Мелодия печали, согревающая сердце

Рэйн шустро шагала по коридорам, сжимая в ладони заколдованные монеты, прокручивая в голове предстоящий разговор с близнецами Леброн и их компанией. Она не знала, верно ли поступает, позволяя себе вновь сблизиться с ними, а не оттолкнуть окончательно, но справиться в одиночку с поставленной задачей – найти фею в незнакомом городе – будет непросто, а время явно не на стороне Тирос. Свернув за угол, полукровка резко затормозила, едва не врезавшись в озадаченного одноклассника. Юноша с длинными светлыми волосами из клана медведей сморгнул, задумчиво оглядев девушку, и вдруг улыбнулся самодовольно. – Ох, ты же та полу-фея, верно? – голос его был надменен и насмешлив, впрочем, как и взгляд. Испанка осторожно подняла на него глаза и, поджав губы, мельком кивнула, пытаясь тут же обойти его и продолжить путь, однако выставленная в сторону мускулистая рука не позволила этого сделать. – Мы не договорили. – А мне кажется, ты уже всё сказал, – раздался позади строгий тон. Рэйн обернулась, одаривая вежливой улыбкой Джей, что опиралась плечом о школьный шкафчик, с насмешкой глядя на перевертыша. – Тц, ты-то всё испортить любишь, – юноша сделал шаг в сторону, пропуская свою «жертву», однако Рэйн не сдвинулась с места, дожидаясь своей будущей спутницы с всё той же улыбкой на губах, немного печальной и будто натянутой. – Ты не злись на него, – свернув за угол, произнесла фея, хмыкая собственным мыслям, – дурак дураком. Ещё и злится, ибо ему от отца попало – дверь в Фейри до сих пор закрыта, и никому из Совета и приближенных к ним созданий не удаётся ее открыть. А тебе, – Джей опустила взгляд на девушку, идущую с ней шаг в шаг, задорно щелкая ту по лбу за то, что та витала в облаках, едва не врезавшись в открытую дверь кабинета, – удалось. Конечно, все в Совете в ярости. Это ж неслыхано, чтобы дитя от человеческого брака могло творить то, что не могут другие, – фея улыбнулась чуть мягче, прикрывая глаза и продолжая свой монолог, петляющий от темы к теме. – Я предлагала свою помощь, как только Боркхильт сказала, что я могу вернуться к занятиям, да вот только взрослые больно сильно опекают нас – и лекарь, и глава, и даже некоторые члены Совета отказались. А ведь дверь в Фейри была закрыта веками... – Со времени победы над Драконом? – уточнила девушка, тут же робко пряча глаза в своих ладонях. Любопытство, присущее ей, часто порекалось окружающими, и Тирос чувствовала себя глупой, задавая подобные вопросы. – Ага, над Королем Драконов. То, что дверь вообще появилась – уже чудо, но окружающие страшатся происходящего – это буквально оживление одного из предвестий. Когда дверь в Фейри откроется, следующей за ней откроется путь к гробнице Короля Драконов, и тогда он восстанет, похоронив нас в адском пламени. Жутковато, да? – Джей слегка толкнула спутницу плечом, подмечая её заинтересованность в рассказе. – Немного. Но ведь Фейри – это ваш дом. Разве они не хотят вернуться? – Хотят, некоторые. Не все существа жаждят вернуться в мир, лишенный «человеческих чудес». – В Средневековье, – усмехнулась Тирос, поднимая голову. – Именно! – фея щелкнула пальцами, резко спрыгивая с лестницы на траву на заднем дворе. Босые ноги проскользили по зеленой дорожке, будто по маслу. В Джей чувствовалось всё то, чего не хватало полукровке – стремление к свободе, раскрепощенность и задор. Она порхала будто бабочка, оставаясь при том более чем человечной, не похожая на косматого медведя или вредную русалку. В ней жила магия, и она же буквально окутывала всё вокруг, в то время как Тирос продолжала чувствовать себя не в своей тарелке. Ей дарована была способность ощущать силу, окутывающую это место, но не был подконтролен дар управлять этой силой. – Джей, а