Призрак– купидон (покой нам только снится).

       С дерева Юнги Тэхёна, конечно же, снял. Но не сразу. Паразит. Поизмывался ещё бледный глист. Слезая Ви зацепился за очень маленький, но очень острый сучок. Вот сучок он и есть. Порвал свои брюки и чонгуков жопный чехол. По дороге домой думал о том, что ему не избежать наказания от любимого. Тэхён переоделся и пошёл в дом Юнги. Домовой сказал, что Чимин его там ждёт. Подойдя к двери, он услышал душераздирающие рыдания. Перепуганный Ви ворвался в дом и замер посреди кухни. Чимин за столом пьёт чай. Возле дивана на полу сидит Джин и завывает, как раненый тюлень. — На язык просится любимая фраза Юнги, — охреневает Тэхён. В таком состоянии Джина он ни разу не видел. Пьяный в говно Джин-это что-то из раздела фантастики. Он что-то невнятно бубнит икает и размазывает слёзы по лицу. — Плюшка, а что происходит-то? Откуда тут Джин и почему он… такой? Чимин сочувственно смотрит на друга, сидящего на полу. — Шекспировские страсти, ёпта. — Пак поворачивается к Ви. — Вчера вечером я уехал в город по делам. Ночью мне позвонило вот это чудо пьяное. Сегодня утром мы сюда приехали. — Он что, с Намджуном поругался? — Сам ушёл… Не в себе чуть-чуть я ж не видел… Он сам, я ж ничего, а он сразу… Ик… Всё кончено… Не ночеваааал. — Джин взвыл, как пожарная сирена. — Ну, это точно пиздец на хуй, блять, — Ви бестолково заморгалл. — Чё ржёшь, переводи. — обратился он к Чимину. — Короче. Намджинчики отправились на вечеринку. Там они посрались, потому что Джину оказывали очень много внимания. Джин с расстройства хлебанул лишку и пошёл отдохнуть в какую-то свободную комнату. Туда впёрся какой-то тоже не очень трезвый чел. Увидел нашего Джинчика очень обрадовался и стал его лапать. А тот по пьяни ничего и не понял, думал, что он дома и что это Джун. А Намджун всю эту картину застукал. Психанул, конечно. Чуть полдома не разнёс. Наорал на Джина и сказал, что уходит от него. И не пришёл ночевать. Джин промаялся всю ночь. Естественно, бухал. Позвонил мне. Поскольку я оказался в городе, пришлось тащиться к нему. Решил его сюда привезти. Пока ехали он даже поспал и немножко протрезвел. А сюда приехали, он нашёл самогонку Юнги. И его на старые дрожжи растащило. — Ну и каков план? Я ведь правильно понимаю, мы их мирить будем? — Умничка ты мой, — улыбнулся Чимин. Тэхён не обиделся, что Джин позвонил именно Чимину. Он и сам в трудную минуту всегда звонил Паку. Потому что Плюшка, он уютный как мягкий плед и тёплое какао. Успокаивающий, как музыка. Надёжный, верный, сердечный. И крепкий, как скала. — Я написал Чонуку, и он поехал за Намджуном. Ты на него не злись, это я его попросил тебе не рассказывать. Я просто подумал, что здесь один с Джином я не справлюсь, — Чимин улыбнулся Ви своей самой очаровательной улыбкой. — Ты же ведь захотел бы поехать с ним? Садись чайку попьём. Сейчас Джин-и проорётся, и мы попробуем уложить его спать. Джин заголосил ещё громче и повалился на пол. Зашёл Юнги увидел эту картину и сердито рявкнул. — Джин, кончай этот пиздец, у меня весь дом ходуном ходит. — Я твой дом труба шатал, — отчётливо в тон Юнги ответил Джин. И продолжил реветь. Чимин поперхнулся и чай полился у него из носа. Минут 20 общими усилиями пытались уложить Джина спать. Но тот прикинулся неваляшкой и ложиться отказывался. На свой страх и риск плеснули ему юнгирина. Сработало. — Поверить не могу, что я говорю это, но придётся везти их в лес, — Юнги вздохнул. — Отелло с Дездемоной, блять. Тэхён отправил Чонуку сообщение. —Я в курсе всей херни. Чимин и Джин уже здесь. Когда ты приедешь? Удалось уговорить Джуна? — Джун-умный мужик. Через пару часов будем, — ответил Чонгук. Через 2 часа все собрались в доме Чонгука. Кроме Джина, который ещё дрых. — Джун, ты человек