Пламя Феникса

      На следующее утро, проснувшись бодрячком поздним днем, Тэй пошел в ванную и залип в зеркало. Всю шею покрывали следы вчерашнего бурного времяпровождения, да и на запястьях были едва заметные отметины пальцев. А Андромедас, однако, оставляет о себе... память! Хмыкнув, менестрель поближе рассмотрел две небольшие точки, оставшиеся от клыков вампира. Еще вчера он отметил, что кровь из ранок не текла совершенно, видимо вместо анестезии в слюне кровососов было заживляющее, и на этом спасибо. Однако полностью укус оно не затягивало, так что некоторое время придется выкручиваться с одеждой под горло. Благо, сильно начальник не распоясался, след был всего один, так что...       Сходив за телефоном, парень сфотографировал ту часть шеи, где не было укуса и с довольной лыбой отправил сообщение Шушеру, сопровождающееся текстом "Не могу ждать понедельника, хвастаюс уже сейчас! Потом расскажу в подробностях как он горяч! ✨"       Минут через десять в ответ пришло короткое: "спорим я горячее :D"       И фото градусника, на котором 39,2.       Музыкант, в это время как раз копошащийся в холодильнике, после прочтения данной информации округлил глаза и тут же принялся звонить другу.       - Я не понял, ты меня разводишь? - спросил Тэй, едва коллега взял трубку. - Когда ты успел, еще вчера ходил бодрый!       - То было вчера, - прохрипел в ответ парень. - А сегодня новый день, пора к новым достижениям.       - Ну обалдеть теперь, - покачал головой менестрель. - Таблеток выпил? Температура высокая совсем.       - Я выпил апельсиновый сок. Там витамин С, думаю, поможет.       - Ты дурак что ли? - искренне не понял Тэй. - Какой сок, где жаропонижающее хотя бы? Я уже не говорю о вызове врача.       - А шо, сок не жаропонижающий? Знаешь, если приложить бутылочку ко лбу...       - Я еду к тебе, найди в себе силы открыть попозже дверь, дитё ты великовозрастное.       - Нельзя оскорблять болезных! - успел возмутиться Шушер, прежде чем Тэй нажал на отбой.       Подумав, музыкант решил, что позавтракает уже у друга, прикупив что-нибудь по пути, ведь лучше поскорее доставить ему нужных лекарств, а то ведь действительно как ребёнок с "само пройдет". Наскоро одевшись, парень выскочил из дома и поехал к Шушеру. По пути он взял в аптеке всяких противогриппозных таблеток и прочей полезности, а себе любимому - пиццу в забегаловке рядом с домом коллеги. Добравшись до квартиры, Тэй принялся стучать в нужную дверь. Без остановки. Просто потому что.       - АЙ! - возвестил Шушер, когда, спустя несколько минут, все же открыл.       Он был в шортах с авокадо и одеяле.       Всклокоченный пуще прежнего, с нездоровым румянцем на фоне повышенной бледности и синяками под и без того темными глазами.       - А теперь кыш отсюда обратно на диван, - шикнул на него музыкант, просачиваясь в квартиру. - Сейчас принесу тебе таблеток, и попробуй только не выпить.       - Во-первых, фу, таблетки не вкусные. А во-вторых, у меня кровать, мягкая, прекрасная кровать, - заявил болезный и, гордо вскинув подбородок, прошествовал вглубь квартиры.       Край одеяла царской мантией потянулся по полу следом.       Помыв руки, Тэй прошел на кухню, проверил Шушеровский холодильник на предмет хоть чего-нибудь, покривился, но все-таки сделал бутерброд на остатках роскоши и, заварив теплый чай, понес все это другу.       - Вот это выпьешь, - сказал менестрель, достав из рюкзака жаропонижающее, - одну пока что. А вот этим заешь, потому что так надо, ясно?       Он кивнул на притащенный бутер.       - Не хочу на еду даже смотреть, - скривился парень, забираясь под одеяло с головой.       - Понимаю, но это чтобы желудку не было плохо от таблеток. Хотя бы немного съешь, - настаивал Тэй, - а то станешь потом гастритником и не до пиццы “Дьябло” уже будет.       Из-под одеяла показались всклокоченные волосы. Потом глаз. Глаз недовольно сверкнул. Но увидев упрямое выражение на лице менестреля, больной таки соизволил перестать выпендриваться. Высунулся нормально и протянул руку.       - Изверг, - постановил мрачно.       - Я заботливая душка, так и знай, - фыркнул парень, подавая припасы. - Еще и напишу тебе что, когда и как пить. Имей совесть, Шушеров, без тебя мне будет скучно на работе.       - Возьми выходной, тусуйся здесь, - хрипло рассмеялся парень. - Посмотрим фильмы, понаблюдаем за поединком Фиса и Ахара.       - Поединком? - прищурился Тэй. - Пока что тебе всякое такое противопоказано. Лично мной. Лично. Лежи и кинцо смотри. А я, кстати, жрать хочу. Пойду на кухне поем, чтобы тут не крошить.       - А чего эт мне на поединки смотреть нельзя, в чем причина противопоказания, доктор? - вскинул брови Шушер.       Он таки собрался с силами, выпил таблетки и с недовольной моськой потянулся к бутерброду.       - Ааа, ты не один из этих, - озарило музыканта. - Столько ников, уже и не упомнишь. Что ж, смотреть точно можно! И да, я посижу здесь, пока не удостоверюсь, что температура спала. Иначе вызову белую карету.       Пригрозив скорой, парень ушел на кухню поедать пиццу. Дома у Шушера он чувствовал себя весьма свободно и на кухне шуршал с уверенной вседозволенностью.       Через полминуты его телефон зажужжал.       Сообщение от Шушера: "Мне скучно, принеси конфет с полки".       Фыркнув менестрель взял то, что дитятко просит и вернулся в комнату.       - Бутер съел? - спросил он, внимательно глядя в глаза друга.       - Его спасло то, что он с колбасой, - фыркнул Шушер. - А теперь отдай конфеты, в них коньяк, хоть какая-то радость.       - Шож, пару штучек позволю, - нагло улыбнувшись, Тэй прицельно запустил в коллегу сладостями.       - Хэй! - с реакциями у больного все было плохо, и одна из конфет бойко стукнула его в ключицу. - Помнешь!       - Не настолько ты нежный, - отметил музыкант и, показав другу язык, снова исчез в кухне - доедать.       - Конфеты помнешь, - хрипло рассмеялся тот вслед.       Засунув одну из них в рот, он откинулся на подушки. Долбаная слабость, даже не догонишь, чтоб подзатыльник дать…       В скором времени Тэй доел свою пиццу, преисполнился сытой лености и, порадовавшись, что не надо мыть посуду, вернулся к Шушеру.       - Ну? - осведомился.       - Жив, цел, орёл, - прохрипел парень.       По виду - брехал и краснел (не от стыда, от болезни).       - Оно и видно, - покивал музыкант, устроившись в кресле. - Мне, тебе такому, аж хвастаться своими успехами неинтересно. Выздоравливай давай активнее.       - Это я тогда вовремя заболел, - нагло оскалился брюнет. - Шоб не слушать как ты жизнь свою молодую губишь беспорядочными, опасными связями. Или... Ты мужика себе нормального нашёл?       Шушер подозрительно прищурился.       - О, мужика я себе шикарного нашел, - все-таки похвастался Тэй, принимая позу "рассказчика", то есть разваливаясь поудобнее. - Ты себе представить не можешь, как он горяч, сугубо потому, что не спал с мужиками. Ну да ладно. Вот эта вся красота, - парень обвел рукой район шеи, прикрытой высоким воротом майки (д-дизайн), - от него!       - Бандит небось, - скривился Шушер.       - Лучше, - парень повел рукой в воздухе, обозначая безграничность прекрасного, - он их глав... Начальник клуба, то есть!       Парень прищурился.       - То есть главарь. Я ж услышал, с чего ты начал!       - Знаешь, его главарем автоматически называть охота, а имел ввиду просто, что начальник мой, - пояснил Тэй с честными глазами. - Ну в общем, не суть! Давай расскажу, как это у нас случилось.       - Избавь меня от подробностей вашего гейства! - Шушер для верности закрыл уши руками. - Ты б еще видео принес, блин! И вообще, я болен, а тебе неудобно хвастаться, помнишь?       - Если ты не уберешь руки от ушей, я начну показывать все жестами, - прищурился музыкант. - И вообще успокойся, про интим я тебе рассказывать не буду, еще чего. Но вот как до этого дошло, на самом деле, забавно!       - Только если обещаешь, что таки забавно, - Шушер убрал руки и улегся поудобнее, укутавшись в одеяло до самых глаз.       Жар перетек в озноб, и болтовня менестреля неплохо от этого отвлекла бы.       Художественно описывая детали, Тэй пересказал недавние события, уделяя особое внимание их словесной перепалке, а после упомянул, что уже не раз подкатывал к начальнику, но тот держался прямо-таки стальной стеной. Вид у музыканта по окончанию разглагольствования был гордый и очень собою довольный.       - Мне кажется он тебя трахнул просто чтоб не убить, - глубокомысленно раздалось из одеяльного кокона.       - Странное решение, конечно, - хохотнул парень, - но, знаешь, этот его способ... выплеснуть раздражение, мне на руку. Ведь иначе ж никак не хотел. А я, между прочим, вежливо предлагал, старался.       - И я по глазам твоим бесстыжим вижу, что ты понял, как добиться своего, и твой инстинкт самосохранения как раз в отпуске, в отличие от нас, - вздохнуло одеяло.       - Можно и так сказать, - милостиво согласился менестрель. - Кстати, ты, я думаю, теперь на больничном. Считай микро-отпуск.       - Ага, щас. Ты наш нынешний проект видел? Он же горячее твоего мужика! - Шушер аж сел.       - Ничего, я терпел-ждал и ты подождёшь, - улыбнулся парень. - Тебе отлеживаться надо, а уже потом думать о с... даче. О сдаче, да.       - Ты ждал потому что тебя динамили, а мне-то чего? И вообще!       Одеялко зашевелилось, Шушер выбрался из него наружу. Мокрые прядки, прилипшие к вискам, беззастенчиво палили его все еще высокую температуру.       - Куда это ты собрался?       - Проект делать, - каркающе хохотнул парень. - А сам как думаешь?       - Ляг на место, дорогуша, иначе я тебя к кровати привяжу, ясно? - нахмурился Тэй. - Или это у тебя уже бред от жара? Давай-ка меряй температуру, вдруг пора карету вызывать.       - Да в туалет я иду, отстань, - отмахнулся уже успевший сесть парень.       Привстал, чуть пошатнулся, но выстоял, и упрямо направился из комнаты в коридор.       - Если скоро не вернешься, я пойду за тобой, - пригрозил музыкант, - a то свалишься там в обморок еще...       - Это было бы весьма эпично, - донеслось из коридора.       Фыркнув, Тэй встал, поискал в пределах видимости градусник, и, обнаружив его, упал на кровать, дожидаться друга. Хотел тот или не очень, а температуру мерять было пора.       Шушер вернулся довольно быстро. По стеночке, правда, но быстро. Увидел Тэя, увидел градусник, скривился и завалился рядом.       - Во-первых, кыш с моей кровати, тут мои вирусы, я их тебе не отдам, - заявил он.       - У меня хороший иммунитет, - парировал музыкант и повернувшись протянул коллеге измерительный прибор: - Действуй.       