От света прожекторов

Утро добрым не бывает, особенно, когда сквозь тонкие стены ты слышишь каждый шорох в этой чёртовой каморке, которую в объявлении ошибочно назвали комнатой. Главное, что была кровать и крыша над головой, а остальное не важно. Пока этого было достаточно. Соседи по этому мусорнику, а если быть точнее, то это у них была помойка, а Нил старался поддерживать комнату в порядке, чтобы лишний раз не тратить время на уборку, достались ему не самые приятные. Они были на несколько лет старше, но вели себя как настоящие уподы. Вечно жаловались на отсутствие денег и работы, но найти бабло на выпивку им удавалось просто с космической скоростью. Как по щелчку пальцев у них появлялось огромное количество бутылок, от запаха которых у Нила скручивало живот. Отвратительное ощущение. Стены были настолько тонкие, что можно было услышать даже шаги. Ещё немного и, кажется, что Джостен будет слышать как они дышат. За этой треклятой стеной жили полнейшие мудаки. Парочка, чтовечно собачится друг с другом, а потом мирятся через постель. Это утро не было исключением. Нил скинул с себя одеяло и закрыл лицо руками, каждый раз ощущая весь спектр негативных эмоций от такой наглости. Собрав себя по кусочкам для ещё одного дня, он встал с кровати, что скрипнула ему в ответ, и попытался не думать о том, чем занимаются эти женатики. Черт бы их побрал. По деньгам у него также пусто, как и в желудке, который, по всей видимости, умудрился привыкнуть к тому, что не получает ежедневно хоть что-то похожее на еду. Пока в кошельке отсутствовали средства на существование, Нил был вынужден поддерживать себя в сознании остатками запасов. Первое время такой образ жизни никак не устраивал его тело, что хотело получать нормальную еду, которая появлялась у него не раз в несколько суток. Заправив постель, Джостен подошёл к окну, чтобы посмотреть на погоду, и заодно наугад определить температуру на улице. Подойдя к зеркалу в ванной, парень надел цветные линзы, проверил волосы и, убедившись в том, что его настоящий цвет пока не просачивался через чёрную краску, вздохнул и отправился в добрый путь. Начиналась его ежедневная рутина, которая порядком подзадолбала, но это единственный, для человека в бегах, способ выжить в таком суровом и жестоком мире. Парень быстро собрался, взял с собой гитару, что тусовалась в чехле, а так же прихватил скромный набор тетрадей с песнями. Услышав ещё несколько «интересных» звуков, Нил поспешил быстро ретироваться отсюда, пока его не стошнило прямо здесь. Свежий воздух. Никакого запаха плесени, сырости и перегара. Небо сегодня было чистое, но ветер дул достаточно сильно, чтобы сбить с ног, но тот уверенно держался на ногах, продвигаясь по своему обычному маршруту. Середина осени — это, пожалуй, один из самых противных периодов времени года. Одновременно очень красивая, но и такая мерзкая, грязная, временами пыльная, дождливая пора. Нил примерно, минут пять назад вышел на улицу, но всё равно уже озяб. Он прятал лицо от ветра в тонком шарфе, от которого не было особой пользы, почти до дыр заталкивал руки в карманы куртки, чтобы они полностью не окоченели и не перестали функционировать. Ходячая проблема, свернувшись в три погибели, доковыляла до первой остановки, которой оказалась небольшая кофейня. Здесь было тепло и его не прогоняли после того, как он переступит порог. Нил не выглядел как наркоман или как неотёсанный бомж, что припёрся сюда наводить суету, а после свалить в закат из-за пинка под зад. Он был как зверёк, загнанный в угол, что пытался бороться за свою жизнь, поэтому его никто не гнал. Чисто по доброте душевной, персонал позволял ему тихо и спокойно посидеть десять минут, а потом под пристальным взглядом бариста молча уйти и ползти дальше. Нил в какой-то степени был благодарен им за их терпение, потому что парень приходил сюда каждое утро. Но лучше признаться хотя бы самому себе. Ему было насрать на то, что о нём подумают незнакомые люди и как они относятся к этим утренним похождениям. Джостен старался идти быстрее либо для того, чтобы согреться от быстрой ходьбы, либо из своего личного