ты сама хочешь вернуться? – Вопрос слетел со смуглых уст непроизвольно, и Рэйн даже вздрогнула, прикрыв рот рукой. – Прости, я не хотела... – Хочу, – честно ответила фея, подходя ближе, обхватывая горячими ладонями тонкие плечи, – я постоянно слышу её голос. Фейри зовёт меня, как звала и тебя в ту ночь. Тирос вздрогнула всем телом, спешно поджимая губы, дабы не спросить лишнего. – Я видела, как ты использовала свою силу, – попыталась приободрить подругу Джей, – это же потрясающе – ты элементал, так ещё и, скорее всего, управляешь водой! – Нет, это не так... Точнее, я не уверена... нужно узнать... – У директора? Ты за этим к нему ходила? – Джей наклонила голову чуть набок. Рэйн нахмурилась, делая шаг назад, однако на вопрос не ответила, вежливым тоном принося извинения, после чего направляясь через двор к общежитию. Расспросы сейчас опасны для Тирос. Ей нужно держать в секрете свои силы. Временно. И даже Джей не стоит знать об этом. Особенно, если это была не Джей. Тонкие лиловые губы изогнулись в улыбке – фея отошла в тень, и облик ее стал совсем расплывчатым, обращаясь в сине-рыжее пламя, придавая внешности более взрослые черты. – Что же ты скрываешь, Кристофф? – усмехнулась женщина, сливаясь с тенью, едва ли не на глазах отдыхающих учеников исчезая из виду. Рэйн забежала на второй этаж, бегло осматривая стальные номера комнат, прибитые к дверям. В общежитии довольно просто ориентироваться: нечетные номера до десяти находятся на первом этаже по левую сторону от входа, когда же четные – по правую. Девушки живут в левом блоке, имея раздельные от юношей душевые и уборные. У учеников также есть две зоны отдыха, одна из которых игровая, и подобие кухни – не все могут питаться по расписанию, потому такое удобство вполне оправдано. С шести до одиннадцати вечера вход и выход в общежития открыты, однако после покинуть стены без разрешения коммендатши довольно трудно. Если ты, конечно, не гарпия или перевертыш-птица – для них всегда есть запасной выход в виде окна. Тирос уже покидала общежитие ночью, но с трудностями при уходе не столкнулась – никакой охраны на входе ночью не наблюдалось, а коммендатша возвращалась в город после шести вечера, отсутствуя ночью в здании. Возможно, конечно, своим уходом она активировала некий магический барьер, сама того не заметив, однако и последствий никаких от этого не возымела. Вот и непонятно, чего все боятся. Разве что наткнуться на директора посреди ночи? Он будто вовсе не спит. Это даже печально, если задуматься. Дважды постучав по двери комнаты младшей из близнецов Леброн, Рэйн стала покорно ждать. Из соседней комнаты доносились девичьи голоса, переплетение сплетен и не особо искренний смех. Только благодаря тому, что дверь была приоткрыта, можно было узнать о происходящем внутри, в случае с близнецами всё было иначе – их комнаты заперты, а значит на них действует заклинание шумоподавления, которое без хозяйки аппартаментов снять невозможно. Вот и непонятно, есть ли вообще кто-то внутри или Тирос стучится напрасно. Прождав около минуты и трижды повторив попытку достучаться до владелицы, девушка уже собиралась было уходить, как внезапно дверь приоткрылась, а на пороге появилась потирающая глаза Миша, сонно бормоча извинения себе под нос. – Прости, я не знала, что ты спишь, – пролепетала Рэйн, склоняя голову. – Я не... ох, черт! – Леброн мгновенно оживилась, замечая, который на дворе час. – Мисс Силиэн меня убьет! – Окрашенные в розовый пряди моментально скрылись в комнатушке следом за владелицей, через дверь, достаточно широко распахнутую, можно было наблюдать за тем, как перевертыш копошилась в собственной одежде в поисках реферата по зельеварению, который, кажется, нужно было подготовить к сегодняшнему