Tyranу of Thunder Thighs

      Звук сражения я услышал задолго до того, как ввалился на улицы Аубердина. Позабыл о любой осторожности, ворвавшись в самую гущу сражения: мою футанарьку обижали какие-то мрази!       Эльфийская стража безбожно проигрывала в этой схватке и не справляясь с нападавшими. В среднем их силы были в районе двух тысяч — не против таких биться тем, у кого в лучшем случае всего пять сотен. Ожидаемо, атаковали ордынцы, но я всё же успел удивиться обилию людей, дворфов и даже гномов в рядах налетчиков! Что происходит?       Не глядя, полагаясь только на чувства, я отыскал озаренную — она снова была жива, — и ринулся в бой.       Моих сил не хватало для скорой победы, но знание точек на теле позволяло наносить куда больше урона: обладая сходной силой в две тысячи, я мог бить так, как если бы имел все четыре. А «покров» Ци позволял атаковать голой рукой прямо во вражий латный доспех.        Тычки открытой ладонью и удары кулака отбрасывали нападавших, сшибая тех на политую кровью землю. Я вертался и уходил от ударов, используя руки и ноги. Если мог — ломал врагу кости и выворачивал суставы долой. Если был не в силах — бил так, чтобы ранить внутренние органы и вырубить гада. Упавших добивал без сожаления, топча головы и ломая им шеи купленным сегодня утром сапожком эльфийской работы. Целился в незащищённые лица и яремную вену, если мог дотянуться, полосуя когтями. Сминал нагрудники пудовыми тумаками…       Ледяная хватка на шее сбила с ног и выдернула из толпы, словно я не весил ничего! Чья-то злобная воля протащила меня по воздуху и на шее сомкнулись уже не фантомные, а самые настоящие пальцы. Здоровенный, словно гора, таурен с мертвым лицом и льдистым, сияющим взглядом ударил мной оземь, словно выбивая подушку!       В глазах потемнело и я задохнулся, брызнув изо рта кровью. Захлебнулся пронзительной болью, не успев защититься «покровом». А верзила подхватил меня за ногу и с размаху перекинул через себя, снова ударив о землю. Швырнул прочь, словно мусор.       — Убейте всех!.. — пробасил он. — Никого не щадить! А я займусь наглыми мухами…       Он двинул широченной ладонью и один из трупов поблизости словно взорвался изнутри! Из разверстой, еще кровоточившей плоти быстро выбиралось отвратительное, пронзительно верещавшее создание, на ходу собиравшееся из костей и мяса мертвого «донора».       — Да пошел ты!.. — просипел я, спеша приподняться на дрожащих руках.       Сотворенный магией вурдалак с воплем кинулся на меня, загребая окровавленными когтистыми лапами, а следом за ним двинулся устрашающий Рыцарь Смерти. Ныне, по эту сторону «экрана», он пугал уже по-настоящему.       Ци в теле бушевала. Поток был нарушен мощнейшим ударом, и мне стоило огромных усилий, чтобы просто подняться, кашляя кровью. Перекат в последний миг спас от удара тупой костяной твари, а из Хранилища в руки выпрыгнул автоматический дробовик. Двенадцать зарядов за секунды влетело в спину вурдалака, сшибая тварь наземь и разбивая в дребезги… а затем меня снесло мощнейшим ударом!       Рыцарь Смерти — с силой в почти четыре «куска»! — внезапно ускорился и ударил двуручным мечом, метя разрубить меня надвое. Я успел лишь вскинуть оружие, блокируя им, как щитом, и влил в предплечья Ци. Чудовищной силы замах смял дробовик и отбросил меня, швырнув спиной на дерево. Кровь брызнула изо рта вновь, окропив дрожащие пальцы.       Верзила захохотал, потешаясь над ситуацией. Вскинул ладонь, как орудие, наводя ее на меня.       «Снова притянет?..» — промелькнуло в мозгу.       Очередь из ручного пулемета почти что в упор не произвела никакого эффекта! Таурен лишь попятился, отступив на шаг, но даже не покачнулся. Пули рикошетили от массивных наплечников и прошивали широкую ладонь, будто не нанося никакого урона.       Я не думал, что будет вот так. Оказался совсем не готов. Бросил пушку в Хранилище и рванул к таурену, используфя миг замешательства. На лету, словно швыряя гарпун во врага, метнул кулак в неприкрытое латами пузо врага.       — Сдохни!!! — завопил в сердцах.       Удар в двадцать тонн снёс злобного мертвеца, повалив на дерущихся. Рыцарь Смерти заревел, словно зверь, от закипевшего бешенства — какая-то мелочь посмела противиться?! — и неожиданно ловко вскочил. Кувыркнулся в массивных латах, нападая без изысков — в лоб.       