Трубы Ада

* * * Сергей Александрович Мануйлов по прозвищу Манул - ещё с армейских лет прилипло! – считал себя человеком не старым, но, как говорила бабушка, "пожитым", закалённым тремя сменами Государственности: родился и вырос в СССР, молодость пришлась на постперестроечный бардак и “лихие 90-е”, ну, а зрелость... Домом Мануловой зрелости стал капитализм и новые формы хозяйствования. Хозяйствовал Манул основательно и по совести, за что был уважаем солдатами и правильными мужиками из вышестоящих. С неправильными у него никогда не ладилось - потому и в пенсионеры подался, даже до подполковника не дослужив. Но как-то само собой получилось, что всё равно появились у него и квартира, и дача, и машина - заслуженный "жигулёнок" непонятной уже модели, но когда-то определённо бывший "копейкой". Гаражные соседи прозвали машину "Фиат", сам Манул за оранжевый окрас и спринтерские качества (расточенный движок и прочие навороты позволяли делать на светофорном "старте" даже хвалёные “Мерсы"!) называл её Тигрой. Жена Верочка называла Тигру "кормилицей" и, в отличие от большинства других женщин, следила за чистотой машины так же, как за порядком в квартире. В общем, Тигра была любима и обихожена и тем непонятнее был её отказ заводится. Стартёр крутил, но мотор не схватывался. В итоге на последний вызов пришлось топать на своих двоих, благо - по соседству. Огороженная и ухоженная территория охранялась бдительным секьюрити и, подходя, Манул мимолетно удивился: надо же, в кои веки "блатной" вызов прилетел! - Это частная территория, - оправдал ожидания Манула охранник, здоровенный детина с интеллектом садового гнома. - "Жилкомсервис", мастер Мануйлов, в 66-ю квартиру. - Ксиву предъяви. Манул предъявил. Охранник ушёл, неосмотрительно показав спину, то ли созванивался с владельцами квартиры, то ли куда-нибудь вносил данные с удостоверения. Манул прикинул, успеет ли покурить, решил что нет, и, покрутив зажигалку в руке, сунул её обратно в карман. Вернувшийся охранник проследил движение неодобрительным взглядом и, отдавая документ, предупредил: - В лифте не курить, не орать и матом не ругаться. - Хорошо, в лифте - не буду! - Покладисто пообещал Манул и пошёл к элитной многоэтажке, на ходу пряча пластиковый квадрат своего удостоверения в карман. Дураков майор в отставке Мануйлов ещё со школы не любил и неприязни этой не скрывал, хотя с годами научился её проявление сглаживать. Консьерж на входе (это был, чтоб его, именно консьерж, молодой смазливый парень с крашенными волосами и пирсингом в бровях!) ещё раз бдительно поинтересовался к кому сантехник Мануйлов пришёл и по какому делу. Манул ответил. Консьерж с сухой любезностью сообщил, что 66-я квартира находится на 6 этаже и небрежно указал ему в сторону лифтов.

* * *

Звонок на домофон с поста охраны был неожиданным настолько, что Михаил расплескала кофе, но прежде чем горячая жидкость успела коснуться белоснежного пиджака и разукрасить его тёмными пятнами, Азирафель коротким мановением руки летящие капли убрал. - Благодарю, - буркнула раздосадованная своей неловкостью Архистратиг. - Всегда рад помочь, - улыбнулся бывший Страж Восточных Врат, а прислушивавшийся к разговору Кроули и охранника Хастур поднял руку с дымящейся сигаретой в древнем, как подлунный мир, жесте: "Внимание"!