В кои-то веки архитектор всея их фирмы спорить не стал, а просто измерил температуру. В процессе затих весь, прикрыв глаза, будто бы даже задремал. Прождав десять минут, Тэй сам потянулся за градусником. Уж если Шушер немного отрубился, то пусть, сон на благо.       - Ворують! - тут же возмутился брюнет, вытащил приборчик и отвел его от менестреля на вытянутой руке. - Я сам гляну сначала!       - Попробуй только потом струсить показания, - угрожающе прищурился музыкант.       Шушер взглянул на градусник, важно кивнул и... таки шустро пару раз ним дернул, сбивая все что было нажито его температурными потугами.       - Я совершенно в порядке, - заявил он. - Нечего тут смотреть.       - Я применю насилие и заставлю тебя перемерить, - спокойно сказал Тэй, - и это не шутка. Или нет, вызову скорую прямо сейчас, скажу, что у тебя под сорок.       - Во-первых, грешно угрожать болезному, - важно воздел палец (слегка дрожащий) к потолку парень. - Во-вторых, в скорой я никуда не поеду, будешь ловить меня по всему району.       А взгляд-то какой серьезный, аж верится.       - Шушеров, считаю до трех. Мне не улыбается ждать, пока ты действительно начнешь бредить и разбираться потом с врачами. Ты знаешь, как это муторно не-родственнику?       - Справедливости ради, я тебя сюда не тащил, - заметил Шушер. - Это так, чисто для справки. 38,9 там, видишь, уже лучше!       Он отложил градусник на тумбочку, сложил руки на груди и закрыл глаза, улегшись ровно. По всему видно - обиделся.       - Вы посмотрите, бурчит он на меня, - Тэй от души ткнул друга в бок. - Я, между прочим, произвожу беспокойство и всячески способствую выздоровлению. А тебе не нравится.       Архитектор дернул плечом на его тычок, фыркнул, не открывая глаз.       - Я тебя все это делать не заставляю. Ты ведь действительно не родственник, волен и уйти. И так сделал больше, чем они бы сделали.       - Да щас, разогнался. Чтобы ты тут соком лечился? - парень перевернулся на живот и улегся, положив голову на скрещенные руки. - Терпи мое присутствие, вот. До вечера я здесь. А там посмотрим, могу ли я доверить тебя тебе.       Запоздало в голову Тэя пришло понимание, что, похоже, друг неправильно понял слова о не-родственниках, а он имел ввиду всего-то возню с документами, которые черти где в квартире лежат и возможную ограниченность посещения больного.       Шушер приоткрыл один глаз. Вздохнул. Закрыл обратно.       - Тебе там есть нечего будет.       Тон его был уже спокойнее. Похоже разговор успел сам собой вырулить в нормальное русло.       - Тебе, кстати, тоже... - задумчиво произнес музыкант, - а надо хотя бы супчика легкого. Знаешь что? Пойду я в магаз, а потом немного пошуршу на твоей кухне. И чтобы ты не думал, что это просто так, то, знай, если я заболею, то позвоню тебе. Твоя очередь будет готовить. Договорились?       - У тебя ж иммунитет сильный, - прищурился на него парень. - Ты ж не болеешь, лежишь тут, гордый неуязвимый мужик.       - А вдруг об тумбочку мизинцем ударюсь и буду в гипсе пол месяца лежать? - шутливо предположил Тэй. - Давай не будем придумывать мне теоретические болячки? Что тебе в магазе купить, кроме того, что я сочту нужным?       - Горчицы, - важно кивнул Шушер. - О ней ты сам не догадаешься.       - Действительно внезапно, - приподнял брови парень.       - Лекарство, - гордо пояснил архитектор. - И это, сухую бери. А то банку притащишь уже готовой, что я с ней делать буду?       - Может сразу горчичники в аптеке взять?       - То не то, - качнул головой Шушер. - Много денег за то, чтоб потом драть горчичные пакетики? Глупость. У меня свои методы, хех.       - Ладно, поверю тебе на слово. И даже изучу твой метод, вдруг пригодится. Ты же не будешь скрывать секрет от друга?       - Запрусь на тысячу замков, - хмыкнул брюнет. - И это. Пельменей купи. Закончились. Деньги я потом скину, сколько там надо будет.       - Пельмени это святое, - одобрил Тэй и принялся писать список, чтобы ничего не забыть.       Поглазев на записанное, он добавил пункт "мармел. мишки" для себя любимого и, собравшись, вышел из квартиры. Едва за музыкантом закрылась дверь он достал телефон и, поискав контакт Кириллыча, написал ему сообщение:       "У Шушера температура 39, но он делает вид, что все в порядке. Вы можете на него строго посмотреть и дать больничный? Тем более на понедельник он уже все сделал и его присутствие необязательно."       Ответ от шефа пришёл далеко не сразу. Парень даже успел вернуться и разложить половину продуктов по местам. Кириллыч: "Ты думаешь на него подействует мой строгий взгляд, когда у него такой проект?" Тэй: "Придумайте что-нибудь, Кирилл Кириллыч, вы же начальник! Если придет в офис, то всех заразит, а дома скопытится, трудоголик хренов. Знаете, чем он лечился, пока я не пришел? СОКОМ." Кириллыч: "Типичный Шушеров. Не боись, его и кирпичом не зашибешь" Тэй: "Ага, до поры" Кириллыч: "Ты немножко паникер. Тем более, ты вон пришёл, а значит проконтролируешь ситуацию. Вот и держи в курсе до утра, а там поглядим" Тэй: "До утра?? Только если можно приехать к обеду, мне еще домой надо будет заехать, а то я не в дресс-коде" Кириллыч: "опять в футболке с хуем?!" Тэй: "В секси-майке, фотку прислать? :)" Кириллыч: "спасибо, обойдусь. У Шушера рубашку возьмёшь, они существуют в его шкафу, я точно знаю" "а вообще... Считай, что у тебя выходной. Ежели ему все ещё будет плохо. А то сам нам микробы в офис занесёшь, фу" Тэй: "Логично... Ладно, пойду делать ему суп. А там если что оттащу от компа. Надеюсь во вторник не приду с фингалом. Хорошего дня, КириллКириллыч!" Кириллыч: "У него и косметика есть, замажешь :D" "И вам там не хворать. Это приказ"       Хохотнув на упоминание косметики, Тэй подумал, что надо будет попытаться накрасить друга развлечения ради и, начав продумывать варианты этого безобразия, занялся готовкой. В планах был легкий супчик и паровые котлетки, а к ним, не мудрствуя лукаво, можно по-простецки сварить макарошки. Иногда парень заглядывал к другу в комнату, проверить самочувствие, да перекинуться какими-никакими шутками.       Потом они, как и хотел Шушеров, смотрели на поединок знаменитых игроков, ники которых музыкант забыл через пять минут после матча, а ближе к вечеру Тэй отбил себе диван, не обращая внимания на деланные возмущения коллеги про "няньку".       Утром у Шушера все ещё была температура. 38,4. Хрипел голос, но, что характерно, ни больного горла, ни кашля, ни насморка. Парень просто выглядел так, будто не спал неделю и все это время задротил в игрульки, не вставая из-за компа. Тэй бы даже заподозрил неладное, если бы ночью пару раз не заглядывал в комнату, проверить не мечется ли там дитятко в бреду. В бреду не метался, за компом не сидел. А все равно не внешний вид, а пиздец.       Накормив болезного, клятвенно обещающего, что к вечеру будет огурцом, Тэй проинформировал Кирилыча, что они на больничном (такие дни фирмой, в отличие от спонтанных выходных, оплачивались!) и принялся поить архитектора таблетками. Это было сложнее, чем супом, но менестрель справился. А потом они засели смотреть сериал из свежевышедших, так день незаметно и пролетел. Что удивительно, к вечеру Шушеру и вправду стало гораздо легче. Он ещё рассказывал, что в этот раз легко отделался, обычно в первый день ему вообще капец плохо. Зато к вечеру второго дня уже все проходит. И вот поди разберись, то ли читером обозвать, то ли посочувствовать.       