занятию. Соответственно, Тирос его не подготовила, и уже собиралссь обрадовать девушку новостью о том, что ее волнения совершенно напрасны, когда позади раздались шаги, а полукровка, напряженно вздохнув, взглянула на Джессу. – Привет, – спешно поздровалась та, опуская взгляд на сестру, будто намеренно избегая зрительного контакта. – Джесс, я у тебя не оставляла вчера..? – Реферат? – Перевертыш качнула рукой, держа увесистую папку с материалом. – Ага, как раз его и хотела занести. До урока восемь минут, успеешь? – Да, должна, – Миша моментально приободрилась, весело подхватывая полупустой рюкзак, из которого медленно вывалилась бутылка воды, прокатившись по полу ко входу. Рэйн неуверенно опустилась на корточки, подхватывая предмет и протягивая его владелице, на мгновение дольше задерживая взгляд на ней. Отчего-то всё желание попросить их о помощи вмиг улетучилось – у них были планы на этот день, и вмешиваться в них было бы как-то неправильно. Позади раздались шаги. – Ты в порядке? – Джей наклонила голову на бок, оглядывая сначала полукровку, а после и близнецов. – Бракс обеспокоен вашим отсутствием, я пришла убедиться, что никто не проспал занятие, как было на той неделе. Джесса молча отвела взгляд, а щеки её залились легким персиковым румянцем. – Да, всё хорошо, – развеяла напряжение, повисшее в воздухе, младшая из сестер Леброн, протягивая гостье руку. – Ну, так, что ты хотела, Тирос? Тебе нужна помощь с рефератом? Ох, или уже результаты по тесту вывесили? – Я не проверяла, – честно ответила Рэйн, принимая помощь. – Я... в общем, мне нужна ваша помощь. – Выудив из кармана на груди металл, она протянула пару монет на раскрытой ладони. – Официальный пропуск в Центр. Если поможете мне, я помогу вам, – решительно заявила она, глядя точно в глаза Джессы, зная, что основная проблема – она. Нужно подбить лидера, а после и её друзья подтянутся к выполнению поставленной цели. – Мне нужно в Нью-Йорк, найти одного... человека. Официальный пропуск занятий и снятие ограничения на вход в Центр. Джей присвистнула, привлекая к ним внимание проходящих мимо учениц средних классов, спешащих на третий этаж, в свои комнаты. – Кристофф прямо-таки расщедрился, – усмехнулась Джесса, задорно подмигивая. – Смотри, как бы Эльда не заревновала. – Пока я буду полезна, мне дадут некоторые привелегии – это обычная практика, – равнодушно пожала плечами Тирос, проигнорировав последнюю колкость. – И чем же ты будешь полезна директору? – Перевертыш чуть склонила голову на бок, выражая заинтересованность в разговоре, но не более. – Она может открыть дверь в Фейри, – ответила за полукровку Джей, внезапно приобнимая ту за плечо. – А нам пора решить, идем мы на урок или пропускаем. Звонок скоро. – У тебя есть адрес? – поинтересовалась Миша. – Нью-Йорк не маленький город, даже за день весь не обойти. Просто так в нём что-то искать бессмысленно, даже зная имя. – Да, должен быть, – девушка покосилась на дверь собственной комнаты, слегка закусывая губу от нервов, – так вы согласны? – Конечно, – младшая волчица задорно усмехнулась, расслабленно опуская плечи и перенимая готовый доклад из рук сестры, – в конце концов, мы твои должники. — Верно, – шепотом произнесла Джесс в смятении, – поможем только из-за этого. Джей не сказала ни слова, хоть и отчетливо услышала сказанное, а Тирос, наоборот, едва заметно улыбнулась, и улыбка та выражала не то благодарность, не то разочарование. – Эх, зря только вчера сидела, – потянувшись, пробормотала Миша, закидывая документ в комнату, куда-то в район незастеленной постели. – Всё можно будет пересдать, не волнуйся, – подбодрила подругу фея, похлопывая по плечу полукровку. – Ну-с, веди. – Да, я только адрес сверю. Встретимся у ворот через пару минут.

