Я вернусь, и не раз!

      

Вечный мрак:

Уходит время, уходят люди, Уходят реки и холмы. Одно нетленно — вечность. Так в ней окажешься и ты.

{Автор — Бычков Дмитрий}

— Я жду объяснений, — строго сказал Том, как только они переступили порог личных покоев Гарольда. Парень перед ним слегка занервничал и не спешил с ответом. Он прекрасно знал, что рано или поздно ему придётся поведать обо всём Тому. Но он как наивный ребёнок надеялся, что эта проблема решится как-то сама. Но увы, вот он. Тот самый момент, когда пора перестать избегать разговора. — Пятьсот пятьдесят… —тихо и невнятно сказал Гарольд. — Чего? — не поняв, переспросил Том. — Мне нужно будет уйти на пятьсот пятьдесят лет… — совсем уж отчаянно прошептал Гарольд, не оборачиваясь к Тому. Гарольду было попросту страшно развернуться и посмотреть в лицо самому дорогому для него человеку. Но стоило только представить, как чувствует себя сам Том, и неуверенность Гарольда смыло на второй план. Сделав судорожный вдох, он обернулся и тут же застыл: Лицо Тома было полно боли и отчаяния. Его сердце точно бы пропустило пару ударов, если бы оно у него сейчас было. Дрожащие руки поднялись и судорожно схватили рукава хлопковой чёрной рубашки его Воронёнка. Панический взгляд пронзительно-синих глаз столкнулся с обеспокоенным зелёно-золотым. — Т-ты оставляешь меня?.. — осипшим и подрагивающим голосом спросил Том. В любое другое время Том проклял бы самого себя за столь жалкий вид. Но явно не сейчас. Не тогда, когда его душа собирается оставить, бросить его! Том не мог поверить в это! Только не Гарольд! Не его Воронёнок… — …Кто угодно, но не ты… — сползая на пол, пробормотал Том. Его пальцы всё ещё цеплялись за рукава чужой рубашки, а сам он сидел на коленях в ногах человека, который стал для него всем. Его душой! Голова его тут же склонилась, а макушкой тот опирался на ноги волшебника перед ним. — Нет, — раздался такой родной голос прямо над его ухом. — Я не бросаю тебя. Том и не заметил, как Гарольд опустился перед ним на колени, чтобы быть с ним на одном уровне. А головой он уже опирался о чужое, своё, плечо. Он понял это только тогда, когда резко вскинул голову и встретился с таким родным и любящим, но до жути испуганным взглядом. — Я вернусь, — таким же подрагивающим голосом пытался убедить его Гарольд. — Для вас время пройдёт куда быстрее, может сократится даже вдвое… Прости… Гарольд хотел уже рассказать, что течение их времени будет разным, и он вернётся достаточно скоро. Но и ста, и двухсот лет достаточно, чтобы многие уже умерли. И, даже если Том и бессмертен в какой-то мере, то это всё равно долго. Это тяжёлое бремя ляжет на плечи всем из его семьи. Но на Тома в особенности, ожидание в сотни лет… Звучит просто ужасно. — Вернёшься?.. — с нескрываемой надеждой в голосе переспросил Том. — Да. Клянусь! Клянусь, что я вернусь к тебе, несмотря ни на что. Как только слова слетели с губ юноши, яркая вспышка магии озарила комнату. А когда она потухла, то на правых запястьях парней появились тонкие золотые линии. Это была сама клятва на магии, самое ценное, что только мог сделать другой волшебник. Том, лишь тяжело вздохнув, притянул парня в свои объятья. И, зарывшись своей прохладной ладонью в длинную гриву своего Воронёнка, ответил: — Для тебя пройдёт и того больше, так что не переживай и помни, что я буду ждать тебя дома. Слова о доме нашли сильный отклик в душе Гарольда. Парень и не заметил, как из его глаз покатились крупные солёные капли. До всего этого он и не думал о доме. Ведь ни дом Дурслей, ни Хогвартс, как бы он не пытался, не смогли стать его домом. Но теперь… Том готов дать ему дом, дом с ним. — Если там будешь ты, то даже палатки хватит, — улыбнувшись в чужую шею, прошептал Гарольд. — Хмф! За кого ты меня принимаешь, я создам для нас лучший дом, — возразил Том, слегка оскорблённый этим. — Верю, — бархатистый смешок сорвался с его губ. — Я люблю тебя. Признание сорвалось с губ так легко, что Гарольд и сам не до конца осознал это. Просто ему показалось это правильным в данный момент. Настолько правильным, насколько вообще возможно. И настолько же правильным ему казался ответ Тома. — И я тебя.

* * *

С того дня они больше не говорили о скором уходе Гарольда. Да и не было больше на это времени. Через пару дней Гарольд начал усиленно готовится к ритуалу воскрешения, потому и дома он почти не появлялся. А Том всё своё время проводил в компании Вальпурги. Они говорили, очень много говорили. Буквально обо всём, и ни о чём одновременно. Вальпурга пыталась понять «старого» друга, а сам Том просто коротал время в отсутствие своего Воронёнка. Когда же Гарольд возвращался, Том оставлял Вальпургу и всюду был рядом с Гарольдом. Будь это столовая, библиотека или же ритуальный зал. В свою же очередь парень везде пытался брать с собой дневник, хотя бы для того, чтобы напитывать его. А за пару дней до самого ритуала Том вообще ушел в «спячку», чтобы не тратить энергию. — Спокойной ночи, мой лунный принц, — с нежной улыбкой сказал Гарольд Тому. — Льстец, — с хитрой ухмылкой ответил ему Том. — И на ком только тренировался, поганец? — Исключительно на нашей Луне, — в такой же насмешливой манере парировал Гарольд. — Ох, бедная девочка. Ей же пришлось слушать и худшие версии, — посмеиваясь, говорил Том, оттягивая тот самый момент прощания. Но всё же, понимая головой, что уже пора идти, он коротко поцеловал Гарольда и тяжело вздохнул: — Пока… — До встречи, — стало последним, что услышал Том. И нежная улыбка —последнее, что увидел призрак, перед тем, как его поглотила тьма. И лишь тёплая и родная магия обвивали его в своих объятьях. Это уже был не тот страшный и холодный сон длинною в пятьдесят лет.