Любовь с привкусом кофе.

Сколько бы она не шла вперед, улица и не собиралась заканчиваться. Серые кирпичные стены и деревянные двери окружили ее со всех сторон. Асфальт под ногами был словно сырым, пахло пылью и пеплом, гнилой листвой и болотом. Противно, девушка зажала нос рукой. Она вдохнула через рот и вновь перешла на бег. Все повороты рано или поздно приводили в тупик и приходилось идти назад, фонари не светили, а на небе не было ни луны, ни солнца. Девушка хваталась за стены, пыталась разбивать стекла, но камни отлетали от окон словно попрыгунчики. Энид вновь остановилась и уставилась вперед, кругом ничего не изменилось. Машины так и остались на дорогах, а окна домов были пустыми и непроглядными. Девушка хотела отдышаться, но вновь услышала противный, душераздирающий рык. Сердце вновь упало и она рванула вперед. Сколько он уже ходит за ней? Снова и снова. Каждый раз. Она врезалась руками в стену и выдохнула. Ноги дрожат вместе с руками, ладони потные от страха, а волосы лезут в глаза. Позади туман, впереди бесконечная дорога и вечный страх. Хотелось исчезнуть, скрутиться в калачик и упасть на землю, спрятаться под пледом. Лишь бы не догнал, не нашел. Тишина. Ни чужих шагов, ни шелеста, качающихся на честном слове, вывесках. Она поглядела в окно, словно пыталась увидеть за запотевшим стеклом хоть кого-нибудь. Но там ничего, пустота, черная и непроглядная. Она развернулась и взглянула в окно соседнего дома. Черная фигура проскочила словно из комнаты в комнату, словно тень на шторе. Снова эта черная фигура. Энид тяжело выдохнула. Ни черная фигура, ни руки из-под земли, ни смена локаций ее уже не пугали. Пугало лишь одно, то, кто за ней идет. Каждый раз он догонял ее. И догонит сегодня, она снова умрет, а затем все начнется по новой. Энид побежала вперед, камни отлетали в стороны, она пинала их ногами, так же, как и банки с бутылками. Черная тень справа, слева. По коже пробежали мурашки, неприятное чувство слежки. Девушка пробегает мимо плаката с жутким лицом и не обращает на него внимания, слишком страшно, казалось, она чувствует это чертово дыхание. Противное, шумное и гнилое на запах. Развилка, каждый раз одна и та же. Налево? Направо? Направо? Налево? Каждый раз обе дороги ведут в одно и то же место. Нет смысла выбирать. Кеды девушки скользят по асфальту и поворачивают налево. Она бежит мимо деревьев и домов, вывесок и окон, в которых стоит черная тень. Она машет ей рукой и девушка мотает головой. Рычание. Оно оглушает, заставляет остановиться и зажать уши, упасть на колени. Слезы стекают по щекам, но Энид поднимается на ноги и бежит дальше. Она знает, нельзя останавливаться. Он догонит. Убьет. Снова. Длинные пальцы деревьев пытаются дотянуться до нее, но девушка уворачивается. Темнота перед глазами и улица пропадает. Ни домов, ни асфальта. Под ногами земля, а кругом деревья. Черный человек машет ей с ветки дерева, но девушка бежит по тропинке вглубь леса. И он снова там, свесился на ногах с дерева, весит вверх головой и…, кажется, улыбается? Его глаза белые и рот тоже, и волосы словно смоль. Но Энид не хочет видеть его, она бежит и слышит, как деревья ломаются позади, как они с грохотом падают на землю. Он близко. Энид теряется среди листвы, но он каждый раз находит ее, куда бы она не побежала. Она оборачивается и видит его. Его пасть, лысую голову, ужасную морду. Она слышит его. Чувствует гнилой запах. Девушка спотыкается о корень и падает на траву, молча кричит, ее никто здесь не услышит, она пыталась. Перед глазами мигают все воспоминания. Затем безымянный город и улица, озеро, лес, вновь улица. Она встает на ноги и бежит, он ее