Затерянные в Амфибии

— Милый домик, — усмехается Обри, открывая дверь вошедшим лягушкам и двум людям. — Э, вы его отжали, что ли? — Непонимающе смотрит на открывшую Мари. Она-то сюда постучалась, чтобы спросить насчёт огорода, а уже потом брата с жабой искать. — Ну а че, всё равно он ваш, почему в нём кто-то живёт? — Протестует жаба. — Потому что они огородом занимаются, пока нас нет. Знаешь, чтобы жить и кормить таких, как вы! — Даже с какой-то ноткой вредности отвечает Кел. — Сейчас сами его выращивать и будете! — Ой, возомнил тут себя и бойцом, и фермером! Спорим, взяли бы тебя налоги собирать, ты бы даже мешок не смог утащить! — Кел, уже было хотел согласиться на этот спор, как увидел отрицательно покачавшего головой старшего брата. — Не отжали. Эти лягушки разбирают какие-то коллекции чего-то в захламленной комнате. И ничего вокруг себя не слышат, — отвечает до этого молча стоявший рядом с напарницей Санни. Раньше бы молчал совсем до победного и не говорил настолько много. И не сказать, что Базилу не нравится поведение лучшего друга сейчас. — Захламленной комнате?! Коллекции?! Это же мои коллекции! — Встрепенулся средний брат, убежав в свою обитель. — Ха, так ему и надо! — Вредно усмехается Салли. Судя по выражению лица Обри, та вполне согласна с этим выражением. Будь бы головастик жабьим, наверное, эти двое бы неплохо так сдружились. — Так, ну мы, как и обсуждалось, всё, что пригодится и сможет пригодиться, взяли, — перевел тему Хиро, после того, как проводил взглядом младшего брата. — Вы двое же всё ещё не собираетесь брать много чего, да? — Ну а смысл? Мы ж дань сейчас не собираем! — Согласилась Обри. — Но еды я у вас бы взяла, ха-ха! — Ну вот куда её сейчас? Птицу Базила пощади, — хмурится Мари. — И так этот ваш жук такой затасканный был, я удивлена, как он, бедный, не заболел ничем! — Для этого и нужны ездовые животные. Смысл их жалеть? — Кажется, огрызается жаба. — Успокойтесь! — Сразу встаёт между ними Базил. — Споры о высоком тут не помогут. Либо мы едем так, как ехали, либо идём пешком. Впрочем, цветочник был согласен с Мари, что животных заматывать не надо. И что так очень трудно Полли с весом трёх человек, трёх лягушек (даже если туда входили один головастик и один в носке), жабы и вещей. Он определённо устроит ей хороший птичий отпуск после возвращения из третьего храма. Даже или особенно учитывая, что скоро обязано будет произойти. Что бы там Санни на тему короля и его предложения ни сказал и как бы Мари ни относилась к Хамфри.

***

Двигаться от Вартвуда к концу жёлтого луча и началу последнего храма было быстрее, чем от столицы. Полтора часа против двух. Его Полли ещё и вон какая умелица! Как же к ней относились прошлые тритоньи хозяева, что она настолько верная новому хозяину и совсем не вредная? — Ух, наконец-то мы закончим с этими хвамами! — Показала кулак месту, куда привёл луч, Салли. — Я уже так устала от них. — Тебя опять просто таскают! От чего вообще можно устать? — Вновь возмутился Кел. — И не закрывают одной, чтобы ты искала остальным выход! — Поддержала нападки друга Мари. — Ничего, я же сказал, что в ближайшие недели, судя по рентгену, твои ножки вылупятся, так что всё хорошо, — заверил Базил. Он и правда просканировал Кела, как тот и просил, и Салли за компанию. Ему это плюс в изучение интересного изменения анатомии здешних лягушек относительно их мира, среднему лягуху, что все с его организмом в порядке, а головастику подтверждения, что та скоро сможет ходить самостоятельно, пусть и преобразование в лягушку надо будет подождать год-полтора. Два в случае, если развитие решит задержаться, но в относительно адекватных рамках. — А пока воспринимай это, как одно долгое приключение, которое сможешь рассказать своим потомкам, — улыбнулся Хиро, перехватив с собой помимо сестры и часть вещей. Базил не считал родной дом близким ему местом. Конечно, он его очень много обживал с бабушкой, чтобы хоть немного то почувствовать, ибо родителям было не до того. Конечно, он всю жизнь будет любить деревни и маленькие города по типу Фаравей. Конечно, ближе ему была площадка в парке и дом Санни с Мари. Но почему в совершенно незнакомом храме он уловил такие дико родные и правильные нотки, когда они вошли туда всемером? Будто вновь остался ночевать у друзей, а не находится в параллельном мире. Даже если этот мир… — Я просто почувствовала себя странно в первом храме, можешь, пожалуйста, не пародировать то, как я выгляжу со стороны? — Просит Мари, словно выводя своим вопросом из некого транса. — А? — Отозвался Базил. — Нет, я не пародирую! Это место и правда красивое. Притягательное. Не похоже на другие два храма. И дело тут не только в ловушках или подобном! В подтверждение своих слов, парень достал полароид, запечатлев атмосферу. За альбомы, что он тащил на себе буквально всегда, Полли тоже надо что-нибудь в качестве награды дать! Ведь одно дело — что он «спину себе ломает и вообще», а другое — ещё одна лишняя нагрузка для птицы! На появившейся фотографии помимо жёлтой атмосферы, но не похожей на мочу, а скорее на какую-то позолоту, в кадр попали Санни и Обри, что-то рассматривающие. Если