Секрет

МАРТ 2022 ГОДА Олли — Слушай, можно я с тобой сяду? Как только Нико и Йоэль зашли в здание аэропорта, мне сразу показалось, что что-то не так. Хокка, который по идее должен был прыгать от счастья в предвкушении американского тура, угрюмо озирался по сторонам и молчал уже минут десять, пока мы стояли в очереди на регистрацию. Я конечно всё понимаю, перепады настроения, волнение и прочее, но дело явно было в другом. — Поругались? — Ага, — Нико кивнул и поправил сползшие на нос солнцезащитные очки. — Его выебоны меня просто взбесили перед выходом из дома, как демон вселился, честное слово. — Всё равно спать собираюсь, так что без проблем, — я тут же осекся, перехватив умоляющий взгляд Йоонаса. — Подожди минуту. Оставив Нико в недоумении, я схватил Порко за руку и отвёл на два шага в сторону. — Что? — Йоэль просит меня сесть рядом с ним и Алекси, — Йоонас закатил глаза. — Догадываюсь, Нико к тебе с тем же вопросом подошёл? — Ага. — Ну значит поменяемся, ты не обидишься? — Как я могу на тебя обижаться, любовь моя, — улыбнувшись, я перешёл на шёпот и чуть крепче сжал ладонь Порко в своей. — Ты ему нужен. — Спасибо, Олли, чудо моё кудрявое. — Сам такой. Мы глупо захихикали, как подростки, ощущая неловкость, ведь хотелось позволить себе чуть больше, но нельзя, вокруг толпа людей и надо быть осторожными. Всё потом, как прилетим на место. В самолёте я сидел между Нико и Томми. После набора высоты с удовольствием откинул спинку сидения и укрылся пледом. Моиланен что-то записывал в заметки, наверное, это будет песня о сложностях любви. Лалли же надел наушники и смотрел кино. Они пожелали мне сладких снов, пообещали не будить, когда принесут еду. Сидящий через проход по диагонали Йоонас одними губами прошептал "я тебя люблю" и подмигнул. Послав ему воздушный поцелуй, я закрыл глаза и на удивление быстро отключился. Это был ужасный полет и ещё более ужасный сон. Периодически нас трясло, от чего я тут же вздрагивал, но ни одна турбулентность не сравнится с теми кошмарами, которые жили в моей голове. Нервное напряжение последних дней сыграло злую шутку с мозгом, надо было выпить снотворное перед тем, как сесть в самолёт. Кто бы знал. Слева Томми тоже вырубился, однако его сон был более глубоким и менее тревожным. Нико пытался читать, но, судя по дрожащим губам, думал он не о книге лежащей перед ним. — Как ты? — Отвратительно, чувствую себя самым виноватым человеком на свете. Олли, я не должен так поступать с Йоэлем, я ведь люблю его! — Любишь, — я вытащил из-под пледа руку и осторожно погладил Нико по голове. — Но он тоже должен держать себя в рамках, хотя бы иногда, чтобы не причинять тебе боль. — Это Йоэль, о чем ты? Временами он настолько слеп и глух, что хочется треснуть по затылку. — Попробуй в прыжке, — я хитро улыбнулся, пытаясь заглянуть через проход. — Вообще-то не смешно, — Моиланен сердито нахмурился и перехватил мой взгляд. — Они спят, не волнуйся, Йоонас вот недавно засопел. — Иногда он так очаровательно храпит, даже будить жалко. — Жалеешь, что рядом не он? — Ой, брось, — я замотал головой. — Нам всем нужен отдых друг от друга, в этом секрет здоровых отношений. — Думаешь? — Уверен. Первым желанием после того, как мы оказались на американской земле, был банальный отдых. Хорошо, что нас встретили и отвезли в гостиницу, автобус, который на ближайшие три недели станет для каждого домом, заберем завтра. Ещё же часовые пояса, джетлаг, общая усталость и голод. Томми поделился со всеми таблетками мелатонина, чтобы проще было уснуть, но Йоэль отказался, сославшись на хорошее