Tyranу of Thunder Thighs

      Окружение состоялось, но даже это ещё ничего не значило — Кайокэн давал шанс вырваться, нанеся при этом значительный урон противнику. Если станет совсем уж туго, я рискну. А пока не стоит спешить и обрывать все нити, окончательно записывая эльфов в стан недругов. В конце концов, первая невеста моей футанари — эльфийка. Не хочется убивать длинноухих и её опечалить…       Наигранное миролюбие разметало как взрывом. Благостное ощущение превосходства безвестно потонуло в сознании, затянутое бурей вспыхнувшей ярости. Я мгновенно узнал хозяйку «багряной» Ци, возглавлявшую группу бойцов: это была Темперанс Арген! Грёбаная сука, вытиравшая о меня ноги, двигаясь впереди всей кавалькады верхом на чёрном коне с пылавшими копытами. Женщину окружали знакомые демонические исчадия, и так мне стало понятно, что она вновь притворяется, нацепив маску Мириам.       — Шакти, следи за этой блдяью… — начал было я в сердцах, но тотчас одернул себя. — Первоочередная цель — женщина в балахоне на огненной лошади. Все системы — на максимум. По команде — весь огонь на неё.       Нутро машины ощутимо заурчало, отдаваясь вибрацией в корпус. На мощной спине и на бёдрах приоткрылись жаберные щели, сквозь которые сбрасывался перегретый воздух, трепавший наши волосы.       — С-страшно… — пролепетала перепуганная Андреа, впиваясь ноготками мне в руку.       — Всё хорошо, не бойся, — успокоил её я, не сводя взгляда с Темперанс. — Тебе ничего не грозит — ты не умрёшь, обещаю…       Сборный отряд из эльфов и людей, что прибыли на кораблях, окружил нас. Гости были уже предупреждены союзниками и благоразумно, пусть и немного наивно не приближались к Шакти, опасаясь автоматической пушки. Они, быть может, даже откровенно боялись и правильно делали — «Кримхильда» дырявила и более крепких ребят, а бойцы с общей силой в шесть-семь сотен портив неё были, как мокрая бумага против железного лома.       Темперанс меня не узнала. Или не подала виду и снова плетёт свои игры? Нет, похоже, всё-таки первое: спешившись, она тотчас окружила себя демоническим отродьем, как живым щитом. Кипение Ци в её теле даже полунамеком не отозвалось, не обозначило перемены в эмоциях. Но женщину явно заинтересовала фигура Шакти в угловатых «доспехах» с грозным оружием в руках.       — Я — посланник Восточного Королевства! — крикнула Темперанс. — Прибыла с дипломатической миссией.       «Так и вали нахер!» — чуть не рявкнул я в ответ.       — Предлагаю прекратить сопротивление, а взамен обещаю вам безопасность! — продолжала женщина. — Мы ведь не хотим, что бы кто-то пострадал?       Я хотел, чтобы пострадала она. Мне хотелось её придушить своими руками. Или бросить на растерзание Куни, чтобы футанари трахала эту подлую дрянь до тех пор, пока Арген с ума не сойдёт от блаженства, превратившись в помешанную на хуях нимфоманку. Не прошло ведь и десятка минут с момента прибытия кораблей — когда бы Темперанс успела разузнать о ситуации? Она просто встала во главе отряда и сейчас пускала пыль в глаз, ибо ничего не могла гарантировать.       Было невыносимо больно смотреть на неё, видеть всего в паре десятков метров от себя, не имея возможности растерзать. Если я нападу неожиданно, то наверняка смогу победить — в одиночку она против Шакти и Кайокэна не выстоит. Но тогда на меня откроют охоту ещё и Восточное Королевство.       Сделав шаг, я показался из-за корпуса машины, на всякий случай прикрывая живот корпусом ручного пулемёта. Дернул крылом, чтобы все его заметили, и заговорил:       — Я не сделала ничего плохого и просто хочу уйти! — в моих пусть и было оружие, зато тело оставалось нагим.       Но вид обнажённой грудастой девицы ожидаемого эффекта не произвёл. По рядам бойцов лишь на миг прокатилась волна любования соблазнительными пышными формами, но на этом всё и окончилось — никто не шевельнулся. Темперанс тем временем с загадочной улыбкой потирала подбородок, окидывая меня взглядом — теперь течение её Ци всколыхнулось. Она так и не узнала меня, но всё равно заинтересовалась обликом демонессы. По выраженью лица стало понятно, что эта распутная милфа мгновенно позабыла о каких-то там стычках эльфов.       — Теперь ты никуда не сбежишь! — над лесом разнесся радостный возглас вездесущего Олофарена. — Только попробуй сопротивляться и твою мерзкую футанари казнят, как подельницу!       Андреа напряглась, ещё крепче стиснув мои пальцы. Уткнулась лицом в спину, со страхом прячась от кошмара прошлого.       Ряды пришли в движение, и из-за стены щитов неожиданно показался Риккум, сердито расталкивающий бойцов! Этого я никак не ожидал, недоуменно взглянув на знакомого. А плечистый коротышка-шаман лихим движением вкинул свои молотки в перевязи на поясе и браво направился в мою сторону.       — Дворф, не смей к ним приближаться, иначе!.. — крикнул было Олофарен, но Риккум его перебил.       — Ебальник захлопни, пизда длинноухая! — рявкнул он так, что аж эхо рвануло по лесу. Обернулся лицом к рядам вооруженных бойцов и ткнул большим пальцем себе за спину. — Шакти — своя в доску сеструха. Вашу сисястую Шандрис в Пучине спасала не раз, а теперь вы в неё оружием тычете?       — Она пособница демона! — Олофарен едва не завизжал от ярости, прячась за спинами телохранителей.       — Хуемона!.. — Риккум нисколько не стеснялся, выбирая выражения. — Она до сих пор терпит вас, пиздоболов ушастых, хотя давно могла перемолоть в мясо.       — Да как ты смеешь, ничтожество?! — едва ощутимая Ци Олофарена сумела таки всколыхнуться и забурлить от гнева.       Но в этот момент голос подала Темперанс:       — Предлагаю всем опустить оружие — эскалация конфликта никому не нужна…       — Человек не смеет приказывать калдораи! — взвизгнул взбешенный длинноухий, тыча рукой в мою сторону. — Братья и сёстры, убьём её, очистим наши земли от демонической скверны!..       — Юный эльф! — гневный окрик Арген раскатился по лесу, словно лязг металла, обрывая истеричный вопль оппонента. — Рекомендую вам осторожнее подбирать слова! Или же вы пытаетесь препятствовать послу и саботируете государственные переговоры?       Ряды воинов тут же пришли в движение и бойцы с прибывших кораблей мгновенно вычленились из общей массы, направляя оружие уже и на эльфов.       — Я выражаю волю Его Величества Вариана Ринна! — гремела Темперанс. — И какой-то мелкий вельможа не в праве препятствовать мне!       Она замолчала на несколько секунд и заговорила примирительным тоном:       — Господа, предлагаю всем успокоиться. Насколько я понимаю, никто ведь не погиб в этой стычке? Так зачем провоцировать излишнее насилие?       В этот момент я даже немного зауважал эту суку. Её властная речь и рассудительность, пусть даже напускная и насквозь фальшивая, невольно подкупали тем, что у неё и правда немалый опыт в решении щепетильных вопросов. Такой хотелось верить.       Риккум тем временем подошел к Шакти и махнул ладонью в оптический визир.       — Привет, подруга! — усмехнулся он и, поглядывая на машину, кивнул в мою сторону. — Слышь, подруга, ты не предупреждала, что твоя эта подручная будет голой. Ля, какая цаца…       Он подошел вплотную и обнял меня за талию, бесстыдно поглаживая округлости ягодиц.       — Дашь письку ебать? — усмехнулся в усы, встряхивая «булочки». — Да-а-ашь…       Я опустил на него мрачный взгляд, в четверть силы стегнув по рыжей голове крылом.       — Жить хочешь — убери руки, — произнес, словно ледяную глыбу уронил.       Неглупый дворф, отлетевший от легкого взмаха, как от затрещины, мгновенно понял серьёзный настрой и тут же ладони отдернул:       — Шучу!.. Шучу!.. Чего сразу-то? — проворчал он.       Я ещё раз двинул крыльями, но на этот раз обнял ими себя, как плащом, прижимая к животу кокон с пушинкой и скрывая наготу тела кожистыми перепонками. Наглому «рыжику» и правда всё в этой жизни наскучило, раз посреди зреющей драки он видел лишь мою толстую задницу.       Как бы ни было смешно, но слова Темперанс возымели влияние, и накал ситуации постепенно спадал. Мне было невыгодно затевать с эльфами бойню, а они оказались прекрасно наслышаны о мощи моего оружия и разумно опасались атаковать первыми. Образовался хрупкий паритет сторон, который усердно пытался разрушить оскорблённый Олофарен.       — Вы не имеете права вмешиваться в дела эльфов! — закричал он, указав на меня. — Эта порочная дрянь виновата уже потому, что посмела принести свою скверну на наши земли, а вы мешаете правосудию!.. Вы не отличаете зла от добра. Но я не могу с этим мириться, я требую у этого порождения демонов открытой дуэли и сатисфакции! Даже ваш статус посла не может запретить мне этого!..       