Шанс

      «А теперь погаси свет, и до утра у нас не будет никаких огорчений, а утром, если нам захочется, позаботимся о новых…»       Станислав Лем       Утро было странным.       Чонгуку, который вчера вечером сумел «донести» все преимущества и выгоды их возможного супружества и не услышал от омеги категоричного «нет», а обнадёживающее «я подумаю», снился странный сон.       Кто-то цепью сковал ему ноги и пел тягучую, вынимающую внутренности через горло заунывную мелодию… Желание освободить ноги и найти того, кому принадлежит минорный напев, вдруг стало непреодолимым и Гук…       … разлепил тяжёлые веки.       Поперёк его ног, придавив их своей немаленькой массой лежал демон и спал так сладко, что тонкая ниточка слюны стекала ему на щеку и блестящей каплей росы собиралась в ямочку, образовавшуюся, как ей и положено, от улыбки.       Что снилось улыбающемуся бесу, не осталось загадкой, потому что, когда Чонгук выдернул из-под его тушки свои онемевшие конечности, Джун со странным бульканьем ткнулся лицом в матрац и вполне отчётливо простонал-прошептал: «Джи-и-и-нн-и-и»…       — Вот только этого мне не хватало! — Гук кое-как проковылял в душ: кровообращение в ногах никак не хотело восстанавливаться, а в общем коридоре был слышен усилиливающийся звук плача.       И это точно был не сон…       Это…       Чонхи?       Гук влетел в гостевую комнату, где ночевали Тэхён с малышом, и поначалу даже не заметил зарывшегося в одеяле сына.       — Чонхи-я, что случилось? — Гук заторопился к плачущему мальчику. — Где твой папа?       — Папа — там, — Чонхи пальчиком показал на приоткрытую дверь в ванную, откуда теперь отчётливо Гук услышал шум льющейся в душе воды.       — А ты почему плачешь? Сон плохой приснился?       Чонхи с приходом Чонгука плакать перестал, но настроение у него было неважное.       — Я домой хочу, — альфочка снова скривил губы, и Чонгук, предотвращая новые слезы, взял его к себе на руки.       — А разве папочка не рассказал тебе, что это теперь твой дом? Совсем-совсем твой, понимаешь? Ты здесь самый главный! И здесь всё принадлежит тебе, Чонхи. Ты можешь взять любую вещь и подарить, например, папе.       — А разве у детей бывает дом? Даже у папочки нет своего дома…       — Ну, ты же уже не маленький?       Мальчик утвердительно кивнул.       — А папе мы с тобой купим любой дом, какой он только захочет.       — А зачем ты хочешь со мной покупать моему папочке дом? Я — сам!       Чонгук уже несколько минут не слышал шума воды и понимал, что разговор их был подслушан. Он виновато поворнулся к вышедшему из душа Тэхёну.       У омеги были мокрые растрепанные волосы, разрумянившиеся щеки и глаза такие, какими помнил их Гук…       — Я не слишком надавлю, если спрошу… Ты подумал над моим предложением, Тэхён?       Омега дёрнул ртом и неожиданно для Чонгука кивнул.       — Я подумал, Чон Чонгук. И мой ответ — «нет».       Бес сидел, насупившись, за столом и пил растворимый кофе с молоком из самой большой кружки, которую нашёл у Гука. Настроение у него тоже было не очень, как и бутерброды, которые он себе приготовил сам.       Джин на кухне сегодня не появлялся, несмотря на то, что время шло к обеду.       Вчерашний разговор с демоном про «равновесие» выбил «ангела» из равновесия…       Искать случай, где он мог «проколоться» Джину особо и не пришлось.       Его контакты, помимо Чонгука, Намджуна и кроликов, что он кормил в зоопарке, можно было пересчитать по пальцам: Тэхён, Чонхи, омега с шестого этажа и… Джисон.       Учитывая, что притяжение у Гука сработало на Тэхёна с сыном, то их автоматически можно вычеркнуть из «игры». Омега Ли? Он и парой слов с ним не перекинулся.       Значит, оставался только один вариант: Джисон.       Которого легче всего было найти…             Через соцсети?       Джин подорвался с дивана и влетел на кухню с целью попросить у Чонгука телефон, но застал только подавившегося сухомяткой при его появлении и кашляющего от этого демона.       — Ну когда ты перестанешь жрать, как не в себя? — Джин хлопнул беса по спине между лопатками.       — Когда… Кха-кхе в тебя…       Джин стукнул кулаком теперь со всей силы:       — Пошляк!       — Да… — бес мгновенно прокрутился на табурете и уткнулся лицом омеге в живот, руками ныряя под пижамную куртку. — Да-а-а…       — Намджун! — голос омеги взвился, но демон успокаивающе провёл широкими ладонями от поясницы до лопаток.       — Не надо, Намджун…       — На кой черт тебе эта благословенная высшая ступень, Джин?       — Не знаю. Я там ещё не был…       Демон зарычал и оттолкнул от себя омегу. Дал себе пару минут передышки и поднял на Джина совершенно другой — глупый и наигранно-веселый взгляд:       — Джин-и, а ты будешь печь сладкие блинчики для Чонхи?       Омега растерянно посмотрел на преображение беса, но принял «правила» и задумчиво кивнул.       — Могу я надеяться… — ямочки на щеках демона отвлекали омегу от распознавания коварства. — На свою порцию?       Джин только глаза закатил…       — Чонгук, — внимание ангела перескочило на вошедшего на кухню Гука. — Можно мне твой телефон?       А когда тот протянул ему свой новенький Samsung, Джин заторопился с кухни почти бегом.       — Обломали тебя, бро? — надо было отдать должное, интонация у демона стала сочувствующая.       