Прекрасное в своей депрессии поколение

***

Завтра она обязательно обрежет волосы (по подбородок, чтобы уж наверняка), покрасит их в льдисто-голубой, наденет цветные линзы (скорее всего карие - кажется, ей пойдёт) и сменит рубашку и пиджак. Она начнёт сначала. Её новая дорога будет проявляться сквозь сигаретный дым т шум вечно неспящего мегаполиса. Больше никого не т рядом. Она совершенно одна и ничто не сможет заставить её сомневаться, кроме её самой. Такое ощущение, что наконец-то получилось спрыгнуть с высотки, упасть на асфальт, но встать, отряхнуться и пойти пить чай в пустой кухне. Морщинка на лбу разгладилась и больше почти ничто не тревожит. Но всё равно временами бывает как-то слишком пусто... Удачи и неудачи потеряли всякое отличие и медленно сплелись в единый серый фон, что не отвлекает, не мешает, не бередит душу. Всё одно, всё едино и не мешает больше. Белый шум заполнил голову и пустые комнаты с тысячами книг без названий и стиля. Просто страницы с набранным в глупом порядке буквами, что со временем потеряли всякий смысл. Абзацы распались на предложения, предложения на слова, слова на буквы, а буквы улетели в воздух и заговорили пустым свистом в общем гаме. Комнаты сомкнулись в цепь, превращаясь в одно единственное слово "бред", и замкнулись где-то между черепом и дверной щелью. Сил не осталось, и наблюдение за жуткой каруселью собственных мыслей утомляет и поднимает со дна желудка кислую желчь. Ей нет конца, карусель сбивает с ног и не даёт подняться с ледяного пола, волосы рассыпаются по всей обозримой поверхности, становятся обязательной частью окружающего мира и обретают какой-то безумно важный смысл, но уловить который я тоже почему-то не смогу. Казалось, что эта зима будет долгой-долгой. В этом году она занимает не привычные пять месяцев, а все девять. Чей-то ребёнок зачался и родился за всё это время не получив и толики летнего солнца, запаха весны или промозглости осени. Была зима и не было ощущения будто её когда-то не было. Она была. Всю жизнь. Таилась в тенях на лицах прохожих, в переходах между домами, тенистых аллеях. Зима никогда не уходила из жизни и лето казалось чем-то из книжки, милой, прелестной сказкой. Кровь на снегу лучше смотрится, чем на траве, столь странно и неестественно зелёной. Бред всё это. Только снег, только лёд, сковавший землю до самого центра, прячущийся в глубине глаз, в улыбках и в сердце, только треск от нарастающего мороза. Лишь от мороза, а не от треска активно растущих деревьев. Этой зимой всё неподвижно, будто застыло испугавшись, будто хочет сберечь последние толики тепла, которые отдавать по-прежнему не хочется, но надо в угоду зиме, чтобы весна даже тенью не появлялась в человеческих сердцах, улыбках, глазах. Весна не наступит. Только зима. Без начала, без конца. Без солнца, без горячих батарей и одеял. Только мороз и тьма. Круглые сутки, чтобы истребить само воспоминание о том времени, когда солнце могло практически не заходить за горизонт. Возможно, когда-то весна достаточно осмелеет, чтобы сменить на этом посту зиму. Но мороз останется. Он будет таится в каждой тени, внутри меня... Солнца не было слишком долго. И я забыл, что такое тепло...