Темперанс мимолётно поморщилась от досады, взбешенная выходками наглого эльфа. Она явно споткнулась о какое-то всеобщее правило или закон, который мне был неизвестен.       — Вы имеете полное право на дуэль чести… — мрачно сказала она, старательно сохраняя внешнее спокойствие.       Олофарен указал на меня поверх голов его телохранителей:       — Ты, ничтожество! Я бросаю тебе вызов! Если ты проиграешь, то сдашься без сопротивления…       Этот идиот видел мой первый уровень и на что-то надеялся? Услышав подобное предложение ко мне невольно закралось сомнение, а не повредился ли разумом этот дурак. Разве он не унижает себя же, бросая вызов демонессе, которую называет ничтожеством: ктоже он сам, если готов биться с «ничтожеством»? И неужели ему до сих пор не понятно, что я куда сильнее большинства здесь присутствующих, или он наивно полагает, что тот всплеск сил — простая случайность?       Темперанс выжидающе посмотрела на меня, пожирая взглядом, отчего по спине побежали мурашки, а на языке возник сладостный вкус зрелой «лохматки». Ставлю сотню против одного, что она уже продумывала план, как бы надеть рабский ошейник на демоническую красотку.       — Девушка, вы не обязаны принимать этот нелепый вызов, — сказала она.       Хотя колебания Ци в дородном теле плескались с таким азартом, словно женщина в голос скандировала: «Убей его!.. Убей!.. Убей!..»       Я взглянул на рассвирепевшего эльфа, утратившего всякую осторожность в окружении своих соотечественников.       — Может, ставки поднимем? — сказал, глядя ему в глаза. — Тот, кто окажется бит, станет рабом победителя до конца своих дней. Ты согласен?       Оппонент встрепенулся.       — Думаешь я не понимаю, к чему это всё? — с пренебрежением ответил он, указав на «Кримхильду». — Ты собираешься использовать это оружие, чтобы одержать подлую победу. Впрочем, наивно было ожидать от демона чести… Нет уж, никакой помощи со стороны — только собственные силы. Тебе хватит смелости на справедливый бой?       Наглый говнюк меня дико бесил, но без слов снести выстрелом его голову я не мог. А вот эта придурошная дуэль — преотличнейший повод.       Отступив чуть в сторону, я взял перепуганную Андреа под руку:       — Ты будешь биться с моей названной сестрой. Если одержишь верх — мы обе станем твоими рабами.       Олофарен нахмурился, выступая вперёд:       — Да как ты смеешь, тварь, пачкать благородный обычай дуэли? У тебя хватило наглости предложить калдораи сражаться с грязным ордынским отродьем? — он вынул из набедрянного чехольчика короткий жезл, а правой рукой достал из-за спины короткий кинжал, наводя на меня перекрещенное оружие, словно прицел. — Раз ты настолько глупа, что готова наплевать на мою доброту и отдать свою судьбу в руки этой уродине, то так тому и быть. Пусть нападает, как будет готова…       Ряды воинов замерли и слегка расступились, давая больше простора для предстоящей дуэли. Я тем временем обнял дрожавшую от ужаса Андреа за плечи.       — Не бойся, всё будет хорошо… — прошептал ей и поцеловал в щёку, а затем позвал другое «я» дрожавшей девчонки. — Скрим, поиграй немного с этим идиотом, а затем убей. Оторви ему яйца и принеси мне…       Сделав жест Риккуму, мы с Шакти также отступили, оставляя Андреа одну. На девушку обратилось множество взглядов, среди которых главенствовал ненавидящий взор Олофарена.       — П-пожалуйста… — пролепетала безмолвно рыдавшая Анди, с дрожью обернувшись ко мне.       Я промолчал, стараясь не замечать её слёз. Сердце кровью обливалось от жалости, но эта бедняжка должна переступить через свой кошмар, иначе до конца жизни будет вздрагивать об одной только мысли о длинноухом мерзавце.       Олофарен сдвинулся в сторону, намеренно выбирая позицию, чтобы его заклинание угодило в меня, если вдруг случится досаднейший промах. Вскинув оружие, он принялся сотворять сгусток огня, стремительно взращивая перед собой пламя. Не прошло и пары секунд — удушающее медленно, если бы он применил это против меня, — как в Андреа ударил огненный шар, полыхнув совсем не впечатляющим взрывом.       