жаба почти видна не была, то лучший друг выглядел вполне себе вписывающимся в кадр. В своём стиле — да и сам Базил с детства любил чаще фотографировать людей в моменты, когда они не позируют. Просто в Амфибии камера адски пугала почти всех с ней незнакомых, поэтому так делать не стоило! «28.06. Еще один храм! Последний! В отличие от двух первых, этот прям какой-то совсем родной; (Прям вот хочется обнять и сказать: «Моё» 0_0! И это так не только с Санни… Но желания надо сдерживать, поэтому обойдемся простой зарядкой шкатулки полностью :) Это ведь нам понадобится не только для возвращения, а, например, для нашей политической миссии на Землю и» Базил закрыл альбом, убрав вещи и камеру. И только сейчас окончательно заметил какое-то столпотворение у одной из стен. Буквально он один только был занят альбомом, пока остальные обступили вокруг ловушки? Испытания? Той самой фрески, что они пытались найти в прошлом храме? Цветочник неловко вклинился между сфотографированными жабой и лучшим другом, стараясь никого не задеть. Стена была усеяна какими-то цифрами, а неподалёку от неё была дверь. Как такое сразу не заметить и что кодовые замки делают в храме — вопросы интересные. Но сейчас такая технология не в заброшенных не используется — следовательно о возрасте ещё один вывод. — Да, пиздец странно, — кивнула Обри, увидав ещё одного посетителя. — Эй, а что ей можно так гововить, а мне нельзя! — Возмутилась Салли. — Потому что она тупая жаба, а ты мелкий головастик! — Кел подвёл руку к панели и вновь взглянул на стену. — Давайте все подряд цифры вводить! — А если ловушки ак-! — Вырвалась из круга Мари, но не успела оттащить лягуха, как и ринувшийся то сделать Хиро, прежде, чем тот ввёл один из кодов. «3673», кажется. — Ауч! Меня чем-то побило! — Сощурил недовольное лицо писатель шифров, махая раненой рукой и показывая на аппарат. Из руки не текла кровь, и та не выглядела плохо. — Током, может? — - Предположил Базил, наклонившись и начиная внимательней осматривать руку. Тоже ничего не найдя при ближайшем осмотре. — Не знаю! Как иглой, но не иглой, — попутно объяснял Кел, но заинтересованно, как маленький ребёнок затих с улыбкой, услышав и переварив за пару секунд незнакомое слово. — А что такое ток? Мари ничего об этом не рассказывала! — Ну как тебе объяснить, — Базил начал думать о более подходящих словах для тех, у кого раньше было электричество, но сейчас того нет ни капли даже в столице. — Это способ… Связи. Движения. Но ни людей, ни земноводных, ни прочих живых существ. А частиц. Заряженных. Вот они тебя и бьют. В этом мире он сейчас не используется, но ключевое слово, что сейчас. — А я что им сделал? Код неправильный ввёл? Санни с сочувствием в глазах посмотрел на лучшего друга. Тот смекнул, почему ему сейчас предназначался этот взгляд и отрицательно помотал головой, показав палец вверх. На самом деле, сейчас в мыслях Базила мелькнуло осознание, что он бы с удовольствием научил чему-нибудь подростков или взрослых людей, если вообще его скромные навыки кого-то интересуют, с детьми просто трудно из-за их поведения иногда. И Санни… Нет, с ним не трудно! Наоборот — его тоже хотелось завести к себе в покои в замке и сидеть, как раньше. А тут ещё и делиться знаниями об Амфибии! — В любом случае, советую ничего не нажимать. А то вдруг второе предупреждение не будет таким мягким, — со словами Мари согласились всё же все — просто в разной степени. — Как насчёт отзеркалить? — Предлагает подошедший сзади Санни, но скорее таким тоном, что слышит только Базил. — Отзеркалить… Моя камера же тоже зеркалит! И искать ничего не надо! Можно попробовать! — Руки искали судорожно — отдельно от тела. Будто он уже успел далеко сунуть полароид — ага! На вспышку фотоаппарата вопросительно взглянули несколько пар глаз. И один с каким-то мягким одобрением. Даже Обри ей не особо удивилась, как-то делали тритоны, а скорее не поняла смысл действия. Либо жабы так открыто, значит, не удивляются, либо Санни уже что-то фотографировал на телефон. — Смотрите. Тут один цвет различается от остальных! — - Радостно оповещает Кел, уже полностью забывший об «увечии» и вставший на носочки, чтобы увидеть фотографию. Базил присмотрелся. Да, у надписей действительно отличалась одна — цветом, более ярким, чем у остальных цифр, и тем, что её можно было отзеркалить и прочитать, не проявляя усилий. «983389» — именно такое число отличалось от остальных. Кажется, оно называлось палиндром! Ну, не конкретно одно это, а целая группа чисел. — Вобьем это? — Не совсем уверенно спрашивает Хиро, после осмотра фотографии косясь сначала на Мари, словно ожидая её одобрения, а потом на Кела. Парень быстро кивнул, словно только ожидал этого вопроса и начал активно вписывать нумерацию немного подрагивающими от волнения пальцами. И когда последняя цифра была написана, дверь щелкнула. — Кстати, в механизме вполне мог использоваться ток. И электричество, — подмигнул Базил Келу. — А-а… — Многозначительно протянул тот. — А как вы двое сделали, чтобы у вас одновременно глаза заедали? — Я моргаю, — отвечает Санни. А его лучший друг же понимает, что сейчас стоит двинуться дальше.