самочувствие. Я видел как Нико насторожился, но не полез, сами разберутся, не маленькие. Йоонас, также как и я, хотел добраться до душа, чтобы потом упасть в кровать. Сегодня не до секса, хоть мы и спали в одной постели, нежно обнимая друг друга. Успеем ещё насладиться близостью, у нас несколько гостиниц в расписании. После десяти часов крепкого беспробудного сна болело всё тело, но зато голова была ясной и способной думать. За завтраком мы обсудили насущные вопросы, дело оставалось за малым — сложить вещи и оборудование в автобус и выехать. Я как всегда занял полку напротив Йоонаса, чтобы иметь возможность украдкой пялиться на него, когда он снова забудет закрыть шторку. Подо мной расположился Алекси, а напротив внизу Нико. Опять сломал привычный порядок, видимо, крепко его зацепила ссора с Йоэлем. В первую же ночь я проснулся от нестерпимой жажды и, осторожно спустившись с полки, направился к холодильнику, стараясь не шуметь. Мы явно перебрали с алкоголем, но это от счастья быть здесь и сейчас. Наш первый тур в Америке, пусть и в качестве разогрева, как не поддаться эмоциям и не выпить всё, что горит. На утро я пожалею о своём решении перейти на пиво после вина, но сейчас хотелось обычной прохладной воды. Почему не взял с собой сразу, дурак. — Сушняк? — от шепота в полной тишине и темноте я подпрыгнул, наступив на чьи-то кроссовки, и чудом не упал на небольшой столик. — Нико, ты охуел? Я чуть с жизнью не попрощался! — Прости, не хотел оставить группу без басиста, — Моиланен сидел в углу, прижав колени к груди и подложив под голову подушку. — Почему ты вообще здесь? — Не могу уснуть дольше, чем на полчаса. — Не допил? — я торопливо открутил крышечку и принялся жадно глотать прохладную минералку. То, что надо. — Кто бы знал. Остановись, ещё горло заболит! — Мне же не петь, так что пофиг, — я прижал запотевшую бутылку ко лбу и блаженно замычал. — Как ты выдерживаешь? — Не понял? — Ну Йоонас, он ведь тоже слегка сумасшедший, из него энергия так и хлещет, — Нико чуть сдвинулся, позволяя мне сесть рядом. — Вы разные, но при этом как-то уживаетесь. — Открою страшную тайну — временами очень хреново уживаемся, ты даже не представляешь масштаб бедствия, — не до конца выветрившийся алкоголь развязал язык. — Вчера он обиделся, потому что я отказался трахаться из-за усталости, а у меня просто бы не встал, понимаешь? — Угу, — Моиланен заметно смутился, даже в темноте и свете от его телефона я заметил как он опустил глаза. — Ненавижу решать проблемы через постель, предпочитаю через рот. — Словами, а не минетом, — я усмехнулся удачной на мой вкус шутке, а Нико ещё больше забился в угол. — Всё в порядке? — Да, замёрз немного. — Давай плед принесу? — Спать надо ложиться, скоро рассвет, а мы все ещё пьяные. Олли, я не знаю как спросить, но очень хочу. — Валяй, — я видел, его что-то мучает, то ли проблема, то ли интерес. — Если мы не помиримся с Йоэлем, можно мне жить с тобой иногда? — Решим, не дергайся, — я похлопал Нико по плечу и со второй попытки поднялся на ноги. — Сейчас лишь бы с полки не упасть, это главное. Следующий день прошёл в тумане, но под вечер пришлось взять себя в руки и познакомиться с группой, на разогреве у которой мы выступали. Отличные парни, очень общительные, весёлые, и музыка у них мне зашла ещё с того момента, как только стало известно про тур. В Америке нас сопровождал менеджер Эндрю, которому была отведена отдельная полка в автобусе. Придётся вести себя посдержаннее, чтобы не шокировать его. Йоонас согласился пока не выставлять наши отношения напоказ, но недовольно поморщился, не