Все получится, если верить в себя

       Тревожный звонок в двери разрушил спокойствие тихого дома. Трезвонили долго - так звонят соседи снизу, если вдруг им на голову льет с потолка, потому что у вас не закрыт кран в ванной. - Дима, кто бы так мог звонить? – мама пошла открывать. На пороге стоял дядя Игорь. В форме, которую носил только в том случае, когда очень требовалось. - Дима, собирайся, быстро. По дороге объясню. Уже по виду майора Дима понял – случилось что-то страшное. Или случится, вот-вот. И без расспросов пошел надевать брюки вместо пижамных штанов.       В школу он сегодня не ходил – с утра поднялась температура, и заболело горло. Мама заахала, напичкала таблетками, заставила полоскать каждый час. Весь день Дима пытался дозвониться до Кирилла, но механический голос твердил, что «Абонент недоступен». Мама тоже была дома, взяла отгул. Она сказала, что за порог не выпустит. - Твой Кирилл знает адрес и телефон, и может сам прийти или позвонить. А не позвонит, значит, не так ты ему и нужен. Дима промаялся весь день. Температура то лезла вверх, то немного понижалась. Боль царапала горло и душу. А в голове билось одно: «Кириллкириллкирилл…» Вчера он заметил свежие шрамы на руках, поверх заживших. Кир сам признался, что иногда режет руки, когда особенно тоскливо. Когда отец называет его ничтожеством и тряпкой, и смотрит, как на пустое место. Потому в школе все время в рубашке с длинным рукавом – чтоб ни у кого не возникало лишних вопросов. Дима не задавал дяде Игорю ни единого вопроса, зато мама рассыпала их целую тучу: - Игорь, куда? Вы с ума сошли? У ребенка температура, он болеет, ночь на дворе, на улице холодно. - Лена, все потом. Если хочешь, поезжай с нами. - Мам, я все объясню, когда вернусь. - Все будет с ним хорошо, я за него головой отвечаю, - добавил майор. Во дворе стоял УАЗик. - Дядя, что случилось? С Кириллом? Догадка обожгла, будто ледяная вода за шиворот. - Да. Надеюсь, мы успеем.       Кирилла он увидел на крыше. Тонкую фигурку на фоне закатного неба. В мае темнеет поздно, почти одиннадцать вечера, а еще светло. Скоро белые ночи. Внизу, несмотря на поздний час, толпился народ. Полиция огораживала место под домом, отгоняя зевак. - Семнадцать этажей. - Говорят, из-за девчонки. - Идиоты. Мы в свое время такими глупостями не занимались… - Господи, да что же творится-то? Довели людей... Игорь ловко протащил Диму сквозь толпу, провел за ограждение. Кто-то сунул в руки «матюгальник». - Говори что-нибудь. Отвлекай его, - сказал он негромко. «Про школу нельзя, - мелькнула мысль, - тогда он точно шагнет вниз" Было страшно, до тошноты, до дрожи под коленками. - Киря, - выкрикнул он звонко, - мама разрешила мне взять котенка, слышишь. Котенка, завтра поеду за ним, хочу взять из приюта. А приют называется «Хвостатое счастье». И у меня будет свое хвостатое счастье! Здорово, правда? Я бы хотел серого, но какой будет. Говорят, котята сами себе хозяев выбирают. Интересно, какой выберет меня? Плохое зрение и подступающие слезы мешали, как следует, разглядеть фигурку на крыше. Но, похоже, Кирилл немного расслабился, успокоился, слыша голос Димы. И в ту же минуту его скрутили, оттащили от края… Внизу зааплодировали. - Молодцы, ребята, ловко сработали. - А толку-то? Выпустят, и опять на крышу полезет… - Бестолочи, из-за них люди не спят ночами. - Господи, а если б не успели? Свят-свят, спаси и помилуй нас, грешных… - А я так скажу, нет на них твердой руки. Вот в наше время… - Там машины стоят, парочку бы пробил, уже никакой ремонт не помог бы. Дима дернулся из рук дяди Игоря, но тот держал крепко. - А где Кирилл? Пожалуйста, пустите! - Кирилла твоего сейчас увезут, куда следует. А я тебя домой обещал доставить, в целости и сохранности. И добавил уже куда мягче: - Я обещаю узнать, что с ним. И все напишу в вацапе. Договорились?       Дома Дима рухнул на расстеленную кровать и зашелся в плаче. Он никогда не плакал по пустякам, с детства, не плакал, когда падал и ломал руку. И когда ему в голову попали камнем, пока он закрывал собой бездомного котенка. «Котенка…» Вспомнил свою сбивчивую речь под высоткой. И то, как расслабленно дрогнула фигурка наверху. Мама суетилась рядом с валерьянкой и чаем. Игорь сдал ей Диму «с рук на руки» и тут же уехал. У него было еще много дел. Объяснять ничего не стал. А Дима не мог – попросту не мог и слова сказать. Из груди вырывалось лишь рыдание и всхлипы. Но постепенно отпускало чудовищное напряжение, сдавившее шею будто веревка. «А мы из петли в петлю и обратно Сам не затянешь, затянут бесплатно» И, чувствуя себя выпотрошенным, он, наконец, оторвался от подушки. Сделал глоток чая и попросил: - Мам, давай возьмем домой котенка… Пожалуйста, очень-очень нужно. Из приюта. Серого, но можно любого. И он сам меня выберет. Можно, мам?