Как завести корейца: ГАЙД

Придя немного в себя, Лисса посмотрела на свое отражение в зеркале над раковиной. Не то чтобы после вчерашнего все было настолько плохо, что она не помнила как выглядит, но испытала острую необходимость оценить весь масштаб бедствия. Лисса начала издалека — покрутилась из стороны в сторону, неуверенно задрала верх пижамы и придирчиво ощупала округлившиеся за пару месяцев бока. На бледной коже выделялись тонкие линии растяжек, которые были там еще с подросткового возраста, и из-за которых Лисса решила, что открытые купальники и заодно и короткие топы, которые, по сути, ни в чем не провинились, не для нее. Лисса вздохнула и приблизилась к зеркалу, всматриваясь в лицо и все, то к нему прилагалось. Словно впервые она увидела встрепанные и сухие, как пакля, светлые волосы, темные круги под опухшими после вчерашнего корпоратива глазами, сухие потрескавшиеся губы и красные пятна на коже от неведомой аллергии. Наверное, на собственную никчемность. И, конечно, эта дурацкая пижама с лягушками и дурацкий единорог с кривым рогом на лбу. Лисса решила, что она и сама по себе дурацкая. Наверняка этому парню нравятся такие девушки, как Тина — эффектные и заметные. Ему под стать. «Интересно, кем он работает», — задумалась она, снимая с головы маску. Лисса нисколько не удивилась бы, если бы при такой внешности он был блогером-инфлюенсером, и это оказалось его основным доходом. Наверняка половину его огромного чемодана занимает камера и всякие штуки для видео. Лисса часто видела на улицах Сеула парней и девушек, снимающих влоги, и пришла к заключению, что в Сеуле проще пересчитать тех, кто не занимается этим, чем наоборот. При этом он должен был занимать какую-то должность в компании «N», ведь Алекс назвал его коллегой. У Лиссы было предположение о маркетинге, pr или связи с общественностью, но Алекс практически не пересекался с этими отделами. — Непонятно. Лисса сбросила пижаму и одинокий тапочек и забралась под душ. Обычно она пела, стоя под струей воды, но теперь опасалась, что ее услышат. Пока Лисса терла себя мочалкой и пыталась не намочить волосы, которые у нее совсем не было времени сушить, перед глазами возник образ из идеального мира. Лисса после ночи кутежа свежа, как цветок лотоса. Она просыпается, чтобы совершить пробежку и позавтракать гранолой со свежими ягодами и йогуртом. На ней миленькая шелковая пижамка с короткими шортиками, а волосы струятся блестящими локонами. Она выпархивает из спальни, охает и заводит искрометный разговор, который заставляет новоиспеченного соседа улыбнуться и, конечно же, по уши в нее влюбиться. Лисса из настоящего мира не удержалась и хмыкнула. Однако, вылезая из душа, она невольно снова посмотрела на свое отражение, и выражение ее лица приобрело насыщенный кислый оттенок. «Лисса, даже не думай о нем, не порть себе настроение. Он не твоего калибра и слишком классный. Прямо ССЛИИИИШКОМ, что аж зубы сводит. К тому же все равно через пару недель он съедет и забудет о тебе, как о страшном сне». Лисса вздохнула. Намочила щетку и выдавила на нее полосатую зубную пасту. Глаз невольно зацепился за разводы на зеркале, мыльницу в мыле, полную корзину грязного белья и новый кружевной лифчик развратного красного цвета, висящий на крючке прямо поверх полотенца для рук. Пару дней назад она спонтанно зашла в магазин белья и купила его. Постирала и повесила сушиться, но так и не надела, посчитав слишком вызывающим, хотя в магазине считала себя неотразимой. — О, Лисса, прекрати, — застонала несостоявшаяся секс-бомба. — Прямо бесишь с утра пораньше. Лисса продолжила чистить зубы, постепенно наращивая темп и уровень остервенелости. В конце