Главный злодей моего романа, почему ты такой горячий!?

Мелкий дождь падает на землю с тонким звуком, будто ударяясь об струны гуцини, производя звук. По улицам оживлённого Пекина бегает множество людей с яркими зонтиками, переходят дорогу, забегают в магазины, толпятся. Темные облака всё больше сжимаются друг с другом, образуя одну большую серую тучу. Дождь "разыгрался", его начал хватать в свои руки ветер, направляя прямо в ясные глаза людей. От воды становится ничего не видно, совсем мутно. —Простите, простите! — обеспокоенно несётся внутри толпы молодой человек, задевая людей плечами и своей черной сумкой. Белые крашеные волосы намокли, парень забыл зонт дома, теперь его макушка преобладают светло-серый, мокрым цветом. Он чуть ли не бежит к высокому панельному зданию. Наконец-то парню удалось выйти из толпы снова, и снова повторяя «простите» снижая интонацию своего голоса почти на шепот. Он заходит в здание, отряхивает чёрное пальто от капель, вернее сказать равняя их с тканью. —Господин Гуан Ань?[光 暗] [светлый, темный] — тонкая девушка с темными волосами и невысоким ростом подбегает к нему. Она держит небольшую стопку бумаг, поверх них лежит блокнот и ручка. —Да, верно. А Вы... — Гуан Ань снимает пальто, кладет его на руку. —Я журналистика, что будет брать у Вас интервью, госпожа Ши.[做] [делать] Парень медленно кивает немного улыбаясь, девушка отвечает ему тем же и жестом приглашает пройти за ней. Продвигаясь коридору белые стены с какими-то вырезками сейчас наиболее интересны Гуан Аню, он вглядывается в них, будто там правда есть что-то ужасно любопытное. Его задумчивый взгляд опускает на пол, Гуан Ань о чем-то увлеченно, смиренно думает и кажется даже нервничает. Хотя, боги, как же это логично! Представьте себе, Вы находитесь в огромном неизвестном здании, Вас приветствует девушка, что будет брать интервью. А тема этого интервью, представьте себе — ваша первая в жизни написанная книга. Может Гуан Ань не был так рад и взволнован, даже когда одно из достаточно популярных издательств в его городе согласилась напечатать первый том его новеллы! Но сейчас всё по-другому. Ему — асоциальному парню, придется около часа общаться с журналистом, длинно отвечать на вопросы про его произведение, пытаясь заинтересовать новых читателей. Пока Гуан Ань думал над тем, что ему предстоит, как только он шагнёт в просторную комнату с панорамными окнами журналистка, как раз довела его. Госпожа Ши открыла комнату, пригласила своего гостя сесть на кресло с подушкой, а сама присела спиной к окну, сразу поставив свою руку на стол. Она достала небольшой плеер для записи аудио, разложила свои бумаги. —Мы можем начинать, господин Гуан. — девушка одарила его своим серьезным взглядом, который сопровождался ещё и милой улыбкой. — Вы готовы? —Да, да, конечно. — это звучало крайне неуверенно, об этом, кстати, и подумал Гуан Ань. Девушка нажала на кнопку начала записи. —Что ж, господин Гуан, я рада Вас видеть и рада, что Вы пришли к нам. — ее голос звучал не монотонно и наигранно, как у многих молодых журналистов, а по-живому и с небольшой частичкой веселья. —Я тоже рад оказаться здесь. Я долго ждал этого дня, если честно. Благодарю за приглашение, госпожа Ши. — кратко, неточно. Гуан Ань, это ты зря. —Все вы, господа, уже знаете, что господин Гуан пришел к нам рассказать о своей первой в жизни книге, которая оказалось очень удачной и две недели держалась в рейтингах книжных сайтов. Расскажите же нам поподробнее, что это за книга! Гуан Ань немного растерялся такой самоуверенности девушки, глупо улыбнулся, но всё же быстро ответил: —Конечно. Книга «История о Тан Мэй[糖玫] [сахарная роза] или О любви и мести.» повествует нам о главном