***

«Приготовь традиционную Ньютопскую жабью жидкую лепёшку!» — Именно такой надписью компанию встретила следующее испытание. Благо хоть рецепт ниже был и оказался не на Амфибийских рунах, как та уловка в прошлом храме, когда Санни и Мари закрыли, судя по их рассказам. — Знаете, я вам как жаба скажу, что тут какой-то пиздец, — нахмурилась Обри, прочитав текст. — Во-первых, треть точно прадедов и прабабок у новобранцев подохли, когда мой прадед настучал им по башке и попросил приготовить после жаркой битвы жидкую лепёшку. — Треть?! — Воскликнула Мари. — Выживают сильнейшие, — как-то безразлично пожимает плечами жаба. — К тому же, большинство уже успели потомство наложить, так что че терять. — Мне даже страшно спрашивать, но во-вторых? — Прерывает тему Хиро. — Какие, нахрен, традиционные жабьи блюда в Ньютопии?! — Рявкнула на вопрос генеральша. — У нас если кто-то там и тусовался до тупых законов, так единицы. И то в основном старики безрукие какие-то. — А вот и нет — строителей и наёмных рабочих в городе было достаточно, чтобы культура была менее закреплена, чем тритонья, но тоже достаточно распространённой. Даже сейчас нашёлся тот, кто тайно использует вашу рабочую строительную силу, — вклинился Базил. — Но и я сам перестраивал кварталы, которые были предусмотрены для других разумных рас. Не совсем сам, один, конечно, но я это к тому, что знаю не понаслышке. — Но они же лишь на время приезжали в столицу?! — Недопоняла Обри. — Много кто служил потом! Да и вообще, эти грязные саламандры! — Ну вот — культура. И традиции. Пусть и не в совсем привычном понимании. У вас и кочевники как таковые не встречаются, — кивнул Базил, не замечая, как уходит в детали. — Такими отчасти можно назвать жаб, но это скорее с натяжкой и не то, чтобы грубо, но- — Но ты сейчас слишком похож на тритона, — прыснула генеральша. Санни взглянул на неё с упрёком, но лучший друг словил его взгляд чуть раньше, кажется, увидев в нём дикий интерес, словно лейтенант засмотрелся на что-то. Или кого-то. — Эй, давайте вместо этого уже начнём читать! — Предложила Салли, и Кел, услышав это, начал громко и начал читать с каким-то настолько преувеличенным выражением, что аж становилось смешно: — Вода — два литра, растолченное пшено — килограмм, овощи, отобранные у лягушек по вкусу, мухи по вкусу, как можно больше помидоров, сколько сумеете. Всё перемешать тщательно и варить долго! — Э-э, у нас рецепты, даже устные… Понятнее? — Постарался дать отзыв услышанному честно, но вежливо, Хиро. — И что такое вообще — помидор? — А помидор — это то растение, которому мы хотели тебя скормить, — Обри сказала это с таким выражением лица, словно не договорила «а, может, ещё и скормим, поэтому пока не расслабляйся». Базил поежился. Он так и знал, что эта тема не сможет остаться неразрешённой. Но старший лягух промолчал с вопросительным выражением лица, ожидая продолжения объяснений, а жаба не стала развивать эту ветвь диалога. — Оно на вкус, как помидор. — Теперь мне интересно, откуда вообще ты знаешь, какие на вкус помидоры! — Недоуменно проговорила Мари. — Теперь мне интересно, что клали рядовые в ту пиццу вместо томатного соуса, — продолжил с большим недоумением Санни. — На эти вопросы вы хрен найдете ответы, — оскалила зубы в странной ухмылке генеральша. -… В любом случае — остальные ингредиенты нам брать из своих на эту всю чачу, так? — Судя по выражению лица пианистки, ей не очень хотелось тратить хорошую еду на откровенную бурду, даже если в Амфибии она явно перепробовала многое. — Не так! Не так! — Кел активно махал рукой, показывая на какие-то скульптуры вокруг себя. Те были сделаны в виде красиво держащих одну глубокую миску двух лягушек и были заполнены всякими овощами. Неясно, какой свежести, но этот суп-»лепёшку» не сказано, что надо будет есть! Но и про то, что однозначно не надо — тоже ни слова. Также неподалёку взор натыкался и на кувшин с жидкостью. Судя по цвету и отсутствию каких-либо реакций — вода, но сходу, так это или нет, не скажешь. — А если всё же придётся это есть, то? — Скривилась Мари. — То ты ела вещи и похуже, — напоминает Санни. — В первые месяцы здесь точно. И в любом случае. Жв- п-помидоров здесь нет. — Как же, и это тоже есть! — Протестует Кел, убегая с факелом куда-то вглубь. — Вот много бы знал, захоти быть со мной двоюродным! А-а- Он кусается! Другом! — Кел! — Уже первым, передав вещи и младшую сестру первому попавшемуся, побежал в сторону нерасторопного младшего брата Хиро, и почти за мгновение принёс его оттуда на плече бегом и запыхавшись. Мари перехватила среднего лягуха, пока Базил отдавал вещи и Салли назад в руки, мысленно удивляясь такой скорости и силе. Хотя, адреналин. У лягушек он тоже есть? Или его подобие! — Вот надо тебе одному броситься неясно куда. — Почему же неясно куда? К растению! — После этого объяснения Келом, Обри не сдержалась и начала дико хохотать, приговаривая себе под нос что-то про смену главы фермы и всю семью каких-то, каких не удалось расслышать. — К помимдору же! — Помидору, — поправил Базил. — И больше так не делай, пожалуйста! Взрывчатка у меня всё ещё с собой. — Вот почему-то всё такое ты предлагаешь решить бомбой, — задумчиво выдал средний брат, пока его опускали на землю. — А ты почему-то в таких ситуациях любишь навредить себе. От этого лучше никому не станет, — парировал цветочник, отводя взгляд в сторону и взглянув на лучшего друга. Санни глянул так на лучшего друга, словно тот сделал что-то такое, что могло предать доверие. Базил мгновенно вздрогнул, и от такого взгляда потерял любые логические мысли. Не от страха, что его ударят — от страха, что он правда сделал что-то такое, и самое главное, не заметил того. — Мы достали бомбу у деревенского сумасшедшего. Базилу же её дал король для подрыва той самой библиотеки, откуда мы достали огромную книжку про храмы на рунах, — мгновенно урегулировала ситуацию Мари парой слов. — Не знаю, ту, не ту, но почти все библиотеки в Амфибии недавно сожгли, — усмехается Обри, пока Санни подходит к Базилу и смущённо бормочет извинения, вызывая смущение ситуацией уже у лучшего друга. — Эй, хватит там хернёй какой-то страдать, вы, двое! Лучше скажи-ка мне, цветочек, че будешь делать, если эта взрывчатка не долетит и подорвёт нас? — Цветочек? — Задаёт, естественно, самый логичный в данной ситуации вопрос Кел. — У него цветок на голове, придурок. Как ещё не грохнулся. И ты, и цветок. Базил не особо слушал эти препирания. Он и правда задумался над вопросом Обри. Он не самый меткий человек, и может толком не получиться кинуть взрывчатку прямо в рот существу, даже если использовать себя, как приманку. А пилум уж тем более, да и вряд ли один лишь он убьёт хищника. И… Точно, он же читал о жабьих способах казни и в том числе об их любимом плотоядное растении! И любимое оно у воинов неспроста. Во-первых, его трудно изловить, ещё труднее вырастить вручную, не в дикой природе. Во-вторых, из той же ямы оно вырваться не сможет, но сжирает всё, что попадает в поле его досягаемости — и трупы, и живых существ, и помои. К ядам тоже устойчив, но вот взорвать изнутри Базил думал, что можно. Другой вопрос, что он не будет в этом деле рисковать ничьими жизнями, кроме своей. А там есть вероятность, что придётся. Ну, про вкус помидора он узнал, правда, только сейчас. И… Можно же аккуратно поджечь листву! Это растение горит просто прекрасно. Главное, не обжечься, не сжечь ничего и не дать себя сцапать, пока подносишь огниво к листве. — Чего уже удумал? — Сразу смекает Мари, лишь глянув на лицо парня. — Ты небось изучал эту махину? — Только по местным книжкам. Но, думаю, у меня для плана хватит и этих знаний, — цветочник взглянул на жабьего лейтенанта и его командиршу. — Надеюсь, вы меня поправите — на практике как раз вы жили в одном месте с этим хищником.

***

— Этот план звучит как что-то не очень надёжное, — сразу высказался Хиро, едва ли Базил озвучил план, а живущие в жабьей башне не исправили его. Вот вообще нет. — А вам и не придётся собой рисковать! — Широко улыбнулся цветочник. — Главное, держите покрепче вещи и Кела! — Эй, я что, похож на головастика?! — Салли и Обри под этот возглас лягуха не сговариваясь, рассмеялись. Базил невольно предался размышлениям об этих девочках. Может, они сумеют подружиться? Обри и Салли. Ну насколько возможно такое вообще с огромной разницей в возрасте и с тем, что твоя старшая подруга пыталась казнить такому растению твоего брата… Даже если планы делал Санни… О взаимоотношениях земноводных Базилу думать также трудно, как и о простых человеческих! В любом случае, о лучшем друге он за произошедшее менять мнение как не собирался, так и не собирается. — Только вот я о тебе беспокоюсь, не о себе, — прервал поток мыслей Хиро, глядя на цветочника. — А что обо мне беспокоиться? — Парень прикрыл глаза, ещё раз прогоняя план. Ну у него же более-менее быстрая реакция и опыта больше, чем при том же восстановлении моста и борьбой с тем чудовищем, что вообще может пойти не так! — А я согласен, — кивнул Санни. — Что опасно. Судя по всему, согласна была и Мари. И лишь Келу с Салли и Обри такое было всё нипочем. — Ты же сам говорил… — Базил глядел прямо в здоровый глаз лучшего друга. — Что тут силы у нас больше, чем в нашем мире… И мы уже не просто два социально отсталых ребёнка, которых иногда за собой таскает популярная и успешная сестра одного из них! — Э? — Взглянула вопросительно пианистка. — У вас, что ли, серьёзно комплексы по поводу этого? Ну просто не всем дано чувствовать себя комфортно в компании людей. Санни молча уткнулся Базилу куда-то в район лопаток. — Ой…

