Кролик, способный обуздать дракона

— Шо-чан, честное слово, мы, к сожалению, не можем подойти к про-герою Ястребу и спросить у него про родственные связи с нашим одноклассником. Мы не можем, понимаешь? — Тодороки на это обиженно складывает руки на груди, перед этим захлопнув тетрадку со своими «научными» теориями, и отворачивается от сияющих зеленых омутов, что радостно поблёскивают и хитро щурятся. Шото определенно чувствовал то, что что-то должно произойти, ведь эти сияющие изумруды не предвещали ничего хорошего, а особенно для него. В следующий момент происходит несколько вещей. А именно в класс врывается Всемогущий с криками о том, что он заходит так, как обычно это делают люди, а так же одна зелёная фасолина прыгает на Тодороки с объятиями, хитро хихикая и сильнее прижимаясь к прохладной половине своего друга, пока за соседней партой Денки падает со стула от смеха. Шото на это устало выдыхает, щёлкая Изуку по лбу и выпутываясь из удивительно сильных рук подростка. Конечно же он знал о силе своего лучшего друга и никогда бы даже подумать не посмел о том, что Изуку слабый, но иногда Шото терялся и впадал в прострацию от того, насколько внешний безобидный вид не соответствовал действительности этого парня. Иногда это и правда пугало, но Тодороки уже привык к этому, если быть до конца честным. Отпуская свою жертву, Изуку тихо фыркает, вытаскивая из ящика свой металлический кейс с красивым зеленым числом «18». Ямадзава довольно урчит, перебрасывая из одной руки в другую увесистый дипломат, ухмыляясь компании своих друзей, которые с некой опаской (В случае Момо), хищной улыбкой и недобрым хихиканьем (В случае Денки) и усталым вздохом (В случае Шото и Асуи), поглядывают на зелёную бестию, что пританцовывая бредет за их учителем героики в один из фальшивых городов, где у них и будет следующее занятие с самим «Символом Мира». Нет, вы не подумайте, Изуку очень любил героев, а особенно таких невероятных, как их новый учитель, но после одного не шибко приятного случая Ямадзава относится к Символу Мира с недоверием и опаской, а ещё с плохо скрываемым раздражением. Мальчик хоть и был добрым и всепрощающим, но и его терпению и доброте есть границы, особенно когда кто-то такой, как этот огромный дурень, посмел назвать его чудищем из-за вышедшей из-под контроля причуды. Нет, где-то внутри парень знает, что он монстр и опасен для общества, но эту установку его любимые родители почти выжгли из него, но вот пришел один «герой» и назвал его чудовищем. В тот день Изуку сжёг половину своей спальни и разодрал кожу на руках до огромных ран, после которых остались шрамы, которые сейчас Изуку бережно гладит, брезгливо морщась от рубцов на коже. Ямадзава не готов простить такое Всемогущему, хотя как герой — он всё ещё восхищал его, но как человек — нет. Погрузившись в свои мысли Изуку не замечает, как его за шкирку ведёт Тодороки в раздевалку, где несильно морозит его запястье, от чего Ямадзава вскрикивает и отпрыгивает от парня, пряча когтистую лапу за своей спиной. Слишком уж он испугался. Дракон внутри обиженно скулит и просится наружу, дабы отомстить за своего ненаглядного кролика. — Шо-чан, ты совсем с дуба рухнул?! Зачем так пугать и… — Тут мальчик оглядывается по сторонам, смотря на парочку хихикающих одноклассников, которые переодеваются в свои геройские костюмы. — А, вот оно что, но в любом случае не делай так больше, иначе я тебя укусить могу или хвостом об стену, ты знаешь как это обычно бывает. На это заявление Тодороки пожимает плечами, вытаскивая из кейса свой костюм, который с прищуром оглядывает и снова пожимает плечами, натягивая ткань на своё тело и вздрагивая от того, что кто-то шлепнул его по открытой спине слишком уж горячей рукой. — Ты сам виноват в этом, Шо-чан, так что не жди того, что я буду жалеть тебя сегодня, даже если ты мой дорогой друг. Я отомщу тебе за твой такой подлый поступок. — Я бы посмотрел, как бы ты поддавался мне. — На это Ямадзава пихает его в бок, обиженно сопя и натягивая футболку на уже остывающее тело и натягивая следом черные плотные штаны, в которые заправляя футболку и затягивает белый ремень, на который крепит парочку небольших сумок. Изуку пару раз подпрыгивает и улыбается, накидывая на плечи черную куртку с зелеными вставками. Он ещё раз проверяет надежность одежды парочкой прыжков и попыткой растянуть ткань. После краткого тестирования своего костюма он кивает сам себе, подбегая к Тодороки, который уже ждал его на выходе из раздевалки. Тут к ним подходит Денки и хлопает по плечу Шото и Изуку, улыбаясь во все тридцать два. — О, я вижу, вы готовы! Тогда вперёд, не каждый же день нам проводит урок сам Всемогущий! — Изуку кривится, шипя что-то о том, что рад тому, что этот мудак не вёл у них ничего. Каминари на это удивлённо моргает, поглядывая то на Ямадзаву, который злобно хрипит куда-то в пустоту, то на Тодороки, который всовывает в ладони Изуку кусок льда. — Тема Всемогущего очень остро отзывается в Зуку, прости за это, может он позже расскажет вам об этом, но не настаивайте сильно. Денки на это понимающе кивает, оставляя двух лучших друзей наедине. Всё-таки он не был глупым и прекрасно понимал людей и их чувства. Да и Каминари отчетливо видел искры гнева, что тонули в океане боли и предательства в зеленых глазах. Да, он хотел бы узнать что же такого случилось, что этот парнишка так обозлился на Символ Мира, но ему четко показали и даже сказали о том, что сейчас это не его дело и он понимает. Друзьями не становятся за один день и это долгий и тернистый путь, но Денки хотел пройти этот путь ради дружбы с ними всеми. Они казались интересными и теми, кто всерьез мог воспринимать его. Он надеялся, что они не разочаруются в нем после этого испытания, если у него снова случится «короткое» замыкание. Конечно же парень не считал их теми, кто может осуждать за что-то такое, однако детский страх всё никак не хотел отпускать блондина. Да, он достаточно много работал с этим страхом и даже смог в значительной мере притупить его, но иногда… Иногда ему становилось невероятно страшно от возможного осуждения от людей, хоть те и не давали намёки на такое.