герое, что долгое время служит у императора. Однажды ночью из дворца разносится вопли, дикие стоны, весь двор сразу же пытается выяснить, что происходит в южной части дворца, в покоях императорской семьи. Главный герой — Цзин Фэн静风 [тихий ветер]одним из первых направляется туда и видит ужасную картину крови, как шестнадцатилетний парень убивает императора. Цзин Фэн не сумел разглядеть лица этого юноши, из-за того, что он весь с головы до ног был покрыт кровью императорской семьи. Новость о смерти императорской семьи разлетается по городу моментально. Около недели главные мужчины-политики и помощники покойного императора ищут его родственников, что могли бы сесть на престол. Поиски их завершаются тем, что они посылают письмо на север некому Жэ Бину[热冰] [ горячий лёд]. — писатель немного промедлил и продолжил. — В принципе об этом и повествует первая глава новеллы, во второй мы перемещаемся на три года вперёд после этих событий. —Очень интересный сюжет! Почему Вы выбрали смещать эту грандиозную сюжетную линию... , — девушка заглянула в листок, — с жанром "эротика"? Гуан Ань заметно покраснел, он слегка не был готов к этому вопросу, но всё-таки сумел собраться: —Есть всего две причины: это мой любимый жанр и он сейчас очень популярен среди молодых людей. —Спасибо за пояснение, господин Гуан. — госпожа Ши взяла в руки один из листов, вгляделась в него. — Перед интервью мы попросили Ваших читателей спросить о том, что их крайней интересует. Первый вопрос, на который я попрошу Вас ответить: Какой ваш любимый персонаж, господин Гуан? —Мне больше всего нравится Жэ Бин, он очень прописанный персонаж, со своими травмами и интересами. Я считаю его даже идеальным... Я не могу сказать кем он является в сюжете, это будет спойлером. —Гуан Ань немного призадумался. — Ещё мне нравится второстепенный герой Гуан Ань, он по случайности получил моё имя. —Анонимный читатель просит Вас описать каждого из основных персонажей каким-либо предложением. Гуан Ань приклонил голову, задумчиво начал тереть свои сухие губы пальцем, а потом вдруг выпалил: —Извините, госпожа Ши, я немного задумался. Пожалуй Цзин Фэну подойдёт: «Он слишком тихий и скрытный ты не увидишь его за своей спиной». — парень снова погрузился в свои мысли. — Жэ Бину...: «Ради великой мести, власти и девушек он готов убивать». —Господин Гуан, ваша читательница интересуется, возможна ли нетрадиционные отношения в Вашей новелле? —Нет, дорогая госпожа читательница, я исключительно поддерживаю только книги с традиционными устоями общества. Подобным образом Гуан Ань ответил ещё на семь вопросов краткими фразами или развернутым контекстом. Время интервью вышло, журналистка, выключив запись, собрала свои вещи. —Благодарю за то, что пришли к нам, господин Гуан. Вы отлично отвечали. Интервью будет опубликовано в письменной форме на сайте издательства. —Спасибо за теплый прием и за то, что пригласили, госпожа Ши. Доброго дня. — Гуан Ань смущённо, неловко улыбнулся и вышел из кабинета. —Вам тоже доброго. — но парень уже не услышал этого. Юный писатель бежал по лестнице многоэтажки вспоминая о каждом своем ответе, тысячи раз прокручивая у себя в голове и убеждая себя, что он справился. «Я правда справился неплохо! Я заслуживаю награды!» — думал Гуан Ань уже спокойно проходя по тихим редким улочкам Пекина, сжимая в карманах пальто свои замёрзшие ладони. Под "наградой" он подразумевал немного побаловать себя сладостями и просмотром его любимой дорамы. Хоть радость от славного интервью длилась достаточное время, но все равно Гуан Ань всё больше раздумывал и волновался над одним вопросом, который сразу его зацепил. «—...