***

В итоге удалось убедить Хиро и Мари заняться готовкой и вдвоём решить, класть всё же что они принесли с собой или что давал храм «в дар». Хотя нельзя отрицать, что выглядел этот дар как минимум отвратительно. А лет ему наверняка больше, чем всем испытуемым вместе взятым. Но Санни не отступал от своего мнения, что ему ни говори. Даже если убеждать его так, как только может знающий его почти всю жизнь человек. Лучшие друзья отошли в сторону. Даже сейчас, когда уже столько произошло, Базилу было гораздо легче беседовать наедине, что уж говорить о жабьем лейтенанте. — Ты просто не видел, как та тварь жуёт, — хмурится лейтенант. — Но Хиро же жив? Вы что, устраивали казни своих же? — Уточняет Базил. — До такого пока ещё не дошло. Пока ещё, — Санни задел свою повязку рукой, будто бы или на самом деле почесав глаз. — Но мы скормили «Бон-бону» достаточно мусора. Чтобы видеть, что он жрёт их как вселившийся Вендиго человечину. — Но никому же из жаб не оторвало руки, да? Или вроде того? — Базил поддел повязку и не встретив особого сопротивления, снял её с лица, аккуратно погладив другой рукой рваный и совершенно не маленький шрам. — Красиво. До цветочника не сразу дошло, что то он сказал вслух и сделал не в своих мыслях, завороженный необычным, но лично для него приятным действием. Базил смущённо прикрыл лицо рукой и вспыхнул, мгновенно отстранив вторую. Но Санни не планировал отходить или отпрыгивать, злиться, что-либо говорить, лишь ожидал действий со стороны другого парня, но Базилу показалось, что тот и вовсе безмолвно просил продолжить действие. И он продолжил, вернув руку, продолжая вести рукой по шраму и назад. Неуверенно, надеясь, что кто-нибудь не решит позабавить своё любопытство, посмотрев, как там кого собираются убеждать. Это было очень смущающе, неловко, но и что-то, заставляющее содрогаться сердце, как дикое. Но в то же время что-то гораздо лучше большинства романов из фильмов или тех игр, где такое было сделано ради виду. Оно было в реальной жизни. Оно было лучше, чем в мечтах, сейчас со всеми своими шероховатостями, неидеальностями и грубоватостями. — Ты не урод. Ты не стал хуже из-за потери глаза. Не стал хуже из-за попытки казни. Не стал хуже из-за этой кучи шрамов. Я буду рядом, будь ты тихим слушателем или закаленным в бою воякой. Неважно, сколько у тебя будет глаз, — Санни ничего из перечисленного не говорил вслух, но было видно, что хоть одна из этих мыслей его однозначно долго мучала. Даже если в глубине души, и он сам мог до конца не осознавать того. И было видно, что лучший друг сейчас ощущает гораздо больше, чем выражает. И Базил был вполне не против. Смущение уходило куда-то глубже, освобождая приятное чувство в районе груди. Освобождая и вместе с этим осознание, что сейчас он всё делает правильно, что бы то вообще ни значило. — Баз… — Подал голос Санни, положив свою ладонь на чужую исследующую. — Да, Солнце? — Базил прямо физически почувствовал, как губы сами расходятся в широченной улыбке. Но договорить не дал крик Обри. Быстро стало понятно, что та просто ругалась с Келом и Хиро на пару по поводу приготовления, и из чего готовить, попутно сыпясь проклятиями и вовсе угрозами. Казалось бы, типичная манера общения, но этот услышанный спор словно бы разогнал мягкое тягучее состояние цветочника, вернув смущение с неловкостью, так добавив тех ещё большее. — Н-но снял п-повязку я не для этого, — смог вымолвить парень, перед этим вновь отдернув руку. — А для чего? — Сменил настроение разговора и лейтенант, пусть и во взгляде можно было ненадолго прочитать «я с этой Обри либо с ума сойду, либо всё же прибью её этой новенькой битой». — Ты пожертвовал глазом ради нашей тайны, — Базил не осмелился назвать ради чего конкретно, всё ещё опасаясь, что их подслушивают. — Не в прямом смысле, конечно, и это не главная причина, грубо так говорить, но мы же оба знаем, что это так. Ты мне так и не сказал, какое у тебя виденье нас, раз ты не доверяешь королю, но мы же в одной лодке! Мы всегда в ней были! — С королём — не думаю. Не в одной. А то мы плавать не умеем. Утопит он нас. Баз, он ведь правит не первую сотню лет, — Санни мягко взял повязку из чужих рук, но не торопился её надевать. — Я достаточно на него нарыл. Чтобы точно тебе сказать — он тебя обманывает! Амфибия — достаточно гостеприимный мир, но- — Но ты просто к нему предвзят! — Базилу не хотелось прерывать лучшего друга, наоборот было приятно слушать его голос, но сейчас спокойным остаться он не мог. Хамфри тоже был его другом, пусть и необычным и совсем недавним. — И я не про это. Нам понадобится шкатулка, и лучше я буду рисковать один ради дела, чем если сразу все будут мешаться. Не хочу их оскорблять, но это скорее будет так! И будет очень опасно! Даже если Салли оставим посидеть где-нибудь. — Позволишь тебе помочь? — Вздыхает лучший друг, понимая, что тут уже не убедить остаться в стороне ради самого же лучшего друга. -Ладно, если я задержусь, то хватай меня и уноси подальше. Но только если задержусь больше, чем на десять секунд рядом с этим помидором!

***

Хотя, Базилу пришлось мысленно признать, что подбираться к плотоядному растению было жутко. Жутче, чем к венериной мухоловке, например. Да и такое сравнивать даже глупо. Даже неясно, зачем он начал сравнивать. Парень взял огниво сразу обеими руками. Если вдруг одна дрогнет, то, может, вторая всё закончит, как надо. Щелчок, поджёг, молниеносная реакция, и листва загорается. На секунду в голове поджигателя проносится мысль, что этот помидор ему даже жаль. Сгореть заживо, пусть и ты питаешься живыми и разумными существами — ужасная участь. И эта мысль стала фатальной, ведь левую руку от части кисти до начала брони где-то у локтя кольнуло больно, резко и так внезапно, что Базил далеко не сразу понял, что вообще происходит. И не сразу понял, как кто-то резко и быстро оттащил его назад. Санни. — Зачем?! — Цветочник заметил, как глаз лучшего друга, до того горевший серым, как и небольшое эфирное пространство рядом с ним, затухают. Жабий лейтенант ему говорил, что научился использовать эту силу, но Базилу такое зрелище показалось очень притягательным, что ли, даже если мысли вообще должны быть заняты истекающей кровью рукой. У него вот вообще, наверное, никогда так не получится управлять этим всем так, как-то делал лучший друг! — Что — з-зачем? — Базил осмотрелся. Цветок горел. Причём горел, издавая какие-то гортанные звуки и пытаясь вырвать свои корни из небольшого участка земли, куда был засажен, окружённый каменным полом с иллюзией позолоты. Он же его зажёг, даже если жаль на такого смотреть, в чем проблема. — На руку свою глянь, — Санни тем временем двинулся куда-то в сторону сумок, достать аптечку. С такими нестандартными способами решения проблем, как в храмах, особенно именно на вторых испытаниях — очень нужная вещь. И, значит, проблема в его состоянии? Человек рассмотрел себя, как и просил лейтенант. Боль шла от левой руки, на которой красовались отметины зубов, которые успели настолько впиться в руку, что дошли до сосудов. Благо, вены не были задеты, ибо укус был с внешней стороны, а рукой можно было двигать спокойно. — Ну, с реакцией немножко беда вышла, с кем ни бывает, — цветочник запустил свободную от ран руку в волосы, перед этим положив огниво рядом с собой. — Главное, что помидоры будут. Пусть уже и немножко пережаренные. Помимо Санни с аптечкой, к пострадавшему подбежали Мари с Хиро, видимо, поняв, что что-то происходит. В стороне не остались и Обри с Келом, ругаясь и занимаясь уже умершим, но всё ещё достаточно горячим плотоядным растением. Даже если вместо томата там на вкус уже может быть просто пепел, и, особенно лягуху, высок риск обжечь руки. Лейтенант промолчал, но было видно, что с первой частью высказывания лучшего друга он не согласен. Хотя, это не то, что бы лицемерно, но странно, учитывая, что тот небось адски вкалывал, чтобы удержать свою должность и двигаться к цели. Базил не торопил и не прямо выпытывал, какое там виденье, хотя мог. Ну не казнит же Санни короля! — Вот все какие-то такие идеи заканчиваются ранением! — Вместо того, чтобы вспылить, Мари грустно покачала головой, вздохнула и начала помогать заниматься раной. — Ничего, главное, что ампутировать не надо, — поджал губы Базил. — Вторые испытания тут просто один краше другого, даже если иногда похожи на какие-то клише. — Поплюй! Ампутировать тут!