адекватный. И трезвый, — Юнги поставил на стол тарелку с пельмешками. — Мы хотели бы услышать твою версию произошедшего. Чимми, милый, не торопись, подавишься. Ви с Чонгуком захихикали. Намджун даже не улыбнулся. Он был бледный, хмурый и осунувшийся. — Я ничего не могу с собой поделать, очень его ревную. Понимаю, что сам виноват, я не должен был оставлять его одного. Увидел, как этот хрен его мнёт… Короче, наговорил ему всякого. Мне так стыдно, и я не знаю, как теперь у него просить прощения. — То есть ты бросать его не собирался? — рука Юнги замерла не донеся пельмешку до рта. — Конечно же, нет. Я люблю его, — Джун, умоляюще оглядел ребят. — Вы мне поможете? — А для чего ж мы вас придурков сюда припёрли? — Юнги облегчённо громко выдохнул. — Ну вот и прекрасно. Лес отменяется. Вы поговорите, помиритесь. — А вот это вряд ли, — в один голос сказали Чимин и Тэхён. — Не понял? — Мин нахмурился. — Домовёночек, дорогой, понимаешь ли, в чём дело, — Ви переглянулся с Чимином, — наша нежная розовая зефирка иногда становится капризной вредной жопой. Джин сейчас оклемается, поймёт, что Джун никуда не денется, закусит удила и пойдёт в разнос. — Так что любовь моя забрасывать их в лес всё-таки придётся, — Чимин встал, подошёл сзади к Юнги и обнял. — В прошлой жизни я, наверное, конкретно накосячил. Вы все посланы мне в наказание? — Юнги повернул голову к собравшемуся уже обидеться Чимину. Чмокнул его в приоткрывшиеся губы. — Только ты послан мне для того, чтобы я от всего этого не ебанулся. — Да-да, мы тоже тебя любим, — усмехнулся Чонгук. Повернулся к сидевшему рядом Ви и приобнял его. — Птичка моя, как ты провёл сегодняшнее утро? По нехорошему блеску в глазах Тэхён понял, что Чонгук всё знает. — Сначала хотел наклеваться гороху, а потом свить гнездо. На то она и птичка, — заржал Юнги. — О чём это ты? — тут же насторожился Чимин. Юнги тихо выругался. — Что-то я засиделся, мне на ферму пора. Чимми, ты бы тоже пошёл отдохнул, пока наш плакса не проснулся. Джун, ты можешь пока расположиться в доме Чимина. Тэхён остался с Чонгуком наедине. Взгляд звёздного мальчика не предвещал ничего хорошего. — Ой, мне ж картошку окучить надо! — брякнул Ви и ломанулся к выходу. — Стоять! — рявкнул Чонгук, так что у Ви подкосились колени. — Ты зачем один в поле потащился? Ты понимаешь, что Арес мог тебя покалечить? — Чонгук встал и двинулся к Ви. Тэхён похолодел. Глаза Чонгука превратились в щёлочки, а скулы подрагивали. А это значило, что любимый в бешенстве. — Чонгук-и, ну прости. Ты уехал в город, ничего мне не объяснил. Мне было скучно, — Ви скорчил мину, как будто вот-вот заплачет. — Можешь поставить меня в угол. На горох. — Сморщился при упоминании о горохе. — Кстати, я нашёл свои трусы. Жопа в них у меня и так не потела, так что вентиляцию делать было не обязательно. Я так и знал, что это ты их с спёр, — Чонгук взял Ви за плечи и тряхнул. — Что было бы со мной, если бы с тобой что-то случилось? — Признаю свою вину, меру, степень ,глубину… Готов искупить. — Прямо сейчас начнёшь. Я там в городе прикупил кое-что. Марш в спальню и снимай штаны. Тэхён немного испугался, но вместе с этим внизу живота сладко заныло. « Я превратился в какого-то мазохиста и извращенца».       И вот он лежит на животе поперёк кровати с вибропробкой в заднице. Периодически на ягодицы опускается широкий кожаный ремень. При каждом шлепке он вскрикивает, как теннисистка на корте. Мысль о том, что его наказывают, заставляет всё тело вибрировать от возбуждения. И остроту ощущений сильно повышает вибрация в кишке. Ви извивается волной, комкая руками покрывало и поджимая пальцы на ногах. Вскидывает красные от ударов ягодицы вверх, как будто просит ещё. А он и правда просит.       