Зеркало души

      Весь следующий день Кавех провёл за чертежами. Он потерял счёт времени, и когда услышал, что в дом зашёл его сосед, оторвался от работы. Потянувшись, архитектор потёр затёкшую от неудобной позы спину, и зашёл в гостиную. Хайтам как раз снимал наушники. Кавех уже было начал разговор, как увидел у него в руках маленький пакетик. Он судорожно начал искать по карманам такой же, но не нашёл. «Чёрт, сейчас будет приставать с расспросами. Нужно срочно что-то придумать…» — быстро подумал Кавех.       — Привет. Я тут подумал и решил, давай пригласим к нам Тигнари с Сайно? Посидим, перекусим, выпьем? — сказал Кавех, внимательно следя за своим соседом.       Тот выглядел уставшим и слегка раздражённым. Наверное, зря он это сейчас ему предложил, стоило немного подождать пока он отдохнёт с дороги. Всё ещё высматривая злосчастный пакет, который перебирал в руках Хайтам, Кавех решил зайти с козыря.       — Пока тебя не было я тут прибрался, вот думал расслабиться вечером, — сказал он.       — Послушай. Что с тобой происходит? — спросил учёный, смотря ему в глаза.       Кавех увидел в них столько беспокойства и любопытства, что не знал, как ему так сменить тему, чтобы не обидеть его. Этот разговор он не хотел начинать сейчас, лучше позже. Он не сможет нормально всё рассказать, но и Хайтаму бесконечно врать он не мог. Кавех нервно мялся с ноги на ногу. Это было замечено его соседом.       Аль-Хайтам подошёл к нему и прижался к его телу, крепко обнимая за плечи. Кавех почувствовал такое тепло и спокойствие, исходившее от него, что уткнулся носом ему в шею, вдыхая приятный кофейный аромат вперемешку с каким-то сладковатым одеколоном. Волосы Хайтама были мягкими и пушистыми, они щекотали его нос.       — Давай я немного позже расскажу? Я не хочу сейчас об этом говорить, — сказал он тише обычного.       Мужчина ничего не ответил. Он снова прикоснулся губами ко лбу Кавеха, вызвав у него волну неконтролируемых мурашек. Он знал, что именно такие мимолётные касания нравились его дорогому соседу. Он успел изучить его за это долго время полностью, хотя, то, что он не говорил ему важных вещей немного угнетало его. Аль-Хайтам думал, что, возможно, причина была именно в нём, или Кавех просто боялся ему что-то говорить?       — Хорошо. Давай пригласим Тигнари и Сайно завтра. Сегодня я устал и хочу выспаться, а завтра как раз выходной, — сказал Хайтам, взглянув в глаза соседу.       Ему нравились эти глаза. Они были всегда такими яркими, такими живыми, вот только последние пару недель в них будто что-то изменилось. Пропал тот задорный огонёк, блеск потускнел. Хайтам всерьёз предполагал, что Кавех чем-то заболел. Он нашёл у него вчера какой-то пакет с травами. Скорее всего, что ему их дал Тигнари, но его спрашивать тоже было бесполезно.       — Отлично. Отдыхай! Я немного поработаю, — сказал Кавех, направляясь в свою комнату.       — Только не шуми, — грозно сказал Хайтам.       — Не буду, — заверил его сосед, заходя в комнату и плотно закрыв за собою дверь.       Когда архитектор закрылся изнутри, он позволил себе немного расслабиться, работать он, конечно же, не планировал. Боль снова подступала. Она была не так сильна, как раньше, но всё равно причиняла немалый дискомфорт. Стоять и натягивать на своё лицо фальшивую улыбку уже так надоело. Ему нужна была моральная разрядка. Он осторожно лёг на живот и уткнулся носом в подушку. Постельное бельё пахло так вкусно, а всё из-за того, что было постирано с новым моющим средством, приобретённым со скидкой. Он обнял подушку руками и попытался расслабиться. В голову лезли не самые приятные мысли, но он старался не думать о плохом. Лучше подумать, например, об его соседе.       Аль-Хайтам для него идеал. Да, он ворчливый, надоедающий, вечно ходит с таким лицом, будто ему все всё должны, но для него он единственный и неповторимый. Он такой заботливый и нежный, когда они остаются вдвоём, что душа просто отправляется в рай от блаженства. Кавех любит его. Естественно, любит, но сказать то, что с ним произошло около двух недель назад он не в силах. Не из-за того, что он боялся реакции Хайтама, а просто из-за самого факта, что ему от этого противно. Он грязный, он не хотел замарать такого чистого человека своей грязью. Когда боль всё же немного отпустила, он смог уснуть с тяжёлой мыслями.       Аль-Хайтам же гадал, что могло случиться с его любимым Кавехом. Когда-то он бы даже посмеялся с того, что уже в мыслях называл его любимым, но только не сейчас. Осознание этого уже давно пришло в его голову, и он смирился. Похоже, что его чувства были вполне себе взаимными, но вот первый шаг никто из них так и не сделал. Они просто живут, как и раньше, только позволяют чуточку больше, чем обычные соседи. Казалось бы, что в этом такого? Они просто иногда стоят и обнимаются чуть дольше положенного друзьям, прикасаются друг к другу чуточку откровеннее. Хайтам всегда улыбался, когда вспоминал все эти ревностные нотки Кавеха, когда к ним в гости приходил кто-то чужой. Это было и впрямь очень забавно.       