* * *

Лифт был бездушный, роскошный и чистенький настолько, что хотелось плюнуть, но огромные зеркала на трёх стенах прозрачно намекали, что не стоит. Манул поморщился, угадывая спрятанные за ними видеокамеры, и вздохнул. Не потому, что "нам так не жить", нет, просто угадывалась во всём этом простая истина: под золотым руном таится та же требуха, что у простой овцы в загоне. И мысли такие же. И суть. Замедление хода кабины, короткий звенящий звук и женский голос сообщили о прибытии, Манул подхватил ящик с инструментами и вышел на этаж. Сейфовая дверь с облицовкой из ротанга едва не заставила его присвистнуть, рассказав о хозяевах квартиры едва ли не больше, чем хорошее досье. Сдержавшись, Сергей Александрович постарался выключить своего манула, нацепить на лицо нейтральную доброжелательную улыбку, как того требовало выполнение профессиональных обязанностей, и потянулся к кнопке квартирного домофона.

* * *

- Начинаем, - сообщил Кроули и распахнул дверь. На пороге обнаружился мужчина в аккуратной серой спецовке с красными вставками, замерший, как большой насторожившийся кот. В одной руке "кот" держал массивный пластиковый ящик, другая была поднята. "Он же только собирался позвонить, - сообразил Азирафель, - Кроули чуть-чуть поторопился!" Неловкую паузу, во время которой сантехник разглядывал их компанию, сгрудившуюся в огромной прихожей, а они - его, нарушил виновник паузы. - Проходи, приятель, проходи, - Кроули сделал широкий приглашающий жест и посторонился. - Извини, что мы тут вот это вот всё, просто у него, - палец с безупречным маникюром ткнул в сторону слегка обалдевшего Азирафеля, - день рождения, а я вернулся из командировки, а тут такое, сам понимаешь! Сантехник кивнул и шагнул в квартиру. Достал из кармана пару фиолетовых бахил и сел на свой ящик с явным намерением их надеть. - Я тебя умоляю! - остановил его изображающий хозяина квартиры демон. - Проходи так! Уберем потом, если что. - Проходите, проходите, - улыбнулся Азирафель, включаясь в спектакль. - Не беспокойтесь, прошу вас! Сантехник пожал плечами и, убрав бахилы обратно в карман, пошёл за Кроули на кухню. Михаил услышала только максимально нейтральное "Где течёт?", и человек пропал из поля физического зрения. - Ну? - не выдержал Хастур. - Тот самый, - успокоила его Михаил.

