Переселение душ

      Рано утром Маришка проснулась без всяких «будильников». Всю ночь ей плохо спалось — кошмары связанные с Астрагором не давали покоя. Впрочем, Маришка скоро успокоилась. Она рядом с Фэшем, а это главное. Тем более, великий Дух Осталы не так глуп и быстро распознает обмен телами. Пока что Маришка решилась повторить эферы.       Сегодня наиважнейший день — она должна создать свою физическую модель-копию для временно-эферной капсулы. Дело сначала кажется лёгким — всего-то поменять прошлое тело на физическую модель и никто ничего не заметит. Но потом тело, чтобы оно не состарилось, не разложилось нужно поместить в капсулу. Причём эта временно-эферная капсула должна создаться на Остале, так как на Эфларе её сразу же засекут, а на Остале (особенно, если знать место) часовую энергию капсулы покроет другая, более мощная. Лже-Василиса легко спрыгнула с кровати и, словно не замечая розоватого рассвета, игравшего на зелёных стенах комнаты, направилась к шкафу. Среди скудного количества одежд, Маришка с лёгкостью обнаружила книгу запретного часодейства и села на кровать, пробегая решительным взглядом по строчкам.       Так прошло полчаса. Тихо звякнул часовой браслет, и недовольный голос Нортона-старшего сообщил, что Елена Мортинова, которая осталась переночевать в Черноводе, сейчас зайдёт в Василисину комнату передать ей нормальную одежду для похорон хрустальной ключницы, так как думает, что Василиса не умеет одевать нормальные вещи. Нортон попросил «дочь» быть осторожнее, так как не хочет созерцать картину разгромленного Черновода.       Маришка едва успела затолкнуть «Запретные эферы и их действия» под кровать, как в комнату вошла Елена. Бывшая учительница Маришки была одета в чёрный, траурный эфларский плащ, сшитый по последнему эферу эфларской моды. В каждом её жесте чувствовалась надменность и презрение, в глазах — тихий гнев. — Оденешь вот это! — прошипела сквозь зубы Мортинова, кидая на пол Зелёной комнаты какой-то увесистый с виду свёрток.       Как только Елена вышла, Маришка встала и осторожно подошла к свёртку. Потом медленно вытащила стрелу. А то кто знает, что может сделать Елена в порыве гнева. Только убедившись, что в свёртке нет ничего, связанного с часодейством, Маришка развернула его. Внутри лежал старый плащ, в ужасных заплатах и пара стоптанных чёрных туфель с мерзко налипшей на них грязью. Маришку передёрнуло от отвращения! «Какой кошмар-р-р! — пронеслось в её мыслях, — Я буду это носить?» Однако, возможно из-за уважения к Мортиновой, а может из-за того, что ей не хотелось «созерцать разгромленный Черновод», плащ Маришка одела.       Ближе к полудню в комнату вторглась госпожа Фиала. Маришка так перепугалась, что еле успела засунуть книгу за подушку. Но старушке не было никакого дела до «Запретных часовых эферах и их действия». Служанка усталым голосом сообщила «Огневой», что карета, запряжённая малевалами ждёт «Василису» у ворот и удалилась. Маришка засунула книгу подальше и спустилась вниз по лестнице.       «Орден Дружбы» стоял к ней спиной и беседовал. Захарра чуть обернулась и уставилась на Маришку широкими глазами. — Василиса, что на тебе? — Опять Елена злорадствует? — сочувствующим голосом добавила Диана.       «Василиса» сухо кивнула Фэш обернувшись, ухмыльнулся. Он как всегда был не прочь подшутить над Василисой. — Елена — настоящая ведьма! — негодовала Захарра. — Не так ли?       Маришка внутри тут же вскипела от этих слов, но в ответ Захарре лишь сухо кивнула и, нагнав «Орден Дружбы», пошла рядом с Фэшем. — Что с ней творится? Она сама не своя! — спросила Диана у Захарры.       Захарра лишь удивлённо пожала плечами. Она тоже недоумевала, что же творится с её лучшей подругой? «Орден Дружбы» сел в одну карету. Весь путь было непривычно тихо. Все попытки Захарры завязать разговор не увенчались успехом. Впервые в жизни она с таким понурым видом вышла из кареты.       