Доброе утро, Лондон!

— Итак, что вы скажете в свое оправдание? — Полковник бросил пустую папку на стол. Шерлок покачал головой. — Гордыня — это грех, но мы с вами атеисты. Пользуясь неформальной лексикой, вы облажались, мистер Холмс. Я так и знал. — Последнюю фразу он произнес синхронно с Шерлоком. — Изволите издеваться? — Я никогда не оправдываюсь. Скажу только одно — человек, взявший папку, — вор. Я отдал распечатки Джону, кто-то украл их у него. Если здесь считается нормой брать чужие вещи, то нужно внести коррективы в прогнозирование. — Я в курсе, кто это сделал. — Фокс уселся в кресло. — Да вы и сами можете догадаться. Дам подсказку: персонал госпиталя. — Лусия Ариас. Она посещает поселок, у нее роман с тем самым мужчиной, который принес папку. Хотела мне насолить, но промахнулась. Научить ее плести интриги, что ли? — Мистер Холмс, вы неисправимы. Увещевания не помогут, выговор — тоже. Посадить в карцер на несколько дней, ограничить в питании и воде? Высечь? Приставить к позорному столбу? — Для меня установите? А бить чем будете? Ремнем, розгой или палкой? Лечить нечем, а умирать от инфекции как-то совсем не хочется. — Неисправимый, — вздохнул полковник. — Я так понимаю, что если вас выгнать, то мистер Уотсон тоже не останется. — Сами спросите. Впрочем, вы с самого начала хотели от меня избавиться, но повода не было. — Не нойте. — О нет, нытье не для Холмсов. Хотите, я вас доведу до нытья? Умение отработано на родственниках, разве что Майкрофт стал исключением. — Это был первый и последний раз, когда вы ошиблись. Больше прощения не получите. — Какой жестокий облом, — ухмыльнулся Шерлок, — вы долго обхаживали Лусию, дарили финтифлюшки, обещали золотые горы, то есть, привилегии. А она выбрала совсем не вас. И выгнать ее вы не можете, она квалифицированная медсестра, а сейчас специалисты — настоящая редкость. — Ну и как вы пришли к подобному выводу? — Распределением итогов мародерства занимаетесь именно вы, как главный на базе. Соответственно, никто не мог стащить кулон и кольцо и подарить Лусии. Все находки наперечет, занесены в списки. Вы дотошный, не упускаете деталей. Конечно, украшения никакой пользы не приносят, съесть нельзя, на еду не поменяешь, в ломбард не сдашь. Но люди любят такие штучки. Вы преподнесли Лусии презент, а она порадовала своего ухажера из поселка. Я отлично знаю кольцо, его взяли там же, откуда забрали остальные побрякушки. — Это ничего не значит, — глухо произнес Фокс. — Тут есть эффектные женщины, уверен, кто-нибудь ответил бы вам взаимностью. Но вот незадача, вас тянет на молодых. — Почему я не могу подарить приятную мелочь? У Лусии был день рождения. — Не оправдывайтесь. Неужели вы всем дарите подарки? Вряд ли. Вы болезненно отреагировали на сообщение о приятеле Лусии: задергалось левое веко, уголки губ опустились в гримасе, вы не сразу справились с эмоциями. — Убирайтесь. — Я действительно способен устроить бунт на базе или в поселке. Вы хотите меня убить или выгнать, но ничего не сделаете. — Да почему же? — Мой брат, которым вы восхищаетесь, такого бы не одобрил. И скажите спасибо мирозданию, что Майкрофт не дожил до этого дня. Поверьте, поселись он здесь, власть перешла бы к нему в скором времени. Вы бы не успели опомниться, как стали бы мальчиком на побегушках. Кстати, почему Лестрейд превратился в лакея? — Вы ошибаетесь! — Фокса потряхивало от злости. — Довольно! Убирайтесь! И не попадайтесь мне на глаза! — Повышенное давление ни к чему хорошему не приведет. Фокс замолчал, уставившись на Шерлока. — Откуда в вас столько наглости и самоуверенности? — тихо спросил он. — Вы совсем страх потеряли? — Отнюдь. Страх у меня есть, но боюсь я за Джона, а за себя не очень. Лестрейд прав, Джон — моя болевая точка. — И вы вот так в этом признаетесь? — Фишка в том, что нет смысла что-либо скрывать. Исчислил Бог царство твое и положил конец ему. Полковник, не нервничайте, а то умрете раньше времени. — Пошел вон. — Эскапизм — штука полезная, особенно сейчас, но алкоголь для этого не подходит. — Убирайся! Оставшись один, полковник достал из ящика стола флягу и маленький серебряный стакан, налил виски, выпил. — Чертов ублюдок. — У Фокса дрожали пальцы. — И ведь не избавишься просто так. А что он имел в виду, цитируя Библию… Боже, разговариваю сам с собой. — Он отправил сообщение, и через пять минут пришел Грег. Фокс повторил слова Шерлока. — Значит, вы его не выгоните? — Вам задали конкретный вопрос, инспектор. Потрудитесь ответить. — Я не большой знаток Библии. — Грег провел взглядом флягу, которую полковник убрал в стол. — Но если не ошибаюсь, то это часть предсказания для какого-то древнего царя. — И? — Да не помню, — Грег достал портсигар, — сэр, поменьше обращайте внимания на высказывания Шерлока. Он умеет напустить туману, заморочить голову. Просто игнорируйте. И уж если оставляете его на базе, то пусть делает, что захочет. — Я не могу допустить… — Сэр, понимаю степень вашего возмущения, но поверьте моему опыту. — Надеюсь, вы не забыли то, что я вам говорил неделю назад? — Что именно? А-а, вспомнил. Я не собираюсь подчиняться подобному приказу. Если не ограничивать Шерлока, то вреда от него не будет. — Куда катится мир… Я разочарован, инспектор. Интересно, как вы при вашей мягкотелости сумели получить свою должность и справляться с обязанностями? Это риторический вопрос. Свободны. — Благодаря Шерлоку было раскрыто много дел, в том числе и резонансных. Я соглашался с вами ради того, чтобы он здесь остался. Да, я лгал, можете меня уволить, но за свои действия мне совсем не стыдно. — Ясно, у этого ненормального завелся адвокат. Идите, инспектор, и продолжайте дальше потакать Холмсу. В то утро фляга быстро опустела, но полковнику не стало легче.