***

Холодный день в Нью-Йорке, да к тому же ещё и дождливый – не лучший спутник. Даже не подумав захватить зонты, волшебные создания вынуждены были перебежками добираться до небольшой кофейни в западном районе города. Непримечальное с виду местечко, внутри которого буквально цветет жизнь. Канарейки, свободно летающие по зоне отдыха, разнообразная зелень от привычных фикусов до георгинов и разведенных пионов, одаряющих своим густым ароматом пустующие столики, на каждом из которых стоит по горшочку с цветком. Джей выбрала нарцисс, отчего-то тоскливо напоминающий ей о чем-то далеком, и расположила рядом двух подруг, в то время как Рэйн принялась осматривать кофейню, переходящую в небольшую пекарню собственного производства. И когда она была увлечена изучением прилавка с пышущей жаром и ароматом ванили выпечкой, из-за угла внезапно показалась молодая девушка с белой, как снег, кожей и чудесными золотыми локонами, едва завивающимися к концам, собранными в высокий хвост. – Ох, не часто ко мне заглядывают гости, да еще и из нашего мира, – с улыбкой на губах поприветствовала она, махнув рукой ребятам у столика. – Ну-с, – обратилась дама с мелодичным голосом уже к полукровке, – вы по делу или просто от дождя укрыться? – У Тирос есть дело, – кратко уведомила Джесса, довольно хмыкая, – а мы бы не отказались от какао. – Мне чай, – Джей встретилась взглядом с феей, и та заметно приободрилась. – С ромашкой, – одновременно сказали феи, и хозяйка кофейни явно одобрила этот выбор. – А с тобой, как я понимаю, нам стоит переговорить с глазу на глаз, – наклонившись вперед, фея добавила почти шепотом, заговорчески подмигивая, – дочь элементала. Рэйн напряглась всем телом, не зная, куда деться от нетерпения. Она провожала взглядом даму, разносящую горячие напитки гостям. Внимательно наблюдала за тем, как фарфор ставится на стол, а комплимент в лице нескольких печенек с шоколадной крошкой и щипоткой каких-то незнакомых полукровке специй, опускается в центр на большой округлой миске с узором по краю в виде полупрозрачных золотых бабочек. – Идем, – шепнула хозяйка, задорно подмигивая, почти моментально скрываясь за прилавком у работающей печи. – Вы ведь элементал, верно? Кристофф сказал, что здесь живет один... – Ага, уже как с два десятка лет тут живу, – искренне произнесла мисс, протягивая руку в белой перчатке вперед для рукопожатия, – Элеонор. Можно просто – Нора. – Рэйн, – улыбнулась гостья, пожимая протянутую ладонь и окидывая пекарню воодушевленным взглядом, – у вас золотые руки. Вся выпечка такая красивая. На некоторых вообще будто картины из теста расписаны! – Верно, – Нора прошлась пальцами по столу в конце комнаты, стены которой скрывали девушек от гостей в зале, – всё дело в моем даре. Моя стихия – вода, – постаралась объяснить она с улыбкой на лице, – всё, что состоит из воды так или иначе, подчиняется мне. Конечно, за исключением живых объектов вроде людей, растений и животных. Но тесто, жидкость для мытья окон и даже краски – всё это подчиняется моей воле. Взмахнув запястьем, девушка тихо замычала тихую, но веселую по настроению песнь себе под нос, создавая связь с объектом. Сырое тесто в одной из мисок приподнялось по движению ее пальцев, изворачиваясь подобно змее, обращаясь в изящный кекс, шапку которого украшала поляна из подсолнухов. – Мои любимые цветы, – нежно прошептала Элеонор, развеивая чары – тесто так и осталось стоять, радуя глаз волшебным узором, – только здесь не цветут. Им мало солнца. А создать искусственное я не в силах, как и развеять облака. Ты знаешь, что это под