Рубиновый Шпиль совсем не изменился, приметила Маришка, выйдя из кареты. Роскошный парк оставался всё таким же. Разве что в каждое деревце теперь была вплетена чёрная ленточка. Это, наверное, был знак траура.       Тут ворота с грохотом отворились, и из них вышла Елена. Холодные глаза ледяным буравчиком впились в Маришку. Той сразу стало немного не по себе, но когда приблизился Нортон-старший, бывшая учительница всё-таки отвела взгляд и наполнила его нежностью. — Здравствуй, Нортон! Рада, что вы прибыли ко мне… — сказала она печальным голосом, — для похорон Маришеньки. Пройдёмте в зал для справления поминок.       Глаза Елены наполнились слезами, и она элегантно достала чёрный бархатный платочек, чтобы их промокнуть. «Орден Дружбы» прошёл вслед за Нортоном-старшим в Рубиновый Шпиль. С каждым новым коридором Маришка примечала, что в замке после её «смерти» ничего не изменилось. «Где же моё тело?» — мысленно спрашивала себя Маришка.       Ответ на свой вопрос она получить не успела — все уже прошли в залу. Там было очень много людей. Некоторых из них Маришка даже не знала. «Наверное, все они глубоко уважают госпожу Мортинову» — с почтением подумала она. Нортон-старший уже зорко окидывал битком набитую залу в поиске свободных мест, когда к ним вернулась Мортинова, ведя кого-то за собой. — Нортон, я думала, вы захотите побеседовать перед экспедицией в Расколотый замок… — произнесла Елена.       Её оборвал знакомый скрипучий голос, от которого у лже-Василисы мурашки по спине заходили. Астрагор. Великий Дух Осталы действительно был здесь. Видимо, Елена пригласила его на несколько часов на Эфлару, чтобы он простился с хрустальной ключницей. — Что ж, у меня в Змиулане всё готово для проведения экспедиции.       Мортинова отошла, и стало видно, что дух Осталы не один. Рядом с каменным лицом стоял Рок. С точно таким же лицом был и Фэш, который даже немного, как показалось Маришке, удивился появлению своего дяди в Рубиновом Шпиле.       Нортон-старший, недолго думая, ответил на предложение Астрагора приехать в Змиулан пораньше согласием. Но тут сквозь шум голосов, звон вилок и ложек, Маришка услышала звонкий голос госпожи Мортиновой. Оказывается, директриса Светлочаса уже не стояла рядом с ними, а находилась на противоположном конце залы, явно собираясь произнести речь. — Для нас смерть Маришки Резниковой, хрустальной ключницы, стала настоящим шоком. Она всю свою короткую жизнь была трудолюбивой, способной девочкой, которая подавала хороший пример всем нам своим мастерством и упорством. Но сейчас её с нами нет. Погиб замечательный человек. Так давайте же помолчим в память о ней! Объявляю минуту молчания! — с этими словами Елена стихла.       Гости уставились в свои тарелки и как-то странно притихли. Каждый о чём-то думал. Даже Рок подозрительно заинтересовался своими ботинками. Так прошла минута. — Трапеза закончена… — звонко объявила Мортинова. — Ну во-о-от! А мы даже не ели… — разочарованно протянул Фэш. -…Гости пусть выходят в сад… — продолжала Елена, — Кто хочет простится с хрустальной ключницей, пусть идёт в главный коридор. Через час похороны.       Началась толкучка. А Маришке этого только и надо. Затеряться легче. Вскоре такая возможность ей предоставилась. Незаметно свернув в боковой коридорчик, который вёл прямиком к главному, она шепнула: — Среброзмейка!       Голубые крылья бледным цветком вспыхнули за спиной. Завернувшись в них, Маришка повторила своё числовое имя. Невидимой прокравшись по полутёмному коридору, лже-Василиса зажмурилась от яркого света свечей, шедшего из главного коридора.       