***

Но работа с испытанием была ещё не закончена. Общими усилиями вода была нагрета и усыпана ингредиентами. От лепёшки в котле, который тоже нашёлся в комнате испытаний и вполне подходил для готовки, осталось… Даже названия не осталось. Как и от сожжённого помидора. Впрочем, Базилу стало жаль существо ещё больше, когда в голову пришла мысль, что это растение сидело тут столетиями. Оно, конечно, выносливое, но как вообще выжило без солнца и пищи, на таком малом клочке земли? Впрочем, опыты уже не проведешь. Ещё и руку замотали, благо, парень всегда был правшой. — Честно, я надеюсь, что мы это не попробуем. Я этому храму готова целую оду на пианино написать, если так. — Это не тот храм, где надо было такое делать, — качает головой Хиро. — Да я знаю. Но тебя разве не тошнит с одного этого запаха? — Мари показательно провела ложкой по гуще и вдохнула, сморщив нос. — Я это к тому, что надо было наши продукты использовать. — И горелый помидор? — И горелый помидор… Входная дверь в другую комнату, которая тоже обнаружилась при осмотре, щелкнула. Обри подошла к ней и осмотрела. — Пф, там два замка, — выдала мнение жаба после осмотра. — Щас подождите, всё будет. И как сразу в голову мне не пришло? Хотя, нет, пришло, я ещё в прошлом храме хотела! Под «подождите, всё будет», девушка подразумевала то, что она начнёт выбивать сейчас дверь ногой. А, уже начала. Прям со всей жабьей силой, и, так она, наверное, могла вломиться в дом лягушачьего семейства или в какие-то жабьи или тритоньи места, даже если те были заперты. Но дверь оказалась крепкой. Базил вообще испугался бы вставать на пути у такой генеральши, даже если она вообще была без армии сейчас. Замок же был иного мнения. — Да какого-! Из чего его там вообще, нахрен, сделали?! — Обри стукнула ногой ещё раз. Не помогло. Принялась бить битой. Только осколок стекла или чего бы то ни было оставил трещину на двери. — Из желания, чтобы мы всё же съели суп, видимо, — в своей якобы задумчивой манере отвечает Кел, даже не говоря ничего язвительного жабе. Санни молча сосредоточился, включив серую силу. Может, здесь она ведёт себя не так странно, как в прошлом храме? Ну и странно или нет, Базил мог судить только по словам. Но даже выпущенные серые руки, тронувшие всем скопом лишь дверь, даже сам Санни, окружённый аурой не смог открыть дверь, выломать, выбить, сломать. А в таком облике сил должно быть немерено. И даже если лучший друг не смог, Базил всё равно восхищённо наблюдал за ним. Салли тоже удивлённо раскрыла рот. — Это… — Пробормотал Хиро, кивая в сторону брата Мари. — Его аниме-сила, да, — кивает старшая сестра. — Видимо, пришла от шкатулки, но я не уверена, не беспокойтесь. — По-моему, наоборот стоило бы беспокоиться! — Несмотря на сказанное, максимально безмятежно говорит Кел. — Пф-ф, он её настолько часто тренирует, что уже не удивляешься, — кивает Обри, оставшаяся самой безразличной на такое проявление сил. — И че делать надо? — Ну ладно, я всё равно попробую съесть странную лепешку! — Широко улыбаясь, едва ли увидел, что какая-то магия не поможет отвечает лягух и подносит ложку, схлебывая прямо с неё. — Отвратительно! Попробуйте тоже! — Что, даже хуже твоего этого Апельсина Джо? — Скривилась Салли. — Гора-аздо! И не бодрит! Зато не рвёт! — Съевшему, кажется, вообще незнакомо слово «сарказм» — он говорил подобное серьёзно, с какой-то дикой жизнерадостностью. — Ладно… Я следующий, получается? — Взял на себя смелость Базил, отошедший от красоты зрелища. Трудно такое было проглотить, но благо, хотя бы пережевывать не надо. Такое действие дало уверенности попробовать стряпню и Санни. Тот молча начал и молча закончил, лишь безразлично пожав плечами. После подошла и Обри и рассмеялась, когда попробовала. — Мух маловато и будто дань невесть кто собирал, а так вкус, как из детства, когда один придурок прибил по пьяни растение, которое до Бон-бона было, — решив, видимо, что остальная байка пойдёт только под костёр и бордлок или что-то подобное, девушка ещё захлебнула себе ложку. Никто из присутствующих, кроме неё, так сделать не особо захочет. — Ну, — как-то неопределённо ответил Хиро, когда право есть перешло и к нему, и он его исполнил, лишь скривившись и очень нервно улыбнувшись. — Что «ну»? Я это есть не буду! — Возмутилась Салли. Но Келу было всё равно на эти возмущения — он сунул сестре ложку в рот, пока та ругалась. — Фу! Идиот! Меня сейчас вылвет же! — Скорее кричала, нежели правда рвала, как говорила, головастик, когда часть пришлось всё же съесть, а часть оказалась выплюнута на пол и среднего брата. — Осталась только я?! Ну нет! — Девушка буравила взглядом котёл. — Ну даже каблуки проще! Санни всё также молча достал воду и повертел ею перед сестрой. Та намёк поняла и скривилась ещё больше, чем Салли, но через силу проглотила, сразу после этого присосавшись к питью с таким остервенением, словно прошла десять километров по пустыне. Проглотив питье, девушка разразилась руганью жабьей кухни. Послышался второй щелчок. Либо их тут опять заперли, и тогда начнётся какой-то массовый спор, если и вовсе не драка, либо даже уже замок над ними сжалился. Базил, успевший уже сфотографировать котёл, пошёл проверить, на ходу работая с полароидной фотографией. — Открыта! — Вскоре оповещает всех цветочник. Значит, это испытание они прошли! А пока он отошёл чуть в сторону, решив пропустить всех вперед себя и заняться вклеиванием фотографии, что было небольшим испытанием с одной рукой, но не таким трудным, как если бы повредилась всё же другая. «28.06. Это лепёшка! Да, я не шучу — лепёшка. Пусть и жидкая! На вкус было отвратительно, и мне поранил руку помидор, который оказался в Амфибии мутантом, но таково было испытание. А Обри вообще понравилось!» Даже если фотография горящего цветка выглядела бы тут вообще в тему и красиво, то для Базила всё равно такое было бы грустно. А трупы фоткать — тем более такое себе… Даже если трупы растений! — Я вас догоню! Пока лепёшки нажрусь! — Криком предупредила жаба, когда остальные шли в другую комнату. Базил вышел последним — вместе с Санни, который подождал, пока лучший друг разберётся с альбомом.