Конечно же, Чонгук не хочет сделать любимому слишком больно. Но шлёпает довольно чувствительно. Когда он начинал экзекуцию действительно хотел наказать. Теперь же глядя на выгибающегося и стонущего парня, он думает, что наказание имеет какой-то другой эффект. Чон сжимает рукой свой набухший член и потяжелевшие яйца. Конечно, он рассчитывал как следует оттрахать свою птичку после наказания. Но что-то пошло не по плану. Тяжело дыша, он еле сдерживает стоны. — Хочу, чтобы ты трахнул меня. Сейчас же, — Чонгук отбрасывает в сторону ремень и начинает судорожно срывать с себя одежду. Забирается на кровать и встаёт в коленно локтевую. Ви рычит и его прямо подбрасывает вверх. Он смотрит на Чонгука и видит, как дырочка между крепких ягодиц судорожно сжимается. — Чонгук, твоё очко мне подмигивает, — смеётся Ви. — Тэхён-а, блядь, — возмущается Чон сквозь смех. — Прости, мой хороший, просто я уже готов взорваться. Чтобы отсрочить оргазм, немного поржали. Но вскоре комнату заполняют чонгуковы стоны. Ви яростно трахает его языком, сжимая до бордовых пятен ягодицы руками. Тэхён не понимает, как он ещё до сих пор сдерживается. Потому что пробка в заднице всё ещё вибрирует, а Чонгук издаёт такие звуки, что крышу сносит напрочь. Тэхён успевает только вогнать член в тугую жопку и пару раз толкнуться. Чонгук кричит и кончает без рук. Ви от оргазма вообще чуть на атомы не расщепило. — Аа-ах… — Птичка моя, скажи своей попке, чтобы она отдала вибратор, — Чонгук нежно целует красные полупопия. И сглатывает наблюдая, как пробка с трудом покидает тело. После оргазма мышцы никак не хотят выпускать её. — Я чуть не сдох. Ты орёшь, член как в тисках, в жопе вибрирует, — Ви устало улыбается и притягивает Чонгука к себе. — Любимый, я почему-то опасаюсь, что косячить ты начнёшь в два раза больше, — Чонгук зевает и пристраивает голову на плече своего парня. — Сильно не буду, — обещает Тэхён, целуя Чона в макушку. * Джин проснулся только к вечеру. Опухший, помятый и злой, как собака. Потребовал, чтобы Чимин вызвал из города китайчат. Потому что он, видите ли, собирается закатить гуляние под холмом в честь своего развода. Долго возмущался, когда Чимин сказал, что китайцы приедут только в середине июля. Намджун попытался с ним поговорить. Но врезался в такое матерное нагромождение, что забился в угол и прикинулся мебелью. Чимин весь вечер ходил за Юнги. Пытался выяснить, что нахуевертил Тэхён. Юнги держался как партизан на допросе. Когда Чимин потащился за ним на конюшню и продолжил гудеть, Мин не придумал ничего лучше, как заткнуть ему рот своим членом. Правда, после этого распалённый Чимин так его отодрал, что своими воплями Мин перепугал лошадей. Потом поржали, вспоминая, как Ви застрял между стеной и ящиком. * На следующий день стали тщательно готовиться к заброске Намджинов в лес. — На что вы нас обрекаете изверги? Мы ведь не вернёмся из этого леса, поскольку меня с этим типом, — ткнул пальцем в Джуна, — больше ничего не связывает. Он меня бросил и моё сердце охладело. — Я сейчас уссусь с этого наигранного трагизма, — заржал Юнги. — И не смотри на меня, как Ленин на буржуазию, — бросил он Джину, который пытался испепелить его взглядом, — а будешь выёбываться, я тебя верёвками к дереву прикручу. — Джин-и, пожалуйста… — умоляющий проговорил Джун. — Что, пожалуйста? — Джин понял, что с Юнги лучше не связываться, поэтому переключил внимание на Джуна. — Ну ты же сам хотел туда съездить, — робко проговорил Джун. — Я много чего хотел. Я хотел быть с тобой, а ты от меня отказался, — с пафосом воскликнул Джин. — Ой, блядь, не могу, — Юнги схватился за живот. — Ещё начни театрально заламывать руки. — Чимин надень памперс на своего кота, он сейчас штаны намочит, — сердито бросил Джин и ушёл в дом. — Котя, ну что ты в самом деле? — мягко укорил Пак своего любимого.