концов она не выдержала. Отмотала немного от рулона туалетной бумаги и начала усиленно тереть зеркало с зажатой в зубах щеткой. — Чертово зеркало… — бормотала она. Потом взялась за мыльницу и мочалкой под горячей водой очистила от засохшей пены. Лисса не понимала этот порыв, но не могла остановиться, поражаясь самой себе. Что это вообще такое? Внезапно проснулся древний женский инстинкт? В каких недрах он обитал и как запихнуть его обратно? «Что за чушь…» — подумала Лисса, одновременно бегло осматриваясь вокруг. На глаза попался фен с беспорядочно смотанным шнуром, несколько вездесущих книг фривольного содержания и одинокий фиолетовый носок с рисунком из треугольничков пиццы. — Ну просто обиталище сирены, — мрачно хмыкнула девушка. В довершение ко всему в пустом шкафу за зеркалом Лисса, к своему удивлению, обнаружила одинокое средство для прочистки труб. — Очень смешно, Вселенная. Ха-ха-ха. Смеюсь до колик, — она спрятала банку подальше и принялась за дело. Спустя пару минут Лисса отошла на шаг, любуясь шатким новообразованным минимализмом и иллюзией порядка, существующими ровно до тех пор, пока кому-то не взбредет в голову заглянуть в ящики и корзину с бельем. На полочке под зеркалом остались стаканчик для щетки, пинцет, тушь, бритвенный станок, дезодорант и кругляшок зубной нити. — Да уж, волосатая вонючка с застрявшей едой между зубами. Подумав, Лисса сдвинула свой нехитрый скарб на одну сторону, освобождая место для вещей новоприобретенного соседа. Лисса никогда прежде ни с кем не делила квартиру, не считая родителей, и не представляла, как много места нужно мужчине. Она сама жила как закоренелый холостяк и, сравнивая с собой, решила, что половина полки это вполне честно. — Да я бы сказала, это даже по-королевски. Обычно Лисса выходила из ванной голой или в одном полотенце, но теперь об этом придется забыть. «Хотя… Нет, наверное, его это травмирует», — подумала она и захихикала. Эта мысль ее развеселила и приободрила, пока она пыталась натянуть пижаму на влажную кожу. Закончив и несколько раз вдохнув и выдохнув, Лисса решила, что готова к новой порции позора. — Ты самодостаточная и уверенная в себе женщина, поняла, Лисса? — она грозно посмотрела на свое отражение в запотевшем зеркале, а потом сама себе ободряюще подмигнула. Она уже повернулась к двери, когда вспомнила про висящий на крючке лифчик. Лисса спешно спрятала его, затолкав под верх пижамы. Девушка бесстрашно открыла дверь. «Пусть думает что хочет. Я не позволю ему....» Лисса сделала шаг и вдруг запнулась о разложенный у двери чемодан. Другая ее нога угодила во что-то мягкое и неустойчивое, и Лисса с ужасом осознала, что теряет равновесие и ей не за что зацепиться. Она тонко пискнула и отправилась прямиком в бреющий полет, неловко размахивая руками. Со всего размаху она налетела на ничего не подозревающего парня, который мгновением ранее осоловело на нее уставился, никак не ожидая в ее лице пикирующей угрозы и такого откровенного коварства. Он успел лишь выставить руки вперед, прежде чем Лисса врезалась в его каменную грудь и повалила на спину. На мгновение ей показалось, что она сломала себе нос. А через секунду Лисса осознала, что лежит поверх парня своей мечты. Его руки придерживали ее за талию. Он уставился на нее в упор. Лисса замерла, словно ее поймали с поличным, и затаила дыхание, пытаясь прочитать по его лицу, о чем он думает. — Ты в порядке? — обеспокоенно спросил он. От шока Лисса не могла выдавить из себя и слова, поэтому интенсивно закивала. Она лежала, уперевшись ладонями ему в грудь, ощущая, как бешено бьется его сердце. «Я бы тоже до чертиков перепугалась, если бы на меня кто-то налетел. Это мое