***

— Красиво тут у тебя всё вклеено, — признается в наблюдении лучший друг. Обри там ещё ела, а лягушачья семья с Мари ушли вперёд, поэтому они вновь остались наедине до тех пор, пока не нагонят остальных у следующего испытания. — Хочу, чтобы наши приключения остались навсегда. А, может, альбом и вовсе кто-нибудь найдёт, — Базил улыбнулся, не став скрывать свои заметки. Ему неловко было в таком признаваться, но Санни должен понять. К тому же, это были не те самые страницы, где он восхищался тем, как классно выглядел друг в новом образе — не только в броне, а ещё и с другой выдержкой, другой походкой, другим взглядом. — Мы создадим новые воспоминания, — кивнул лейтенант жаб. — И никто с твоего трупа ничего снимать не станет. Потому что ты не труп. А живой. — Согласен. Мы ещё слишком молоды, чтобы думать о смерти, — взгляд парня невольно упал на забинтованную руку. В какой-то момент ему показалось, что о нём так заботились, словно он не сломал, даже если мозгами Базил знал и понимал, как и почему накладываются повязки. Не пластырем же это всё облепливать! Тем более, когда Амфибийские аналоги и пластырем трудно назвать. — Ну и что тут? — Парень задает вопрос и кивает подруге, которая уже что-то высматривала с лягушками. — Здесь какие-то очередные головоломки, — отвечает пианистка. — Ну, сам погляди, в общем. И Базил взглянул. Очередная странная надпись, как и было в прошлом коридоре, которая должна стать разгадкой. «Мозги должны оставаться холодными — сердце горячим». Насколько буквально те, кто сделали этот храм восприняли подобную слишком человеческую фразу — неизвестно. Рядом была дверь. Она прямо веяла холодом даже тогда, когда её не трогаешь и не открываешь. — Я вот просто думаю, почему нельзя было в первых двух храмах просто оставить надпись, а не делать голоса и руны, — отозвалась Мари, когда поняла, что брат и друг тоже прочитали написанное. — Вы туда не заходили же, да? — Кивнул Базил на дверь. — Она открытая? — Не заходили, но да, эта дверь открывается. Выход где-то вон там, — Хиро показал рукой в совершенно другом направлении. — Ну это судя по тому, что она закрыта. Наверное, выбить её не получится. — Да, надо уже привыкнуть, что все закрытые двери не откроешь пинками, и они ведут только дальше, — кивнула девушка. — Заходим в эти холодные мозги? — Куда это вы без меня собрались? — Идёт к ним Обри. — Есть со мной не собрались, куда-то уперли! Куда вообще? — Ну ты сама решила то доесть, мы тут вообще причём! — Кел обвинительно нахмурил брови, глядя на жабу. Хотя, выглядело даже это забавно и добродушно. Санни же молча указал рукой на табличку, которую его напарница одна не читала. Обри присмотрелась, начав делать движения губами, видимо, читая себе под нос. Кел зашёл в комнату первый, не став дожидаться жабу. Заодно и взял Салли из рук брата, даже если та сопротивлялась на пару с Хиро, который был против, чтобы сестру трогали без согласия головастика. Но всё же потихоньку заходить стали все. И Обри, которая дочитала записку, тоже. Несмотря на какую-то любовь душой, что ли, этого места, этого всего храма, заходить Базилу в открытую дверь было страшновато. И он в своих намерениях не ошибся. Внутри комнаты было холодно. Ну прям очень, для такой-то одежды, особенно той, что у Мари. Тут было как в зимние дни в Фаравей. Там, конечно, не Канада, но и в Амфибии ниже минуса ничего не опустится ни в какой период года. Ни минуса Фаренгейта, ни тем более минуса Цельсия! — Ой! Никогда не чувствовал такого холода! — Кел обнял себя руками, но не то что бы это смогло особо помочь. — Ты и не должен был. В Амфибии даже нет умеренного климата как такового, у вас мёрзнут только горы. Но они и у нас зачастую мёрзнут, — Базил обвёл взглядом комнату и довольно быстро нашёл листочек, помеченный цифрой «1». В голову сразу же пришло взять в руки и перевернуть находку, даже если было холодно. Никто не был одет по погоде, пусть и броня была по таким параметрам явно лучше, чем простая одежда. Текст читался глазами быстро, мозгом воспринимался судорожно: «Каких животных лягушки могут завести как питомцев ошибочно из-за расположения деревень рядом, но при выросте личинок, те жестоко убивают хозяев и питаются их мясом? Ответ говорить вслух.» — Хиро?! Салли?! Кел?! — Послышался крик среди ругани на холод и попытки, видно, выйти из комнаты. — Черт, даже Обри! Базил осмотрелся. И если им троим, людям, было холодно, особенно в таком одеянии, особенно самой старшей, то оставшаяся компания земноводных замёрзла! Просто превратилась в какую-то комичную ледышку! Словно кожа превратилась в металл. Даже замороженные глаза у них остались открытыми, и, казалось, или даже так и было, что те могли наблюдать и наблюдали за остальными. — Надо их разбить?! Что вообще?! Дверь не открывается! — Мари ещё раз стукнула по двери и достала меч с явным намерением вытащить Хиро, что был ближе всего к ней из замороженных. — Нет, так ты ему можешь навредить! — Подбежал к подруге Базил, взявшись пораненной и вылеченной рукой за рукоять меча. — А нахождение в ледышке ему, значит, на пользу пойдёт? — Девушка вздрогнула, но всё же реакция не дала ей ранить друга, только повысить голос. -… Им пойдёт. — Они же холоднокровные? — Подал голос Санни. — М?.. Да… Да, да! — Базил внезапно прямо озарился. — Всё, я понял, что ты имел ввиду! Да! — Надеюсь, мне же не надо отвечать в рифму? — Мари не спешила убирать меч в ножны. — Что — да? До меня совсем не доходит. — Лягушки — они не совсем такие, как мы, — Базил на ходу подбирал слова и говорил быстро, всё ещё держась за рукоять. — Нам такие температуры не на пользу, конечно, но они и вовсе не могут их переносить, потому что не могут контролировать свою температуру. А тут ещё другая эволюция намучена и тропический климат. Следовательно, их лучше не трогать, чем так пытаться вытащить. Тела, конечно, не совсем так, но замораживают же! Живые. Так вот, это не выдумка научных фантастов. — Ладно, ты прав, — только сейчас освобождает руку друга и после этого убирает меч назад Мари. — Я очень не хочу сломать кому-нибудь из них руку. Как бы ни думала раньше. — И, в общем, тут загадка. Жаль, что с лягушками произошло такое, ведь сейчас они могли бы очень помочь, — Базил протягивает листок друзьям и ждет, пока они прочитают