читательница интересуется, возможна ли нетрадиционные отношения в Вашей новелле?» «—Нет, дорогая госпожа читательница, я исключительно поддерживаю только книги с традиционными устоями общества.» Так нагло врать всем только, чтобы тебя потом не начали пинать на улицах! В тот момент Гуан Ань начал проклинать всю китайскую цензуру и весь Китай! Что ж поделаешь, если ему приходится скрывать, что он любит мужчин буквально везде. Ни одна живая душа ещё не знает, даже не подозревает о том, что Гуан Ань — чертов гей! И его семья, и его единственный друг и подруга, н.и.к.т.о! «Я устал от этого. Были бы средства я бы давно свалил из этого места.» Правда, что писатель чувствовал себя максимально неуютно в Пекине, ему постоянно хотелось уехать куда-то, где его бы ждал какой-нибудь симпатичный мужчина, милая подруга или верный друг-брат, но нигде кроме, как в столице у него не было знакомых, не то, что друзей или любовников. Резко в мысли Гуан Аня врезался стойкий образ одного парня, того самого его единственного друга, в которого он был тягостно и безответно влюблен. Возлюбленный Гуан Аня стал прототипом для Жэ Бина немного во внешности, немного в характере. Но как обычно бывает персонаж сильно уходит от своего прототипа. С тяжёлыми мыслями о великой человеческой любви и судьбе Гуан Ань добрался до дома. Парень остановился у подъезда, сел на ближнюю лавочку. Небо уже залило блестящими чарующими звёздами. Хоть их и не всех можно было увидеть из-за плохого зрения Гуан Аня, но он попытался вглядеться в непоколебимые темные небеса. Красиво, темное февральское ясное небо было чудесное. О чем обычно думает человек, когда смотрит на небо? О любви, покое или о бескрайнем космическом пространстве? В голове Гуан Аня на тот момент ничего не было, хотелось только отдохнуть сегодня, и завтра, а может и на целую неделю остаться дома, не разговаривать не с кем, кроме своего возлюбленного. «Стоит подумать о чём-то менее болезненном, верно?» Гуан Ань облизнул свои губы, смывая малиновую помаду внутри губ. «Домой.» — писатель поднялся, зашёл в подъезд. Его съемная квартира находилась на втором этаже, так что Гуан Ань предпочел быстро подняться по лестнице, поздоровавшись с несколькими соседями и пожелав доброго вечера милой старушке, которая жила под ним. Темная небольшая квартира, парень даже не предпочел включить свет, просто прошел в пустующее помещение. Одиноко, ничего не видно и немного грустно. —Дорогая, я дома! — прокричал Гуан Ань. Из спальни, напротив входной двери вышло маленькое темное пятно. Черная кошечка с рыжим пятном на левом глазе приветственно замяукала, кинулась в ноги хозяину и начала нежно мурлыкать. Гуан Аня ждало хоть одно живое и любимое существо. Писатель разделся, Дорогая всё продолжала ласкаться, пока Ань не взял ее на руки. Кошечка тут же прижалась к светлому свитеру, оставляя на нем клочки своей черной шерсти.Гуан Ань отнес Дорогую в спальню, с любовью аккуратно накрыл ее теплым белым одеялом, в квартире было холодно даже для кошки. Парень быстро приготовил себе попкорн на сковородке. —Дорогая, будешь кушать? — кухню и спальня находилось через стенку, голос Гуан Аня зазвучал на всё помещение. Мяуканье послышалось со спальни, будто кошка правда понял о чем ее спросили. По просьбе своей Дорогой Гуан Ань положил ей поесть в миску, взял ее с собой. Как только парень показался в дверях спальни кошка ещё сильнее замурлыкала. Гуан Ань аккуратно сел рядом с его Дорогой, начал ее гладить, поставил рядом с ней ее миску. —Приятного аппетита, моя единственная! — парень демонстративно закинул себе в рот попкорн. Теперь можно включить любимую дораму, что и сделал Гуан Ань. «—Я люблю тебя!». «—Да, ты не можешь любить меня!» —Чувак, она любит тебя! — Гуан Ань проиграл на всю