Бесчестье, а не смерть

Он сидел, оперевшись на колено, и вглядывался в юное лицо мертвеца. Красив, мелькнула мысль. Молод, красив и подтянут, к сожалению, был. В этот момент он винил в этом всех, Калеба, за этот план, Хрома и Мирта за молчаливое согласие, но сильнее всего его ненависть кружила вокруг Грея, за то, что он выбрал подобный путь выживания, за то, что именно он отдал приказ атаковать, именно он сделал, его, Хаяси, оружием в своих руках. Взгляд наткнулся на тонкую цепочку, которая обвила шею мертвеца. Потянув за неё своим длинным пальцем, он выудил небольшой, круглый кулон с гравировкой. Вырезанный на нём текст давно износился и был едва различим, а висящий полумрак лишь осложнял прочтение. Он встал, поправив съезжающий с плеча лук, и поднёс к глазам кулон, освещая его факелом, в надежде разобрать буквы. - У нас нет времени на церемониальные почести - раздалось у него за спиной, ему даже не нужно было поворачиваться, он знал кому принадлежит голос и упорно игнорировал его. - Тебе его жаль, но именно его, не так ли.. - издевательски тянула фигура. - Заткнись! - с ненавистью бросил Хаяси, закипая, но уколы в собственном сердце понимали к чему это было сказано. - Ай, ай, ай - медленно протянула фигура, огибая лучника и становясь перед ним - Что-то я не заметил даже скупой слезы над дряхлым капитаном этого отряда, а тут, молодой парень.. Он издевался, бил в больное место, открыто ставя под сомнение все те принципы, которых придерживался Хаяси. - Его звали Йонас! - перебил Хаяси, наконец разобрав текст на кулоне - И в его смерти виноват ты, как и во всех остальных, Грэй! Грэй потянул с лица капюшон, обнажая кривую улыбку, вызванную обвинениями товарища, но подметил, что он прав. - Ты мне не судья. Этот разговор был тысячу раз и я тысячу раз давал один и тот же ответ - парировал Грей, поправляя свои короткие, неестественно пепельного цвета волосы - Остальные уже закончили загружать повозку, но если ты хочешь ещё посокрушаться, то мы подождём.. Хаяси гордо выпрямился, убирая кулон в карман. Он не удостоил Грея ответом, он понимал, что не сравнится в красноречии с ним, и уж слишком опасные козыри держал последний. - Идём - буркнул Хаяси, выдвигаясь в сторону основной группы, которая уже запрягала лошадей, делая вид, что не заметила склоки Хаяси с командиром. Пора было увозить награбленное. Ещё раз окинув поле боя, содрогаясь от картины братской могилы, которую они устроили, он уселся и пришпорил свою лошадь, явно не желая слушать по дороге обсуждений прошедшего боя, он не видел в этом ничего хорошего, это лишний раз отравляло его душу.