***

Шерлок не дошел до «дома», по пути столкнулся с тем самым охранником, от которого уловил запах выкуренного косяка. Шерлок отдельно помнил имена живущих на базе и отдельно лица, но пока что не сложил все воедино. Охранника он узнал, тот часто околачивался возле корпуса с кабинетом Фокса. — Ты пойдешь со мной, — сказал охранник, — и мы поговорим. — Говорить будем здесь, — уверенно произнес Шерлок. Охранник показал ему пистолет, потом кивнул в сторону здания с заколоченными окнами. — Нет, — повторил Шерлок, — претензии по поводу раннего подъема высказывай на открытой местности. — Я могу прострелить ногу, попаду в колено, раздроблю кости. Останешься без ноги. — И что скажешь полковнику? Что я напал, а ты был вынужден отбиваться? И где ты взял траву? Охранник приоткрыл рот от удивления. — Я не собираюсь докладывать Фоксу о том, что ты или кто-то другой выращивает коноплю. Но хотел бы увидеть плантацию. Нет, это что-то небольшое по площади, не в поселке. В помещении. — Шерлок следил за сменой выражений на лице охранника. — Искусственное освещение круглые сутки. Отдельная панель, мощности хватает на лампы. Вопрос — где? А. — Охранник посмотрел направо. — Полуразрушенные здания, непригодные для использования, но внутри можно посадить несколько кустов. Днем естественная инсоляция, в темное время суток — лампы. Ты придумал? — Заглохни! — Охранник схватил его за плечо. — Захлопни рот, понятно? Только пикнешь по этому поводу! — Я бы не отказался от косяка, но увы, обет трезвости не позволяет. И Джон расстроится. — Шерлок высвободился. — Повторяю, докладывать Фоксу о зарослях конопли не собираюсь. — Проваливай! — Могу дать практические советы по выращиванию. — Свали отсюда! — Не хочешь показывать? Я и сам найду. — Шерлок усмехнулся вслед охраннику. — Слабак. Лестрейд больше выдерживал.