дав поцеловать себя даже в щеку. Ну и ладно, пусть дуется, глупый. Сам же придёт извиняться. Посиделки с Нико, страдавшим от бессонницы, повторялись почти каждую ночь, мы стали больше времени проводить вместе и днем, записывать совместные истории в инстаграм. Странно, что Хокка спал как убитый даже без таблеток, не похоже на него. С другой стороны, у человека сбывается мечта, он наверное здорово перенервничал, а теперь потихоньку отпускало. Порко в свою очередь после первой ночёвки в гостинице заявил, что если я продолжу липнуть к Моиланену, то ничем хорошим это не обернётся. — Йон, ты вчера дважды кончил, я сидеть не могу и щеки болят, какая, блять, ревность, у тебя крыша поехала? — Со мной ты не разговариваешь по ночам! — Потому что мы кое-чем другим заняты! Он регулярно высказывал надуманные претензии, не стесняясь в выражениях. В какой-то момент я устал от его постоянно недовольного лица, плюнул на всё и попросил Нико пожить вместе. Пора взять паузу и выдохнуть. Этот тур стал первым со времени пандемии, мы два года не находились в одном автобусе и заметно отвыкли друг от друга. Алекси вообще вошёл в состав группы позже и до сих пор впадал в шок от некоторых моментов. Я пытался как мог сдерживать себя, не пить и высыпаться, но всё портил Йоэль, к которому внезапно присоединился Йоонас — они настолько были счастливы, что иногда теряли контроль. Если следующий день был выходным, то мы отрывались как в последний раз, позже отсыпаясь в отеле. Каждая попытка убраться в автобусе заканчивалась провалом, это меня тоже бесило. Так что к моменту заселения в номер с Нико я был на взводе, зол и вымотан, хотелось принять душ, возможно полежать в ванне и постирать вещи, пока снова на рубашке не появились разводы. — Ты голодный? — Моиланен разбирал чемодан, повернувшись ко мне спиной. — Если честно, то да, — последний раз ел перед концертом, то есть часов 5 назад, а потом только пил. — Тут напротив отеля есть какая-то азиатская кафешка, вроде бы оценки хорошие, пойдём? — Да, давай тогда сейчас сразу спустимся, за заботу ты в душ первым пойдёшь, когда вернёмся. — Договорились, — Нико поднял большие пальцы вверх и тут же нацепил очки. — Я готов. Еда и правда оказалась вкусной, при этом за ужин на двоих мы отдали не так много. Даже с удовольствием выпили ещё пива, обсуждая прошедшее шоу и то, как остальные сейчас, скорее всего, уже спят. Нико постоянно поправлял волосы и заливисто смеялся, а я впервые за всё время по настоящему расслабился. Мы не заметили, что прошло около двух часов, а значит нам давно пора вернуться в отель, если хотим выспаться. Моиланен не совсем твёрдо стоял на ногах, так что пришлось его поддерживать по пути в номер, обещая утащить на себе в душ. По телу разливалось приятное тепло, а в голове ненапряжная пустота. Мысль зайти в номер к Йоонасу и Йоэлю, чтобы чмокнуть Порко сперва показалась хорошей, но потом я решил не будить его, пусть спит, он сегодня явно перебрал с алкоголем. Нико, вдохнув свежего воздуха, немного протрезвел и вполне уверенно направился в ванную, пока я разбирал вещи и ставил телефон на зарядку. Он вышел через пятнадцать минут в полотенце на бёдрах, благоухая цветочным гелем для душа. Я проскользил оценивающим взглядом по его хорошо знакомым татуировкам, усмехнулся и взял полотенце. Пора смыть с себя прошедший день. Нико — Ну что, как ощущения? Олли разгуливал по номеру в одних чёрных боксерах, подсушивая полотенцем влажные кудри и напевая какую-то знакомую мелодию себе под нос. Я с удовольствием разглядывал широкую спину, небольшой животик и