Глаза у Гука, когда он посмотрел на демона, стали больными-пребольными.       — Если тебя это утешит, то и меня только что. Дважды, — Джин хмыкнул и отодвинул от себя недопитый остывший кофе.       — Почему Техён отказался… — Гук просто был ошеломлён тем, что омега сказал ему «нет».       — Вариков на самом деле много… — бес давно освоил и технику на кухне, и современный сленг, поэтому поставил в микроволновку бокал с мутной бурдой, отдалённо напоминающей кофейный напиток, уже на «автомате». — Вот что ты ему наплёл?       — Ничего…       — А, то есть он за тебя должен выйти, а ты ему ничего?       — Не цепляйся к словам! Я ему всё!       — Что всё? Дом, квартиру, машину, деньги?       — Ну да…       — Ну и правильно, что он тебе отказал.       Запищала микроволновка, оповещая, что «кофе» подогрет и Намджун, вздохнув, поправил сползающий с булки кусок колбасы.       — Всё с тобой понятно. Как и со мной. Ходим по земле, проживаем свои жизни… Гонимся за богатством и благами… И не понимаем того, что есть другие. Непонятные. Странные. Стремящиеся… Те, кого будешь желать и неосознанно искать в каждой из своих жизней, в каждом воплощении своей души… Те, кто никогда не научится расчетливости и рационализму… Те, кому неважно…       Входная дверь хлопнула, и оба альфы: один разглагольствующий, а второй, раскрыв рот, слушающий первого, переглянулись, прежде чем одновременно бросились к кухонному окну, из которого хорошо прослеживался двор дома.       Джин решительно направился к джипу, зажав в одной руке ключи от него, а другой что-то вбивая в телефон.       — Куда это Джин собрался ехать? С моим-то телефоном…       — Быстрее, Гук! Быстрее за ним! — таких глаз: перепуганных и совершенно нечитаемых, Чонгук не видел у Джуна ни разу.       — Такси вызову сейчас! Телефон, блять! У него мой телефон! Они метались по кухне, врезаясь друг в друга и сшибая всё, что попадало под руки, чтобы потом мешаться под ногами. На шум пришёл Тэхён, и Чонгук немного пришёл в себя:       — Тэхён! Телефон есть?       Омега кивнул.       — Можно позвонить?       Тэ ушёл в комнату, альфы последовали гуськом за ним. И вот - старенькая модель телефона, трясущиеся руки Чонгука, набирающие свой собственный номер, и жёсткий нечитаемый взгляд демона.       — Джин-и?       — Извини, Гук. Я не буду больше отвечать на звонки. Мне жаль…       — Стоять! — вырвавший у Гука телефон бес заорал в трубку, пугая не только прячущегося за папой Чонхи, но и самого Техёна.       — Что случилось? — глаза у омеги были огромные.       — Джин, послушай! Давай я? Ну какая тебе разница? Какая мне-то уже разница… — Джун замолчал, когда пониял, что омега нажал «отбой».       Пока Чонгук, сам не понимая «что к чему и почему» попытался объяснить Тэхёну происходящее, дверь квартиры хлопнула во второй раз за утро.       — Тэхён… Думаю, что у всего есть объяснение, — Гук торопливо шнуровал кроссовки, — Я за ними, ты тут… Чонхи! Ты за главного!       Выбежав из подъезда, Чонгук увидел всю картину целиком: и поворачивающий на проспект джип, и несущегося босиком со двора демона, и растерянного омегу Ли, только-только припарковавшегося на «своём» месте.       — Как же ты в этот раз вовремя… — пробормотал Гук и мгновенно оказался рядом с омегой.       — Ли! Срочно нужна ваша помощь! Одолжите машину на пару часов?       — Да, но… — омега только и мог хлопать нарощенными ресницами, глядя, как Гук, выхвативший у него из рук ключи от Kia, уже усаживался на водительское место, чтобы стартануть следом за далеко успевшим убежать демоном…       Выехав со двора на проспект, Чонгук первым делом заметил впереди на светофоре свой джип, а только потом бегущего беса, которого даже жалко было останавливать: видно, что тот намерен был бежать, не сбавляя темпа, сколько угодно… И всё-таки Гук, нарушая правила, распахнул для него пассажирскую дверь, успев обогнать его:       — Джун!       Бес среагировал мгновенно и быстро нырнул в салон.       — Да что у тебя с глазами? — Чонгуку стало не по себе.       Взгляд у альфы был демонический.       Джун дышал размеренно, восстанавливая дыхалку практически мгновенно, а сам глаз не сводил с джипа, который достаточно далеко от них оторвался. Благо проспект просматривался хорошо, и четыре полосы дороги давали возможность для маневрирования.       — Мы не отстанем? — первое, что спросил у Гука бес.       — Это я от тебя не отстану, пока ты мне не объяснишь, что происходит!       — Всё просто. Джин не должен был контактировать ни с кем из своей последней жизни. Но «притяжение» очень сильная штука. Твоя «притянутая» ситуация с омегой была слишком сильной. Кто ж знал, что ты его так хочешь…       Гук дёрнулся, но промолчал.       — Я не верю в случайности давно. Всему есть объяснение, даже «высшим силам» — хмыкнул демон. То, что мы выбросили того альфу, бывшего Джина, из вагона, не изменило ситуацию…       — И что теперь? Ну, видел и видел… Может, обознался?       — Значит, он что-то предпринял. Кому-то сказал или начал поиски… И запустил «равновесие».       — А Джин-то куда? Искать его?       — Да.       — Зачем? Что это изменит?       — Он должен его убрать.       — В с-смыс-сле?       — Зачем переспрашивать, если ты уже понял?