принципа. Разглядывать осенние пейзажи этого среднего городишки не имело никакого смысла. Во-первых, не интересно, во-вторых, он живёт не в какой-то сказке, чтобы тратить время на подобные вещи и, в-третьих, ему было всё так же плевать. Второй остановочкой на сегодня стала кондитерская пекарня, куда его, очевидно, пускали иначе он бы сюда больше не приходил. Потянув за ручку на себя, Нил обратил внимание на яркую афишу, которая была приклеена с обратной стороны прозрачной двери, из-за чего она показала себя во всей красе. Ярко-оранжевая надпись «FOXES» удачно располагалась посередине плаката вместе с брызгами белой, оранжевой и черной красок, что были по всей афише, привлекая к себе достаточно внимания. Это была афиша музыкальной группы неких Лисов, которые на днях должны выступать в клубе в нескольких кварталах от перехода, куда Нат всё это время направлялся. Ничего интересного. Пробежав глазами по названиям их песен, датам их первого и последнего концертов, парень выкинул их из своей головы и открыл дверь до конца, проходя внутрь пекарни. Всё чаще и чаще Джостен думал о том, что заходить в подобные места было огромной ошибкой, ведь только почувствовав запах свежей выпечки, ему хотелось есть. Нил не был фанатом сладостей, но от одного вида витрины хотелось есть. Если пройти к кассе, то можно было почувствовать слишком приторный запах кондитерских изделий, от которых он постоянно морщился, но если оставаться у входа, то всё было не так уж и плохо. Постоять ещё десять минут не было такой огромной проблемой. Нил слепо верил в то, что сможет противостоять своему желудку, который кажется скоро начнёт переваривать сам себя. Чего и следовало ожидать, его снова заметила девушка с именем Рита, что стояла около кассы и раскладывала товар на витрины, прикрепляя к ним ценники. Она, как обычно, улыбнулась ему и предложила согреться с помощью чая или, на крайний случай, кипятка. Эта девушка не первый раз пытается впихнуть что-то Нилу за счёт заведения, но каждый раз он отказывался, даже не думая принимать её предложение, продолжая стоять у входа и не обращать на неё внимание. Пусть занимается своей работой, за которую ей платят, а не тратит время на того, кто даже найти её не может. Дамочка поправила бейджик с именем, кинула полный жалости взгляд на недавно прибывшего посетителя и, вздохнув, продолжила свои дела, которые должна была успеть закончить до полного открытия пекарни. Джостен, будучи слепым, искренне не понимал её поведение. Зачем она все это делает? Ей жаль его? Нил терпеть не мог, когда в нем видели человека, которого можно лишь сутками напролёт жалеть. Или.. Она что-то задумала? А может она узнала его? Нил надел сегодня линзы? Вполне возможно, что виден его настоящий цвет волос? Краска смылась? А может... Так. Стоп! Это уже ни в какие ворота. Его паранойя и странные мысли зашли слишком далеко и явно не туда, придумывая чересчур красочные картинки, что непрошеным калейдоскопом мелькали перед глазами. Десятиминутные посиделки всегда слишком быстро заканчивались, и каждый раз ему было тяжело выходить из тепла в суровый холод, который заставлял чувствовать себя голым. В любом случае, это будет лучше, чем неловкое молчание между девушкой из пекарни и Нило, который всем своим видом силился показать, что ему не нужно всё то, что она ему предлагала, а сама по себе была ему попросту неинтересна. Он просто приходил сюда погреться, просто сделать небольшой отдых от холодного ветра и отвратительной погоды. Хотя судя по небу, дождя не будет ещё несколько часов. Славно. Нил продолжил свой маршрут, с каждой минутой оказываясь всё ближе к намеченной цели. Когда же он прибыл, то облегчённо вздохнул, ибо сейчас там никого не было. Нет людей — нет проблем. В темпе вальса юный музыкант достал гитару и принялся её настраивать, чтобы всё было идеально. Не хватало ещё лохануться на важном моменте. Ему не особо хотелось выглядеть в глазах людишек жалким неумехой, который не может нормально настроить даже струны. Оставалось только надеяться на то, что сегодня он хоть что-то заработает. Хотя бы наскребет денег на оплату комнаты.