или хотя бы пробегутся глазами по тексту. — Попробуем ответить — может, нас отсюда выпустят. — А, может, из всего испытания, — с надеждой отвечает Мари и обнимает себя руками, голос её быстрый от холода и волнения, словно она пытается как можно быстрее прожевать льдину. — Черт-черт, мне ни о чем таком не говорили. Э-э, паук какой-нибудь? Тут такие водятся, да ещё и Хиро боится, даже если по словам Кела — зазря. — Паук? Они все разных видов и водятся по всей Амфибии, не только где живут в основном лягушки, — качает головой Базил. В голове проносились мысли. Комары не подходят — у них место просто вода, неважно где, да и как таких по ошибке в питомцы взять. Жуки — нет, жабья тема, да и безопасны они и весьма милы, да и чело- ой, мясо так не едят в открытую. Жуки? Может быть, только конкретика нужна, вряд ли можно просто сказать «жук» или «насекомое», чтобы засчиталось. А как понять, что засчиталось? Х-х-холодно, в мыслях от этого ещё больше паники и кавардака. Сейчас ещё тут обморожение наживут! — У меня шарф есть. Идите сюда. Поближе, — Санни закрыл сумки и обвязал подошедшую сестру, а после и лучшего друга. Стало немножко теплее, да ещё и факелы грели, но это всё, даже учитывая броню, явно временные меры. Но Базил воспользовался теплом для того, чтобы разъяснить мысли. Точно, есть животное, которое одновременно и является на стадии личинки милым и вырабатывает сок, который выделяет, если так можно сказать, феромоны воздействия. Слабые, но при таком милом даже на нарисованных картинках виде, не надо много усилий. Жалко, что это кровожадные убийцы. Вообще, много кто из убийц выглядит вполне обычно или вообще подкупает обаянием и внешней невинностью. Это помидоры Амфибийского происхождения исключения. — Мирлодерлы! — В один голос выкрикнули Базил и Санни. Едва ли до них это дошло, они также вместе рассмеялись, под удивлённый взгляд Мари. Ещё больше она удивилась, когда из какой-то щели со свистящим звуком вылетел второй листок. Санни отстранился от людей, подняв его и вновь юркнул обратно в шарф. — «Сколько приблизительно земноводных проживают на островах подле материка?» — Читает Мари вслух. — Разве Амфибия — сама не огромный остров? Да и ты говорил, что на те мелкие кусочки суши доступ вроде запрещён? — Запрещён. Но учитывая размер завода, рядом должно было раскинуться поселение. Пусть и место там ну мягко скажем… Грязное! — Да хоть твёрдо говори — холодно! Сколько, по-вашему? — Девушка решила уже просто пока полагаться на знания парней. — Тридцать-шестьдесят земноводных! В основном, рабочие и те немногие семьи, что согласились приплыть. И большинство жаловались на природные условия там явно. Сейчас же никто не живёт — даже если неофициально, там роботы! — Базил говорил это немного раздражённо, пусть и понимал, что Мари сейчас не без причины их подгоняет. Сам же тоже волнуется. Да и раньше подруга бы могла побольше нагрубить, а он вечно придумывал этому поведению оправдания. И этот ответ сработал. Вновь Санни направился за листком и принёс его в импровизированную грелку. Но если минуту назад она хоть как-то помогала, то сейчас температура будто ещё больше понизилась. Уже, может, как в Канаде или Сибири. — У меня мозги плавятся или стало холоднее? — Подтвердила его сомнения подруга. — Может, м, температура становится всё холоднее и холоднее? — Базил немного постучал зубами, чувствуя, как троица негласно прижимается ещё ближе друг к другу, хотя, казалось, куда бы. — С каждой секундой. — З-знаете, не хочу узнать, что там в самом конце с ней будет! — Мари опустила взгляд в текст вместе с парнями. «Сколько в Амфибии рек и озёр?» — Да тут блядская викторина, что ли?! — Не сдержала возгласа самая старшая из оставшихся бодрствовать. Базил взглянул на Санни. Тот помотал головой, кивнув на бумажку в руках. Что же, это как-то неудивительно. Значит, ему придётся выкрутиться самому. Так, три реки однозначно выходят в сторону моря, плюс ещё одна в Ньютопии, ровно четырнадцать их за горами, горное озеро и… Мозги плавятся! Хотя, лучше бы плавились — так те замерзать начали! — Д-двадцать д-девять рек и ш-шестнадцать озёр, — всё же выдаёт после казавшихся вечными размышлений Базил, постукивая зубами от холода. Впрочем, не он один. Стало морознее. Существуй в шкатулке четвёртый камень, для похода в храм подзарядки Базил бы взял целую сумку тёплых вещей. И горячий шоколад по человеческому рецепту. Ёмкостей шесть. У земноводных же тепленький климат, ничего такого нет! — Д-да ещё од-дин?! — Мари выставила дрожащую руку, поймав в неё листок. — Ч-читайте с-сами, пожалуйста! «Почему юные жабы часто давятся костью?» — П-потому что их родители почти в-всегда поощряют. К-когда их д-дети едят всё, что не приколочено, — Санни, кажется, действительно держался наиболее хладнокровно среди троицы, как бы иронично это ни звучало. Ещё и глядел так, что было ясно — «этот вопрос по моей части». Впрочем, чего уж, он с жабами жил. Базил бы спросил, каково там в башне было детям, и все ли выжили после взрыва, но слишком сосредоточился на ощущении мороза, проникающего даже если закрываешься от него бронёй и шарфом. «Почему тритоны так привязаны к своим подземным ходам?» — На этот раз бумажку поймал Базил. — П-потому что туда п-провалиться хотят, видимо! — Начал уже терять терпение и цветочник. Да и сам вопрос его знатно выбесил — всё же и правда совершенно не понимал историческую ценность этого нечта, даже если нашёл там дневник Марины однажды. — П-потому что они умеют по ним лазать?.. — Ответила Мари первую различимую мысль, что пришла в голову, и это было явно видно. И она сработала, раз дверь с гулким звуком открылась, а бумажки неизвестного возраста перестали перед ними падать. … Они свободны? Они свободны! На негнущихся ногах и с неописуемой радостью на лицах, человеческая троица как можно быстрее вылезла из этой дикой морозильной камеры, грелась об стены и друг друга, да и просто сама по себе обнималась, словно они сейчас прошли войну. Войну холода. Резкая смена температур заставляла кашлять, болеть пальцы и кружиться голову. Не очень для здоровья, но лучше, чем если бы пришлось ампутировать что-нибудь… — …Мы лягушек забыли, — совсем будничным тоном напоминает Санни, когда простая, детская и словно природная радость немного спала.

