Я никогда не хотел ничего из этого
20 июня 2023 г., 05:25
20 мая
— Привет, — говорит Бомгю.
Тэхён читал книгу, составляя компанию для Чхве, пока тот спал. В последнее время Бомгю много спит вместо того, чтобы заниматься терапией. Врач принял это к сведению: сделал ему рентген, все просканировал, взял кровь, чтобы сделать все возможные анализы.
Несколько дней назад его состояние улучшилось. Он мог ходить медленно, но казалось, что его дух угас за последние несколько дней. Тэхен вроде даже заметил, что его хён выглядит хуже, чем в прошлый раз, когда он пришел сопровождать его, но промолчал.
Во всяком случае, врачи знали бы, что делать.
— Ты проснулся, хён. Нужно что-нибудь?
— Неа. Все нормально. — отвечает Бомгю — У тебя нет практики для камбека?
Кан застыл на некоторое время, прежде чем продолжить двигаться, как ни в чем не бывало. — Д-да, но все в порядке.
— Тэ? — спрашивает Бомгю. Тэхён мычит в ответ.
— Все идет не очень хорошо, не так ли? — старший начинает. — Я слышал от менеджера.
Тэхён вздохнул. — Конечно.
— Я не хочу, чтобы ты вот так ломался. Я не хочу, чтобы кто-нибудь из вас так сломался. — сказал Бомгю. Его глаза начали наполняться слезами.
Он не хотел, чтобы его мемберы сражались друг с другом, особенно, когда Чхве знает, что именно он был причиной этого. Тот скорее исчезнет из мира, чем увидит, как его друзья ссорятся.
— Не знаю, хён…
Дверь скользнула в сторону, Тэхён и Бомгю повернули головы к двери, только что вошла медсестра.
— Чхве, есть ли какой-нибудь опекун, который может поговорить с доктором прямо сейчас?
— В чем проблема? — Бомгю хмурится. Менеджера сейчас нет, и если речь идет о его состоянии, которое, как он заметил, ухудшается, он не хотел, чтобы кто-либо из его членов слушал. Он не хотел усугублять их проблемы и стресс.
— Доктор Ким хотела поговорить с твоим опекуном.
— Почему он просто не поговорит со мной?
— Это тоже возможно, мистер Чхве. Должна ли я принести вам инвалидное кресло? Или Вы будете ходить с костылями?
Бомгю мягко улыбнулся. Он рад, что медсестра не заставила его звонить опекуну. — Инвалидное кресло, пожалуйста.
Девушка подошла к углу его палаты, взяв коляску, которая стояла там. Тэхён встал со своего места, когда медсестра подвезла инвалидное кресло к кровати Бомгю. Он помог медсестре поднять старшего и усадить его в туда.
Бомгю остановил девушку, когда та хотела его повезти. Он крепко сжал руку Тэхёна.
— Что бы это ни было, я хочу, чтобы вы и участники прекратили это делать. Я не могу…я не хочу видеть, как вы, ребята, страдаете из-за меня.
Кан просто молчал, держа голову опущенной. Ему было искренне стыдно. У его хёна было больше проблем, о которых нужно было думать, и он — они — добавлялись к ним.
— Теперь мы можем идти, мисс.
Медсестра кивнула, тихонько подвозя Бомгю в кабинет врача.
~~~
Он ненавидел это. Он ненавидел все. Почему жизнь не может быть легкой для него? Почему жизнь его участников не может быть легкой? Как он им скажет? Как он сообщит им эту душераздирающую новость? Как он скажет им, что у него метастазы? Как он скажет им, что умрет через три месяца? Он заметил. Он заметил, что его здоровье не улучшается. Как он ухудшился за последние несколько дней. Он заметил, что его ноги стали терять силу чаще, чем раньше, однако игнорировал все это. Он не хотел терять надежду - не тогда, когда его участники все еще приходили и навещали его почти каждый божий день. Он тихо плакал про себя. Весь стресс, который он держал в голове, он выплакал. Всегда ли жизнь была такой тяжелой? Всегда ли жизнь была такой тяжелой или Бог был жесток только к нему и только нему? Если бы Бог хотел, чтобы он умер, он предпочел бы умереть случайно или умереть мгновенной смертью. Не так. Он не хотел усложнять жизнь другим, это его единственное желание. Единственное, о чем он просит, пока жив. Вот почему он прилежно прожил свою жизнь, не беспокоя своих родителей, своего брата и особенно своих членов. Да, ему нравилось дразнить своих участников, ему нравилось доставлять неприятности, но это были просто беззаботные шутки, которые он отпускал, когда видел, что его участники чем-то обеспокоены. Ему не нравилась улыбка, исчезающая с лиц людей. Он не любил, когда люди хмурятся, особенно когда это из-за него, но теперь он собирался сделать все это. Он собирался заставить людей плакать, он собирался заставить людей разочароваться, он собирался заставить людей грустить. Все из-за него. Он пустым взглядом смотрел в потолок. Он не мог плакать. Почему-то его слезы не хотели литься или его слезы все еще были там? Он много плакал. Если бы его слезы можно было измерить, он, вероятно, выплакал бы не меньше литра слез.