Впрочем, как бы там ни было, уходя в Феникс на работу, Тэй был спокоен. Ну, почти. В антракт все равно написал, уточнил живое ли там их чудо архитекторской мысли. Чудо прислало фото пальца вверх на фоне пельменей. Ну, вот и хорошо. Значит, сегодня можно было двигать к себе домой, но сперва…       Доиграв свою смену, менестрель встал и, следуя своему четко составленному плану (на деле общей идее, подразумевающей импровизацию по обстоятельствам), двинул в кабинет начальника. Этой ночью они с Андромедасом не пересекались, тот сидел в своем кабинете сычом, но парень решил, что затворничество вампира уж точно не спасет! Преисполненный желанием встречи, Тэй постучал в темную резную дверь и, не дожидаясь ответа, вошел в комнату. Благо, было открыто.       - А добрый вечер, - предвкушающе улыбнулся музыкант, углядев мужчину на его законном месте, в кресле за столом.       - Пришел извиниться за свое поведение? - поднял на него взгляд Андромедас, убирая документы в стол.       - О да, - подбираясь к начальнику, кивнул парень.       Остановившись у стола, он наклонился, оперся руками о столешницу и уставился на вампира горящим взором.       - Я хочу еще, - проникновенно сообщил Тэй, здраво предполагая, что вампир сразу поймет, о чем идет речь.       - А еще что хочешь? - мужчина усмехнулся, откидываясь на спинку кресла и окидывая менестреля задумчивым взглядом.       Недовольства от него не исходило, скорее чуть насмешливая уверенность. Видать, настроение было хорошее.       - Мм-м, пока, пожалуй, ничего, - ответил музыкант, наклонив голову и разглядывая расслабленного начальника.       - Да неужели? Как мило с твоей стороны, - Андромедас оскалился. - А если я скажу нет?       И снова эти нюансы! Не "не хочу", а "если нет".       - "Нет" у нас уже было предостаточно, - фыркнул парень и, отлипнув от стола, обошел его, остановившись у кресла вампира.       Пол секунды на принятия решения и вот уже Тэй разворачивает его к себе и наклоняется над мужчиной, опираясь на подлокотники.       - Скажи "да".       - Зачем тебе это? - прямой взгляд мужчины, пусть и снизу-вверх, слегка прошелся по коже легкими мурашками.       - Твое "да"? - уточнил музыкант. - Нуу... А и вправду, кажется у нас спонтанно лучше получается.       И, едва договорив, он впился в губы начальника, не дожидаясь нового вопроса. Хватит разговоров, такого действительно лучше зажигать сразу... Мужчина же резко встал, оказавшись максимально близко. Отстранил менестреля, рукой перехватив волосы - прям профессионально, без боли, ловко вплетя пальцы в пряди.       - Обнаглел? - уточнил жарким полушепотом.       - Да, - Тэй с вызовом посмотрел в вишневые глаза, попутно расстегивая пиджак начальника.       Андромедас не ответил, просто поцеловал уже сам, без доли нежности, крепко, огненно.       Позже, по пути домой, парень раздумывал о том, что всё-таки нашел тот путь, который гарантирует ему приятный досуг с еще недавно ловко уворачивающимся от любого контакта начальником. Немного природной наглости и настырности и вот, пламя вспыхивает, откладывая до поры всю серьезность образа важного челове… вампира. Приятно.       Мурлыкнув про себя, Тэй поудобнее устроился на заднем сидении такси. Кажется, жизнь наладилась окончательно.