стройные, почти идеальные ноги. Красивый у нас басист, мечта всех девчонок, принадлежащий лишь взбалмошному Порко. Они как инь и янь, лёд и пламя, северное спокойствие против обжигающей эмоциональности. Прекрасная пара. — Отлично, только плечо беспокоит, — Матела уже неделю жаловался на боль. — Садись, разомну как смогу, — я похлопал ладонью рядом с собой, искренне желая помочь другу. Под моими сперва осторожными, а затем более грубыми прикосновениями Олли едва слышно замурлыкал, наклонив голову и подставляя разгоряченную мягкую кожу. Мне безумно нравилось массировать его, переходить на шею, лопатку и опускаться до локтя. Повинуясь острому желанию и остаткам алкоголя в голове, я наклонился и нежно поцеловал его в плечо. Он замер, а затем обернулся, уставившись своими огромными глазами и почти не моргая. — Приятно, продолжай. Потянувшись, я коротко чмокнул его в уголок губ, а затем провел ладонями по напряжённой спине. Он прикрыл глаза и шумно выдохнул, наматывая мои волосы на пальцы. Черт побери, это заводило. — Олли, я... — И как мне тебя отблагодарить за чудесный массаж? — где-то на дне серо-голубой радужки вспыхнул дьявольский огонёк, но я не придал этому значения. — Не знаю, сказать спасибо? Матела полностью развернулся ко мне лицом и коснулся щеки, гладя большим пальцем подбородок. Я не успел закрыть рот, как его губы оказались слишком близко, от неожиданности я открыл рот и забыл сделать вдох, послушно впустив его горячий, влажный язык. Выяснилось, что целоваться с Олли очень приятно, от наслаждения я едва слышно простонал, тут же испугавшись реакции собственного тела. На малейшую ласку оно отозвалось накатывающим возбуждением, я почувствовал как член начал твердеть, а внизу живота стало жарко. — Скажу, обязательно. Его пальцы, пробравшиеся под полотенце, выбили из меня остатки приличия и я, запрокинув голову, начал хрипло мычать в такт движениям умелой ладони. Сколько Йоэль ко мне не притрагивался? Две недели, три? Он всегда был настойчив и напорист, просто брал то, что по праву принадлежит лишь ему одному. Матела же другой, аккуратный, сдержанный, но не менее заводящий. Подгонять его не хотелось, наоборот, пусть продолжает без излишней спешки. — Знаешь чего мне всегда не хватало? — я сам не ожидал, что начну говорить, но видимо накипело. — Я понял ещё в первую ночь, Нико, твоя реакция была слишком эмоциональной. Уложив меня на спину, Олли развязал мешавшее полотенце и отбросил на пол. Спускаясь поцелуями по груди, чуть прикусывая соски, он продолжал двигать рукой в унисон моему сбитому дыханию — то чуть быстрее, то чуть медленнее. Я боялся открыть глаза и посмотреть вниз, но все же сделал это, столкнувшись с внимательным взглядом и пошлой ухмылкой. Матела явно был доволен эффектом от своих действий. — Тебе понравится, обещаю. Он провел языком по губам и коснулся им головки, слизав выступившую капельку предэякулята. Я непроизвольно выгнулся в пояснице, желая толкнуться в его рот. В моих фантазиях первым мужчиной, решившимся на минет, всегда был Йоэль, но он категорически отказывался от такого рода ласки, регулярно заставляя меня сосать. Я ведь не просил чего-то особенного, сам давался ему в руки, но итог всегда был один. — У тебя очень красивый член. От замечания Олли я почувствовал что краснею, щеки запылали и пришлось приложить немало усилий, чтобы побороть инстинкт и не закрыться руками. Однако неловкость пропала с первым же движением, я не догадывался насколько приятны ощущения от влажных, скользких губ, обхватывающих возбужденную плоть. Чем глубже я входил в рот Мателы, тем