***

Изуку готов был со скрипом принять факт того, что их учитель читал с бумажки всю свою речь и был явно тем, кто не проходил хотя бы курс по обучению, но какого черта он только что сказал? Просто что? Он совсем своей головой не думает? Или ему мозги выбил какой-то злодей? Как ему позволили вести этот урок? Как ему позволили говорить такие вещи детям? Ямадзава продолжает кипеть, пока их учитель вещает о целях задания, будто бы не задел чувства парочки учеников, которые сейчас стояли опустив взгляды в пол, будто бы их обвиняли в чём-то ужасном. Кто в здравом уме делит геройский класс на злодеев и героев? Кто это делает, когда в их классе есть подростки, которых скорее всего унижали за это? Парень не выдерживает и поднимает руку с явным вызовом в изумрудных глазах. Учитель обращает на него внимание и позволяет задать свой вопрос. Только холодная рука Тодороки останавливала его от того, чтобы не накинуться на этого беспросветного идиота, который дальше собственного носа не видит и видеть, видимо, не хочет, раз не замечает очевидные вещи. — Учитель, почему мы, геройский класс, должны делиться на героев и злодеев? Разве не правильнее было бы разделить нас на, скажем, команду штурма и команду защиты? Мне кажется вы поступаете не верно, вручая роль злодея кому-то из нашего класса. Да и не только нашего класса, это просто не совсем верно, ведь зачем будущим героям брать на себя роль злодея? Неужели это так необходимо для нас? Раньше такого в программе не было, насколько мне известно. Разве Вы так не думаете, сэр? — Изуку глубоко дышит, прожигая дыру в учителе, на что тот, со своей привычно натянутой улыбкой говорит медленно и будто бы нарочно растягивает слова. — Что ты, юный Ямадзава, ты просто ещё не набрался нужного опыта, дабы полностью оценить мои методы. А теперь, класс… — Но договорить ему не дает громкий рык и столб дыма, что поднялся в воздух изо рта недавно говорившего студента. Изуку шипит на него, сжимая уже когтистые, покрытые зеленой чешуей, лапы с длинными черными когтями. — Вы просто-просто… Пошло всё к черту. — И с громким рычанием Изуку вырывается из хватки своего друга и исчезает где-то в вентиляции (Кажется у Шото дежавю). Класс на это тихо перешептывается, пока учитель всё ещё пытается осознать происходящие, а Шото пытается дозвониться до их классного руководителя. Со второго гудка парень слышит тяжелый вдох и быстро тараторит о том, что Изуку сбежал после «инцидента». По ту строну слышатся проклятья в сторону Всемогущего, что на самом деле жутко радует Тодороки, а потом трубку вешают. Тодороки надеется, что Ямадзава всё-таки вернется, однако после такого ему может не хило влететь. Но с другой стороны он защищал чувства своих одноклассников, что сейчас смущенно шептались и бросали странные взгляды на Всемогущего, тот, как оказалось, с кем-то разговаривал по телефону. — И так, класс, планы пока меняются и сейчас вы будете выполнять базовую разминку перед началом испытаний. Первым упражнением будет… — Шото почти не слушает, он с холодным интересом поглядывает на фиолетововолосого парня, что с открытым ртом наблюдал за тем, как его друг минутами ранее закапывал их учителя глубоко под землю, дабы наконец похоронить его глупость и недальновидность в отношении учеников и его подопечных. О, Тодороки уже подозревает что это будет интересный год.