силу элементалам воздуха? Не всем, конечно, – заверила она с усмешкой, – но многим. – Я не понимаю... – Чего именно? – Как вы поняли, что из всех стихий, ваша именно вода? Зайдя в кофейню, я подумала, что ваш дар связан с землей и цветами, но вода... – Забавно, но, знаешь, наш с тобой дар зависит целиком и полностью от своего владельца и может даже измениться с течением жизни. Но нет ни одного элементала, который одновременно мог бы управлять всеми стихиями. Слишком большая плата за это. – Выдохнув, Нора прикрыла глаза. – Я в детстве любила цветы, даже свой собственный садик выращивала на заднем дворе. Отца это забавляло. Он говорил: вот настоящая фея растет! А я всё смеялась, не воспринимая сказанное всерьез. Слышать голоса всего живого вокруг – немного... страшно. Особенно для ребенка. Иногда я действительно хотела их заглушить, – голос её чуть дрогнул, но улыбка и не подумала сойти с лица, – я теряла в этом хоре себя саму. И никто не мог мне помочь исправить ситуацию. Мне было страшно. И Рэйн, – она внезапно повернулась, добавив более серьезно, – никогда не поддавайся страху. Для элементалов он – худший противник. – Я... – в горле застыл ком. Девушка нерешительно сглотнула, не в силах отвести взгляд от пары зелёных ободов, – что вы... сделали? – Попыталась покончить со всем, когда перестала осознавать себя саму. Помню, как холодная вода сначала окутала тело, приятно пощипывая, а после закралась в легкие, заполняя всё внутри. Тогда я впервые услышала себя, только себя одну, и эта тишина вокруг... завораживала. Страха не было, было желание наслаждаться ею. И я осознала, что желаю жить именно так, с этой тишиной вокруг. Вода потоками растекалась под пальцами – мне нужно было лишь ухватить нужную ленту и подчинить поток собственной воле. Тирос не могла подобрать слов, которые можно было бы произнести в такой ситуации. Она знала, что услышанное отразится глубокой раной на сердце, но не думала, что рана та будет столь глубока. – Я, – собственный голос дрогнул под давлением слёз, – я знаю, каково это, поддаться страху. Голоса... я услышала их ночью, в совершенно обычный день. Мы с отцом жили в паре шагов от парка, и плач истерзанных деревьев заполонил мой разум, не давая сосредоточиться на чем-то ещё. Я запаниковала. Ощутила прикосновение, и страх поглотил меня. Тирос сделала паузу, пытаясь привести дыхание в норму, ощущая во всем теле неумолимую дрожь. – У нас... в комнате стояло несколько горшков. Растения в них от моего крика пришли в буйство и едва не... – голос перешел на шепот, слезы заструились по щекам, обжигая крупными каплями румянец, – не удушили его... Когда я открыла глаза, он был уже без сознания... Скорую вызвали соседи... мне не хватило смелости... а растения... они заполонили комнату и тянулись ко мне, что-то говоря... Но врачи их будто не замечали, уверяя взрослых, что это лишь последствия пережитого страха и мне нужно отдохнуть, а они верили... А потом... пришел мужчина... Колдун, если я верно поняла, и... и забрал меня... Рэйн не заметила, как теплые и немного грубые от работы руки, пропахшие горячим хлебом, обхватили её спину, прижимая дрожащую девочку к упругой груди. – Уверена, с твоим отцом всё хорошо, – нежно произнесла женщина, касаясь дыханием темных спутавшихся прядей, – и ты обязательно с ним увидишься. Но сначала... тебе нужно справиться с пережитыми эмоциями – нельзя допустить того, чтобы они вновь поглотили тебя. – Я понимаю, – всхлипнув, полукровка уткнулась носом в белую рубашку и края фартука, шмыгая носом, – но не знаю, как... – Если, как ты