К великому удивлению Маришки, людей здесь было не меньше, чем в зале. Но вот Елены здесь не было. Или была? Неважно. Надо действовать. Маришка подобралась поближе к коридору и остановила время одним взмахом часовой стрелы. Потом в один прыжок очутилась возле гроба. Крышка была открыта, а возле неё стояли подсвечники с застывшим на свечах огнём.       Бывшее тело Маришки было одето в легкое белое одеяние. На голове красовался венок из ромашек, а белокурые волосы лежали на груди. Глаза были плотно закрыты. «Пора начинать», — решила Маришка, занося часовую стрелу над телом. Она вызвала огонёк и, произнеся простенькое заклинание, погрузила остриё с ним прямо в сердце своему мёртвому телу. Дальше появилось сияние рядом с гробом. Маришка, довольно улыбнувшись, опять произнесла то заклинание. Сияние стало плотнее и рядом с настоящим телом появился его двойник. Ещё одна довольная улыбка озарила физиономию Маришки. Теперь осталось поменять тела местами и спрятать настоящее. Опять сверкнула часовая стрела своим остриём. Вскоре от тела, лежащего в гробу, осталась лишь шестерёнка. Маришка специально применила такой эфер, чтобы было легче спрятать. Засунув шестерёнку в карман своего заплатанного плаща,       Маришка попыталась водрузить физическую модель своего бывшего тела в гроб, но ничего не вышло. Оно было слишком тяжёлым. Наконец, после долгих попыток у неё всё же получилось это сделать. Резникова с улыбкой закуталась в крылья. «Первая часть плана выполнена, а значит, самая сложное позади», — с этими мыслями она углубилась в коридорчик, из которого пришла. Не выходя из него, развернула крылья и вернула время. Всё ожило, послышался шум, гам, говор чьих-то голосов, топот множества ног. Маришка-Василиса легко смешалась с толпой, направляющейся в сад Рубинового Шпиля. В саду растерянно остановилась, оглядываясь по сторонам, в поисках «Ордена Дружбы» и Нортона Огнева. Наконец ей удалось разглядеть удаляющуюся шевелюру Фэша. Изо всех сил стараясь не упустить его из виду, Маришка начала подбираться ближе. Через 30 минут она же была рядом с ним. — Я ничего не пропустила? — спросила Маришка у Фэша, глядя на него с непритворной нежностью. Не успел Фэш и рта раскрыть, как в разговор тут же встряла Захарра. — Василиска, где ты была? — возмущённо спросила Драгоций. — Я просто затерялась в толпе, — сухо ответила Резникова. — Тссс! — шикнула на них Диана, — Смотрите, начинается!       Видно было очень плохо, так как они стояли далеко не первыми. Церемония и вправду уже началась. Маришке показалось, что она видит гроб, и что где-то сверкнуло платье Елены. Вскоре голос той громко объявил: — Слушайте же, все часовщики и часовщицы, которые пришли сюда! Маришка была мне как дочь. Она так расстроилась, когда узнала, что её родителей убили! Я думаю, она бы хотела, чтобы весь мир узнал, кто их гнусный убийца, и на чьих руках эта кровь! Я думаю, надо начать расследование по поводу их зачасования! Кто считает так же? Раздался гул одобрительных голосов. — Я выясню, кто их убийца… — продолжала Елена, — и он будет жестоко наказан, поверьте! Ждите информации по поводу расследования в следующем выпуске «Часового механизма»!       Голос Мортиновой стих за гулом возбуждённых голосов. «Да уж! Думаю, теперь ни один выпуск „Часового механизма“ не останется без внимания», — мрачно подумала Маришка. Это угрожало ей полным раскрытием, но ничего не поделать — придётся ждать. Вмешиваться нельзя. Остаётся надеяться, что она очень хорошо спрятала все ниточки. Вот и всё. — Ну что ж… — пробормотал Нортон-старший, — Пойдём к каретам. Думаю, уже можно уезжать.       Весь «Орден Дружбы» оживлённо беседовал по пути в Черновод. Весь, кроме «Василисы». Она печально глядела в окно. Мелькали пейзажи вечерней Эфлары за окном. Маришка думала — как жить дальше? С Фэшем остаться уже не получится, если её тайну всё же разнюхают. А если нет, то ей очень сильно повезёт. Такое везение называют царским… Казалось, прошло много часов, прежде чем наконец показался замок.