***

Лисы представляли из себя адское сборище, круг людей по интересам и просто рок-группу от компании Palmetto Entertainment, которая находилась в Пальметто штата Южная Каролина. Они разваливающиеся на две части набор травм, полученных из-за своего тяжёлого прошлого и букетик огромных проблем, которые валялись где-то в углу за их спинами. Приютил этих безбашенных ребят под своё крыло бывший певец и музыкальный продюсер Дэвид Ваймак, которому по приказу сверху было поручено найти ребят для нового ответвления в музыке, которого ещё не было в компании и до которого у директора Palmetto Entertainment Чарльза Уиттнера доросли руки. Foxes существуют уже как три года и за все это время успели хорошенько потрепать нервы всем, кто вокруг них находился. Буянили в общежитии, устраивали разборки между остальными группами, а также между собой, явно не переваривая друг друга, прогуливали пары, репетиции и могли даже не заявляться в общежитие, которое они называли Лисьей Башней. В конце концов, этот беспорядок закончился. Ваймак мог вздохнуть спокойно, понимая, что его пока что не уволят за тех ребят, которых он нашёл на просторах интернета или просто на улице, чтобы собрать данную группу, что спустя три года начала делать успехи и приносить заработок. Ведь все-таки Дэвид не говорил директору, что эти ребята будут жесть какими проблемными. Концерт должен состояться уже завтра, а у этих оболтусов, как обычно, нихуя не готово. Каждый раз, если что-то могло пойти не так — оно шло не так. Рене с Аароном всё никак не могли прийти к единому темпу на клавишах; парень торопился, а Уокер никак не могла его догнать. Элисон немного опаздывала, а Сет, кажется, был на своей волне, словно вовсе не замечал других. У Кевина и Эндрю всё было идеально, но Миньярд, чисто из-за своей вредности, лажал в нескольких моментах, отчего у Гордона и Дэя уже дёргался глаз. Лишь на Мэтта никто не жаловался, к большой радости Дэн. Какой долбоёб ставит репетицию с утра, да и ещё в такой тесной комнате? Дэн, как менеджер, объяснила это тем, что другого места в этом отеле им не предоставили, поэтому оставалось лишь прижаться друг другу как килька в банке и играть. В тесноте, да не в обиде. Ники мельтешил перед глазами, но позже его удалось угомонить тем, что Даниэль предложила свою помощь в правке некоторых строчек в их новой песне, которую Хэммик не мог дописать уже который месяц. В последнее время у Хэммика напрочь пропало вдохновение, поэтому группа в рандомные моменты подкидывала ему разные идеи, что случайно прилетали в голову. — Миньярд, у тебя опять третья струна приспущена! — Не выдержал Сет и развернулся в сторону Эндрю, который ответил ему скучающим взглядом. — Эй, говноед, ты сам ничуть не лучше, — Аарон нахмурился, но позже усмехнулся, заметив гневное выражение лица этого напущенного идиота. — И ускоряешься ты без метронома, — Гордон решил, что сейчас стоило разобраться с первым близнецом, а уже потом «нормальным», который снова влез не в свои разборки. Эндрю, как и следовало ожидать, вообще не впечатлили его слова, поэтому он стянул с себя гитару, аккуратно положил её туда, откуда взял и, кинув короткий взгляд на Рене, что стояла в стороне, поспешил съебаться из этой «студии», которая больше напоминала коробку с дырками. — Блять, Сет, — Даниэль сжала руки в кулаки и попыталась сдержать себя, чтобы не вылить все эмоции на группу. Не сейчас.– Просто заткнись и делай то, что должен, — Потерев переносицу, девушка начала ходить из стороны в сторону. — Засранцы, что вы опять успели натворить? — В дверях появился Ваймак, которого нужно прямо сейчас посвятить в курс дела. — Какого хрена, спрашивается, Миньярд с Уокер опять ушли в закат с репетиции? — Сет не может засунуть свой язык в задницу, — Элисон подала признаки жизни, проведя рукой по грифу гитары. — Я могу засунуть его в другое место. — Парень натянул улыбку. Удивительно, с какой скоростью мог измениться настрой Гордона, когда он обращался к своей девушке. — Так, без подробностей. Мне за это не доплачивают, — Дэвид кинул взгляд на Дэн, которая молча пожала плечами, не зная, что делать дальше. — Тогда поступим так: вы сейчас собираете свои причиндалы, и чтобы до вечера я вас тут не видел. Свободны. Лисы как по сигналу сложили всё своё богатство в виде гитар и серьёзной аппаратуры, а затем, последовав примеру Рене и Эндрю, молча свинтили из тесного помещения, надеясь на то, что в таком полном составе их туда больше не засунут. Репетиция репетицией, но в этой коробке буквально нечем было дышать, и стены, как будто тоньше гипсокартона, пару раз заденешь, так потолок обвалится тебе на башку. Никого такой счастливый финал не устраивал, поэтому группа старалась не толпиться у входа и выходить по одному. Хоть где-то они действовали сообща.