Перепуганная девушка даже попытаться не уклонилась, приняв атаку грудью и лицом. Даже не вскиркнула, «убитая» наповал». Вспышка отшвырнула её назад и протащила по земле несколько метров.       — Ну, вот и всё, — эльф выпрямился с презрительным видом. — Благодари, за то, что это ничтожество умерло быстро и без мучений…       Он хотел сказать что-то ещё, но слова застряли в горле, а глаза округлились от непонимания, когда опаленное женское тело вздрогнуло и рывком село! Андреа медленно поднималась, в ужасе глядя на свои рук, щупая целое и неповреждённое лицо.       — Что за фокусы? — крикнул эльф. — Думаешь, это поможет?!       Он снова сотворил огненный шар — натуральную глыбу! — потратив вдвое больше времени, чем прежде. И снова метнул его в девушку. Та лишь успела поднять взгляд, как снова рухнула под напором огня. Тело вбило в землю и отшвырнуло ещё дальше, а по лесу раскатился болезненный визг.       Олофарен ухмыльнулся, но улыбался и я: кричала не Андреа, а Скрим, которая боялась огня, как и все симбиоты.       Неповреждённое тело троллихи вновь вскочило на ноги, и на этот раз на лице девушки был не один только страх — там нашлось место гневу. Она двинулась в сторону эльфа, постепенно ускоряясь.       Ещё одна вспышка огня сбила её с шага, но на этот раз случился промах — Андреа рывком присела и уклонилась, не просто падая в пыль, а исполняя ловкий и излишне картинный кульбит. Шакти отбила ладонью летевший в меня сгусток палмени, хотя я даже не обратил внимание на него. Во все глаза следя за бедной девчонкой, которая понемногу начинала ощущать свои новые силы.       Ещё два огненных шара полетели в Андреа, но она легко от них уклонилась. Вряд ли, троллихи действовала исключительно по собственной воле — откуда бы рабыне по рождению уметь драться? — но не препятствовала своему симбиоту. Прекрасное в гневе лицо устремило свой взгляд на воплощённое унижение, творившее заклинания, и девушка стремилась ему отомстить. Может быть, просто положилась на помощь своего второго «я», или же и правду ощутила в отмщении потребность…       В мгновение она оказалась вплотную к противнику и мощным ударом в живот сбила каст эльфу. Сила удара оказалась так велика, что этот глупец задохнулся, вытаращив глаза и брызнув слюной. Его подбросило над землёй на добрых полметра. Андреа же, словно вихрь, ударила эльфа ногой и отправила стройное тело в полёт. Но тотчас, в мгновение ока догнала и парой стремительных тычков кулаками сбила на землю потерявшего инициативу противника. Оседлала его и с бешенной скоростью принялась колотить эльфа в лицо, ударами миниатюрных трёхпалых кулачков сотрясая врага. Бой стремительно обратился односторонним избиением.       Эльфы зашевелились, словно намереваясь прийти к наглецу на выручку, но я осадил их очередью под ноги:       — Кто дёрнется — тотчас умрёт!       Над лесом в это мгновение разнесся истошный крик девичьей ярости, которой стремительно сменился оглушающим низким рёвом. «Маска» хлынула на лицо — или Андреа осознанно дала волю Скрим? — и симбиот вцепилась в окровавленную одежду на груди эльфа. Вскинула его над головой, держа на одной руке, а затем размахнулась и припечатала тело недруга оземь. Подхватила опять и отшвырнула в сторону, ударив о ствол ближайшего дерева.       Рядя бойцов отшатнулись при виде вопящего от ярости чудища, раскинувшего в стороны локоны-пряди. А побитый эльф оседал на корнях, кашляя кровью.       — Тётушка, спаси меня!.. — мой чуткий слух уловил его стон.       — Андреа! — я тотчас крикнул. — Сделай, что должна, живо!       «Маска» на лице девушки убралась, но тело по-прежнему окутывала масса симбиота. Троллиха рыдала, но глаза её лучились чем-то сродным эйфории безумия, сияли радостью освобождения. Она подскочила к поверженному и одним махом разорвала ткань одежды у него на промежности. Обхватила пятернёй причиндалы и резко дернула, движением острых когтей разом ампутируя их под корень.       По лесу раскатился болезненный визг. Эльфы из Аубердина пришли в движение, готовые напасть. Бойцы Темперанс преградили им путь по приказу своей госпожи. Но Андреа не обращала на это внимание и обернулась ко мне, с ликующим видом сжимая в залитой кровью руке эльфийское «достоинство».       — С-сестра… Л-лови!.. — крикнула она, швырнув окровавленный ошмёток.       Я поймал его и тут же отправил в Хранилище, на миг вообразив, какими окажутся на вкус яйца эльфа? Раз уж от меня всё равно не отстанут и не дадут спокойно жить, то довольно глотать унижения. И кого бы там не позвал этот визжащий кастрат, меня это не испугает. Может, даже Темперанс сумею впутать — пусть ей тоже придётся не сладко.       — Госпожа, — я с учтивым видом кивнул женщине. — Могу я искать защиты у вас?       Арген пожирала меня взглядом, но медлила с ответом.       Со стороны Тельдрасиля прилетел удар грома и спустя недолгое время над нашими головами послышался вой, как если бы с неба падал снаряд. Треснули ветки, и рядом с поверженным эльфом приземлилась босоногая эльфийка в весьма откровенных одеждах, полыхавшая яростью.       — Кто?! — она бросилась к раненому. — Кто посмел это с тобой сотворить, мой милый?!       Я тем временем подозвал Андреа, шёпотом велев вернуть себе прежний облик тролля. Заслонил её собой.       — Ваш племянник проиграл в дуэли и стал моим рабом! — сказал я. — Все слышали, как он принял условия, и могут это подтвердить. А жизнь раба принадлежит его хозяину.       — Но это не даёт тебе права опускаться до подобной жестокости! — женщина влила в рот эльфа какое-то снадобье, а затем поднялась. — Ты поплатишься, бессердечное чудовище!       Вокруг неё заплясали сполохи электрических разрядов. Сила почти в двадцать тысяч грозила испепелить меня без остатка.       — Жестокость? — переспросил я, мысленно готовясь применить Кайокэн. — Почему вы не вспоминали о ней, когда ваш племянник призывал убить меня без веских причин?       — Отговорки тебе не помогут! Готовься умереть!..       У меня ещё было время, чтобы использовать десятикратное усиление. При поддержке Шакти это мог бы оказаться даже выигрышный бой, но выдержит ли машина удар электричеством такой мощности? И на чью сторону встанет Арген?       Я бросил короткий взгляд на демонолога. Она же любит нас, демонеточек?       — Ваш бессовестный племянник не сумел проиграть с достоинством, так почему бы и мне не обратиться за помощью? — улыбнулся я, посмотрев на взбешенную эльфику, сотворявшю искристый, электрический шар. — Не хотите ли объяснить Сване, за что собираетесь убить её дочь?       Шаровая молния мгновенно рассеялась.       — Не пытайся меня запугать!.. — возмутилась женщина.       Я едва сдержал улыбку, осознавая, что блеф сработал.       — Если вы думаете, что это ложь, то вперёд — убейте меня. Но не забудьте разузнать у госпожи Оперённой Луны, солгала ли я. Когда моя мать придёт за возмездием, вам будет хотя бы понятно, по чьей вине вы все здесь погибнете. Просто оставьте меня в покое, и я с миром уйду…       Эльфийка в гневе стиснула кулаки, побагровев от ярости.       — Ты… Ты покалечила моего племянника! — гневалась она. — И смеешь думать, что уйдёшь безнаказанно?! Думаешь, я побоюсь эредара?       — Госпожа, — подала голос Темперанс. — Давайте не будем совершать глупостей, ведь что случилось — то уже случилось. Не лучше ли проявить благоразумность?       Эльфийка раздраженно фыркнула:       — Демон посмел калдораи указывать! А что дальше? Мне перед ней извиниться?       Ненадолго повисло молчание. Я расстроено вздохнул, досадуя низкому «скилу» дипломатии. Обратился к защитнице Олофарена.       — Прислушайтесь к словам посланницы. Вы всё равно не сможете меня остановить: я признаю вашу силу, но будьте уверенны — найду чем ответить на неё. Огромной ценой вы, быть может, даже сумеете победить. Но тогда я позову свою матушку и она выжжет весь Дарнас — на десять метров вглубь. Эта безмозглая бестолочь…       Я указал на притихшего Олофарена.       — Он не стоит жизней остальных.       Эльфийка молчала. Метала в меня яростные взгляды, но не двигалась с места. Наконец, она поднесла к губам небольшой свисточек, и спустя миг перед ней будто из пустоты появился золотистый грифон. Женщина подняла на руки оскоплённого парня и посадила его на спину крылатому зверю. Сама уселась в седло.       — Ты ещё ответишь за это, — мрачно пообещала она.       Грифон взмахнул крыльями, разгоняя пыль и сор, а затем помчался в сторону Тельдрасиля.