Строфария небесно-синяя

Проснувшись утром, я с трудом услышала будильник, который раздражающе пищал где-то рядом. С трудом поднявшись с дивана, я мельком посмотрела на своё отражение в экране телевизора. Вид у меня был, мягко говоря, удручающий. Волосы спутались в нелепый комок, из которого торчали пряди, лицо выглядело помятым, а глаза — как два опухших пельменя. Я только тяжело вздохнула, пытаясь прийти в себя, и поплелась в ванную, еле переставляя ноги, будто я была старушкой. Оказавшись перед зеркалом, я начала распутывать этот кошмар на голове, раз за разом терпеливо вытаскивая из узла волосы. Немного оживил меня прохладный душ, который хотя бы частично стер остатки сна. После этого я решила наложить маску от отёков, в надежде, что она хоть немного вернёт мне человеческий облик. Глядя на себя в зеркале, я думала, что теперь выгляжу чуть лучше, но в глубине души понимала — этого всё ещё недостаточно. Дойдя до холодильника, я задумалась, что бы такое съесть на завтрак. Вдохновения что-то готовить явно не было, поэтому я решила не усложнять и сделать то, что всегда спасает в такие моменты, — бутерброд с колбасой и сыром. Чтобы завтрак не выглядел слишком грустным, я достала помидоры и огурцы, нарезала их и поставила на стол. С приготовленным завтраком я устроилась за столом и, как обычно, потянулась за телефоном. Открыв TikTok, я начала бездумно листать ленту. Пара смешных видео сменялись на что-то странное, пока я не наткнулась на ролик о Дане Кашине. В кадре он шёл за руку с какой-то девушкой. Моё сердце пропустило удар, а потом вдруг заколотилось как бешеное. Я совсем не ожидала такого! Горячий бутерброд оказался обратно на тарелке, потому что я, в шоке, просто выплюнула кусок. — Что?! Он с кем-то встречается? — воскликнула я вслух, уставившись на экран. Нет, я не могу сказать, что ревную. Просто где-то внутри всегда была маленькая, почти детская надежда: вдруг однажды… вдруг как-то это могло бы быть… я и он? И вот теперь эта мысль казалась ещё более нелепой. Ещё больше я была поражена тем, что его вообще заметили. Он ведь всегда так тщательно скрывал свою личную жизнь, а тут вдруг такие откровения. Я полезла в комментарии под видео. Там уже кипели страсти: одни радовались, другие критиковали, а третьи принялись гадать, кто же эта девушка. Я начала мечтать, что, может быть, это всё неправда, просто случайность. Но мечты резко прервались, когда я вспомнила о своём парне. Перед глазами снова всплыл вчерашний вечер — как он стоял у моего подъезда, как я избегала разговора. Это сразу вернуло меня с небес на землю. Мысли метались от одного к другому, и я снова начала копаться в своих чувствах, пытаясь понять, почему всё так сложно. Пока я сидела за столом, время летело. До выхода из дома оставался чуть больше часа — хватит, чтобы собраться и спокойно доехать до колледжа. Я глубоко вздохнула, отложила телефон и встала, стараясь собрать себя в кучу. Сегодняшний день ещё только начинался, а я уже была вымотана своими мыслями. После этого я быстро собралась и направилась к остановке. Столкнуться с Даней не получилось, хотя где-то в глубине души я на это рассчитывала. Знаете, тот неловкий момент, когда вроде бы не хочешь чего-то, но подсознательно ждёшь? И хотя дорога до колледжа была короткой, мои мысли умудрились пробежать марафон. Что, если я его увижу? Что сказать? Или лучше ничего? Или он даже не заметит? Приехав в колледж, я поднялась в аудиторию. Внутри будто клубок нервов — я знала, что должна рассказать Лизе о вчерашнем. Конечно, она будет в ярости, и я уже заранее готовилась к её ледяным фразам. Она не злится по мелочам, но если уж что-то задело — берегись. Зато сегодня я была примерным студентом: пришла на полчаса раньше. Аудитория была пуста. Я открыла телефон и написала Лизе: “Ты скоро? Хочу кое-что обсудить до начала.” Ответ прилетел почти сразу, но вместо привычного: “Уже бегу, зайка”, я увидела: “Сегодня не приду. У меня срочные дела.” Срочные дела? Лиза? Да она даже в магазин ходит только со мной, потому что “делать что-то одной скучно”. В голове промелькнула мысль, что что-то не так, но я отмахнулась. Может, правда у неё что-то важное, и я просто накручиваю. Хотя… как же это неприятно. Пары пролетели быстро, благо в мае занятий было мало — нас “жалеют”, чтобы мы готовились к проектам. Но, честно говоря, легче от этого не становилось. Выйдя из колледжа, я остановилась на крыльце, не зная, куда себя деть. Домой? Нет, там только пустые стены и вечный беспорядок в голове. Тогда — в кофейню. Это место всегда спасало меня, когда хотелось спрятаться от всего мира. Кофейня встретила меня мягким светом и запахом кофе, который всегда действует как уютное объятие. Я заняла столик у окна, заказала капучино и решила просто побыть в моменте. Но, конечно, мысли