***

Парень переводит дыхание, забиваясь в темный угол сильнее, наблюдая за тем, как зелёные чешуйки медленно испаряются с его руки, возвращая её в исходное состояние, и прислушиваясь к окружающему его шуму. Вот за дверью прошла пара взрослых, что беззлобно ворчали, кажется, на студентов, а сейчас пробежала парочка учащихся, которые, вероятно, уже опаздывали на занятие. После всё замерло. Было тихо. Слишком тихо. Мальчик подумал, что сумел спрятаться и все-таки высунул зеленую макушку из укрытия и тут же пожалел. Серые ленты обхватили его тело и выдернули из-под стола. Парень тихо зашипел, обиженно фыркая и отворачиваясь от усталых глаз. — Проблемный ребенок… — Только и шипит Айзава, щелкая мальчика по носу и утаскивая его из учительской, все ещё не выпуская из лент и по отечески ворча на Изуку, иногда поглядывая на своего ребёнка, что снова создает проблемы всем, а особенно ему. — Я понял, пап, понял, отпусти наконец. Но он сам виноват! Это же просто верх глупости… — причитает Ямадзава, грозно зыркая на проходящих мимо студентов, что отшатываются от него вызывая довольную улыбку на лице подростка. — Айзава-сенсей, пожалуйста, смилуйтесь, но терпеть подобную грубость от кого-то было невозможно, а он ещё…ещё… Хнычет «проблемный ребенок» и обиженно смотрит на спину своего родителя. Он не мог не попытаться ускользнуть с того идиотского урока Всемогущего. Делить класс «героев» на две команды, где одна из них была злодеями, такое себе удовольствие. Особенно после того, как тот самый учитель героики заявил, что это нормально, а это мальчик слишком глупый, дабы понять весь глубокий смысл, которого, как не посмотри, не было видно нигде. Изуку фырчит, пытаясь ослабить захват лент, что держали его, на что получает свирепый взгляд от своего «надзирателя». Не вышло, но попробовать стоило, верно? Спустя недолгое путешествие его опускают на землю под вопрошающие взгляды его одногруппников. На что они уставились? Да, он оспорил метод учения Всемогущего и сбежал, дабы не видеть эту глупую улыбку на не менее глупом лице. Посудите сами, разве было правильным то, как ведёт занятия этот человек? Изуку вам ответит, что конечно нет! Это было до безумия мерзко и неправильно, а его родители (больше всего конечно Ямада, но и Айзава приложил свою руку к этому) учили его бороться с несправедливостью и унижением. — Директор счел нужным записать Вас, Всемогущий, на курсы для преподавателей, поэтому это занятие закончу я, а Вы идите в кабинет к Незу-сану, он уже ждёт Вас. Мужчина неуверенно смотрит на ребенка, а затем на говорящего взрослого и кивает, уходя с полигона невероятно расстроенным и это бы заставило Изуку почувствовать вину, но не сегодня. — Что же, планы немного меняются, поэтому сейчас мы разделим вас по парам. Определять всё будем жребием, поскольку в условиях реальной битвы вы не сможете выбирать себе союзников и противников. Задание команды защиты — защитить объект, который находится в одном из зданий. Пользоваться можно всем, но если битва начнет выходить из-под контроля, то я моментально останавливаю её. Команда штурма же зайдет в район только через десять минут. Их задачей будет найти объект и прикоснуться к нему. Так же для обеих команд есть одинаковая возможность победить, если вы с партнером сможете захватить обоих из противоположной команды. Захваченным является тот, кого связали этими лентами. — Учитель поднял высоко вверх небольшую белую ленту, что прилипла к ладоням мужчины к его большому неудовольствию. — В любом случае сейчас на экране появятся первые две команды. — После этого Айзава сворачивает ленту, запихивая её себе в карман и запуская рандомайзер. К его ещё большему не удовольствию первой парой пойдут… — Ямадзава Изуку и Шинсо Хитоши — команда защиты. Бакуго Кацуки и Тсую Асуи команда штурма. Первая команда подойдите ко мне и возьмите передатчики, ленты и небольшую карту местности и выдвигайтесь в здание с объектом. Изуку ежится от пронзительных фиолетовых глаз и подходит к преподавателю, забирая у того из рук всё, что должно им пригодится. Ямадзава делает ещё один глубокий вдох. Он должен справится. У него просто нет другого выхода. Он покажет себя! Парень рядом с ним устало выдыхает, бредя к выходу за гиперактивным подростком, что шёл к месту начала испытания пританцовывая. Это будет долгая тренировка, думает Шинсо. Очень долгая.