Я подарю тебе дыхание

Среда, на часах 19:46. Антон дома у Сергея. На столе уже съедена жаренная картошка, салат из помидоров и огурцов. Антон сел за стол, а Сергей рассказывая новости на работе достал водку из кухонного шкафа. Шастун не особо хотел выпивать, а его друг наоборот. Смотря в окно, видит, как солнце уже зашло. Ощущается атмосфера тех самых фильмов, да и вообще тех моментов жизни, когда по-настоящему чувствуешь себя в России или СНГ. Как говориться, Россия — это загадка, завернутая в загадку, помещенную внутрь загадки. Трудно объяснить это чувство. Когда приходишь вечером уставший домой, на столе вкусная еда, у кого-то включается телевизор, кто-то просто сидит в телефоне, а кто-то разговаривает с семьёй или же как Антон, с другом. Шастун не так любит открываться людям, особенно полностью. А именно проговаривая все чувства в слух, даже такие, как сейчас. Может, это и странно, но Антон хочет, чтобы его понимали без слов. Но он думал, что вряд ли такое может случится. Хотя, может. Арсения выпустили вчера, но от работы освободили на всю неделю. Он поблагодарил врачей, заплатив им деньги. Антону Арс тоже изложил свою благодарность за пожертвование кровью.

***

Возвращаясь домой, Антону нашлись приключения на одно место. — Вот же-ж сука... —прошептал, когда на Антона смотрели и направлялись в его же сторону два мужика, телосложения которых были пугающе накачены. Вернее, страшно и без выходно будет, если они начнут драться. Скорее, Антон проиграет в этой драке. Надежда есть на то, что они лишь спросят дорогу или что-нибудь в этом роде. — Слышь, мужик, — сказал тот, что слева и вертел в руках ключи. — Подойди-ка сюда. — произнес второй, с более низким голосом. Уже страшнее. Послушаться или нет? Сделать вид, что не услышал? Без понятия. — Мужчина, вы мне? — спросил Антон, еле-еле сделав серьёзный вид. Пришлось подойти. — Сигаретки не найдётся? — блять. — Не, нет, а что? — ноги сами шагнули назад и дрожали, на максимум выдавая Антона. Эти придурки подходили к Шасту всё ближе, а он понимал, что всё, крышка. Руки будто бы вспомнили слова, что лучший способ защиты — атака. Видимо, зря. После того, как Антон нанёс одному из них удар по лицу, второй сразу же дал леща в ответ намного сильнее. Антон старался защищаться, но в итоге не получилось. Спустя минуту он уже лежит на земле без сил, вокруг никого нет. Вспомнился тот момент с Арсением, только теперь на его месте Антон сам. Парень попытался встать, что получилось с трудом. Теперь бы дойти до дома. Ещё и нужно в аптеку, купить что-нибудь чтобы обработать новые раны и травмы. Ещё под глазом похоже, что появляется синяк. — Завтра вставать снова в восемь...Как же я устал. — говорил себе под нос. А в голове заиграла песня Май Bye. — О Всевышний, нельзя ли мне просто пожить без подобных ситуаций. Просто побыть или поговорить снова по душам с Арсением, но без плохих последствий? Почему нельзя влюбиться в человека, с которым быть вместе получилось бы? А не с человеком, у которого вроде как есть семья... — он уже зашел в ближайшую круглосуточную аптеку, однако как на зло на глазах появляются слезинки. — Здравствуйте, у вас есть гепариновая мазь? — спрашивает, услышав «да» от аптекаря. — Тогда дайте пожалуйста. И ещё спирт и вату. Пока фармацевт искал мазь, в аптеку зашел ещё кто-то. По непонятной причине в это же время состояние Антона вдруг облегчилось. Он обернулся и был удивлен. Нежданчик. — Арсений?... — произнес, хотя мог бы произнести всё, что было в мыслях в этот момент: «Черт возьми, как мы так встречаемся всегда? Куда я, туда и он. Бля, ну что ты тут забыл, не дай Бог ещё глаза увидит...». — Ой, Антон, ты тоже здесь? Вот это да, неожиданность. О Господи. — он заметил синяк, который, с одной стороны, сложно было не заметить. — Надо же...