Dead unicorn.

За это время в жизни ребят поменялось многое. Речь идёт не только про их взаимоотношения в банде, но и новый уклад их повседневной рутины. Когда-то группировка не представляла друг без друга и дня, да только вот нынче рассорились абсолютно все: от лучших друзей до по-настоящему близких людей. Радовало хотя бы то, что Хёнджину становилось лучше после того злополучного дня, парень даже вновь начал появляться на своей любимой работе и играть с многочисленными братьями меньшими. Периодически здесь проводил время не только владелец со своим верным помощником правой рукой, но и Чанбин, который даже подружился здесь со всеми. Так было и в один из осенних вечеров, когда время вроде и не позднее, а ночная мгла застилает пеленой пыльные дороги. Ребята сидели вместе на диване, перерыв был первый за день, так как по этим дням у них всегда был наплыв клиентов: надо было успевать и их обслуживать, и за собаками следить, чтобы ничего не случилось. Справляться вместе со всеми трудностями куда легче, чем в одиночку, да и как показывает опыт – быстрее. Цербик успел не только подрасти в своих размерах, но и повзрослеть, стать более спокойным, при этом всё ещё оставаясь добрым и игривым. Зверёк лежал на диване заведения, наслаждаясь поглаживанием рук ребят по его спинке. Многим такого позволено не было, а вот ему – да. Сынмину даже не надо было париться по поводу того, чистые у него лапы или нет, так как пёс быстро понял способ использования специального устройства, моющего лапки. После очередной смены Хёнджин уходил первым по своим «делам», в то время как его приятели оставались здесь чуть ли не до поздней ночи. Впрочем, Чанбину такое даже начало нравиться, и он последние недели две проводил всё больше времени с животными. Цербик – Гав! – Я тоже считаю, что у нас сегодня был прекрасный день! Целых двух наших забрали новые, и, надеюсь, хорошие хозяева. Грустно немного, но я уверен, что они будут жить в отличных условиях. Они прямо как инь и янь прекрасно ладят между собой, – поддерживая своего хвостатого друга, произнёс Медведь, довольно улыбаясь. Сынмин – Ага, – ответил тот, явно думая о чём-то – Ты сегодня тише, чем обычно. Сынмин – Просто понимаешь, как-то всё странно выходит. Раз уж вы решили заявить о себе, как о независимой группировке, не нуждающейся в собственном лидере, то почему же опять затихли? Не сказать, что поддерживаю убийства, не моё направление, только вот здесь куча несостыковок. – Банда – единый целый организм, если же что-то не так хоть с единым элементом, то страдает не какая-то часть, а всё. Сынмин – Но разве ваше последнее дело не было удачным? Ты строил план неделю! – Смотря для кого удачное. Изначально планировалось, что пострадает определённый человек, другие же не особо значительно, при этом взрыв создал бы иллюзию масштаба ситуации. Опять же, мы не хотим причинить боль тем, кто не виноват, – парень тяжело вздохнул и поднял щенка на руки, после чего получил небольшой «поцелуй» от него, так зверь иногда поддерживал хозяев, если видел что-то не так Сынмин – То есть, заявить вышло? – Ага. Многие отделались не более, чем испугом, но умерло…Двое. Жертв могло быть меньше, но уж как сложилось. Сынмин – О вас теперь говорят в СМИ! Друг протянул ему газету, заголовок на которой гордо носил название «Зверская расправа во время салюта. Банда новичков или же старый враг?» Чанбин лишь усмехнулся, ведь всё же они стали знамениты, хотя и понимал, что цена слишком высокая. – А стоило ли это потери не только друга, но и разрыва связи с близким человеком? Сынмин – В плане? Насколько помню, с тобой ещё Ангел и Лис ходили? –Да. Ходить – ходили. Даже успели до этого повеселиться. Потом только вот медик наш не позволил мелкому спасти его друга. Сынмин – Ангел никогда не желал ему зла, я уверен, что это было сделано под предлогом безопасности вашего младшенького. Ни за что не поверю в жизни, что он стал бы подвергать опасности! Опекает же так… Ангела понять можно. С другой стороны, Лиса тоже. На его глазах фактически были последние минуты жизни человека, поэтому он и винит всех в  его смерти, это не ненависть, а скорее вина за то, что не смог помочь. Грустная ситуация получается. Хотя, в пожаре бы им двоим бы досталось, нельзя так рисковать! – Солидарен, но надо бы как-то помирить. Люди, которые были друг для друга всем миром, всегда поддерживали в трудных ситуациях и вместе радовались резко стали холодны друг к другу. Реакция у всех людей на такое будет разной, а вот у нас почему-то сразу обрыв связи. Даже не обговаривая всё. Сынмин – Мы обязательно что-то придумаем! – речь шла не просто о двух людях, а сразу группе, ведь помимо них оставался и хозяин приюта, которому не меньше требовалось всё это. Он видел, что Чанбин и сам устал от всей этой ситуации, ведь переживал за своих друзей даже больше, чем они сами. Молодой человек, пусть и не был силён в ней, но свежий воздух всё же помог бы хоть немного, но отвлечься от нагнетающих мыслей, к тому же собакам тоже неплохо погулять, раз уж появился такой замечательный шанс. Сынмин – Идём? – Давай. Ребята шли рядом друг с другом, а позади их – свора, весело игравшая во что-то. Наушники Сынмина разрядились, поэтому Медведь отдал ему один свой, чтобы идти было не так скучно. Пусть всё это и рутина, но такая приятная и расслабляющая. Играла спокойная, но красивая мелодия. Далёкие звёзды будто бы становились немного ярче, освещая улицу только для них. Они оба стояли на пороге чего-то неизвестного, но вовсе не плохого. Новый этап в жизни, пусть и со своими трудностями, взлётами и падениями. «Может так и ощущается начало взрослой жизни?», – пронеслось в голове юноши на фоне всего этого. Иногда, чтобы получить что-то новое, надо потерять старое. Ничего никогда не происходит просто так. Разрыв общения с одним человеком повлёк за собой знакомство с новым, оказавшимся больше, чем просто общим знакомым. Вдруг, Чанбин споткнулся обо что-то из-за такого резкого «выпада из реальности» и полетел вниз, но его успел поймать Сынмин. Подбородки парней резко соприкоснулись друг с другом, секунда – и их губы оказались слиты в единое целое. Обычно, в таких странных случайных ситуациях люди отбегают друг от друга, но не эти двое. Им не хотелось бежать друг от друга. Перед глазами пролетела вся жизнь, пока Медведь не понял, что не замечал рядом того, кто всегда был рад ему. Друг не оттолкнул его, лишь по-доброму улыбнулся ему, согревая своим теплом его душу. Чанбин аккуратно обвил своими руками его, желая ощутить уже родное тепло этого человека. – Спасибо. Что это было, Сынмин?, – не совсем понимая ситуацию спросил он, немного отходя в сторону