Зеркало души

      Яркий полуденный солнечный свет падал прямо в лицо архитектору Сумеру, который практически три часа не вставал из-за своего стола, пытаясь дочертить последние штрихи. Он исправлял всё снова и снова. Внутренний перфекционист требовал идеальных линий и совершенно не приемлил даже малейшей ошибки. Кавех прикрыл глаза и тяжело выдохнул. Спина болела из-за неудобной позы, в которой он работал, а ноги онемели. Он встал из-за стола и потянулся. Когда он услышал хруст в бедренном суставе, то понял, что на сегодня хватит отсиживать задницу.       Он вяло направился на кухню, чтобы немного освежиться прохладной водой с лимоном. Фрукты на большом базаре стоили дёшево, а его сосед заботливо оставлял ему деньги на карманные расходы, но всё равно некое чувство стыда за своё пребывание в чужом доме не давали ему покоя. Хайтам хоть и говорил, что ему не в тягость приютить его у себя, но всё же он живёт тут уже больше полугода и явно пока не готов никуда съезжать. Да и, по правде говоря, не слишком-то он и хотел покидать это место. Выйдя из своей комнаты, он обнаружил, что дома никого кроме него не было. Интересно, сколько он тут торчал в одиночестве?       Подойдя к раковине, он налил свежей воды и закинул в неё дольку лимона с листиком мяты. Одному тут было скучновато, но Аль-Хайтам никогда не предупреждал его, когда куда-то уходил и на сколько, поэтому большинство времени он проводил в компании самого себя. Взяв кружку, он отпил прохладной кисловатой воды. Горло сразу защипало. Он закашлялся.       — Вот же ж лимон попался… Надо запомнить, чтобы больше там не брать, — сквозь слёзы сказал в пустоту Кавех.       Следующие глотки уже давались хорошо. Приятное послевкусие цитрусовой воды успокаивало. Он присел на диван и закинул ноги на небольшой столик, чудом не сбив на пол шкатулку с карточной игрой. Да, они частенько любили поиграть в священный призыв семерых, но за эту неделю он слишком устал, поэтому было даже не до разговоров.       Солнце уже начинало садиться, как вдруг входная дверь открылась и на порог зашёл секретарь Академии Сумеру. Кавех обернулся и взглянул на него. Тот снял обувь, а также отряхнул песок со своего плаща и повесил его на вешалку. Наушники чуть было не отправились в полёт, но Хайтам ловко схватил их и положил на тумбочку возле двери.       — Кофе сварить? — спросил Кавех, сонно потирая глаза.       — Не откажусь, — коротко ответил Хайтам, проходя дальше в сторону ванной комнаты.       Кавех поднялся с нагретого места и пошёл на кухню. Он уже наизусть знал в каких пропорциях нужно варить этот бодрящий напиток для достижения идеального вкуса. Две чайных ложки молотого кофе, а также пару капель концентрата персика зайтун — то, что нужно после тяжёлого дня. Маленькие чайные кружки стояли неподалёку. Кавех потянулся к ним и взял сразу обе. Как назло, палец на руке свело судорогой, и он выронил одну на пол. Она с небывалым для своих размеров грохотом разбилась вдребезги, разбросав вокруг себя острые осколки стекла.       На шум вышел Хайтам уже переодевшийся в пижаму. Он в ней смотрелся крайне мило. Светло-зелёные свободные штаны и такого же цвета майка с короткими рукавами. Эта одежда совсем не выдавала в нём серьёзного секретаря Академии, а скорее простого домоседа. Его волосы были ещё мокрыми, поэтому пришлось накинуть на голову полотенце. Он зашёл к соседу на кухню и застал того за подметанием пола.       — Что случилось? — спросил он, вытирая голову.       — Чашку разбил. Извини, — не поднимая на него глаз, сказал Кавех.       — Ничего. Только не поранься, — с ноткой заботы в голосе сказал учёный и направился к себе в комнату.       — Кофе скоро будет готов! — крикнул ему напоследок Кавех, дометая мелкие осколки стекла в совок.       Собрав все острые кусочки с пола, он разлил горячий напиток по кружкам. На этот раз обошлось без инцидентов. Положив несколько печенюшек на блюдечко, Кавех накрыл на стол и крикнул соседу, чтобы он шёл есть. Долго ждать его не пришлось. Хайтам с полотенцем на голове подошёл к столу. Усевшись на своё излюбленное место у окна, он принялся потягивать горячий напиток. Кавех присел напротив, взяв с блюдечка пару мучных сладостей.       — У тебя кровь, — сказал Хайтам, разглядывая руку соседа.       Кавех взглянул на ладонь. А ведь и правда. Кровь уже успела свернуться, но всё же рана казалась свежей.       — Нужно обработать, чтобы не схлопотать заражение и не умереть в муках, — констатировал факт Хайтам.       — Я смотрю, ты всегда на позитиве, — выдохнув, сказал Кавех.       — Жди тут, — сказал он, и пошёл в ванную комнату за аптечкой.       Рука не болела, но когда Хайтам обратил на этот факт своё внимание, то Кавех сразу почувствовал лёгкий дискомфорт в этой области. Ладонь давала о себе знать лёгким пощипыванием. Буквально сразу же учёный вышел из ванной и преодолел несколько метров в три шага. Подойдя ближе к Кавеху, он присел на соседний стул и начал обрабатывать рану.       — Я думал, что поранился самую малость, а тут оказывается нехилый порез, — сказал архитектор, рассматривая свою ладонь.       Хайтам молчал, но было видно, что он очень заботливо бинтовал ладонь. Кавех немного смутился от такого жеста со стороны этого вечно холодного, как лёд, мужчины. Даже будучи студентами Академии они были полными противоположностями. Как вообще так вышло, что они живут вместе уже почти год?       — Готово, — сказал Аль-Хайтам, сложив средства первой помощи обратно в аптечку.       — Спасибо, — вежливо сказал Кавех, осмотрев свою только что забинтованную руку.       Остаток вечера они провели в тишине. По идее можно было бы сыграть в карточную игру, но сил и желания особого так и не возникло. Веки наливались свинцом. Кавех вытянулся на диване и взглянул на своего соседа. Вот как можно быть таким красивым? Да, он холоден, словно айсберг в океане, но только с ним позволял себе заботу и поддержку. Это было неимоверно мило с его стороны.       Недавно Хайтам рассказывал ему о том, что повстречал путешественника и какое-то летающее существо, имя которого уже вылетело из головы. Они тогда целый план по спасению дендро Архонта придумали. Кавех поначалу не слишком поверил в эти слова, ведь Хайтам не слишком жаловал богов. Правда, всё же чуть позже он самолично встретился с тем, кого они спасали. Он тогда столько всего хотел спросить у неё, но она была занята и не смогла долго разговаривать.       Тишина в гостиной уже начала слегка надоедать. Кавех поднялся с дивана и пошёл в ванную комнату, чтобы принять вечерний душ. Как только он зашёл туда, сердце пару раз подскочило в груди. Он слишком долго разглядывал себя в зеркале, от этого стало не по себе. Он резко развернулся и, взяв полотенце, висевшее на крючке, накинул его на отражающую поверхность. Ему стало спокойнее. Он принял освежающий душ. Тёплая вода окончательно смыла все переживания. Единственное про что он забыл — рана на ладони, на которую попал шампунь. Тихо выругавшись, Кавех вылез из ванны и заново перебинтовал руку. Полотенце, что висело на зеркале, упало на пол. Архитектор обернулся и подобрал его, стараясь не смотреть на своё отражение.       Когда он наконец-то вышел из ванной комнаты, на улице уже была глубокая ночь. Хайтама он не нашёл в гостиной, что и было логично, он всегда ложиться раньше него. Он всегда поражался тому, как этот здоровяк умудряется настолько рано отрубаться. Сам он начинает хотеть спать только после часа ночи, и то если повезёт. Сам не зная почему, но ему безумно захотелось зайти в комнату соседа.       