Что случилось? — Да не волнуйся, все окей, сейчас расскажу, хорошо? — "ебать конечно у меня планы ещё и поговорить" подумал. А Попов лишь кивнул, продолжая смотреть переживающими глазами. Мило. Оба купили лекарства, которые были нужны для них, а затем решили прогуляться ночью. Антон сдерживался, чтобы не взять Арса за руку во время ходьбы, иначе это было бы неординарным для друзей. Шастун рассказал всё, что произошло с ним, а Арс очень удивился. Сказал, что нужно найти этих людей и даже написать заявление в полицию. Антон лишь соглашался с этим, пока радумывал о том, как бы поговорить откровенно. Откровенность хороша тогда, когда она взаимна. — Может мне помочь обработать раны и этот синяк? — решил сказать Попов, в это мгновение Антон так хотел выкрикнуть «да», чтобы хоть как-то ощутить его ближе. — Хорошо, давай. — «Сука, надеюсь это не выглядело неприлично, не тактично» — Вот и хорошо. Эх, так чудесно гулять ночью. Прям счастливым себя чувствую. А тебе нравится гулять ночью, вечером, ну, или под дождем? — Естесственно, это прекрасно. Можно подумать или поговорить о чем угодно. — это был намек подсознательный, интересно?... — Кстати, да. Давай говорить о чем угодно? — на это Антон лишь улыбнулся и кивнул. — В общем, я иногда так устаю от жизни, что ничего вовсе не хочу. Но такие моменты словно спасают. Видишь красоту жизни, атмосфера ощущается... — Ага, такие моменты просто восхитительны, это вообще ебать! Ой... — внутри все перевернулось, блять, ему так стыдно. — Извини пожалуйста, я случайно. — Да ладно, ничего, все мы материмся. — Арсений посмеялся и вовсе не осуждал. Антон рад этому. — Ну, ещё бы в такое время кофе или чай попить...Может купим? За одно и посидим, обработаю тебе раны и свои лекарства выпью. — Ну давай. Но потом давай много не будем ходить, тебе ведь пока не желательно, да? — конечно же Антон хочет позаботиться о здоровье своего передруга. Они зашли в неизвестное для них заведение. Денег у обоих было не так много, по этому купили лишь кофе,как и хотели. Кстати, Бог и вправду услышал слова Антона. Сейчас они сидят за столиком перед окном. Ночь на улице, атмосфера великолепная. Арсений обрабатывает лицо Антону. Внутри Шастуна прозвучали сотни матов. Арсений аккуратно проводит ватой по щеке парня, в то время как он готов завизжать как тринадцатилетняя девочка. Он смотрит четко ему в глаза, снова тонет в них. Их лица находятся довольно близко к друг-другу, так, что Антон боится, что люди вокруг подумают, что они геи. Закончив лечение, Арс сел за столик, услышав от друга «спасибо». Однако Шаст боится, что выглядит ужасно. Хотя ничего не испортит этот момент. Прелестные ощущения. Порой веренность и надежда дают больше пользы, чем лекарство. — Антон, я раньше даже не подозревал, что я найду такого друга как ты. — черт, в животе Шастуна появились бабочки, снова. — С тобой безумно приятно проводить время, я это понял. — черт побери. Арсений смотрит ему прямо в глаза. Колотит сердечко под футболкой с безбашенной скоростью и силой, словно выскочит в этот миг. Антон будто волнуется, но он уже чувствует себя спокойней, когда Арсений положил свою руку на руку Шастуна. Вспоминаются