лицо горит или его кожа пышет жаром? Боже, он все еще без рубашки. Да оденься ты уже!» — лихорадочно метались ее мысли, перескакивая с одного на другое. Пауза затянулась. — Может быть уже слезешь с меня? — поинтересовался он с вежливой улыбочкой. В его темных глазах плясали искры смеха. Лисса спохватилась и начала неловко сползать в сторону. В процессе она заметила небольшую родинку в основании его шеи. Словно указание, куда целовать. Наверняка Лисса не первая, кому пришло это в голову. Эта мысль так увлекла ее, что она не могла оторвать взгляд от его шеи. — Это твое? — услышала она словно из параллельной вселенной. — М? — Лисса непонимающе подняла на парня глаза, а потом посмотрела, куда он указывал взглядом. Она увидела в его руке свой развратный красный лифчик, который выпал у нее из-под пижамы. Лиссе стало дурно. «Если я скажу нет, возьмешь его себе?» — так и вертелось у нее на языке. Но Лисса скорее откусила бы себе язык, чем позволила себе с ним флиртовать. Больше всего на свете ей сейчас хотелось провалиться сквозь землю. Лисса молча выхватила лифчик у него из руки и гордо забросила себе на плечо. Она подняла глаза наверх, невольно скользнув по торсу и широким плечам. Он оказался выше ее на полторы головы. Вблизи он был еще более красивым. Красив ли он по меркам корейцев? Какая разница. — Я освободила ванную, — как можно более невозмутимо сказал Лисса, сгребая в кучку то, что осталось от ее самообладания. — А свежие полотенца в ящике под… — Да-да, под раковиной, я вчера видел, — перебил он ее. «О нет», — мысленно застонала Лисса. Значит, он уже видел беспорядок в ее ванной и сейчас заметит, как она спешно прибралась, и это еще ужасней, чем если бы он увидел только бардак. А еще он уже видел ее развратный лифчик. «Что ж, можно ли опозориться еще больше? Сомневаюсь». Лифчик. Ее лифчик, висящий поверх полотенца. Его просто невозможно не заметить, если только ты не слепой. Красное кружево на фоне кипенно-белого полотенца прямо при входе. Что теперь сказать незнакомцу, который видел твое белье? — Будешь завтракать? — сам собой выдал ее поганый рот. Лисса почувствовала, как зашевелились волосы на затылке. Она была сама от себя в ужасе. «Да что с тобой?! — прошипела внутренняя Лисса. — Ты же не умеешь готовить! Он должен отказаться из вежливости». — Конечно. Я быстро, — сказал он, мило улыбнувшись и заставив Лиссу мысленно закричать. Он вытащил нужные вещи из чемодана и пошел в ванную. Лисса замерла, ожидая привычный щелчок замка. Это бы на время отделило его от нее. Послышался звук воды. Дверь он так и не закрыл. Забыл? Приглашал ее к себе? «Фу, Лисса, что за чушь. Извращенка». Лисса подумала, что сейчас был бы идеальный момент, чтобы сбежать, но она сама же его уничтожила. Она спешно забросила проклятый лифчик в спальню и порылась в ближайшей неразобранной коробке, в которую складывала постиранную одежду. Она выудила на свет легкий бежевый джемпер, про который Тина говорила, что в нем не видно, где начинается ее шея. Немного повоевала с волосами, пытаясь сделать их гладкими локонами, но быстро сдалась и собрала их в привычный пучок. В коридоре стояли еще коробки с неразобранными вещами, которыми Лисса обжилась еще в первой квартире, когда только приехала в Корею. Одних коробок с книгами было две штуки. Она все время представляла, как однажды в выходные расставит их на пустой стеллаж, но все время не доходили руки. Когда Лисса хотела что-то почитать, то долго рылась в этих коробках в поисках нужной книги. — Так, и насколько велика катастрофа? — сказала она, открывая холодильник и пробегая взглядом пустые полки. — Не авария, не цунами… Дайте подумать… — Лисса свела брови и