не догнал? Почему? Бежит, а под ногами земля меняется на асфальт, затем на деревянный пол и на траву. Она бежит по серому лесу, улице, коридору Невермора, по Джерико. И перед глазами вновь пустота и чернота. Рычание продолжается где-то за спиной и она затыкает уши. Не хочет слышать, не опять. До ее плеча кто-то прикасается и она в страхе поворачивается. Черная фигура на фоне черной пустоты. Его белые глаза моргают. Он совершенно безобиден. - Ты снова не смогла. Голос такой странный. Слова, словно эхом, отражались от… стен? - Почему я? - Дрожь в голосе. - Ты должна избавиться от этого. - Проговорила тень и улыбнулась. - От чего? - От него. - И указала себе за спину. Там страшное рычание, она видит его глаза, он приближается. - Он пугает тебя. - Нет. - Почти уверенно. - Нет? - Ветер подул из неоткуда. Холодно. Энид сжала пальцы в карманах. - Не он пугает меня. - Она повернулась в сторону и вновь увидела ее. Энид указала на девушку пальцем и тень повернулась. - Меня пугает то, что он делает. Черная пустота стала покрываться белыми трещинами. Пустота трескалась. А тень смотрела на нее. - Ты не успела? - Что? - Ты успела или нет? - Энид схватилась за свою рубашку и вдохнула. - Ее убили или нет? - Я… - Убили или нет? - Голос становился громче, а рычание отражалось в голове. - Я не помню! - Энид, почему ты не успела? - Я успела! - Тогда почему он здесь? - Нет… я не знаю. - Блондинка повернулась на девушку. Уэнсдей молча стояла в пустоте. Тень подошла ближе. - Она жива? - Жива! - А он? Почему он зол? Энид задыхается, она чувствует это. Пол под ногами трескается. - Он не успел. - Почему? - Он не должен был успеть. И пол рушится. Снова. Морда Хайда в последние секунды мигает перед глазами, пока девушка не закрывает глаза. Она летит вниз. Тело вдруг обжигает ужасной болью, Энид чувствует как ломаются ее кости. Она лежит на холодном полу и смотрит на Хайда, что приближается к такой же, словно уже не живой, Уэнсдей. - Ты боялась не успеть? Она видит лишь ноги тени. - Я не думала. - Почему? - Кто ты? - Она не слышит саму себя, но тень слышит ее. - Не так важно кто я, чем то, сколько ты еще будешь меня видеть. - Тень садится рядом с ней. - Ты снова не смогла, Энид. - Я смогу… - Давай. - И темная голова уставилась на безнадежную девушку, что пыталась встать на ноги, хоть ее кости были переломлены на сотни осколков. - Ну же. Убей его. - Я не могу, здесь нет луны! - Ты все еще думаешь, что тебе нужна луна? Что тебе нужно твое животное тело? - Я не смогу убить его в человеческом теле! - Я тебе не верю. - Тень покачала головой. - Тайлера уже давно нет рядом, но почему он все еще рядом с тобой? Энид видела, как Хайд подходит к девушке. Как хватает ее за горло своей лапой, как поднимает ее над пустотой. Энид кричит, но не слышит саму себя. А страшные лапы стискивают тонкую шею. Уэнсдей хватается пальцами за лапу и пытается освободиться от монстра. Но она ничего не может. Аддамс лишь смотрит на Энид осуждающими глазами. А затем ее руки опускаются и тело падает на землю. - Нет… - Ты не успела. - Тень встает на ноги. - Теперь твоя очередь. И Хайд подходит к ней. Она чувствует его дыхание на своих волосах. Чувствует его когти и слышит рычание. Она снова не могла. Энид кричит. Она вскакивает с подушки и смотрит в темноту. Тело дрожит, голоса нет, а на лбу испарина. Ей хочется кричать, но горло обжигает. Из голубых глаз текут слезы, девушка пытается встать, но лишь падает на пол рядом с кроватью и задыхается от страха. - Энид? Она хочет услышать, но в ушах вода. Светлые пальцы хаотично хватаются за плед и стягивают его на пол. - Энид… Не может открыть глаз. Слишком