"Интернасьональ"

***

      Дама появилась откуда-то сбоку и шла прямиком на Андрея. Быстро, но неуверенным, шатким шагом. Застывшее, опрокинутое лицо-маска, а в глазах тусклым отблеском фонаря мелькнуло выражение такой стеклянной пустоты, что Андрей невольно насторожился.       Девушка прошла совсем близко, едва не задев шатена. Он резко вытянул руку и схватил незнакомку за локоть. Та пошатнулась и неминуемо бы упала, не поддержи кареглазый её. Но держал крепко.       – Куда это вы? – спросил он, чуть помедлив.       Дама смотрела на него в упор.       – Отпустите меня, – прошептала незнакомка.       Андрей не ответил. И продолжал крепко удерживать девицу.       – Да отпустите же!       Андрею казалось, что она вовсе его не видит. Устремила взгляд куда-то мимо, сквозь него, смотрев в непроглядную ночную темень. Он был лишь помехой на её пути, и именно так, стоящая и обращалась.       Шатен сразу определил: не пьяна. Он чуть ослабил хватку. Теперь девушка при желании легко могла освободиться, но она этого даже не заметила.        Андрей всë ещë ждал.       – Нет, без шуток, куда это вы среди ночи, одна, в такое время? – повторил он свой вопрос, как можно спокойнее, выпуская наконец её руку.       Незнакомка молчала. Но и не уходила. Казалось, теперь когда её остановили, она уже не в силах сделать ни шагу.       При подобном молчании, не имея особого смысла допрашивать снова, он вынул пачку табака и пошарив по карманам отыскал коробок, где находились две спички, прикрываясь ладонью от порыва ветра с реки, подпалил фитиль.       – Дайте и мне сигарету, – бесцветно произнёс собеседница.       – Алжирские. Черный табак. Вам, наверно, крепковаты будут. А других у меня нет.       Дама качнула головой и взяла сигарету. Андрей протянул ей горящий язык пламени. Она бросила спичку через парапет. Тем временем, она прорезала тьму яркой звездочкой и, коснувшись воды, погасла.       Он смотрел на незнакомку. Какого черта он её остановил? Ясное дело, с ней что-то стряслось. Но ему-то что? Мало ли он девушек повидал, с которыми что-то приключилось, а уж среди ночи, здесь, и подавно, и сейчас ему все это было безразлично.       – Шли бы вы домой, – сказал он. – В такое время, ну что вы на улице потеряли? Ничего хорошего, кроме неприятностей, вы тут не найдете.       Стоящая смотрела на него непонимающим взглядом.       – Домой? – переспросила юная.       Андрей пожал плечами       – Ну да, домой, в свою квартиру или в гостиницу, куда угодно. Вы же не хотите заночевать в полиции?       Ответа не последовало. Шатен выбросил окурок.       – Пойдëмте, пропустим где-нибудь по рюмочке, – предложил он.       Это самое простое. Он расплатится и уйдет, а уж там пусть сама решает, как ей быть и что делать.       Соперница неуверенно двинулась вперед, но, споткнувшись, пошатнулась.       – Устали? – спросил он, обращаясь в уважительной форме. Скорее просто по культуре.       – Не знаю. Пожалуй.       – До того устали, что не можете заснуть?       Она кивнула.       – Бывает. Пойдемте.       Они шли по проспекту, девушка шла сбитым шагом, будто вот-вот упадёт. Андрей кивнул в сторону вывески, что светилась над узкой подвальной лестницей.       Мужчина выбрал столик возле самой двери. Так удобнее будет смыться. Пальто снимать не стал.       – Что будете пить? – спросил он.       – Не знаю. Что-нибудь.       – Два кальвадоса, – бросил подошедшему официанту. Тот был в жилетке, рукава рубашки были засучены. – И пачку "Честерфилда".       – "Честерфилда" нет, – отрезал официант.       – Хорошо. Тогда "Лоран", зелёных.       – Зелёных нет, только синие.       – Тогда синих, – на выдохе ответил Андрей.       – Может, и зелёных ещё найдутся, – обнадёжил он и удалился, шаркая подошвой обуви.       Незнакомка сложила руки на столе. Вьющиеся длинные локоны ало-рыжих волос, достаточно осторожные кисти, серые, казалось стеклянные глаза, скромность и потерянность затаились в них.       Официант принёс две рюмки и пачку сигарет.       – "Лоран", зелёные. Нашлась одна пачка.       Андрей принял подачу и глянул вновь на тихую собеседницу, подталкивая стекло ближе к чужим рукам.       – Только залпом.        Она кивнул.