огладила подбородок, словно там росла бородка. — Да это же ядерный взрыв! Пыщ пыщ пыщщ! — она изобразила звук взрыва, и в этот момент парень вышел из душа. Он придерживал полотенце на бедрах, больше на нем ничего не было. Он странно посмотрел на нее, взял что-то из чемодана и снова скрылся в ванной. «Ничего, Лисса, он уже и так считает тебя полоумной. Хуже сделать уже просто невозможно». Лисса, мурлыча себе какую-то прицепившуюся песню под нос, поставила на плиту вариться кофе, сунула в тостер квадратные ломтики хлеба, найденные в холодильнике, а сама занялась яичницей, которая сразу же совсем неэстетично растеклась по всей сковородке. В ее воображении все представлялось гораздо проще. Лисса из идеального мира с гранолой и йогуртом сейчас гомерически хохотала в ее голове. «Что ж, вдруг повезет, и у него атрофировано чувство вкуса или вообще нет языка». Это было глупо, но Лисса все равно сервировала стол так хорошо, как только смогла. Она садилась за стол, когда парень наконец вышел из ванной. Красивое тело, зачёсанные назад влажные темные волосы. На нем были широкие домашние брюки. Он поднял на нее взгляд, и в этот же момент глаза Лиссы прилипли к тарелке. Парень достал из чемодана футболку и натянул ее. «Господи, заметил ли он, что я пялюсь…» Подойдя к зоне кухни, он пару раз распылил на себя одеколон. До Лиссы донесся свежий и терпкий запах бриза. Если бы Лисса не сидела, у нее бы подкосились ноги. «Он же сделал это не из-за того, что здесь чем-то пахнет?…» Кажется, он заметил, как она изменилась в лице. — Тебе не нравится? Я должен был спросить, прежде чем использовать его. Я могу не… — Нет, все в порядке. Пользуйся чем хочешь. Парень кивнул и с предвкушением подошел к столу, но почти сразу остановился, недоверчиво подняв глаза на Лиссу. — Мм… пахнет… — он недоговорил, с сомнением смотря на расплывшуюся яичницу и подгоревшие тосты. Взял чашку с кофе и принюхался. «Что-то мне подсказывает, он не впечатлен моими кулинарными способностями. Эх…» — Ты не против? — он указал на холодильник. Лисса кивнула. В поисках чего-то более съедобного новоиспеченный сосед открыл дверцу. Лисса с трудом подавила желание тут же захлопнуть ее у него перед носом. Парень внимательно изучал содержимое с непроницаемым лицом. Его взгляд задержался на полках сбоку, где неизвестно сколько стоял пакет молока. Точно Лисса не помнила, когда его туда поставила, и не была уверена, что там все в порядке по срокам годности. Видимо, ему пришла та же мысль, поэтому он даже не притронулся к нему, вместо этого задумчиво сделав глоток из чашки. Кажется, Лисса все-таки сожгла кофе, хотя сама она всячески игнорировала горьковатый вкус. Парень погонял его во рту, но по его лицу было очевидно, что он не в восторге. «Такими темпами он сам от меня сбежит, — подумала Лисса, держа в руках чашку, и вздохнула. — Может это и к лучшему, меньше проблем, и жизнь снова пойдем своим чередом». — Это тот хлеб с плесенью из холодильника? — он подозрительно потыкал пальцем почерневший тост. — Нет, — как можно более уверенно сказала Лисса, а потом вдруг и сама почувствовала странный привкус. Она отвернулась и выплюнула кусочек тоста в салфетку и спрятала ее под край тарелки. Лисса подняла глаза и увидела в его глазах смешливые искры. «Я ему покажу! Будет он еще надо мной смеяться!» — Кстати, сколько тебе лет? Лисса подавилась горьким кофе. Она так опешила от этого вопроса, что неловко повернулась и смахнула локтем вилку. Нырнула под стол и поняла, что парень сделал то же самое. Он передал ей вилку, согнувшись под столом в три погибели. Лисса заметила, как он поджал пальцы, чтобы не коснуться ее. «Я ему НАСТОЛЬКО неприятна? Неумение