* * *

- Н-ну, вот и всё, - подытожил Мануйлов, убирая в кейс внушительного вида ключ. - Распишитесь. Хозяин квартиры не глядя черканул неразборчивую размашистую подпись и протянул планшет обратно: - Спасибо, командир, выручил! Это напоминание о прошлом было категорически некстати и Манул в Сергее Александровиче подобрался и ощетинился: - Боюсь, что давно уже нет. - Не сердитесь на него, - поспешил вмешаться беловолосый друг хозяина и осторожно коснулся манулова рукава: не то внимание привлекал, не то удержать от новой резкости старался. Манул воззрился на чужую руку как на живого мамонта и с ещё большим удивлением осознал, что прикосновение его совершенно не бесит. Беловолосый улыбнулся и повторил: - Не сердитесь пожалуйста, Антон после Афгана всегда такой, а в вас чувствуется военный. - Афган? - Ага, - жизнерадостно подтвердил рыжеволосый Антон. - Было дело. Но вспоминать не люблю! Хотя иной раз не грех отметить второе рождение, так что он вас приглашает. - Прошу вас, не отказывайтесь, - повторил приглашение виновник этого странного торжества. - Здесь только свои. Да, забыл представиться, простите! Александр. - Сергей. Они пожали друг другу руки и, внезапно поймав взгляд визави, Манул безоговорочно поверил своим новым знакомым: он видел это выражение глаз не единожды - в зеркале. И у ребят, с которыми попал в замес у кишлака Коньяк в мае 85-го... ...- Этот летун ошибся, представляешь, Серёга? - Манул кивнул. Кроули вновь пододвинул кандидату в спасители Ада полнёхонькую рюмку и по-братски приобнял за плечи. – Командир вертолётной эскадрильи ошибся и высадил десант почти на восемь километров северо-западнее запланированной точки... Прямо под огонь противника, сидевшего на господствующих высотах как утка в гнезде! Под огонь с господствующих высот высадил... Они выпили не чокаясь. Михаил и Хастур переглянулись. Азирафель опустил голову, пряча потемневший взгляд - он очень хорошо помнил бой на горе Яфсадж! Так же хорошо, как пожар в Александрийской библиотеке и юстинианову чуму... Так же, как химические атаки первой мировой и дым концлагерей второй... Яфсадж, без сомнения, уступал всему этому по масштабности, но то, как дрались эти мальчики, выполняя свой долг, впечатлило даже Азраила, и в 783 отдельном разведовательном батальоне ушёл в "двухсотые" 21 человек. Вместо возможных 60*. Азирафелю очень хотелось думать, что их с Кроули присутствие сыграло не последнюю роль в этом раскладе, хотя получилось всё почти случайно, на непостижимой и невероятной импровизации... Из круговорота мыслей его вывели тихий стук и сонный вздох: надежда Ада и Рая Сергей Мануйлов по прозвищу Манул спал, уронив голову на скрещенные на столе руки. - Не самая удобная поза, - обозначил проблему Азирафель, поднимаясь из-за стола. - Давай-ка перенесём его на диван. - Давай, - согласился Кроули, подхватывая бесчувственное тело подмышки. - Раз-два! Глядя как Азирафель и Кроули пыхтят, устраивая спящего на боку (диван оказался крайне неудобным для этой цели!), удивлённый Хастур подошёл поближе. - И зачем такие сложности? Уложили бы на спину, и всё. - ЧТОБЫ ИЗБЕЖАТЬ ФАТАЛЬНОГО ИСХОДА, - ответил голос, от которого вздрогнули все. Смерть, сидевший в большом мягком кресле, прислонил косу к стене, поёрзал, устраиваясь поудобнее и пояснил. - ВО СНЕ У ПЬЯНОГО МОЖЕТ НАЧАТЬСЯ РВОТА, И ЕСЛИ ЧЕЛОВЕК ЛЕЖИТ НА СПИНЕ, ТО РВОТНЫЕ МАССЫ ПОПАДАЮТ В ЛЁГКИЕ. А ПОТОМ ПРИХОЖУ Я. - Понятно, - кивнул никогда не вдававшийся в такие подробности Хастур. - Хотя не совсем: если Азирафель с Кроули всё сделали правильно, то что здесь делаешь ты? - ЛЮБОПЫТСТВУЮ. Присутствующие переглянулись. - ВЫ НАПОИЛИ ЕГО ТАК, ЧТО ДУША ГОТОВА ОТДЕЛИТЬСЯ ОТ ТЕЛА, - усмехнулся Смерть, - МНЕ ИНТЕРЕСНО ЧТО БУДЕТ ДАЛЬШЕ. - Если не можешь остановить, - одними губами произнёс Кроули, ловя взгляд Михаил, - возглавь! Архангел едва заметно кивнула, принимая совет. - Хайре, Азраил, мы примем твою помощь, если согласишься помочь. Смерть кивнул, дескать, "я весь внимание", и Михаил продолжила. - В Аду назрела проблема, которую может решить этот смертный, а для этого ему нужно как-то попасть в Ад и не умереть. Единственный способ - напоить смертного до состояния алкогольной комы и обеспечить безопасность его физической оболочки. - ХОРОШИЙ ПЛАН, - согласился Смерть, - САМОЕ ВРЕМЯ ЕГО ИСПОЛНИТЬ, И ЕСЛИ НЕТ ВОЗРАЖЕНИЙ, ТО Я ГОТОВ ПРИСМОТРЕТЬ ЗА ТЕЛОМ. ВРЯД ЛИ У ВАС ПОЛУЧИТСЯ ЛУЧШЕ. Чтобы взвесить все "pro" и "contro" Архистратигу потребовалась ничтожная доля секунды: - Спасибо, Азраил, ты очень нас выручишь!