмиссар Экзодара лично присмотрит за красной блондинкой, — ответила Шандрис, указав на дренейку. — Если же что-то случится, мы без труда задержим обеих и предъявим им обвинения. — Но, госпожа? — эльф не унимался. — Вы же видели, что за безумная магия подвластна дренейке? Шандрис просто кивнула. — Справится с этим, если возникнет такая нужда, нам поможет госпожа Шакти, — сказала она. — Верно? — Будьте покойны, — твёрдым тоном ответил меха-доспех. — И… пусть Квиранна останется с озаренной: я отвечу доверием на доверие и не буду настаивать. — Не волнуйся, я за ней присмотрю, — усмехнулась Куни. Ее пальцы у меня на плече крепко сжались — футанари явно желала довести бой до конца, но сумела сдержать воинственный норов. «Шакти» же направилась следом за эльфийкой. — Квиранна, надеюсь, ты одумаешься… От этих слов мне стало неловко — я лишь в сей миг понял, что всё это время усердно учил умную машину бессовестно лгать. Пусть во благое дело, но поучал наивного «ребёнка» вранью.* * *
Квиранна
9 октября 27 года.
Аубердин
Калимдор, Тёмные берега.
После скорого «суда» меня нисколько не ограничили в передвижениях, словно говоря: «Делай, что хочешь». Но хотя я и не встретил ни слова угрозы или обвинения в свой адрес, однако сдержанно-пренебрежительные взгляды эльфов, щедро приправленные подозрительностью, достаточно красноречиво давали понять, что они обо мне думали на самом деле. Ну, и на здоровье, длинноухие тупни! Я тоже любезничать и улыбаться каждому встречному-поперечному не буду. Мне с вами детей не рожать, так что зыркайте, сколько угодно, только не лезьте. Без вас забот полон рот. Когда «Шакти» вернулась в Дарнасс, я передал ей, что спустя сутки она должна увидеться со мной и получить новые энерго-ячейки. Заряд в батареях меха-доспеха оказался опустошён уже на две трети, притом, что машина почти всё время лишь ходила по комнатам эльфийского дворца да «беседовала» с Тирандой. Если моя «подопечная» неожиданно замрёт на полуслове слова и «уснёт», эльфы быстро разберутся, что к чему, и станет очень, очень неловко. Тогда уже и Шандрис не отмажет от немедленного ареста и дознания с пристрастием. Открывать же карты пока что не стоило. С ребятами из Аубердина я ещё мог бы справится даже не вынимая оружие из хранилища — если не со всеми разом, то по одному или подвое уж точно. Но когда на голову посыплются сердитые «эцилопы»(?) из Дарнаса, хочешь не хочешь, а придётся пригласить на вечеринку «Кримхильду». В таком случае «лёгкое хулиганство» тут же переквалифицируют в «геноцид с отягчающими…» и вышлют за мной всю королевскую рать. Чтобы не возникало лишних вопросов, Куни, как и обещала, всегда находилась рядом. Вернее, это я бегал за ней хвостиком, или за её хвостиком. Особой выгоды от медитации в пределах Аубердина не было — естественный «фон» Ци здесь оказался довольно скуден, и мне пришлось бы потратить уйму времени, чтобы продвинуться хоть немного. С алхимией у Системы-Алисы тоже пока что не ладилось: как и с дешифровкой языка на станции снабжения, она топталась на месте из-за малого количества данных. А у меня даже лаборатории не было, чтобы чего-нибудь с чем-нибудь смешать и помочь ассистентке с виртуальными экспериментами. Всё, что я мог в данный момент — усиленно тренировать ощущение Ци в меридианах. Гулял с Куни, иногда буквально держа её за хвост, как за руку, и срывал всякие травки, что попадались в дороге. Отщипывал листики-цветочки, разжевывая и пробуя на язык, а остальное кидал в Хранилище, хоть так облегчая построение базы данных. Серебряные иглы давно уже были готовы и дожидались в Хранилище — все три десятка тончайших серебряных «нитей», — но Система до сих пор старательно проверяла и перепроверяла расположение узловых точек на не открытых энергетических каналах. В общей сложности отыскала триста шестьдесят четыре точки — по двадцать шесть на меридиан, и уточняла их возможное расположение. Куни занималась своими делам и искала залежи меди в скалах восточнее Аубердина. Она хотела улучшить навыки кузнечного дела и шерстила неглубокие пещеры в горе, выгоняя тамошних обитателей. От скал, кстати, веяло чем-то едва уловимым, тёмным и очень приятным, но этот