готовить не передается через касание!» Он уже поднялся и ожидал ее сверху, но Лиссе хотелось остаться под столом и больше никогда оттуда не вылезать. «Интересно, через сколько он что-то заподозрит? Больше минуты или меньше?» — Можешь не отвечать, если не хочешь, — услышала она. Опять этот проклятый смех в его голосе! Лисса вздохнула. Отползла немного назад и начала подниматься. Она пригнулась и стала пятиться. — Только будь… — начал он. Лисса выпрямилась и с размаху ударилась головой о столешницу, так что на столе звякнула посуда. — …осторожней, — одновременно договорил он. — Айгу… — охнул он на корейский манер. Лисса увидела, как дернулось его лицо. — Ты жива? — Я в полном порядке, — преувеличенно бодро сказала она, чувствуя, как пульсирует место ушиба, и видя перед глазами танцующие черные точки. — Может быть, приложить что-то холодное? В холодильнике должен быть лед. — Не уверена, что мой холодильник так умеет. В морозилке есть упаковка горошка, но она примерзла, так что ее придется, как минимум, час отколупывать вилкой. Я в порядке, правда, — Лисса уселась обратно на стул. Парень не сводил с нее глаз. — Тогда сходим вечером за продуктами? — Лиссе показалось, он изо всех сил старался не показать эмоций и приятно улыбался. Она уловила завуалированную попытку не оскорбить ее и одновременно опасения насчет того, чтобы не умереть с голода. — Не знаю, что ты любишь. Я ведь сказал Алексу, что буду готовить. Лисса и сама не знала, что она любит. Обычно она покупала готовые обеды и сама почти не готовила. — Ага, — неопределенно произнесла она, решив, что разберется с этим позже. — Отлично. Я помою посуду. — Ладно, — Лисса попыталась отпить из чашки, но в конце концов сдалась и отставила ее в сторону. То же самое она сделала с его чашкой, вырвав ее у него из руки. — Это ужасно, признаю. Здесь где-то был чай в пакетиках. Пока Лисса искала его, парень молча выливал содержимое кофейника в раковину. Лисса хотела возобновить разговор и спросить его, кем он работает в «N», но поняла, что не знает, как к нему обращаться. «Оппа?» — Лисса хрюкнула, вызвав подозрительный взгляд, но помахала рукой, давая понять, что это неважно. Он совершенно точно уже считает ее чокнутой. Ну что ж, тогда была не была. — Ты возможно говорил, но я не... хм... — первая нарушила неловкую паузу Лисса, опуская пакетики чая в чашки. — Как тебя зовут? — Ее посетило странное чувство дежавю. Нет, она никогда еще не спрашивала имя парня после бурной ночи. Не из-за того, что ей было неинтересно, а потому, что таких ситуаций с ней в реальной скучной жизни никогда не происходило. В ее воображении она частенько просыпалась с незнакомцем, который приносил ей кофе в постель. Но в реальности все казалось гораздо более странным. — Мун Джи Хун. Лисса помолчала, вспоминая, какая часть у корейцев является именем, а какая фамилией, и как к нему в итоге обращаться. — Мм... Как? — переспросила она, словно не расслышала. Да, они снова играли в эту игру. — Чонгук, — он кисло улыбнулся. По интонации Лисса поняла, что это какая-то саркастичная шутка, но не могла уловить в чем ее суть. Или ей показалось? Кажется, по выражению лица Лиссы ему стало ясно, что она не поняла шутки. — Джи Хун, — терпеливо повторил он. — А. Я Лисса, — она протянула ему руку. Он уставился на нее, а когда понял, чего от него хотят, неловко и рассеянно пожал ее, взявшись лишь за кончики пальцев. Лисса до конца не поняла, его пальцы и в самом деле были такими горячими или это разыгралось ее воображение. — Чонгук, интересно. Я где-то уже это слышала. Вы не родственники с этим, как его… Нет?