говоришь, тебя ко мне прислал Кристофф, то лучшего учителя ты не сыщешь. Ты знала, что ведьмы могущественнее колдунов и волшебниц? – в ответ раздался едва заметный неуверенный кивок. – А знаешь почему? – Пара глубоких шоколадных глаз поднялась к ней в непонимании, и Нора по-доброму усмехнулась, проводя ладонью по девичьему лбу, убирая короткие пряди в сторону. – Волшебники вынуждены учиться контролю магии, они учат заклинания годами и оттчаивают собственное мастерство в погоне за более высоким уровнем силы. Их сила в знаниях и опыте. А сила ведьм заключена в их эмоциях. Их отсутствие – это контроль. Их учат этому с детства, ставя ментальные барьеры, которые разрушить самой ведьме будет нелегко. И Кристофф это знает. Он знает, как контролировать эмоции лучше прочих. Не от отца, не от матери... Элеонор смолкла, внезапно отводя взгляд. – Пожалуй, не я это должна говорить, и явно не тебе. Просто знай: он может казаться тем еще ворчуном, но у него доброе сердце. – Вы, – Тирос поджала губы, спешно утирая слезы, – были с ним знакомы? – Ага, в студенческие годы. Он часто нарушал правила, и мне в нем это нравилось. До тех пор, пока его сердце не поместили в клетку, – пекарня и потрескивающее в печи пламя поглотили печальный вздох, а салатовые глаза наполнились отблеском давно забытых дней. – Я думаю, твои друзья заждались. – Я всё ещё не уверена, что могу... – Слушай своё сердце. И гони страх долой. Этого достаточно, чтобы найти свою стихию, юная Тирос. Ты ведь за этим ко мне пришла? – Грубоватые пальцы робко отпустили черные пряди, возвращая челку на место, и элементал отступила на шаг назад, указывая жестом на проход по левую сторону от девушки. – Как найдёшь свой элемент, напиши мне пару строк. Быть может, я окажусь права в своих догадках. – Вы знаете, что это может быть? – Рэйн в последний раз подняла глаза, устремив взор на хозяйку кофейни, встречая лишь таинственную улыбку и добрые глаза. – Была рада встрече, Рэйн...

***

–... эйн. Рэйн, – Джей легонько толкнула девушку локтем в бок, когда они возвращались к двери, ведущей в Центр, укрываясь данным Элеонорой зонтом. Джесса и Миша шли чуть впереди, весело обсуждая нежный вкус печенек и приятное послевкусие от кофе на языке. – Ты в порядке? На тебе лица нет. – Я... честно говоря, не уверена. – Ты можешь расказать мне, если хочешь. – Даже не представляю, с чего начать, – опустила напряженные плечи Тирос, прикрывая уставшие глаза. – Вот ты так ли легко перенесла путешествие в Фейри, как кажется на первый взгляд? Ты ощущаешь себя также? Или... будто совсем другая Джей? Фея призадумалась, но взгляда от девичьего лица не отвела, продолжая уверенно смотреть точно в её глаза. На сиреневом лице тускло поблескивала приятная улыбка, расслабляющая собеседницу своей невидимой силой. В Джей было что-то такое, загадочное, молчаливое, но столь приятное, что каждый разговор с ней оставлял после себя только приятные воспоминания. – Ощущаю иначе. Все мои чувства заметно обострились и связь с окружающей природой только усилилась. Мне кажется, будто каждое живое создание говорит мне о Фейри, зовет меня домой и просит помочь. – Боркхильт... – Она не сможет помочь, – улыбка стала несколько слабее и печальнее, но не угасла на совсем, – сказала лишь, что будет проведывать и если мне понадобится, выслушает с радостью. Это что-то, что идет изнутри, давит на меня и ломает. Будто наркотик. И мне становится только хуже день за днем. – Я могу... как-то помочь? – Спасибо, – только и ответила фея, потрепав черноволосую макушку уверенным движением. – Тебе самой помощь не