квартиру, продолжала ласково гладить кошку на коленях. — Она любит тебя... Мысли об одиночестве Гуан Ань всегда пытается как-то развеять или отвлечься от них. С детства он начал писать о любви, одиночестве и о другой боли, что он мог пережить. Тем самым это увлечение, что должно было его отвлечь превратилось в профессию. Ему уже двадцать пять, а ни одного парня у него не было. Влюблен он был только в двух парней, и то, не взаимно и безнадёжно. Один — избил его после признания, оставил под дождем умирать от боли за университетом, другой — полностью прямой друг. Но Гуан Ань всегда оправдывал своих возлюбленный. «Они не виноваты, что не влюбились в меня! Они не виноваты, что ненавидят таких, как я, это всё общество!» — постоянно в его голове только это. «Пора спать, мне это всё надоело.» Гуан Ань зарылся в одеяло, прижал к себе пушистое существо, в квартире всё так же царила "ледяная стужа" из-за неуплаты квартирной платы за отопление. —Спокойной ночи, Дорогая! — на его лице появилась улыбка и он сладко заснул, осознавая, что не одинок, ведь в объятиях лежит это прекрасное чудо. ~•✧•~ Солнце ярко светило в лицо Гуан Аня, оно буквально ослепляло его через веки и ресницы. «Не хочу вставать!» Гуан Аню почувствовал под своей спиной что-то твердое, это явно не его мягкая кровать или одеяло. Видимо что-то каменное или подобное? Парень неохотно открыл глаза, ему открылся взор на великие лазурные небеса. «Небо? Меня вынесли за неуплату долгов и оставили на асфальте?» Гуан Ань потер свои глаза, пытаясь лучше вглядеться. По небу плавно летело белое облако. Оно было не просто белым пятном, как для многих слабовидящих, а четкое и напоминающее даже какую-то фигуру. «Почему так четко? У меня зрение минус три!» Тут Гуан Ань уже смутился, почувствовал что-то совершенно неладное. —Гуан Ань! Гуан Ань! — голос был до боли знакомый. Точно! Это же голос парня, что озвучивал главного героя новеллы для сайта с аудиокнигами! Такой бархатный, мягкий, серьезный, это определенно и без сомнений его голос! «Я даже не помню его имени, зачем ему искать меня?» Гуан Ань всё ещё чувствовал, что происходит что-то странное и непонятное ему. Он решился встать и оглядеться вокруг. С помощью нового навыка четкого зрения, плавно поднимаясь, он сумел понять, что всё это время лежал на крыше. Но как только Гуан Ань полностью поднялся, как в его глазах помутнел весь мир, голова начала ужасно болеть, а ноги не держали его тело. Он отчаянно покатился по крыше, но в последний момент ухватился за край. Его ноги смешно свисали, Гуан Ань взглянул на землю. Оказалось высоко, точно больше, чем его рост. Неожиданно и прекрасно чьи-то руки потянули его за лодыжки, парень четенько свалился на твердую землю. Его голова теперь ещё более была не в порядке уж точно! «Твою мать, неужели я так и сдохну?» — Гуан Ань аккуратно попытался сесть. Как только он поднял голову перед ним открылся замечательный вид. Недовольно взирая на Гуан Аня стоял парень с темными длинными волосами, собранными в высокий пучок, только пряди у лица небрежно свисали и с угольно-алыми глазами, вены глазного яблока напряжно краснели, взгляд был будто залит кровью. Черты лица немного подрагивали, тонкие персиковые губы были с какой-то злостью прижаты друг к другу. Его черные одеяния были украшены росписью прекрасных тонких ветвей с алыми цветками. Одежды были открыты сверху, его молочные ключицы, верхнюю часть груди было прекрасно видно. На поясе красовался самурайский японский меч. Его плечи были расслаблено опущены. Он был ростом около шести чи192 см . Вся его изящная фигура прямо показывала грубость, тонкость и мужество. В общем и целом парень был молод и безумно горяч! Гуан Ань даже засмотрелся на него, немного открыв свой рот, чтобы было легче дышать при виде такой красоты. «Боги, ты так похож на Жэ Бина!» — Гуан Ань сразу понял их точно сходство. Мужественный парень коснулся подбородок Гуан Аня носком своего сапога и прикрыл его изумлённые уста. —Гуан Ань. — голос звучал властно, холодно. «Твою мать!» — Гуан Ань тут же отскочил от горячего красавчика.