эфемерный «запах» оказался настолько размазан и тонок, что было лень даже задумываться о его природе. Вместо этого я забирался на какой-нибудь камень повыше и погружался в самосозерцание, без медитации. Дожидаясь возварщения боевитой футанарьки, пытался «заглянуть» внутрь своих меридианов или почуять движение жизни поблизости. Абсолютно все живые создания — пусть и в разной мере, — несли в себе энергию Ци, и научиться её ощущать точечно, а не огульно, было бы очень полезно. Местное зверьё — те же совухи, которых кувалдой колотила Куни, — оказались настолько слабы, что их я чуял, как едва уловимое колебание ветра. Ветка качнулась или это зверёк какой пробежал? А вот сама озарённая приятно удивила, превратившись в отличный «тренажёр» — суетливая футанари неожиданно сильно «фонила» Ци! Потренировавшись пару часов, я научился довольно сносно следить за дренейкой-фонариком — с закрытыми глазами и сквозь толщу скалы ощущал её перемещения. Даже сумел почуять разницу в наших энергиях. Моя Ци была похожа на жизненную силу Куни, как похожи два вздоха разных людей, но всё же имела неуловимую пока что разницу.* * *
— Что делаешь? — за спиной послышался голос, который не стал неожиданностью. Дренейка покинула пещеру, надолбив из стен медных самородков, и с любопытством подошла. Я же «видел» её затылком, чуя движения не тела, а колебания Ци в энергетических каналах дренейки. Удивительное ощущение. — Тренируюсь, — ответил ей без утайки. — Медитирую. Уже уходим? — Не-а, — футанари весело отмахнулась. — Давай отдохнём немного. Она села позади, обнимая меня сперва руками, а спустя миг — и ногами. Навалилась сиськами на спину, с наигранным «Ой!..», едва не повалившись в редкую лесную траву. — Ты что удумала? — спросил я, не открывая глаз. — Ничего такого — просто защищаю тебя, — футанари хихикнула в ответ. Она внезапно потянулась и мягко куснула за вершинку моего левого рога, лизнув чуткую. — А-а-ах!.. — я, как ни готовился, всё равно всхлипнул от удовольствия. Сердито заёрзал, пристыженный внезапным проявлением искренних мыслей. Задвигал головой. — Отстань… — попытался уклониться от новых поцелуев. — И вообще, убери свой молот от моей поясницы. Или это?.. — «Или», — Куни опять усмехнулась, навалившись ещё сильнее. — Буду дразнить тебя, пока не отдашься. — Цветов мне лучше подари, — буркнул я. — Тогда уж точно растаю. — Букетик из пенисов? Дренейка рассмеялась, бесстыдно тиская мою грудь, а мне же оставалось лишь разочарованно вздохнуть и покачать головой. — Тебе уже говорили, что ты жутко вульгарная и пошлая? Имечко тебе, знаешь ли, очень к лицу. — Не-а… ещё не говорили, но мне теперь всё равно, даже если скажут, — отмахнулась Куни. — Я ведь вижу, как ты за мной украдкой подсматриваешь. Ага-ага, следишь… Этот так стыдно, ощущать на себе чужой взгляд, но так приятно… Головка члена, уткнувшаяся мне в поясницу, постепенно набухала, становясь всё толще и горячее. Мясистый елдак рос, как детородное дерево, скользнув слева и протиснувшись между моим боком и локтем. Соблазн оказался безумно велик, и я немного отвлёкся, ослабляя давление концентрации на сознание: высвободил левую ладонь и коснулся пальцами горячей, мокрой залупы. Стиснулся писечкой от возбуждения и принялся дразнить ноготками крайнюю плоть могучего пениса, вдыхая божественный аромат. — Хочешь его? — Куни шепнула на ухо уже без смешков. — До безумия… — сухо прошептал я в ответ, чего никак не ожидал. — Но я пока не могу — обещала, что сохраню себя… Прости… — Это обидно, знаешь ли. Вместо ответа я опустил пальцы на ладонь дренейки, что тискала мои сиськи, и сдвинул её вниз, без колебаний позволяя рогатой девчонке прикоснуться к моей «девочке». — Ч-чувствуешь? — невольно вздрогнув, спросил. Куни мягко коснулась мокрой «киски», дразня её подушечками пальцев и нежно массируя, раздвинула пухлые губки, окунувшись пальцами внутрь до той поры, пока заслоном не встала моя девственная плева. Её член почти что мгновенно напрягся и стал твёрдым, как прут из резины: горячая «балка» прижалась к боку, а головка под рукою брызнула капелькой смазки! — Как же хочу тебя… — прошептала дренейка, покусывая и целуя мочку моего уха. — И я тебя…