слова: «Вы пересекаете весь мир в поисках счастья, а оно всегда рядом, на расстоянии вытянутой руки от любого человека…» Кофе стынет, а чувства и желание горят. Как сдержать бы себя преподавателю сейчас, так как это очень тяжело. Хочется встать и схватить Арса за ткань одежды и притянуть к себе как возможно ближе. Однако это желание внезапно прекратилось и Попов убрал руку, когда был услышан совсем неожиданный звонок на телефон. Снова песня нервов, он помнит рингтон еще с той встречи в клинике. Краем глаза Шаст увидел надпись «Жена». Вот же-ж, блять, облом. — Извини. — произнес Попов, перед тем, как сбросить звонок и убрать звук мобильника. Это довольно удивило Шастуна. — В общем, с тобой так приятно беседовать, давай продолжать наш диалог. — говорил, попивая свое кофе. — Кофе — союзник, с которым писательский труд перестает быть мукой — Оноре Де Бальзак. Помнишь, я читал тебе свои стихи? Так вот, кофе мне помогает в этом. — он надеелся, что это будет поддерживать диалог и не прозвучало глупо. — Воу, слышал о таких словах. Повторюсь, твои стихи меня поражают. А ты можешь прочитать ещё, пожалуйста? " Ну Арс, как тебе отказать после этого «пожалуйста»? " — Ну ладно, слушай. — сказал, и начал озвучивать всё, глядя в голубые глаза. Посвящены стихи ведь ему. Ты—моё прекрасное Солнце, Согреваешь, делаешь светлой жизнь мою. Но если отвергнешь, сердце разобьется, Ты все равно знай, что я тебя люблю. Обещаю быть твоей луной, В темноте дарить тебе яркий свет. Буду смотреть и любоваться тобой, Ведь таких звезд как ты нигде нет. Но вот признаться нет смелости, Есть ли от этого эликсир? Написать хочу, что твои прелести Превосходят весь мир. У Арсения вытаращились очи от такого. — Антон, это неописуемо. — сам Антон так не думал, но приятно до мурашек. — Знал бы об этом человек, кому ты писал эти стихи — в полнейшем шоке был бы, уверен. У меня сейчас внутри эмоции будто это сказали мне, — посмеялся и Антон тоже, однако на самом деле ему не было смешно, потому что Попов сказал правду. Это посвящалось ему. — прекрасно. Одним словом — прекрасно. — Благодарю, мне безумно приятно, Арсений. — и взгляды встретились вновь. Сука. Шастуну так нравится сегодняшние действия врача. Но в душе он немного волунется опять, этот синяк и раны не дают покоя. Но эти прикосновения, эти слова...Это всё завораживает и хочется продлить эти мгновения. Они просто молчали, улыбаясь друг другу. Тишина уже не неловкая, а вполне комфортная для обоих. Один из них заговорил: — Слушай...Прикольно получается то, как мы встречаемся так вот, каждый раз, случайно, но в подходящий момент. Ты понимаешь, Антон? — хочется попросить Арса не произносить его имя так часто, дабы дать бабочкам в животе успокоиться. — Да-да, понимаю. — ответил, а затем и вправду задумался над этим. А Арсений замолчал, словно ждал реакцию и продолжение слов Антона. Тот без понятия, что еще сказать.

***

22:04

— Мы до сих пор сидим, ё... — выразился Арсений, так как уже наступала поздняя ночь, а их разговоры продолжались. — Но с тобой так приятно говорить, не удивительно, что мы сидим долго. — если честно, Антон и сам в ахуе от того, что он сказал это сам, он смог. Парень безумно рад, что они уже более открыто говорят с возлюбленным. Это до жути приятно и уже не так волнительно. Попов улыбнулся от этих слов. Следующая фраза, сказанная Арсением повергла его в шок, Антон готов привести столько причин, ответов на это. Мужчина посмеиваясь сказал: — Ну Антон, нахуя тебе я?