***

Сет бесил абсолютно всех. Лисы прекрасно понимали его состояние, зависимость, проблемы с агрессией и всё в этом духе, но иногда Гордон уж слишком перегибал палку, после чего с ним не желала разговаривать даже Элисон. А ведь она одна из немногих, кто входил в его самый ближний круг. Она пыталась понимать парня, пыталась помочь, но каждый раз терпела крах, и они снова то расставались, то сходились вновь. Не прошло и двадцати минут, а эта сладкая парочка опять занялась выяснением отношений. Никто из группы никогда не влезал в эти разборки, чтобы не дай бог не попасть под горячую руку. — Ты можешь не психовать на меня? Я тоже умею кричать, — Рейнольдс пока что была спокойна. Но она явно сдерживалась из последних сил. — Как тут не психовать, если буквально вся эта уебанская группа вставляет мне палки в колеса?! — Гордон был полной противоположностью Элисон. Парень слишком открыто показывал свои эмоции, выливая всё это на неё. — Тебя тут ничего не держит, — Девушка не захотела продолжать этот спор, поэтому просто дала решать Сету, что ему делать. Её достали эти ссоры. Она устала от этого. — Отлично! — солист изобразил полнейший восторг и, развернувшись, ушёл к себе в номер, чтобы успокоиться, бурча под нос что-то нечленораздельное. Но очевидно, так легко это всё не могло закончиться, поэтому через пару минут Гордон уже шёл по коридору к лифту отеля. — Мудак, — Фыркнула блондинка и, скрестив руки на груди, направилась в номер, чтобы пожаловаться Даниэль на своего парня. Эндрю и Рене стремительно покинули мини-студию, а затем и сам отель, предварительно захватив с собой несколько вещей, и отправились на поиски ближайшего зала или другого места, где бы им не помешали. Нужно утихомирить вспылившего Миньярда, чтобы он не срывался на остальных людишках, что путались под ногами. Уокер, как обычно, шла с ним за компанию, да и ей не мешало немного размяться. Ходить по городу, улицы которого никто из этих двоих не знает, достаточно проблематично, поэтому Рене достала телефон из кармана, полистала пару раз карты и, наконец-то, нашла зал, что находился ближе всех к отелю. Идти пешком минут десять, не так уж и долго. Доковыляв до пункта назначения, эти двое заплатили за вход и молча вошли. Народу тут было не так много, как Эндрю думал, хотя удивляться было нечему: рабочий день, и большинство людей сейчас вкалывало на работе. Устроив небольшой спарринг, только для того, чтобы выпустить пар, Миньярд помогает Уокер встать с пола и замечает на себе пристальные взгляды тех, кто все ещё занимался на тренажёрах. Нахера они пялятся? Тут ничего интересного нет, нехуй таращить свои глазёнки на них. Рене отряхнулась от пыли, которая была на полу, и улыбнулась Эндрю, но затем слегка насторожилась от того, как блондин прожигал взглядом всех вокруг. — Что-то случилось? — Обеспокоенная его поведением, спросила Рене. — Можем уйти, если тебе некомфортно. – Уходим, — Миньярд выпрямился и перевёл взгляд на Уокер, которая продолжала улыбаться. Прямо ангел во плоти. По ней и не скажешь, что всего несколько минут назад ей почти удалось уложить Эндрю на лопатки. Сильная и независимая. С этой дамочкой лучше не связываться. На улице было куда лучше, чем в душном зале, поэтому Рене облегчённо вздохнула, вновь открывая карту, а Эндрю