громче становились стоны, от страха быть услышанным, а ещё хуже — пойманным, голову повело, я растворился в эмоциях, стараясь глушить собственный голос. Невыносимо и невероятно. Когда Олли коснулся носом паха, я снова открыл глаза. Разрываемый жаждой смотреть и желанием запомнить каждую секунду положил руки ему на голову, заправляя выбившиеся кудри. Его взгляд был слишком выразителен: смесь похоти, превосходства и ожидания, ожидания момента развязки. Ускоряя движения, я позволил себе лишь шумно дышать, чтобы не потерять сознание. Матела был не просто опытным любовником, а человеком, открывшим мне новый, удивительный мир. Его язык, мягко касавшийся пульсирующей головки, поставил жирную точку в происходящем безумии, доведя меня до лучшего в жизни оргазма. Я кончил с вырвавшимся из груди рыком, продолжая подергиваться и задыхаясь. Перед глазами потемнело и на какое-то время я потерял ориентацию в пространстве. Потрясающе. — Я же говорил, что тебе понравится, а ты стеснялся. Голос Олли прозвучал прямо над ухом, но я не смог ответить, лишь промычал что-то невразумительное. — Отдыхай, — он чмокнул меня в лоб, наверное, улыбаясь. — Я в раю. — Не переживай, завтра вернёмся в ад, ой, в автобус. Засмеявшись, Матела лёг рядом, а я с закрытыми глазами нащупал его грудь и прижался щекой. Горячий, очень горячий, просто пылает. — У нас осталось незаконченное дело. — Какое? — своими длинными музыкальными пальцами он перебирал мои растрепанные волосы. — Только не говори, что ты не возбудился. — Ещё как, но ты устал, засыпай. В следующий раз. Олли дождался пока я начну проваливаться в сон и ушёл в ванную. Ничего, я знаю что сделать, чтобы у него тоже искры из глаз полетели, надо только сразу приготовить смазку и презервативы. Во время следующей ночёвки ему придётся меня трахнуть, хочет он этого или нет, иначе останется незакрытый гештальт и чувство долга. А со своей стороны сделаю всё, чтобы Матела запомнил эту особенную ночь навсегда. Я уж точно не забуду как именно он ласкал меня сегодня и сколько наслаждения подарил. НАШИ ДНИ — Почему это всегда мой член? — Потому что он у тебя хорошенький. Брошенная вскользь шутка вызвала дрожь в руках и коленях. Мы с Олли смотрели друг на друга, прекрасно зная о чем каждый из нас думал в этот момент. Приятные воспоминания, вызывающие мурашки и лёгкое тянущее чувство внизу живота. Нет, это не вошло в привычку, мы переспали один раз и больше никогда не возвращались к неудобной теме, даже если заселялись в один номер. Просто именно тогда всё совпало: и ссоры, и серьёзные нагрузки, особенно психические, и наша необъяснимая тяга друг к другу. Тогда, но не сейчас. Никто не знал, что произошло в те две ночи в разных отелях где-то в Америке, а мы смогли сохранить тёплые дружеские отношения. И сладость момента, оставшуюся лишь картинкой в голове. Йоэль, кстати, сдался через неделю, первый подошёл мириться и в качестве извинений сделал такой минет, от которого я кричал на весь номер, срывая голос. С тех пор наши отношения стали в разы лучше, спокойнее и гармоничнее. Йоонас же не переставал ревновать Олли ко мне, но его собственнические замашки легко гасились мудростью и отсутствием реакции со стороны Мателы. Чем дольше я смотрел на них, тем больше понимал — если Порко считает себя главным в паре, то он серьёзно ошибается. Вся власть была собрана в руках Олли, легко направлявшего эмоции любимого человека в нужное русло. Идеально. — Завтра все фанаты будут обсуждать твои слова о моем члене. — Ну и пусть, правду всё равно никто и никогда не узнает. Никогда. Ради нас всех.