— «Это и есть Жэ Бин! Сука, не могу ошибаться!» —Гуан Ань, ты меня слышишь? — Жэ Бин схватил парня за "шкирку", поднял на ноги, но тот не устоял, свалился прямо на грудь горячего парня. — Ты опять перепил с этим Цзин Фэном! Гуан Ань немного смутился, когда оказался прижатым к белой груди Жэ Бина с помощью его руки. Жэ Бин продолжал его стойко держать, не брезгая. «Ха-ха, он говорит прямо, как в моей новелле! Ха-ха... Ха-ха?! Твою мать! Я что в своей новелле?» — парень резко вырвался из рук Жэ Бина, снова пал на твердую землю. —Гуан Ань, что с тобой? — Жэ Бин наклонился к нему. Серебряные цепочки, что были красиво уложены на его ключицах спали вниз, свободно передвигаясь по его шее. Гуан Ань отчаянно прикрыл своё лицо, пытаясь скрыть всё-то, что происходило в его мыслях. «Боги, за что меня так любит жизнь?! Если это сон или я правда в новелле, то теперь я не одинок, я первая рука самого горячего мужчины на планете, у меня ахуенный лучший друг, я выловлю себе парня из стойких воинов!» — Гуан Ань покраснел от своих безумных рассуждений. — «Так, успокойся, вспомним цель всех людей, что попали в новеллы! Самое главное — действовать сюжету, точно!» «А-а, не могу отвлечься от мысли, что передо мной стоит мой идеальный парень, боги! Ты же писался с "него", Жэ Бин!» Гуан Ань убрал руки от лица, вдруг начал в непонятках косится на тоже ничего не понимающего, раздражённого Жэ Бина. Писатель тут же понял, что своей ненормальной реакцией уже нарушил сюжет книги! Тем более, что он попал только во вторую главу. «Если неправильно начнёшь — неправильно и закончишь.» Тут же Гуан Аню влетело по лицу. Розоватый след остался красоваться на щеке. Жэ Бин неловко, неаккуратно поднял обезумевшего от счастья парня, поставил перед собой, крепко держа за плечи. —Хоть слово скажи. — голос опять звучал в приказном жарком тоне. —Я..., — Гуан Ань промедлил, поняв, что надо что-то сказать, но что?, — Я...я... Гуан Ань свалился на колени перед Жэ Бином, покорно преклонил перед ним голову. Продолжил: —Мой император, я раскаиваюсь. Мне не стоило принимать приглашение выпить вместе с господином Цзин Фэном. — он прижался лбом к ногам императора. Да, Жэ Бин был будущим императором Тан Мэй, кроме него наследников на престол не было. Ему ещё не исполнилось двадцати лет, поэтому официально он станет императором только в пятом месяце от Праздника Весны, тоесть через два месяца, но Гуан Ань, как его покорная правая рука, его самый верный воин не мог отрицать его власти и сейчас, поэтому называл так некорректно и странно, по мнению многих мужчин и женщин во дворце. Особенно десятки наложниц будущего императора поговаривали, что Жэ Бин запрещает называть его так в постели, так как это сразу ассоциируется исключительно с его помощником. Но не Жэ Бина, не Гуан Аня это обращение совершенно не смущало, оно стало для них обыденным, обычным. —Поднимайся. — Гуан Ань встал с колен, аккуратно отряхнул свои одежды. — За мной. Жэ Бин повел Гуан Аня в свои покои. Воин неловко ковылял за ним, покачиваясь от алкоголя, замутневшего его разум напрочь. Будущий император открыл дверь, буквально втолкнул туда Гуан Аня. Парень не удержался и в очередной раз с грохотом рухнул на пол. —Боги. — Жэ Бин раздражённо заскрипел зубами, помог воину подняться, усадил его на свою кровать. Император начал рыться по