Спасение в приоритете

Поступая в лучшую геройскую академию страны, Шото надеялся только на одно — его дерьмовый отец отстанет от него на время обучения и будет так «любезен» заткнуться со своими требованиями превзойти героя номер один, чтоб ему в гробу икалось. Так что от своих одноклассников он ожидал не то чтобы много, мечтая о том, что его никто не будет трогать. Впрочем, запомнить их не помешало бы, потому что, может быть, он будет видеть эти лица в ближайшие три года. Первым, кого было легко запомнить, стал взрывной во всех смыслах блондин с взрывным именем (Бакуго), характером и причудой. Не то чтобы он вёл себя высокомерно или ещё что-то такое, однако он явно был уверен в себе и своих силах. Он был не прочь бросить кому-то вызов, вся его сущность кричала об этом, однако он не опускался до того, чтобы всех сразу скопом делать ниже себя. Скорее, он видел соперников. Вторыми для Шото стали Иида, один из членов геройской семьи, и Яойорозу, с которой он когда-то встретился на каком-то из благотворительных банкетов. Остальные были ему не знакомы, но он считал, что и запоминать их не слишком понадобится, в конце концов, может, кто-то в конце года уйдёт, может, кого-то исключат — разное может произойти. Кого Шото немного опасался, так это их классного руководителя — Айзаву-сенсея. Быть его врагом было опасно, хотя Шото слабо представлял, какую опасность может представлять лично он для профессионального героя. Всемогущий, впрочем, наверное тоже так думал. Отголоски скандала одиннадцатилетней давности до сих пор шатают этот колосс на глиняных ногах. Причинение ущерба, вред здоровью, превышение полномочий, причинение психологического вреда, оставление в заведомо опасной ситуации — возможно, любой герой раз или два делает что-то подобное, но когда этих скрытых, замятых проблем набирается целый километровый список с доказательствами, общественность виновного просто растерзает. Всемогущего не растерзали, но теперь и до сих пор следили за его действиями, как коршуны. И все знали, из-за кого началось это судебное разбирательство — профессиональный герой Сотриголова с поддержкой профессионального героя Сущего Мика. Об этом конфликте теперь пишут в учебниках по истории и социологии как пример последствий героев для общества. Страшная, короче, херня. И Шото действительно не понимал, как так получилось, что Всемогущий на этот год ведёт курсы героики. Айзава-сенсей его растерзает, Шото понимал это особенно ясно. Так что когда их повели на первый геройский урок после странного теста на силу причуд, где исключили какого-то пацана с липким виноградом вместо волос, Шото надеялся, что ему не придётся давать показания по делу об убийстве. Он просто банально не знал, что он бы стал говорить в таком случае. — Привет, пап! От этих слов Шото чуть не упал прямо там, где стоял. «Пап»? Айзаве-сенсею?! Кажется, у Шото есть теория, почему Айзава-сенсей, который так... трепетно и нежно сейчас разговаривает со своим ребёнком особо усердствовал одиннадцать лет назад на пунктах и причинение психологического вреда, превышении полномочий и оставление в опасной ситуации. Его отец, каким бы дерьмовым он ни был, на этих пунктах тоже... полыхал. Шото краем глаза отметил, что Бакуго, разговаривающий с сыном Айзавы-сенсея, очевидно был знаком с ними и до академии. Как там его зовут? Изу... Изуку? Чёрные волосы, зелёные глаза... Интересно, почему фамилия Ямада? — Первый урок героики. Ваше задание — спасение заложника. И причинение как можно меньшего вреда вашему окружению. Изуку оценит весь окружающий ущерб, в том числе причинённый заложнику. Тот, кто по итогу окажется самым разрушительным из вас или же не сможет спасти заложника, отправляется на дополнительное занятие к Владу Кингу и получает красный балл. Набор десяти таких баллов в течении года добавляет вам один обязательный экзамен для сдачи. Эм, что ж. Судя по всему, у сенсея есть достойный продолжатель его дела о причинении ущерба.