о Лизе, о вчерашнем разговоре с Ваней не давали покоя. Я уже почти успокоилась, как телефон снова завибрировал. На экране высветилось сообщение. Я автоматически открыла, ожидая, что это Лиза, но нет — это был Ваня. “Привет! Как ты? Я много думал о нашем разговоре. Давай встретимся сегодня вечером, мне есть что сказать.” Я застыла, уставившись на экран. Он снова хочет поговорить? Что на этот раз? Я вспомнила вчерашний вечер — его серьёзный взгляд, неуверенные слова. Может, он решил не спешить? Или передумал? В груди ёкнуло. Я быстро напечатала: “Хорошо. Где?” Ответ пришёл почти мгновенно: “В семь, у той кофейни, где мы сидели в прошлый раз. Ты помнишь?” Помню. Слишком хорошо. То место, где я смеялась так искренне, что даже не подозревала, что однажды этот смех сменится на непонятную тяжесть. Я отложила телефон и уставилась на чашку кофе, который уже успел остыть. Мне хотелось спрятаться от этого разговора, но и избежать его было невозможно. Что-то внутри подсказывало: этот вечер что-то изменит. Только вот что именно? До семи оставалось несколько часов. Домой я идти не стала — там только пустота. Решила прогуляться, подышать, привести мысли в порядок. Но как можно привести в порядок то, что и так внутри перекручено в хаос? Было ли мне страшно? Да. Хотела ли я услышать то, что он скажет? Не уверена. Но одно я знала точно: иногда ответы важнее страхов. Семь часов вечера. Кофейня встретила меня лёгким ароматом свежесваренного кофе и спокойной атмосферой. Я заняла столик в углу, ближе к окну, и, стараясь скрыть волнение, начала разглядывать улицу. Но мысли всё равно были о нём. Когда дверь открылась, и я увидела его, сердце пропустило удар. Иван вошёл спокойно, но его уверенный шаг и привычно собранный вид сразу приковывали внимание. Высокий, с лёгкой небритостью, идеальным размером толстовки и тёмной курткой. Его тёмные волосы, словно нарочно растрёпанные, добавляли образу ту самую непринуждённость, которая делает мужчин опасно притягательными. Но самое главное — это его взгляд. Глубокий, изучающий, будто он знает о тебе больше, чем ты сама. — Привет, — он подошёл и улыбнулся уголками губ, как будто проверяя, готова ли я принять его появление. — Привет, — голос мой прозвучал тише, чем хотелось бы. В руках у него был букет. Не просто розы, как могло бы быть у любого другого, а удивительная композиция: белые ранункулюсы, тёмно-фиолетовые анемоны, розовые кустовые розы и веточки эвкалипта. Всё это выглядело будто из фильма — романтично, но с тонкой ноткой таинственности. — Это тебе, — сказал он и протянул букет. Я машинально взяла его, чувствуя, как пальцы слегка дрожат. — Спасибо. Очень красиво, — пробормотала я, глядя на цветы, чтобы не встретиться с его взглядом. — Рад, что понравилось, — он усмехнулся, слегка склонив голову набок, и присел. Но не напротив, как я ожидала, а рядом. Я напряглась, не ожидая такого жеста, но он будто не замечал моей неловкости. — Я думал, ты уже ответила на мой вопрос, — начал он, наклоняясь ближе. Его голос звучал мягче, чем обычно, но в нём всё равно слышалась едва уловимая нотка игры. — Но, кажется, тебе нужно больше времени? Я замялась, не зная, что сказать. Его близость заставляла сердце колотиться быстрее. — Иван, я… — начала я, но он мягко взял мою руку в свою. — Не спеши, — он поднял взгляд на меня. Его глаза словно искали что-то внутри меня, будто он ждал увидеть именно ту эмоцию, которую хотел. — Просто скажи мне, что чувствуешь. Я растерялась. В нём чувствовалось что-то большее, чем просто желание быть со мной. Он был уверенным, почти самодовольным, но вместе с тем в его голосе звучала искренность. Это и пугало, и притягивало. — Мне трудно… верить, что ты действительно этого хочешь, — наконец выдавила я. Он усмехнулся, но в этой усмешке не было злости. — А ты попробуй поверить, — тихо сказал он. — Не во всё, что я говорю, а в то, что я сейчас здесь. С тобой. Он снова посмотрел на меня, а потом добавил, почти шёпотом: — И поверь в себя. Эти слова прозвучали так неожиданно, что я на мгновение забыла, что хотела сказать. — Почему ты так уверен? — спросила я, решив, что лучше взять контроль в свои руки. — Потому что я знаю, чего хочу, — его взгляд стал мягче, но напряжение в нём только усилилось. — А ты знаешь? Его пальцы слегка сжали мою руку, словно он знал, что этим жестом может сказать больше, чем словами. Я снова замолчала, чувствуя, как он будто играет со мной, но не жестоко, а умело. Его хитрость была почти обманчивой. Он умел говорить так, чтобы тебе хотелось верить, даже если ты сомневаешься. — Я не хочу торопить тебя, — наконец добавил он, отодвигаясь чуть назад, будто давая мне пространство. Но в его глазах всё ещё читался вопрос, на который он ждал ответа. И я понимала, что он не уйдёт, пока не услышит то, чего хочет.