***

— Только после первого бордлока так хорошо спала! — Потягивается и зевает Обри, но это всё равно выглядит опасливо — вдруг когтями заденет? — А-а, что вообще произошло? — Хиро начал осматривать в первую очередь младших родственников, а во вторую, жабу и себя. — Сейчас было испытание каким-то холодильником, — Мари подошла ближе к старшему, опустившись перед ним на корточки. — И вы замёрзли. Буквально в ледышку превратились. Вы как? — Замёрзли? Ледышка? — Земноводные спросили примерно одно и то же в один голос, смешавшийся в какой-то гул. — Мы нормально… — Постарался ответить как можно более спокойным тоном Хиро, хотя было видно, что его тоже не оставила равнодушной эта ситуация. — А я думала, Хлебнецы влави! — Не-ет! Не врали! У них это там как в сказках было! И у нас как в сказках! Только сейчас заметила? — Но холод — это же двугое… Это же невозможно… Этот холод вообще очень-очень стванный! — Как оказалось, у вас в мире когда-то была возможна и система заморозки. Или чего-то такого, — пояснил Базил. — Если кто хочет, я могу сам зайти и проверить. Я вот лично хочу. Но пока проверим ваше состояние, даже если я никуда не пойду.

***

Самое смешное, лягушки оказались в полном порядке. Обри тоже ничего особо не было. Наоборот, они были более бодрые, словно их организм и правда воспринял заморозку как анабиоз или сон, а не что-то, что способно отморозить все пальцы и нос с щеками. -… И ты тоже стой тут, ещё весь глаз себе отморозишь, — наказывает Мари, когда младший брат хочет двинуться вслед за лучшим другом. — Ну вы мне же оставите дверь открытой, — Базил вложил в улыбку искренности, не скупясь той. — Так что я только зафоткаю всё там и вернусь, Солнце. Санни коротко улыбнулся в ответ. Лягушки походу всей семьёй недоумевали, что так резко изменилось в характере жабьего лейтенанта, а Обри лишь фыркнула: — Ну ты че как пристыженный ходишь весь храм? И прошлый ходил! Спину выпрями! Мари с Хиро многозначительно переглянулись, озадаченно нахмурилась и кивнули друг другу, словно подумали в ту же секунду об одном и том же. Внутри веяло не таким холодом. Из-за того, что дверь придерживали, могло, конечно, что-то поступать, но «морозилка» словно перезагрузилась, вернулась в исходное состояние, в которое они попали, когда только зашли туда всем скопом, и даже земноводные ещё не заморозились. Базил стал рассматривать то, чего на этом материке или острове быть никак не должно. Пробежавшись внимательными глазами и плотнее закутавшись в шарф, парень находит маленькие щели. Из таких вполне себе может вылететь и холодный воздух, и бумажки — зависит только от фантазии и предназначения. Но судя по тому, что весь холод идёт оттуда — нетрудно догадаться, какой путь избрала комната. Также удалось обнаружить и щели в стенах. Оттуда ничего холодного не шло, и их всего было четверо, поэтому вывод напрашивался сам собой. Это механизм. Возможно, работающий на токе! Значит, и генератор здесь тоже должен, быть, да? Тот же способ, что был и на заводе, раз за столько лет едва ли пострадало всё? И догадка оказалась верной. Базил решил сфотографировать это, и, возможно, подумать с друзьями или хотя бы в более благоприятной обстановке. А то он сейчас тут окоченеет! И едва ли выключилась вспышка, цветочник быстро вышел назад, на ходу дрожащими руками проявляя фотографию. — Ты серьёзно? — Включила режим старшей сестры Мари, подходя к другу. — Мы тебя греть собираемся, а он тут с фотографиями возится! — Одно другому не мешает. Я особо не успел разглядеть источник энергии, зато я успел его сфоткать! Идите, поближе, взгляните, кто хочет. Конечно, жители Амфибии не особо помогут в размышлениях. Но Базил и сам не против объяснять, что по его мнению как работает. Пусть и придётся подбирать более простые слова. Зато каков опыт общения с людьми. Ой!

***

— Это не может быть вечным двигателем однозначно! — Покачал головой цветочник на предположение Мари. Всё же к единому консенсусу они как-то прийти не смогли. Добивали и комментарии Кела, настолько детские и непредсказуемые, что становилось просто даже не смешно, а неловко. — Ну а с каких пор физика стала вашей специальностью? — Хмыкнула Мари. — С тех пор, как ты мост помог восстановить? — Может быть и так, — парень встал с места и начал брать часть вещей на себя. — В любом случае, нам надо зарядить шкатулку. А ещё в любом случае, с одной стороны, он не хочет наговорить что-то, что может оказаться в корне неверным, а с другой, мозги уже плавятся. И мысли начинают всё меньше заниматься предметом спора или ушедшим холодом и всё больше страхом, как вообще сообщить о плане короля. Ведь одно дело он, а совершенно другое она… И дело тут не в том, что они не смогут взять Обри или лягушек с собой, если те захотят — как раз смогут. Пусть и дела у них тут могут остаться свои, особенно у жабы. — Это значит, что я права, хе-хе? — Настолько шутливо и как ни в чем ни бывало спросила пианистка с улыбкой на лице, что на секунду Базилу захотелось заплакать. — Это значит, что у вас споры стремные, — отвечает за человека Обри. — Нам туда? — По идее, — кивнул Хиро. — Та дверь же была заперта. — А вы покажите человечий мир? Покажете? И человечью еду? — Начал прыгать всю дорогу до зарядки Кел. — Сначала мы разберёмся с делами, которые и так долго ждали. Например, оповестить родителей, — покачала головой Мари. — А потом уже поговорим. Цветочник знал, что, возможно, потом поговорить не получится чисто из-за того, что дипломатическая кампания, которую они обсуждали с королём и Душечкой может провалиться. Мысли о ней вообще ушли куда-то на шестой план, поэтому мозги надо поднапрячь, чтобы вспомнить точно все нужные детали. — А если шкатулка вас опять закроет в вашем мире? — Спрашивает Хиро. — То можете отдать то моё платье назад Розе и потребовать денег, — девушка с силой поджала губы, несмотря на внешние кривляния. — Эй! А если ты потом будешь ругаться, где твоё платье?! — То ли не понял, то ли попытался разрядить атмосферу Кел. — И вообще… Вообще мы пришли! Теперь пьедесталы для шкатулки хотя бы раз видели все присутствующие. И однозначно могли сказать — это третье место для зарядки. Цветовая гамма во всех пьедесталах в храме одновременно и различалась, и была слишком похожа друг на друга. Только вот количество оставшихся разряженных камней различалось. На этот раз шкатулку ставил Базил. Он было хотел понаблюдать за тем, как камень наполняется энергией его того самого цвета, как вдруг поставившего захлестнули совершенно неожиданные сейчас чувства. Настолько сильные, что они вывели весь страх и волнение, что были до этого, выдернули остальные чувства, как сорняк с огроменным корневищем. Вместо этого чувство само начало оплетать новым корнем поставившего и будто бы захватывать его разум, очень быстро и очень успешно. Чувство гордости за собственно выращенные растения; радости за животных, когда исподтишка наблюдаешь за ними без каких-либо злых намерений; Чувство озарения и редкой радости за самого себя, когда понимаешь, что можешь сделать самостоятельно что-то настолько классное, что практически ни у кого не получится… Базилу не то, что не хватило сил вытереть тыльной стороной руки нахлынувшие слезы. Базил даже не осознал, что от переизбытка эмоций начал плакать. Не от грусти, ярости или счастья. Скорее от осознания, что вообще что-либо в этом мире можно чувствовать настолько сильно. Его лица никто из присутствующих не заметил, так что вместе со слезами и никто не смог сказать, что глаза, как и всё тело будто наполняются энергией вместе с камнем. Через пару минут шкатулка была готова. И только тогда парень коснулся рукой своей щеки, удивлённо осознавая наличие влаги на ней и пытаясь осознать произошедшее и происходящее. — Всё нормально? — Искренне обеспокоенно спрашивает Мари, пока её брат молча подходит и кладет руку на плечо лучшему другу и успокаивающе гладит. После такого вопроса и остальные окружают Базила. Лишь Обри по-жабьи не особо понимает такое внезапное проявление чувств и становится поодаль. — В глаза что-то попало. Слезились немного, — лжёт парень, но особо себя не выдаёт — влага из глаз течь ведь перестала. — Надо будет полный список врачей пройти, когда вернемся. Вот веселуха будет, когда узнаем, в каком состоянии наш организм, — Мари качает головой, но быстро меняет тему на гораздо более её интересующую. — Ну что?! Открываем шкатулку? — Стойте! — Санни берёт сестру за руку, пока цветочник восклицает и словно закрывает собой шкатулку. — Ведь мы правда можем сейчас уйти и не вернуться! Даже толком не попрощавшись ни с кем! Давайте хотя бы проведём пару дней в Вартвуде, а потом спросим короля. Он-то должен и такое знать! И знать, как нам потом вернуться в Амфибию, когда захотим и будем готовы! У него вообще обязан быть план насчёт этого всего. — Ты прямо уверен? — Переспрашивает девушка, пока жаба с напарником подходят друг к другу и о чём-то перешептываются, параллельно уходя от слишком любопытного Кела. — Н-ничего же нам не мешает попробовать! — Как по мне, мы и так затянули с возвращением домой, — сестра Санни сменила тон. — Но и правда, будет ещё хуже, если мы толком даже не попрощаемся. Полетели все в Вартвуд? Только насчёт… — А че мы? Нам ещё в башне дела решать, посади нас в паре деревень от Долины, я хер знает, — громко диктует понявшая, к чему всё клонится, Обри, уже перестав перешептываться, пока напарник скорее нехотя кивает. Было видно, как Хиро немного выдохнул. — Мы заглянем к вам. Обещаю, — было видно, что слова лейтенанта в самую последнюю очередь адресовываются лягушкам.