***

      Андрей расплатился и встал, намереваясь уходить. Но в тот же миг встала и девушка. Молча. Высший глянул на неё озадаченно. Ладно, подумал он, простится можно и на улице.       Там, как выяснилось, началась морось, а позже и полноценный ливень. Едва выйдя на порог, Андрей обернулся.       – Вам в какую сторону? – учтиво спросил он, про себя твёрдо решив, что пойдёт в противоположную.       – Не знаю. Куда-нибудь.       – Но вы ведь где-то живёте?       Дама не ответил       – Идите в гостиницу. Их тут в переулках полно. Вам же нужно куда-то деться, – говорил Андрей, уже теряя терпение. – Не оставаться же на улице под дождём.       Юная поплотнее укуталась в плащ.       – Вы правы, – отозвалась она. – Спасибо за всё.       Она подняла на собеседника измученные глаза и попытался изобразить улыбку. Потом зашагала прочь, куда-то в дождь, неслышным, но решительным шагом.       Андрей смотрел ей в след.       Тихо выругавшись, он сам не знал в чём дело – то ли всему виной этот её взгляд и улыбка, то ли пустынная улица и тёмная ночь, но вдруг он понял, что девушка от него сейчас уходит в дождливую мглу, как потерявшийся ребёнок, он просто не мог оставить её одну.       Андрей нагнал незнакомку.       – Пойдёмте, – буркнул он, почти сердито. – Что-нибудь сообразим.       Они пошли через площадь напрямик. Высший шёл быстро. Больно уж он измотан, чтобы ещё и думать. Подле себя он слушал усталые, неуверенные шаги молодой, что молча следовала за ним. Ещё один трепетный, беззащитный огонёк чьей-то жизни, о которой он ничего не знает.       Андрей жил в небольшой гостинице в одном из переулков Ваграмского проспекта. Новое, что тут было, это вывеска над входом – "Отель Интернасьональ".       – Свободная комната есть? – спросил он заспанного паренька, открывшего им дверь.       Тот, от растревоженного сна только бессмысленно хлопал глазами.       – Портье сейчас нет, – пробормотал он наконец.       – Это я вижу. Я спросил, есть ли свободная комната.       Он испуганно пожал плечами.       Поднявшись наверх, Андрей, прежде, чем отпереть свою комнату, внимательно осмотрел соседнюю дверь. Выставленной обуви перед ней не было. Он постучал раз, потом другой. Никто не отозвался. Осторожно надавил на дверную ручку. Но дверь была заперта.       – Вчера ещё была свободна, – буркнул он.       Шатен распахнул свою комнату.       – Посидите пока тут, – он кивнул на красную софу. – Я сейчас.       Покинув помещение вновь в коридор, затерявшись там, будто уходящий ручеёк вдали.       – Дело дрянь, похоже у меня нет для вас комнаты, – заходив неспешным шагом снова в номер.       Незнакомка сидела в самом углу софы.       – Можно, я немного тут посижу?       Андрей глянул на неё пристально. Да на той лица нет, она и встать-то не в силах.       – Можете остаться.       – Но я бы не хотела вас...       – Бог ты мой, – вздохнул Андрей. – Да ничуть вы меня не стесните. Думаете, вы первая, кто у меня заночует, потому что некуда податься? Здесь такое случается сплошь и рядом. Вам лучше устроиться на кровати.       – Нет-нет, можно, я тут, просто посижу? Этого вполне достаточно.       – Как вам угодно.       Андрей скинул пальто и повешал на вешалку. Потом прихватил с кровати одеяло и подушку, и пододвинул к софе стул. Принёс из ванной свой махровый халат и повесил на спинку стула.       – Вот, – сказал он. – Больше о вас я не забочусь. Можете занимать ванную. А у меня ещё дела.       Юная снова помотал головой.       Андрей стоял над ним в недоумении.       – Плащ всë-таки, пожалуй, мы снимем, – рассудил он. – Он у вас промок.       Девушка послушно отдала вещь. Высший положил подушку на изголовье софы.       – Это под голову, а стул, что бы вы ночью не свалились. – он пододвинул мебель вплотную к софе, кивнув упрëком на обувь. Андрей стянул с неё туфли, достал из шкафа пару шерстяных носков и надел её на ноги.       – Спасибо, – вымолвила собеседница.       Шатен промолчал и направился в уборную, отвернул оба крана. Вода с шумом полилась в раковину. Он ослабил узел галстука и отрешённо глянул на себя в зеркало.       Телефонный звонок прервал его раздумья.       – Вот черт!       На секунду он забыл обо всем на свете. С ним такое бывает: чуть задумается – и полностью уходит в себя. А тут еще эта девушка…       – Сейчас подойду! – крикнул он. – Напугались? – Он снял трубку.       -... Горячего кофе, и покрепче… Хорошо.       Он аккуратно положил трубку и все еще думал о чем-то своем, не выражая на лице тревожных эмоций.       – Мне надо ехать, – сказал он затем. – Это срочно.       Она тут же вскочил. Но покачнулась и ухватилась за спинку стула.       – Нет-нет… – На короткий миг Андрея тронула эта её спешная готовность. – Вы можете остаться. Спите. Мне нужно по делам, на час-другой, точно не знаю. Только не уходите никуда.       Он надел пальто. На секунду промелькнула нехорошая мысль, но он тут же её отогнал. Эта дама не украдет. Не из таких. Уж в этом-то он разбирается. Да и красть у него особо нечего.       Он уже был в дверях, когда молодая спросила.       – Можно, я пойду с вами?       – Нет, это исключено. Оставайтесь здесь. Берите все, что понадобится. И кровать, если хотите, тоже ваша. Коньяк вон там. Спите…       Он повернулся, чтобы уйти.       – Только свет не гасите! – вдруг выпалила незнакомка.       Андрей выпустил дверную ручку.       – Вам страшно?       Он кивнул.       Высший показал ей на ключ.       – Запритесь. Только ключ выньте. Внизу, у портье, есть второй, им я и открою.       Девица затрясла головой.       – Нет, не в том дело. Но, пожалуйста, свет оставьте.       – Вот оно что. – Шатен глянул на неё испытующе. – Да я и не собирался гасить. Пусть горит. Это мне знакомо. Со мной такое тоже бывало.       На углу улицы Акаций он поймал такси.       – Улица Лористона, четырнадцать. Только скорее.