страшно. - Энид! - Громкий и приказной тон. Девушка открывает глаза и видит, как в окно падает лунный свет. Она приподнимает взгляд и видит Уэнсдей. Живую, с привычным строгим взглядом, в теплой черной пижаме. Слезы текут по бледным щекам и девушка тянется к Уэнсдей. - Эй, Энид, что с тобой? - Жива… - А не должна? Но Энид не слышит ее, прижимается к ней, дышит родным ароматом духов, что еще остались на ее теле. Теплые руки ложатся ей на плечи и прижимают к себе ближе. Уэнсдей успокаивает ее, гладит по спине и волосам. Ей не все равно. Аддамс приподнимает плед и кладет его на дрожащие плечи. Жарко, девушка сбито дышит в горячую шею. Уэнсдей проводит ногтем по светлому запястью и Энид цепляется за нее. Пижама брюнетки намокает от слез, она утыкается носом в светлые волосы и вдыхает сладкий аромат шампуня. Леденцы или цветы? Неважно. Сейчас неважно. - Он не уходит… - Кто? - На выдохе спрашивает девушка и гладит по спине. Мурашки пробегают вслед за пальцами. Луна освещает их. Девушки сидят на мягком ковре, на плечах блондинки теплый плед, в воздухе запах страха. - Хайд… он снова, - Девушка задыхается, впивается пальцами в тонкую кожу чужих рук и брюнетка шипит, но не прогоняет. - Я не смогла. Опять. - Энид, Тайлера здесь нет. - Она опускается, целует ее в лоб, смахивает пальцами слезы с щек. - Он не тронет тебя. - Не я, ты. - Сбито говорит она, язык заплетается. - Он никого не тронет, слышишь? - Ее голос твердый, но такой по своему заботливый. Энид вдыхает аромат горячей кожи и проходится языком по шее. Уэнсдей рвано выдыхает и прижимается ближе. Синклер страшно. От всего. Ото сна, что проследует ее, казалось, уже вечность. Уже пролетела весна и лето, вновь наступила осень. А девушка до сих пор боится, что среди деревьев увидит его. Высокого, страшного и до тошноты противного. Но Уэнсдей каждый чертов раз повторяет одно и тоже: «Его здесь нет». Здесь нет. Но во сне он приходит к ней каждую ночь, душит девушку на ее глазах, а Энид лежит, такая беспомощная. Лежит и смотрит, как вокруг все рушится. - Но он снова… - Это только сон. - Отстраняется и смотрит на нее. Вглядывается в голубые глаза. - Только сон, слышишь? Слышит, но не кивает. Смотрит на нее долго, тихо. Быть с Уэнсдей наедине, как отдельный вид искусства. Просто сидеть с ней в тишине, смотреть на нее. Это сводит с ума. И позволено это только ей, от этого становится еще жарче. Никто вокруг, кроме нее, не смеет касаться ее так, как делает это Энид. Только она может сжать тонкие пальцы в своих, провести языком по коже и уткнуться носом в шею. Никто больше. - L'amore è cieco. - Выдыхает Энид и целует девушку. Медленно, словно в последний раз. От губ Уэнсдей пахнет кофе и сыростью. Брюнетка пропускает светлые волосы между пальцев, кладет вторую руку на шею, притягивает ближе. Уэнсдей сжимает ладонь в кулак, слегка оттягивает волосы и ловит губами стон. А луна прячется за облаками и комната опускается во мрак. Прохлада пробегает по горячей коже. Невермор спит, их не слышат. Их никогда не видят, их словно ни для кого не существует. Энид путается в пледе, толкает девушку и та ложится на него. Мягко, жарко. Блондинка обводит чужие губы языком, целует ниже, оставляя темные пятна на шее. Синклер расцеловывает ключицы, проводит языком ниже, упираясь в горлышко кофты. Поднимает взгляд, смотрит долго, ищет прикрытые глаза. Уэнсдей поднимает веки, кивает тихо и светлые пальцы проникают под одежду. Она опускается губами ниже, и ведет снизу вверх. По животу, к груди, обводит ее языком и снимает с девушки кофту, вновь возвращаясь к ключицам. Уэнсдей тяжело дышит, сминает плед под собой и упирается ногами в