уже прикуривал сигарету зажигалкой, которая хоть и была на последнем издыхании, готовая откиснуть в любую минуту, но всё ещё служила ему. Миньярд поднял голову на солнце, о чем тут же пожалел, так как его глаза были не готовы к световой атаке. Уокер улыбнулась такой реакции и под её чётким руководством пара направилась к отелю, где их возможно ждали Лисы, если они всё ещё были трезвы. Накидаться всем, чем только можно в будний день им бы никто не помешал. Привычное дело. Либо Рене с идиотскими картами верить нельзя, либо этому городишке со своими ебланскими улицами, которые заворачивались в непонятный лабиринт, но, каким-то хреном они вышли на противоположную улицу, где не было даже светофора, а машины мчались, будто за их спинами распространяется конец света. – Там есть переход, - нарушила тишину девушка, осознав, что они не двигаются с мёртвой точки уже почти пять минут. Эндрю кинул на неё самый уничтожающий взгляд. - Да, я только сейчас заметила. Миньярд сунул руки в карманы и, закончив свой очередной перекур, развернулся, направляясь в эту сомнительную подземку. Даже самый глухой человек на свете услышал бы музыку, что громким эхом распространялась по тоннелю, разбавляя его мрачность и отсутствие людей на улицах в «‎посёлке городского типа‎»‎. Спускаясь по лестнице, которая доживала свои времена, держа при себе всякий мусор, вываливающийся из урны, Рене заметила одинокую фигуру, что слишком хорошо, для своего внешнего вида, играла на акустике и распевала песню, видимо своего сочинения. Неплохо. Очень даже неплохо. – подумала про себя Уокер, замечая долю интереса во взгляде Эндрю. Она остановилась рядом с этим парнем, который, кажется, не мог поверить в то, что какая-то рандомная девушка может дать ему деньги. Рене ценила подобного рода деятельность, поэтому, как щедрая душа, оценивала талант мальчишки по достоинству. Главное, чтобы эти деньги пошли на нужное дело, а не на наркотики, алкоголь и всякую такую брехню, хотя какая ей разница. Это не её дело. Далее, девушка достала из сумки небольшой листочек, написала на нем несколько слов, которые Миньярд не успел подсмотреть, положила в чехол из-под гитары, где валялось немного мелочи, улыбнулась, и догнала своего спутника, который успел уйти от неё на несколько метров вперёд. Нил был в полнейшем шоке, когда заметил сумму, которую ему даже не кинули под ноги, а аккуратно положили, и честно говоря, это выбило весь воздух из лёгких. Сколько? Это мне? Нихрена! А не подделка ли? Нил сел на корточки, взял одну из купюр, внимательно её рассмотрел и опять впал в шок. Я не сплю? И только через несколько секунд, заметил всё так же аккуратно сложенную бумагу, которая тут же была развёрнута. «На случай, если не хочешь растрачивать свой талант впустую» Внизу был написан номер, по которому, очевидно, нужно позвонить. Это пранк? Где-то была камера? Нил начал озираться по сторонам, в поисках какого-то подвоха, но ничего не нашёл. Либо судьба, наконец-то, решила скинуть с небес этот крошечный лучик света в его тёмную жизнь, либо, это обычная издёвка и номер был ненастоящим, а парня просто разыгрывают. И что вся эта милая улыбка, а не осуждающий взгляд, были лишь очередным лицемерием. Люди слишком прогнили для этого мира, поэтому ничего хорошего в нём искать нельзя.