Он тихо подошёл к двери и легонько её приоткрыл. Заглянув в щель, он сразу нашёл взглядом кровать. Хайтам и правда уже крепко спал. Повинуясь резкому порыву нежности, Кавех тихо зашёл к нему и подошёл ближе. «И правда, зачем ему вообще рубашка? Он же тут один спит, да и такие мышцы грех прятать под одеждой», — размышлял он, рассматривая мужчину. Сколько он его помнил, то Хайтам очень много тренировался в Академии, чтобы добиться такой фигуры, да и боевые навыки отполировал практически до идеала.       Кавех вспомнил, как на них напала какая-то шайка бандитов около года назад. Тогда они вместе неплохо справились с ними, хоть тех было больше. Правда Хайтам не слишком любит, когда кто-то у него под боком, поэтому в бою с ним трудновато. Он всё же одиночка, чем командный игрок.       Кавех, пытаясь его не разбудить, аккуратно прилёг рядом. Именно в эту ночь он захотел побыть с ним рядом. Они довольно часто так делали, правда сам Хайтам делал вид, что ничего не происходит, но он-то знал, что тому тоже приятно его общество. На людях они часто ссорятся, чем вызывают непонимание, однако дома всё по-другому. Здесь нет никого, кроме них, а соответственно можно делать всё, что душе угодно. Он прижался спиной к груди Хайтама. Его мерное дыхание успокаивало. Несколько минут потребовалось, чтобы окончательно провалиться в сон.       Проснувшись от приятного запаха, доносившегося с кухни, Кавех сладко потянулся. Наконец-то он смог выспаться и по времени было даже не слишком поздно. Он вышел из комнаты и увидел соседа в одном халате, распахнутом на груди. Единственное, что хоть как-то держало ткань на нём — это маленький зелёный пояс. Кавех слегка смутился и, прокашлявшись, сказал:       — Доброе утро. Чего так рано встал?       — Доброе. Ты слишком громко храпел, — сказал Хайтам, разливая кофе по кружкам.       Кавех вспыхнул как рождественская ель. Он с обидой взглянул на соседа.       — Что? Вообще-то я совсем не храплю! — сказал он, усевшись на своё место за столом.       — Ты просто себя со стороны не слышал, — ехидно улыбнувшись, сказал Хайтам, ставя перед ним кружку горячего напитка.       — Ну ты и придурок… Нет бы деликатно промолчать, — насупившись, сказал Кавех, болтая ложкой в кружке.       — Ешь давай, — немного хохотнув, сказал Хайтам и мимолётно прикоснулся губами к его макушке.       Кавех сразу затих. Ему очень нравилось такое проявление своих чувств от этого на вид холодного мужчины. Он всегда внутренне гордился тем, что Хайтам так относился только лишь к нему. Это даже в какой-то мере возбуждало. Сотня мелких мурашек прошлась по его телу, однако сейчас было не совсем подходящее время для подобного.       Они наспех позавтракали и отправились по делам. Кавех пошёл на встречу с Тигнари в караван рибат, а Хайтам, как обычно, направился в Академию решить какие-то вопросы. Они прошли половину пути вместе, а затем разделились. Мягкий голос неподалёку заставил Кавеха взглянуть налево.       — Привет, — сказал Тигнари, помахав ему рукой.       Его уши забавно дёрнулись, когда листочек упал ему на голову.       — Привет, — подойдя ближе к нему, он также поздоровался.       — Я принёс тебе последние, — сказал Тигнари, протягивая ему что-то запечатанное плотной бумагой.       — Спасибо. Не знаю, что бы я без тебя делал, — сказал Кавех с облегчением, пряча маленькую вещь в карман.       Они немного поболтали, а затем разошлись. Весь путь домой Кавех нервно сжимал в руке небольшой свёрток, боясь, что он каким-то образом выпадет из его кармана. Эта маленькая вещица была необходима ему как вода в пустыне.