помешала бы, верно? Вчера ты бродила во сне. – Мы же это уже обсуждали, – неуверенно пробормотала Рэйн, встречая в глазах собеседницы искреннее недоумение. –Прости? – Утром, разве нет? – Тирос остановилась, когда же черный зонт продолжил свое движение в руках феи, подставляя плечи и спину девушки под холодные капли. – Ты сказала, что видела меня... – Видела, но мы не говорили с утра, – Джей не восприняла сказанное всерьез, делая шаг вперед, удерживая зонт над их головами, – может, ты лунатишь не только ночью? – Может, – испанка опустила голову, чувствуя себя неловко. – Я ведь тоже тогда бродила из-за голоса родного мира. Хотела направиться за тобой, вдруг, ты шла за ним же, но меня остановила Сантра. – Сантра? – недоуменно переспросила Рэйн, сдвинув брови к переносице. Что-то в этом пазле определённо встало не на то место, ломая общую картину. – Значит, из-за этой прогулки ты и направилась к той фее? – подросток кивнула в сторону давно покинутой кофейни, не уверенная даже, что она находится именно в том направлении. – Да, но тут немного... – Вы долго там стоять будете? – раздался задорный голос Джессы, машущей рукой у подземного перехода. Мимо проехала машина, оставляя брызги на асфальте. – Расскажешь позже? – Джей вновь совершенно обыденно улыбалась, продолжая ход и шлепая босыми ногами по лужам. – Если ты... не против. – Конечно, не против. Сама же предложила. Облегчение. Вот что почувствовала в тот день Тирос, покидая дождливый Нью-Йорк. Она даже и предположить не могла, чем обернется для нее возращение домой. Её часть сделки о Центре. То, что искали близнецы. – Джей, – Джесса настойчиво одернула девушку за локоть, – возвращайся домой. Сейчас же. Тирос, ты поможешь нам. – Я провожу Джей, – Миша как можно быстрее потянула фею, засматривающуюся на знакомую дверь, обвитую цветами, утягивая её на платформу лифта, оставляя сестру наедине с полукровкой. – Без лишних вопросов. Кристофф не должен знать, что мы делали здесь, – холодно напомнила волчица, слегка скалясь. Рэйн молча кивнула, соглашаясь с поставленными условиями, напоминая себе, что и не собиралась этого делать. Конечно, если это не так опасно, как их прошлое приключение. Тихий голос молил о помощи, заставляя косо поглядывать на дверь за спиной, но Тирос старалась его игнорировать, сосредоточившись на поставленной задаче – открытии золотых врат, отчего-то неподчиняющихся Джессе. Стоило только потянуть металлическую ручку, как дверь отворилась, пропуская гостей в полутемный коридор пещеры. – Куда... ведет эта дверь? – не удержавшись, уточнила Рэйн, отпуская ручку и делая поневоле шаг назад. – В то место, о котором Кристофф не должен узнать, – напомнила близнец, взглянув на что-то позади полукровки – Миша вернулась, заметно приободрившись. – Джей будет в порядке. У барьера ждал Макс, он отведет её домой. Бракс также ждет снаружи, – уведомила она сестру, останавливаясь перед открытой дверью. – Рэйн, – протянула ладонь девушке, с благодарностью глядя в ее глаза, – спасибо, что помогла нам. Ты не принадлежала этому миру раньше, как и я, и я думаю, ты поймешь. Идем с нами. – Ты уверена? – Джесс явно не одобряла выбор сестры, но оспорить его в столь важный для обеих момент не могла. – Это может повлечь за собой... серьезные последствия. – Будет лучше, если она останется здесь? Мы в любом случае должны вернуться вместе, – напомнила младшая волчица. Девушка лишь пожала плечами в ответ, уставившись на их новую спутницу, делая шаг вперед и уверенно переступая порог. – Кристоффу ни слова, – улыбнулась болезненно полукровка, следуя за