Только скорость реакции спасла от фиаско. Адреналин в крови погружал весь мир в вязкий кисель и я успел разглядеть, как Рыцарь пульнул в меня из нарукавной ракетницы! Миниатюрный снаряд промчался в сантиметре от рожек, едва не задев. А затем мы схлестнулись…       Враг использовал шанс, но провалился. За что поплатился: мой кулак — кулачок, — кременным штопором врезался в брюхо таурена, сминая кольчужное полотно. Верзила напряг могучие мышцы, без труда погашая заметную часть импульса. Начал замах, чтобы ответить, но правый кулак вонзился следом за левым.       Еще!.. Ещё и ещё!       С каждым тычком я выплескивал все, что имел, хрустя и треща костями в руках, запредальным усилием удваивая силу удара.       Сорок тонн!       Восемьдесят!..       На полутора сотнях запястье хрустнуло разбитым суставом, а таурена отбросило назад, словно пушинку. Массивное тело пролетело метров десять, кувыркаясь по грунту и павшим телам, но я услыхал лишь его издевательский хохот — Рыцаря Смерть защищал непрошибаемый «бабл» Паладина!       Здоровенную тушу протащило по земле, сшибая других — и своих и чужих, — а меня как на пружинах подбросило. Где тот урод что защитил таурена?!       Им оказалась какая-то девка, похожая на ночную эльфийку, но куда стройнее сочных бабищ из Дарнаса. Впрочем, я толком и не вглядывался — бросил себя на врага, как снаряд из пушки, и врезал ей в челюсть уцелевшей рукой. Шея длинноухой суки лопнула, голову своротило, с хряском завернув назад — лицом вместо затылка, — и тело сломанной куклой покатилось по земле, бряцая латами.       Злобный рев таурена ударил в спину — разъяренный враг был совсем невредим!       — Отступаем, живо!.. — скомандовал он. — Уходим!..       Из Дарнаса подоспело несколько мощных «героев», которые начали отвешивать увесистые плюхи, но их быстро смяли. Нападавшие хотя и поредели числом из-за меня, но оставались все ещё грозной силой. Их лекари ворон не считали, оказывая поддержку товарищам и исцеляя ранения. Наши же ряды проигрывали не только в силе, но и в тактике. Мой сокрушительный удар, стоивший вывиха, а то и перелома, нанес урон лишь гордости таурена.       Но нападавшие слаженно отступили, словно разом передумав довершать начатое. Победа была у них почти что в руках, но враг отступил! Будто достигли поставленных целей…       «Ну, точно — Шандрис!» — вспомнил я. — «Куни ведь передала о похищении! А эти уроды, просто время тянули, не давая начать погоню…»       В тот момент, когда нападавшие начали отходить, прикрываясь стеной щитов, меня достигло мгновенное сообщение «Шакти»: их группа угодила в засаду! Воргены знали, что за ними идут, и оказались не одни — несколько других отрядов «волчат» навязали эльфам стычку. А потом в свалку влетел рейд из Оргримара: «герои» пусть и имели потолок сил, но в схватке с равными «местными» оказывались для последних непобедимым противником.        «Шакти» доложила, что только экстренное отступление и огонь на подавление из «Кримхильды» спасли эльфов от полного разгрома. Меха-доспех фиксировал повреждения бронированного корпуса и запрашивал пилота — наличных боевых протоколов оказалось недостаточно для «ИИ», в первую очередь созданного, чтобы осмысленно болтать на разные темы.       Я привалился к стене там, где стоял. Уселся в позу для медитации, усиленно направляя Ци в поврежденную конечность и внутренние органы. Параллельно с этим пытался нащупать Духовную Энергию Куни и Шандрис.       Эльфийку не удалось ощутить вовсе — мертва или заблокирована? — а Ци озаренной стремительно удалялась.       «Блядь, да они же уносят её!» — меня окатило ознобом.       Почему Присцилла не «вывезла» — не понятно, но Ци футанари больше не билась пульсацией смертей-возрождений. Дренейку как-то вывели из строя и взяли в плен.       Группа пленителей шла с командой «Шакти» встречными курсами — если так и продолжится, эльфов зажмут в кольцо и всех перебьют!       Аубердин гудел после побоища. Иллюзия смерти «героев», павших с обеих сторон, быстро оканчивалась и то и дело вспыхивали спорадические драки. Однако теперь защитников Дарнаса прибывало и малочисленных нападавших, отставших от своей группы, быстро теснили. Вскочив на ноги, я даже увидел лично «убитую» девчонку паладина, взятую в плен.       Погоня готова была выдвигаться — авангард уже пару минут как бросился следом, — но я никого не дожидался. Стерев кровь с лица, кинулся бегом за похитителями. Мой пеший шаг был втрое быстрее всадников на саблезубах, поэтому они быстро остались позади.       Ци озаренной становилась все ярче — дренейка становилась ближе.