— Мы же всё это затеяли, чтобы их помирить. А с твоими подколами Джин ещё и нам бойкот объявит. — Ладно, ладно, молчу. Прости, — Юнги, сдаваясь, поднял руки. — Не переживай Намджун, всё будет хорошо. — Он похлопал по плечу заметно сникшего парня. В общем-то дальше день прошёл спокойно. Юнги довольно успешно сдерживал в себе сарказм. Джин и Намджун старались держаться друг от друга подальше. Пока. Чонгук и Чимин проверили свои тачки. Ехать решили на двух автомобилях, так сказать, с комфортом. По дороге все молчали. В воздухе витало напряжение. Последний раз они были в этом лесу, когда ловили Хюндже. В тот раз всё закончилось благополучно. Какое-то время они ещё вспоминали со смехом это приключение. Но потом не сговариваясь решили, что впредь будут развлекаться в более подходящих для этого местах.       И вот теперь они снова едут в это жутковатое место. Чимин, Джун и Юнги ехали в машине Пака. Остальные в машине Чонгука. — Джун, в случае какой-нибудь неожиданной поебени сразу звони мне, — Юнги был заметно напряжён. — Не знаю, как остальные, но я этой ночью точно не усну. — Милый, никто из нас не сможет спать, — немного обиженно проговорил Чимин. — Конечно, хороший мой, — Юнги погладил Чимина по щеке. — Джун, я прошу тебя, держи всё под контролем. Джин сейчас совершенно нестабилен. — Джин, я прошу тебя, только не выкидывай какую-нибудь херню. Мне достаточно закидонов моей любимой птички, — Чонгук, серьёзен и сосредоточен. — Джун и так очень переживает. Так что не заставляй его нервничать ещё больше и не вздумай обидевшись, съебнуть в чащу. — Я что, по-вашему, совсем неадекват? — насупился Джин. — Тебе напомнить, как недавно ты ползал по полу и ревел белугой? — Тэхён хмыкнул. Джин запыхтел и замолчал. — Короче, чтобы вернулись с Джуном из леса живыми и помирившимися, — сказал Чонгук, не терпящим возражений тоном.       Чонгук поставил палатку. Тэхён и Чимин разложили вещи и показали «приговорённым», что где лежит. Юнги сунул Джуну пол литровую банку самогона. Не смог найти бутылку. Пришлось открыть баночку огурцов. Самогон налил в банку, огурцы покидал в пакет, на закусь. — Джун, если вдруг заметишь, что всё идёт по пизде, просто напои его. — Юнги, всё будет нормально, не переживай. Спасибо тебе. Спасибо всем вам. — Почему у меня такое чувство, что я отвёз собаку на усыпление? — Юнги посмотрел в зеркало заднего вида на отдаляющийся лес. — Потому что ты очень добрый человек и отличный друг, — Чимин с обожанием посмотрел на своего парня. — Я так рад, что мы с тобой встретились. Я очень люблю тебя, Юнги. — До луны и обратно? — До луны и обратно. — Я так нервничаю, что у меня встал, — Чонгук хохотнул. — Я так не психовал даже тогда, когда мы сами с тобой там были. — Кстати, на счёт того, что у тебя встал. Любимый тебя не напрягает то, что всякая нездоровая хуйня действует на нас как афродизиак? — Это добавляет перчику в наш секс, — Чонгук ласково погладил Тэхёна по коленке. — Не надумывай проблему. Пока мы любим друг друга, нам всегда будет хорошо вместе. Тэхён хитро прищурился. — Как насчёт того, чтобы я наказал тебя? Обещаю, тебе понравится. — Хорошо. Я даже знаю, как нарваться. Надену твою любимую рубашку от Гуччи, когда полезу под машину. — Ээй… Ты грань-то не приходи!       Собрались все дома у Юнги. На нервяке сожрали почти всё, что было в холодильнике. — Что-то Афина и Гефест беспокойно себя ведут, — сказал задумчиво Юнги. — Гере тоже не спится, — ответил Чонгук. — Просто животные очень чувствительные. Любимые хозяева нервничают и им это передаётся, — Чимин разлил всем чай. — Уже 4 утра. Почему Джун не звонит? — Юнги встал и заходил туда-обратно по кухне. — Может, потому что у них там всё заебумба? — высказал предположение Ви. — Всё, поехали за ними. Сладкую парочку обнаружили в палатке спящими. — Ну ёперный балет, мы все на измене, а они дрыхнут, — Юнги улыбается.