близнецами. Директор был в числе последних, кому стоило бы солгать в подобной ситуации. И увиденное в пещере, что скрывала внутри десятки детей, обреченных на вечное одиночество и пребывание взаперти – явно ужасная тема для разговора с ним, но столь обязательная для ребенка, выросшего вдали от магии. По возвращению в Страттфорд им предстоял серьезный и долгий разговор, на который у девушки уже не осталось ни физических, ни моральных сил. Однако, она всё же поднялась в башню и коснулась двери, уведомляя о своем прибытии, прекрасно понимая, что это вовсе необязательно. Уже ставший привычным голос разрешил войти, и ученица повиновалась, прикрывая за собой дверь. Подавленный вид и растерянность во взгляде, полностью завладевшие Рэйн после посещения монастыря и открывшихся у близнецов алых меток, выдавали ее с головой. Но, желай она иного, не стояла бы сейчас в его кабинете и не смотрела бы в загадочные золотые очи. – Расскажите мне, почему вы прячете отмеченных втайне от Совета? Стройная фигура мужчины медленно поднялась из-за стола, бросая документы на поверхность нестерпимо небрежно, после чего двинулась к девушке, которая впервые не отступила, смело сжимая ладони в кулаки. Он не причинит ей вреда. Она ему нужна. Не знает, зачем, но чувствует это, буквально ощущает каждой частичкой своего тела, поглощающей его магию. И прямо сейчас видит это на его лице – он растерян не меньше её самой. – Вы открыли дверь? – Я... открыла, – солгала девушка, не зная, обращается ли он к ней лично или подразумевает участие нескольких персон. – Что ты видела? Ком застревает в горле. От этого едва ли не напуганного вида Арчибальда её бросает в дрожь. Он не сердится. Не кричит. Не ругает. Он волнуется о том, что ей неподвластно. И от этого становится не по себе. Вся уверенность мигом сходит на нет, и она отступает, делает шаг назад, затем ещё один, пока не падает, спотыкаясь об отставленное к балкону кресло. Пара тонких рук могла бы сотворить заклинание и с легкостью поймать ее, лишая всех проблем, но Кристофф пожелал поймать ее сам, потянулся за ней, перехватывая тонкое запястье, рывком притягивая к себе, чтобы после перевернуться в движении и принять удар о перила на себя. – Мне жаль, что всё так обернулось, – тихо прошептал директор, не спеша отпускать подрагивающую под ладонями неродивую ученицу, – я ведь действительно желал разобраться со всем до того, как пророчество начнет ускорять свой бег. – Когда Рэйн приоткрыла рот, чтобы спросить, что это за пророчество такое и о чем вообще говорит её спаситель, мужчина заставил ее молчать едва уловимым прикосновением губ к холодному лбу, прикрытому этими нелепыми, как считала в тот момент сама Тирос, жидкими прядями. – Всё скоро закончится. Тебе не о чем волноваться. А пока... усни. Веки сомкнулись, и девушка обмякла в его руках, продолжая, однако, невольно обнимать его за талию, будто это единственное, что позволяло ей оставаться в более-менее устойчивом положении. – Люди такие хрупкие. Меня уверяли, что вы – лишь мусор под ногами, жалкий, недостойный внимания. Но не окажись ты здесь, не будь ты человеком, не испортила бы всё, что было уготовано мне судьбой. Нам всем. Всему миру. – Кристофф покосился на окутанный темной вуалью задний двор, который не освещала даже луна, затянутая тучами, и слабо улыбнулся. – Люди часто лезут в дела других. Иногда даже не по своей воле. Именно это и отличало когда-то вас от нас. А теперь мы стали слишком человечны. – Приподнявшись, Кристофф бережно подхватил спящую ученицу на руки, относя в свой кабинет. – Видимо, и я тоже.