* * *

      Я не успел всего ничего — группа «Шакти» оказалась в окружении раньше. Рейд Оргримара и похитители, как волны прибоя, ударили с обеих сторон, ураганом налетая на эльфов. На лесной дороге закипела жаркая рубка.       Длинноухих смели одним махом, порубив в мясо, изжарив огнем и истыкав стрелами. Под защитой «Шакти» уцелело лишь несколько эльфов, но в рядах неприятеля оказался кто-то крайне мощный — кто-то из «местных»? — сумевший повредить бронированный корпус. Машина отмахивалась в рукопашную — патронов больше нет? — и пылала натуральным огнем, но то был не внутренний пожар, а обгорал пластик защитных кожухов на суставах.       Когда пали почти все длинноухие, случилось нечто странное: похитители и рейд яростно схлестнулись друг с другом! С обеих сторон были не только ордынцы, но и представители других рас — включая даже ночных эльфов! — поэтому все смешалось в кучу.       Я пробивался к дренейке, но бойня была такой яростной, что пришлось отступать, унося пару неглубоких порезов на ляжках и горящий рукав. Тогда «Шакти» ринулась ко мне.       Мы с Куни встретились взглядами — она была уже рядом! Тот самый таурен, что получил от меня в брюхо, держал её за шею, словно котёнка. Под прикрытием пары воинов со щитами отступал в сторону Ясеневого Леса.       — Лови меня! — я крикнул машине, прыгая в воздух.       «Шакти» распахнула люк кабины пилота и подхватила меня на ладонь, зашвыривая внутрь себя. Мгновенно передала бразды управления, и я пустил тяжкий доспех в перекат, не успев даже задраить заслонку. Раздавил кого-то, попавшего под руку, и вскочил на ноги.       — Всё, суки! Вы доигрались! — заорал дурниной, вскидывая автопушку и выбрасывая из хранилища ленту с патронами.       Автоматика заклацала, тратя драгоценные секунды на перезарядку. Таурен уносил футанари, а навстречу мне шла дренейка, выступавшая в стане врага! Её кожа была алой, словно кровь, — точь-в-точь, как у меня! — а чуть выше лба горел такой же знак, что сиял над челом Кунилингус, но эта женщины оказалась «местной». Именно она подожгла «шакти» — не сомневаюсь, ведь ладони этой дренейки баюкали зелёное пламя, коим она сжигала любого, кто пытался напасть.       Подчеркнуто эротичные движения точёных бёдер устрашающей ширины и наглый вырез на пышной груди, прикрытой даже не кольчугой, а скромной тряпицей «платья», намекал, что эта дамочка — хозяйка положения. Но чего ей бояться, если уровень выше четырёх сотен, а сила — более восьмидесяти тысяч?       По спине продрал мороз. Это обворожительное чудовище, имя которому было Сванна, оказалось даже сильнее Арген Темперанс и теперь улыбалось мне, предвкушая весёлую схватку, годную, чтобы развеять заунывную скуку!..       Я перехватил оружие, отступая назад, и продумывая, как хотя бы не погибнуть зазря. Победить её я вряд ли смогу, но если сумею освободить озареннёю и дать волю Присцилле, то тогда появится шанс дождаться подмоги.       Монстр в женском обличии тем временем приближался, сияя жуткой улыбкой.       — Квиранночка, доченька! — неожиданно воскликнула она. — Неужели не хочешь поздороваться с мамой после долгой разлуки?