***

      Оказавшись в зелёной комнате, Маришка первым делом переоделась, с наслаждением снимая с себя противные вещи. Затем проверила наличие книги. Та оказалась на месте, и это немного успокоило Резникову… Тут в дверь комнаты постучали. Проворчав, «ну кого же так поздно принесло», Маришка разрешила войти. На пороге показалась Захарра. — Ты пойдёшь на ужин? — Да, попозже, — сухо ответила «Василиса». — А с тобой всё в порядке? — с искренней заботой в глазах просила Драгоций. — Ага. А почему ты спросила? — казалось, удивилась Маришка. — Да так, просто… — протянула Захарра и вышла из комнаты.       Ледяной страх пронзил Маришку. «А что, если она догадалась?» — с ужасом подумала Резникова.       Она ничего не докажет. Нет. Сейчас надо отдохнуть. Забыв об ужине, Маришка уютно устроилась на кровати и задремала.

***

      Было два часа ночи. Маришка встала, сонно протирая глаза. Сейчас была заключительная часть её плана. А дальше…, а дальше как получится. Шестерёнка в кармане была ледяной. Как смерть. Маришка решительно подошла к окну и замерла. Нужно остановить время. Взмах! Всё застыло. Резникова полетела. Над всей Эфларой. Лететь надо было долго… Туда, где расположен её часовой переход. Когда-то она (под чутким руководством Елены) сделала его, чтобы бегать за остальской косметикой. Маришка надеялась, что бывшая учительница не тронула перехода.       Вот показались верхушки тёмного леса. Там и был тайный переход Маришки. Осторожно ступив на мягкую землю, Маришка пристальным взглядом всмотрелась в некогда пугавшую её синюю дымку. За ней скрывались тёмные глубины леса. Колыбель часодейства. Наверное, сам Эфларус когда-то прогуливался здесь, среди ещё молодых деревьев.       В ночном лесу было тихо, пахло сыростью. Огромные стволы вековых деревьев, такие, что не обхватить руками, высились и упирались в небеса. Будто это на них держался весь эфларский мир древнего часодейства. Неудивительно, ведь это самый первый эфларский лес. Кладезь часовой энергии. Что-то вроде Змиулана, только на Эфларе. Здесь настроить часовой переход тайно очень легко, само древнее часодейство помогает тебе. Пробираясь по лесу, Маришка легко вернула время. Ещё не доходя до своего тайника, она вдруг запнулась о корень, покатилась по земле и остановилась прямо перед старым, вековым мухомором. Когда Маришка поднималась, она нечаянно задела его и вдруг… провалилась сквозь землю, приземлившись на мягкую траву. Вокруг было темно. Это Остала! Маришка наткнулась на заброшенный секретный переход! Бывшая хрустальная ключница похолодела. — Надеюсь, вернуться назад не составит труда, — дрожащим голосом пролепетала она.       Её слова утонули в тёмном лесу. Тяжёлым ночным сумраком он выталкивал Маришку из своих владений. Повинуясь неведомому зову, она раздвинула ветви высокого кустарника и увидела ветхую беседку! * Та выглядела так обветшало, будто современная Остала совсем забыла о её существовании. Маришка осторожно продвинулась к ней поближе. От посторонних глаз это сооружение надёжно прикрывали ветви, которые прочно сомкнулись над беседкой. Здесь царила непонятная атмосфера сказки, уюта, влажного и тёплого воздуха. Судя по облупившейся краске, которая кое-где уже осыпалась, эта уютная беседка была зелёного цвета. Несмотря на фасон и старость, Маришке она почему-то понравилась. «Может, здесь сделать капсулу? Кажется, это удачное место. Наверное, никто даже не подозревает о том, что здесь есть беседка. Вот и отлично!» — подумала Маришка. Она прошла внутрь этого чудного сооружения и, вынув из кармана ледяную шестерню, наложила на неё два прочных эфера, которые спасут тело от разложения. Затем она подложила её под боковую скамейку и осторожно присыпала сухой землёй и травой.       Надо возвращаться. Иначе будет плохо. Маришка в последний раз глянула на чудную находку и вышла к тому месту, где оказалась после перемещения. За ней сомкнулись ветви, отделяя её от капсулы. Но сейчас Маришка была взволнована тем, что ей надо было вернуться назад. Она еле нащупала тонкую нить перехода. Назад, на Эфлару… ____________________________________ * — Это была та самая беседка, в которой совещался «Орден Дружбы» в летнем лагере.