— Вы гляньте только, как вцепились-то в друг в друга. Вернулись в деревню Джин и Джун в одной машине.        Спать опять никто не собирался, потому что всем было интересно, что же произошло в лесу. На этот раз собрались все в доме у Чонгука. Потому как у Юнги поесть уже было нечего. Рассказывал Намджун. Джин молчал и только периодически краснел. * Джун верить в мистику ну никак не хотел. Он всегда считал, что всему есть объяснение. Однако, когда ребята уехали, и они с Джином остались в лесу вдвоём, неприятный холодок пробежал по спине. Вроде бы лес как лес. Но появилось неприятное чувство, что за ними кто-то наблюдает. — У тебя вид, как будто ты сейчас обделаешься. Или уже, — ехидно проговорил Джин. — Пойдём в палатку, — негромко предложил Джун. Они забрались внутрь брезентового домика. Джин не стал сиськи мять, а сразу принялся выговаривать Джуну всё, что он о нём думает. Ему казалось, вообще было похрен то, что они одни ночью в лесу. Он говорил, что Джун ужасный ревнивец. Что на вечеринке он повёл себя как скотина. Что он, Джин, белый и пушистый. И никогда не стал бы изменять. Джун его почти не слушал. Он прислушивался к звукам снаружи палатки. — Я тебе тут не мешаю? — так громко воскликнул Джин, что Джун вздрогнул. — Ты вообще собираешься как-то объясняться? Нахрена мы сюда притащились? — он открыл рот, чтобы сказать ещё что-то, но замер. Оба поняли, что что-то не так. Снаружи затихли все звуки. Стояла просто оглушающая тишина. Джун с ужасом осознал, что не может пошевелиться. С Джином, похоже, происходила та же фигня. Они сидели и, выпучив глаза, как два филина, пялились друг на друга. Когда снаружи палатки раздался тихий шорох и как будто чьи-то шаги, Джин отмер. Он начал шарить руками рядом с собой и наткнулся на банку с самогоном. Взял ёмкость, открыл и сделал смачный глоток. Вдруг брезент колыхнулся, как будто по палатке кто-то провёл рукой. — Мама, — высоким голосом взвизгнул Джин и выскочил из палатки. — Джин, ты куда? Вернись, — осипшим голосом выдавил Джун и поспешил следом. Охреневший от страха Джин стоял посреди полянки. В одной руке у него была банка в другой пучок травы. Он окунал траву в банку с самогоном и крестил пространство вокруг себя. — Отче наш иже еси... Изыди, блин! Как там молиться-то надо? Не забирай нас, пожалуйста, мы хорошие. Давно Намджун так не смеялся. Хоть ему и было страшно до усёру, сдержать себя он никак не мог. В ночной лес вернулись звуки. Где-то запел соловей. Ухнула сова. Застрекотали кузнечики. Джин замолчал и остановился. Потом подошёл к ржущему парню и треснул его пучком травы по физиономии. — Я тут хоть как-то нас спасти пытаюсь, а ему смешно, блин, — он сделал большой глоток из банки. Когда Джун немного успокоился, он подошёл к Джину и сгрёб его в объятия. — Призрак нас не тронет. — Почему ты в этом так уверен? — прошептал Джин, уткнувшись носом в широкую грудь. — Потому что я люблю тебя. А ты любишь меня, я всегда это чувствовал. Они вернулись в палатку и просто лежали обнявшись. Сначала Джун хотел позвонить Юнги. Но увидев, что Джин уснул, не стал этого делать. Вскоре и сам заснул. * — По-моему, призрак уже просто в ахуе от нашей честной компании, — простонал Юнги, вытирая выступившие от смеха слёзы. — Джин, напишешь мне текст молитвы? Она явно работает, — говорит Чонгук, и тут же получает подзатыльник от Тэхёна. — Забыл, как мы из леса без штанов сбежали? — Ребята, вы ещё у нас погостите? — Интересуется, Чимин. — Я бы ещё задержался на пару дней, — Джун смотрит на Джина. — Ты как на это смотришь, Сэм Винчестер? — Я бы тебе врезал, но слишком устал, — Джин зевнул. — Идите ко мне. Дом в полном вашем распоряжении, — сказал Чимин. 💓💓💓