… — Я не… — начал он, но Лисса его уже не слушала, чтобы не выдать, что она окончательно запуталась и смутилась. Для первого контакта во всех смыслах совершенно достаточно. Больше она была просто не способна вынести. Ни морально, ни физически. Лисса хотела сбежать на работу как можно быстрее, пока не ляпнула еще чего-нибудь лишнего. — Ты тут… делай что-нибудь. Ну, что делал до этого. — А чай? — Попью на работе. Лисса оставила его наедине с посудой и нетронутым чаем, а сама заметалась смерчем по квартире, собираясь на работу. Она старалась как можно быстрей уйти из дома. — Запишешь мой номер? — спросил он, когда она уже натягивала кроссовки. Они обменялись телефонами. Лисса никак не могла правильно вбить все цифры, и в итоге Джи Хун взял ее телефон и вбил номер, а потом позвонил себе. — Не могу тебя найти. У тебя нет KacaoTalk? — удивился он. — Что это? — Лисса чувствовала себя истощенной после переживаний за сегодняшнее утро, и у нее совершенно не было сил притворяться в чем-либо сведущей. — Мессенджер. Мы сможем там общаться при необходимости и тут много полезного. «При необходимости», — печально заметила она, будто он заранее ставил рамки, за которые нельзя заходить. Лисса помотала головой. Тина что-то говорила об этом, но у Лиссы не было друзей корейцев, с которыми она могла бы там общаться. Джи Хун кивнул и еще немного повозился с ее телефоном. Когда он отдал ей его, то он был немного теплым от его пальцев. Лисса уставилась на новую иконку на главном экране. Джи Хун нагнулся к ней и начал что-то объяснять. Она снова почувствовала запах его одеколона — свежий и терпкий, и слушала его вполуха. Из-под ворота футболки была видна родинка в основании шеи. Считается ли это изменой Алексу, если между ними по сути ничего нет? Лисса перевела взгляд на руки Джи Хуна и поняла, что это было еще большей ошибкой. Длинные сильные пальцы, широкие горячие ладони, изгиб запястья — в нем ощущались сила и изящество. Лисса вспомнила, как Джи Хун придерживал ее за талию, когда она налетела на него. Лисса подумала, что еще чуть-чуть и она окончательно потеряет голову, но вдруг посмотрела на его часы. Лисса тут же вцепилась в его руку, не веря своим глазам — она опаздывала уже на добрых сорок минут. Алексу это не понравится. В смысле Александеру. «Интересно, изменится ли между мной и Алексом что-то после этой истории с соседом? Наверняка мы будем вспоминать ее со смехом, как первую веху наших отношений, а потом Алекс неизменно будет притягивать меня к себе и покрывать поцелуями…» — Все, мне пора! — перебила она Джи Хуна и, прежде чем он еще что-либо сказал, чмокнула его в щеку и вылетела из квартиры, захлопнув дверь с электронным замком. Лисса пронеслась по ступеням несколько пролетов, словно сбегая от самой себя, но, запыхавшись, все-таки вызвала лифт. На первом этаже, пригибаясь, она пробежала мимо двери, рядом с которой стояли горшки с цветущими фикусами. В этой квартире жила аджумма, кореянка средних лет, которая по неведомой причине недолюбливала Лиссу с того самого первого дня, как они столкнулись у почтовых ящиков. По крайней мере, Лиссе так показалось. Тогда у ящиков женщина вела себя очень эмоционально, страшно коверкая слова, и Лисса с трудом могла разобрать, что та говорит, но по тону девушке показалось, что аджумма ей недовольна. С тех пор Лисса предпочитала больше не попадаться ей на глаза. У стеклянных дверей Лисса, наконец, разогнулась и остановилась отдышаться. Уже был виден аккуратный двор с буйной растительностью — предмет острой зависти Тины. Нос щекотал запах поздних цветов. Еще немного и наступит осень. Лисса прошла сквозь автоматически открывающиеся двери, но даже не выйдя из-под козырька, вдруг встала как вкопанная. — Я что, его поцеловала???