своей комнате в поисках чего-то. Наконец-то он нашел флягу с водой, протянул ее Гуан Аню, тот же выпил немного воды, поставил сосуд у кровати. —Ты не ударился спиной? — хоть фраза и должна звучать заботливо, тепло из уст грозного горячего красавчика она звучала уж совсем худо. «Стоп! Он эту фразу задал госпоже Цзы Юнь, а потом потребовал оголить спину, что бы намазать ее заживляющим кремом. Тут подоспел Цзин Фэн и защитил свою будущую жену от позора. В каком месте мы потеряли госпожу Цзы Юнь???» Госпожа Цзы Юнь紫云] [фиолетовое облако] , женщина-политик, старшая фиолетовая, главная героиня — это всё было про неё. Эта изящная, элегантная девушка лет двадцати семи сманила своим умом, красотой отчаянного двадцатилетнего милфхантера Цзин Фэна, тоесть главного героя, конечно. Гуан Ань призадумался над тем, что он сделал не так, что теперь на месте Цзы Юнь он и придет ли за ним ненаглядный Цзин Фэн. Но тут Гуан Ань сообразил, что надо сначала ответить Жэ Бину, а потом уже пуститься в глубокие раздумья. —Да, немного. — машинально, без задней мысли произнес Гуан Ань. Осознание ситуации через: один, два, тр.... «Ебанный свет проклинай меня! Я так задумался, что уже туплю, сука!» —Тогда, позволишь помочь тебе? — голос Жэ Бина вернул воина из ада в его голове в нежный рай внутри новеллы. Хоть Гуан Ань ещё двадцать минут назад лежал на крыше, тупил и сходил с ума, он быстро понял всё, влился в общий мир, так сказать. —Как пожелаете, мой император. — Гуан Ань склонил голову, аккуратно сложил руки на коленях. Жэ Бин горячо усмехнулся, он прошел к небольшому столику, где стояла чудодейственная мазь, ну, она по описанию в новелле точно была такой. И вот только сейчас Гуан Ань решился осмотреть свой образ. Белые, пепельные волосы такого же цвета, что и в его реальной жизни, только теперь длинные и собранные сзади в низкий хвост. На лицо падали вьющиеся пряди до подбородка. На Гуан Ане шикарно красовались черные одежды до колена, грубый кожаный пояс подчеркивал его фигуру. В принципе весь всё одеяние было не изящное и лёгкое, как например у Жэ Бина, а твёрдое, стойкое. Только светлые нижние одежды были сделаны из хлопка. Конечно, как и все воины носил темные штаны, внизу примотаные кожаными лентами к лодыжкам. По описанию в новелле Гуан Ань вспомнил, какая внешность у оригинального воина и правой руки Жэ Бина. Молочная кожа, глаза, напоминающее оттенком васильки, тонкие розовые губы. В принципе он не был таким безумным горячим красавчиков, как Жэ Бин, но тоже себе ничего. Как только Гуан Ань понял, что император начал приближаться к нему он начал чеканить мысли, постоянно их повторяя: «На месте меня должна была быть госпожа Цзы. Простите, госпожа Цзы, я превратил этот момент не в ад, а в рай. Госпожа Цзы, я видимо ебал китайскую цензуру в своей книге. На месте меня...» Жэ Бин нежно опустился около Гуан Аня, повернул его спину к себе. —Разденься до пояса. — голос прозвучал, как обычно, властно. Но Гуан Ань просто застыл, снова прикрыл своё лицо руками, пытаясь сделать так, чтобы Жэ Бин не заметил его эмоции. «О, боги, я не могу, Жэ Бин.» — может Гуан Аню хотелось сказать это император в тот момент, но он не мог. Он отчаянно пытался давить свое смущение. Жэ Бин ухмыльнулся, поняв, что Гуан Ань просто не может это сделать самостоятельно. Тогда в голове императора моментально родились оправдания, почему он будет задевать молодого господина Гуана. Хоть Жэ Бин был покорно отдан женщинам, любил их тело, душу, бесконечную красоту и сообразительность он просто не мог устоять перед некоторыми воинами из его войска. После некоторых походов одного парниши к нему началось ужасные слухи по всему дворцу, на них же Жэ Бин просто смеялся