***

Джон уже не спал, когда вернулся Шерлок. — Тебя не побили, — констатировал он, — это хорошо. Где ты вчера пропадал? — На складе. — Шерлок снял рубашку, разулся. — Книги систематизировал, еще не закончил. — В ноутбуке каталог? — Джон потер глаза. — Черт, я так вымотался за неделю. Напишу Джошуа, пусть предупредит остальных, что сегодня у меня выходной. — Джошуа? — Шерлок избавился от джинсов. — Мы живем в одной комнате, вернее, жили. Он из Плимута. — Джон тоже разделся. — Вообще-то, я догадался, что ты катастрофически опоздаешь, потому долго не ждал, сюда пришел. И что с бунтом? — Лусия стащила папку, которую я тебе отдал, отнесла в поселок, показала главе общины. — Ну и ну. — Джон залез под одеяло. — Ты их успокоил? Блин, вот я дурак, оставил папку на кровати. — Ты бы проверил, все ли вещи на месте? У Лусии или ее подруги липкие руки. — Да вроде никто не жаловался на воровство. И какие у меня вещи? Униформа плюс то, что на складе выдали: смена белья, обувь, бритва, зубная щетка, чашка. У тебя вообще ничего нет, ни стакана, ни тарелки. — Зачем? — Шерлок улегся. — Грег приносил обеды, уносил посуду. — Да, он на тебя жаловался. Полковник разбушевался? — Наехал, угрожал наказанием, потом сдулся и сдался. — Шерлок коротко пересказал разговор с Фоксом. — Оставил его раздумывать над цитатой из книги пророка Даниила. — Какая цитата? — Джон обнял Шерлока. — Напугал бедного полковника. Он бухает по-черному, но выглядит нормально. Ему скоро семьдесят стукнет. Надо же, прицепился к Лусии, старый пень. Теперь после твоих слов ей достанется. — Ничего не будет, вот увидишь, Фокс не уронит свой авторитет. Цитата полностью звучит следующим образом…