пол. Луна выходит из-за облаков и освещает раздетое на половину тело. В лунном свете видны капельки пота, Энид проходится по животу носом, заставляя девушку покрыться мурашками. Синклер почти что рычит, вновь врезается в губы, сжимает чужие пальцы в своих и вжимается в тело, чувствуя оголенный живот. Ее футболка задралась, кожа горячая, а глаза прикрыты. Она сходит с ума, когда ей совсем осторожно, словно боясь спугнуть, выдыхают в рот. - Сними… - Почти что мольба . И Энид послушно стягивает футболку. Она вновь опускается ниже, по шее, останавливается на груди. Обводит языком набухшую бусину, оттягивает зубами, вызывая стон и спускается к животу. Уэнсдей чувствует ее руки, ее грудь и губы на своем теле. Левая рука блондинки сжимает плед, когти выходят наружу и протыкают бедную ткань. Энид проходится кончиками когтей по горячей коже и брюнетка дергает ногами, когда они цепляются за резинку штанов, что и так уже съехали с талии на бедра. - Pazza.- Задыхаясь. Руки сильнее сжимают плед, тело выгибается, когда рука проникает под резинку, сначала штанов, а затем и белья. Энид целует ее в живот, когда пальцы задевают клитор и девушка выгибается сильнее. Светлые пальцы ведут сначала вниз, затем вверх, возвращаясь к возбужденной бусине. Круговыми движениями водит по ней, а затем опускается ниже и аккуратно вводит пальцы. - Accidenti… - Аддамс выдыхает и вжимается в ладонь. От пледа жарко, от тела жарко. Даже воздух казался горячим до одурения. Девушка закрыла глаза и облизнула губы. Энид клянется, что слышала всхлип, когда слегка согнула пальцы. Брюнетка дернула ногами и протяжно выдохнула, прикрывая рот рукой. Девушка выводит пальцы и ведет ими вдоль живота, Уэнсдей всхлипывает, сжимает ноги. Снизу до боли пульсирует, она приоткрывает глаза, пытается найти Энид в ночном свете. Видит ее, чувствует, цепляется за светлые волосы. Притягивает и жадно целует, кусая нижнюю губу. Блондинка рвано дышит, проводит языком по чужой верхней губе. Рычит от ощущений, но Уэнсдей проводит ладонью по теплому телу и девушка прогибается в спине, сидя на чужих бедрах. - Энид… И повторять не нужно. Она вновь опускается, вводит пальцы и ускоряется. Уэнсдей задыхается в собственном дыхании, слова, что она пытается сказать, путаются, обрываются. Энид надавливает на клитор, быстро двигается внутри, заставляя девушку рвать яркий плед и кусать губы до обжигающей боли, лишь бы не закричать. Луна вновь прячется и Аддамс теряет Энид. Теперь лишь чувствует. Ее пальцы обжигают изнутри, а поцелуи, что она оставляет на бедрах и животе, расцветают, словно цветы. - Энид! - Срывается на крик, когда пальцы сгибаются, ища чувствительные места. Энид кусает ее, заставляя вздрагивать. Девушка поднимается к шее, оставляя укус и там, а затем проводит языком, извиняясь. Последний толчок и Уэнсдей вжимается в ее ладонь, сжимается вокруг пальцев и кусает чужую шею. Нельзя кричать. Брюнетка вздрагивает и падает назад на плед закрывая глаза. Энид утыкается ей в грудь, вдыхает запах горячей кожи и вынимает пальцы, заставляя свести ноги. - Pazza… - Выдыхает Уэнсдей. Энид вынимает из под нее плед и укрывает их, когда падает на ковер. - Ti amo. - И касается губами щеки, слышит тяжелое дыхание и шепот на итальянском. Глаза закрываются и девушка падает в сон, пока ее рука остается на чужом животе. И ей не снятся тени и страшное рычание. Снится лишь горячее тело и поцелуи. Кажется, она чувствует их прямо во сне. Луна опускается все ниже, заходя за горизонт. Но девушки никуда не спешат, им некуда спешить в выходной. Ветер не проникает к ним через закрытое окно. Энид уверена, ей больше не будут сниться кошмары.