в лицо, говоря, как же чудесны на этом свете девушки и как он счастлив отдавать им себя. Писатель Гуан Ань делал множество намёков на бисексуальность Жэ Бина в тексте, но просто не решался официально рассказать всем о том, что императора ещё привлекают молодые сладкие мальчики. Под первым сладким мальчиком Жэ Бина он всегда подразумевал себя, но кто ж знал, что все горячим безмозглые фантазии писателя Гуан Аня оказался так близко. «Как же ему спасти прекрасную гетеросексуальность в новелле и как спасти свою жопу?» — для него было пока загадкой. Жэ Бин, насытившись свои мыслями о том, что у него есть оправдание начал развязывать пояс, что был крепко затянут на талии Гуан Аня. Жэ Бин ловко поработал мальчиками, кожаный пояс упал на пол возле кровати. Дальше плавно с бледных плеч Гуан Аня начали спускаться верхние одежды. Жэ Бин сначало аккуратно и нежно спускал их, потом начал сильно сжимать плечи, буквально впиваясь в белую кожу Гуан Аня ногтями. Одеяния медленно сползали, пальцы оставляли на невидной коже ярко-красные следы. «Больно, больно, больно!!!» — Гуан Ань весь сжался, давая понять Жэ Бину, что ему безумно больно, но отросшие ногти всё язвительнее вцепилялись в кожу. Грудь Гуан Аня, подавшись вперёд вытолкнула его из цепкой хватки, производя приглушённый, исходящий из горла стон боли. На это воин получил на ушко тихо и страстное: —Прости. — Жэ Бин произнес это совершенно не рассеиваясь в своих действиях, а язвительно ухмыляясь. Император убрал руки, тяжёлые верхние одежды рухнули на кровать. Жэ Бин нежно снял их с рук Гуан Аня и метнул куда-то в сторону. Жэ Бин схватился за нижние одежды. Он распустил их белый нежный пояс, расслабляя спину Гуан Аня. Одежду нежно сползали, шекотя кожу. Грубые пальцы Жэ Бина беспрепятственно скользили по спине. «Бедняжка госпожа Цзы. Он уже явно пристает к ней, но она даже не может дать ему по лицу, как и я...» Резкий рывок в позвоночнике заставил Гуан Аня выгнуться, растягивая свои ребра. Жэ Бин прошёлся пальчиками по каждому позвонку его воина. Пояс нижних одежд, к несчастью Гуан Аня, и к удаче императора оказался в руках Жэ Бина. Он резко схватил Гуан Аня за руки, связал их хлопковой тканью. Это уже уж точно не похоже на дружескую помощь! «Насколько бы ты не был горяч, я не хочу быть изнасилованным здесь и сейчас! Цзин Фэн, милый мой, где ты???» — Гуан начал разглядывать два окна. В окне напротив кровати он заметил небольшую дыру. Он пригляделся. Оттуда очевидно кто-то смотрит на него! —Мой император... — тихо позвал Жэ Бина Гуан Ань. —Гуан Ань? — в его голосе было точно слышны "сладкие" нотки. Он крепко сжимал правой рукой белый пояс нижних одежд. —Прекратите, прошу. Я Вам друг, союзник и помощник, Вы не должны. Рука Жэ Бина со спины скользнула на бедро Гуан Аня, он начал нежно гладить его, бегать ловкими пальчиками с бедра на живот и обратно. Жэ Бин положил на плечо воина свою голову, теперь Гуан Аню была лучше видна его наглая улыбка. —Пожалуйста, Ваше Величество... Вы не должны, пожалуйста. — Гуан Ань спокойным, слегка дрожащим голосом попросил его, понимая, что если его не отпустят он сам не сможет выбраться. Его сердце забилось чаще, воздуха стало резко не хватать, ком в горле сильно давил на связки, слезы не хотели литься из его глаз. «Жэ Бин... Ты ужасен. Как я мог написать об настолько ненормальном человеке?» Но Жэ Бин слишком увлекся игрой. Он ещё совсем молодой девятнадцатилетний парень, который не знает об устоях в обществе.