***

Через пару дней Шерлок завершил разбор «библиотеки», снабдил стопки книг ярлыками с указанием тематики. Литература на других языках получила закладки с переводами названий, а то, что Шерлок не смог перевести, отправилось в отдельный ящик. В середине процесса краска в принтере закончилась, и Шерлоку пришлось писать от руки, но он успел распечатать каталог, оставив по две пустые страницы после разделов. От Джона он узнал, что полковник попробовал устроить Лусии сцену, требуя обратно украшения. Девушка, не дослушав, ответила Фоксу, что, во-первых, она не просила никаких презентов, а во-вторых, с подарками обычно что хотят, то и делают. Потом она обозвала полковника старым козлом и ушла, хлопнув дверью. Как и сказал Шерлок, Фокс ничего не сделал. Ему регулярно докладывали, что подчиненные посмеиваются над его заигрыванием с Лусией. Полковник обиделся на девушку, но все же не опустился до мщения. — Не говори в госпитале, что Лусия забрала у тебя папку. — Шерлок, сидя на подоконнике, смотрел на то, как друг наводит порядок. Джон прибил полки и сложил на них вещи, свои и Шерлока. И который день Джон старался отмыть пол и стены от мела. — Почему? — Джон выставил ведро с грязной водой в коридор. — Если постелить линолеум… тогда не придется убирать чертов мел. Ну вот зачем было столько крошить? — На складе я видел линолеум, могу попросить. — Ты и просьба существуете в параллельных вселенных. И почему я не должен говорить сотрудникам о воровстве? — Потому что она не трогает вещи коллег. Предполагаю, что крадет по мелочам в кладовых, но не зарывается. Оставь ее, она ненавидит тебя из-за меня. — Этого не хватало. Как ты ее довел? — Неважно. — Шерлок отлично помнил, как едва не получил кулаком в нос от разъяренной Лусии. — Ну, кажется, все. — Джон поправил рубашки на полке. — Хотя нет, надо прибить крючки и найти вешалки. На окна повесим жалюзи или шторы, а то как в сарае живем. — Горишь энтузиазмом благоустройства? — Ты же спрогнозировал процветание базы и поселка. Искренне надеюсь, что не придется снова слоняться по развалинам. Хватит, осточертело выживание. — Я предложил Грегу подать полковнику идею, — Шерлок подошел к Джону, — наладить контакты с поселениями в Бельюнехе или Сеуте. — Катер с местными жителями добрался до Марокко. — Я так не думаю. Грег и иже с ним выдают желаемое за действительное. Но если в Сеуте есть парусные суда, то… В Альхесирасе сплошные руины, выжженная земля. Банды, ой, подчиненные Фокса туда добрались. В рапортах написано, что побережье мертвое. — Ты ведь все правильно рассчитал? Нигде не ошибся? Совсем забыл. Держи. — Было бы прискорбно снова оказаться ни с чем. — Шерлок надел кольцо на палец, потом обнял Джона. — Возможно, я выбрал самый оптимистичный вариант, но предыдущие два не допускают отсутствия хэппи-энда. — Ладно. — Джон попятился к двери, проверил, закрыта ли она на замок. — Я тебе доверяю. Иного выхода не предвидится. Они целовались, приближаясь к кровати, когда раздался стук. — Шерлок! — крикнул Грег. — В новой партии находок микроскоп, какие-то реактивы и… Ты ни за что не угадаешь. Две скрипки, совершенно целые. Ты идешь? — Шерлок, — предостерегающе произнес Джон, — нехорошо обламывать. — Подожди. — Шерлок взял рубашку, повязал вокруг пояса, чтобы скрыть эрекцию. — Я мигом, только посмотрю на находки и сразу обратно. — Ага, да-да. — Джон щелкнул замком. — С тобой пойду, а то опять застрянешь до утра. О, заодно спрошу насчет линолеума, ну или коврового покрытия. Может, цветы завести? Или кота. Майк прописался на кухне, ему даже коробку поставили. Когда спит, то боятся разбудить. — Он достоин своего имени. Давай побыстрее, Джон. И я говорил тебе, что связисты наладили радиовещание?

***

Пока что у Шерлока было все необходимое для счастья: крыша над головой, пища и чистая вода, иногда — работа. Самое главное: у него был Джон, весьма довольный новой жизнью. Иногда Шерлок думал: а вдруг начали восстанавливать Лондон? Или другие города? Он проверял радиоканалы, время от времени ловил вещание на дариджа. (Шерлок не знал арабского, но методом от противного установил, что источник вещания — точка в Марокко. Связисты подтвердили его правоту.) Он стер все данные, связанные с прогнозами, сжег таблицы, с трудом добытые Грегом: нельзя было допустить, чтобы кто-то перепроверил результаты. Шерлок слишком устал скитаться, и если для того, чтобы хоть немного пожить в покое, требовалось изменить некоторые цифры… …то Шерлок сделал это без каких-либо угрызений совести. Джон подозревал, что с прогнозом что-то неладное, но он невероятно соскучился по стабильности. Поэтому закрыл глаза на возможный обман со стороны Шерлока.

***

— Доброе утро, Гибралтар! Особых новостей нет и не ждите сенсаций. Уровень преступности на нуле, с чем всех и поздравляю. И о погоде. Говорят, что будет ясно и солнечно, впрочем, как обычно. С вами радио «Гибралтар», единственное работающее радио на территории Европейского Союза. Я проверял, это действительно единственное радио, без преувеличения.