Честно,Жэ Бину было наплевать, что сейчас, что в оригинальной новелле кто сидит перед ним, будь, то уважаемая госпожа или его верная правая рука в лице Гуан Аня. Резкий стук в дверь. —Не входи. — грубый голос императора послышался ответом. Снова стук. Жэ Бин сильно напрягся. Дверь открылась на пороге показался долгожданный главный герой — Цзин Фэн. «Ты пришел спасать мою невинность и честь, наконец-то, Цзин Фэн!» — Гуан Ань приклонил голову. Жэ Бин тут же обомлел от такой наглости, оставил полураздетого воина и поспешил к двери. Он был ужасно зол и пытался закрыть своей спиной Гуан Аня. —Убирайся. — властно и устрашающее. Цзин Фэн молчал. Его угольные длинные волосы были собраны в нижний пучок, оставлены сзади. Взгляд зелёных глаз выражал ярость, уверенность. Черные брови он выровнял словно точно по линейке. Он злобно прикусил свою нижнюю губу. Его белые одеяния, бирюзовые снизу и на краю рукавов выражали чистоту его души, намерений. Правой рукой он сжимал обнаженный меч, хоть и был левшой его учили сражаться только правой. Он был чуть ниже Жэ Бина, но не выглядел жалостливые или ничтожнее его. Его образ сам за себя говорил, что вот он — главный герой, покровитель женских сердец. Цзин Фэн резким движение левой руки оттолкнул императора с прохода, вошёл в его покои. Он приблизился к Гуан Аню. Воин сжался, он не хотел, чтобы его лучший друг видел его в таком ужасном виде. —Цзин Фэн. — главный герой обернулся на голос Жэ Бина. — Я сказал тебе убираться. Я тут всего лишь потешаюсь с твоим лучшим другом. — он усмехнулся, разлился в довольной улыбке. —Я не позволю тебе сделать такого с Гуан Анем. Он не твоя женщина, он не твой мужчина. Он служит тебе, но не принадлежит. — ледяной голос Цзин Фэна с точными, правильными словами поразил Гуан Аня. «Вау, а в оригинале ты сказал меньше.» — воин беспрерывно начал смотреть на Цзин Фэна глазами полными восхищения и умоляющими забрать его отсюда. «Интересно, с кем меня после этого начнут сводить? С Жэ Бином из-за нашей недоблизости или с Цзин Фэном, что сейчас хоть драку устроит за меня? Моя задница уж точно спасена, пора задуматься над реальным миром.» —Цзин Фэн. — обратился император. —Я хочу видеть тебя после заката солнца в моих покоях. А сейчас оставь нас, я не сделаю с Гуан Анем ничего. — голос резко стал спокойным и стойким, пропали "огненные" нотки. В тот момент по всей видимости Жэ Бин очнулся от своей игры, снова завладел свои рассудком и может ясно мыслить. «Что было с Жэ Бином? Я должен сам ответить себе на этом вопрос, вспомнить...» Цзин Фэн точно кивнул Жэ Бину, молчаливо вышел из комнаты, до последнего наблюдая за Гуан Анем, прожигая взглядом императора. Жэ Бин вернулся к кровати, освободил руки воина от хлопкового пояса. —Одевайся. Ты мне будешь нужен ещё сегодня. — конечно Жэ Бин не имел в виду ничего грязного или повтора этой ситуации. Гуан Ань подхватил всю свою одежду с пола и начал поспешно одеваться. Правая рука императора не мог даже взглянуть на него, зато Жэ Бин полностью рассматривал, как тот одевается. Мерзко, слишком мерзко. Гуан Аня не мог забыть горячую руку Жэ Бина на свое бедре, его действия, хоть воин и просил прекратить. Страшно. Гуан Аню резко стало страшно находится в комнате со своим самым идеальным персонажем. Гуан Ань стоял у двери, спиной к Жэ Бину. Взгляд воина был опущен вниз, плечи расслабились. Ярко-синие глаза помутнели, а зрачки начали резко сумасшедше бегать. Воин вышел из комнаты, захлопнул за собой дверь, не оборачиваясь. —Вы ужасно больны, Ваше Величество. — он сказал это почти шепотом, прижавшись к двери покоев императора. Гуан Ань был уверен, что никто, кроме него самого не мог этого услышать. —Я знаю, Гуан Ань. — Жэ Бин тоже прижался к двери. — Я болен. Будь осторожен, пожалуйста. С каждым днём мне становится только хуже... — почему подобное от Жэ Бина звучит, будто это говорит не он? Гуан Ань поспешил удалиться подальше от покоев Жэ Бина.