Все мысли об этом человеке он мог уместить в одно слово — прекрасен. Кавех, словно яркое солнце, что озаряет своим присутствием на его вечно тёмном небосклоне. Он, возможно, слишком чёрств, чтобы там напрямую говорить ему об этом, но он надеялся, что все его действия и знаки внимания говорят сами за себя. О том, какой Кавех добрый можно было говорить бесконечно, но сейчас он слишком устал после тяжёлого рабочего дня. Если завтра они будут встречать гостей, то ему надо бы выспаться. Улыбаясь самому себе, Аль-Хайтам провалился в глубокий сон.       На утро первым вскочил со своей постели Кавех. Он резво поднялся, сделал парочку упражнений для улучшения работоспособности тела и вышел из комнаты. Его сосед ещё спал, значит он мог спокойно приготовить им завтрак, а также сходить за покупками. «Тигнари же говорил, что ему нужно будет заглянуть в деревню Аару как раз сегодня. Что же, это замечательно!» — улыбнувшись, подумал Кавех. Он на скорую руку сделал себе и Хайтаму по яичнице и сварил им горячего кофе. На этот запах, видимо, из комнаты напротив вышел сонный сосед.       — Доброе утро, соня. Я тут приготовил завтрак. Присоединяйся, — с улыбкой сказал Кавех.       — Доброе утро. Да-да иду, мамочка, — саркастично сказал он.       — Вот вечно ты такой! Нет бы сказать: спасибо тебе, Кавех, ты как всегда потрясающий, — начал было говорить архитектор, но договорить ему не дали.       Хайтам подошёл к нему и практически невесомо дотронулся губами к его щеке, обдавая тело Кавеха просто целой толпой мурашек. Он сразу смутился и немного покраснел. «Вот блин так всегда… Даже побузить на дал», — сетовал про себя он.       — Я думаю, что это означает примерно то же, — сказал Хайтам и немного улыбнулся.       Кавех демонстративно отвернулся от него, буркнув при этом что-то нечленораздельное. Аль-Хайтам усмехнулся и, быстро сходив в ванную комнату, вернулся за стол. Он любил есть то, что готовил для него этот мужчина, ведь делал он это выше всяческих похвал. Правда, он никогда не говорил ему об этом. Когда-нибудь стоило бы это исправить.       — Я связался с Тигнари. Они придут к шести, — сказал Хайтам, доедая остатки яичницы.       — Когда ты успел? — удивлённо спросил Кавех.       — Как только встал. Терминал Акаши для чего существует? — с ноткой лёгкой иронии спросил Хайтам.       — Вообще-то ты же им не пользовался никогда, — парировал Кавех.       — Ну, теперь вот буду иногда, — пожав плечами, сказал Хайтам.       Кавех не стал дальше развивать этот разговор. Что же, если гости будут к шести, то нужно будет ещё раз навести порядок в доме и приготовить всё к их приходу. У него как раз где-то осталась бутылочка вина хорошей выдержки. Он надеялся, что кто-то из них присоединится к нему, чтобы он не чувствовал себя алкоголиком в компании эрудитов. Хотя, там ещё Сайно будет… Нет, конечно же он не считал его не образованным, но просто если сравнивать с Тигнари или Хайтамом то разница была. Он выкинул дурные мысли из головы. Они все его друзья и не важно насколько они были начитанными.       Ближе к вечеру Кавех и правда вычистил дом до блеска и наготовил еды на целую роту солдат. Он достал красивую бутылку вина из ящика на кухне и поставил её в самый центр стола. Улыбнувшись такой красоте, он присел, чтобы слегка отдохнуть. Его взгляд снова пал на бутылку. Он увидел своё отражение в ней. Капля холодного пота выступила на лбу, а пульс участился. Он взял бутылку и спрятал её под стол. Ему сразу стало слегка получше. Резкий стук во входную дверь заставил его подпрыгнуть на месте. «Чёрт, нервы совсем расшатались…» — сетовал он, подходя ко входу. Первым, кого он увидел, был Тигнари, который в тот же миг мягко ему улыбнулся. Чуть позади он увидел и шапку Сайно.       — Привет, заходите, — поздоровался с парнями Кавех.       Тигнари пожал ему руку и зашёл в дом, также сделал и его друг. Они все вместе уселись за стол в ожидании Аль-Хайтама. Секретарь Академии будто почуял, что только его и ждали. Он вышел из комнаты и, коротко всех поприветствовав, присел справа от Кавеха.       — Ну, рассказывайте, как у вас дела? — первым начал разговор Кавех.       — Коллеи пока не родила, — с серьёзным выражением лица сразу же вступил в беседу Сайно.       Все дружно взглянули на него. Хайтам не стал никак комментировать, а Кавех прыснул со смеху. Сегодня, казалось, его рассмешит любая его дурацкая шутка. Тигнари, похоже, как обычно не оценил юмора друга. Он приложил руку к лицу.       — У нас всё неплохо. Вот подумываем над тем, чтобы как-нибудь устроить прогулку на пару дней. Где-нибудь в глубинке, чтобы никто не достал, — сказал Тигнари, мельком глянув на Сайно, а потом добавил, — Если у кое-кого получится выкроить пару дней на отдых.       — Да, я думаю, что на следующей неделе как раз получится, — сказал Сайно, накалывая на вилку кусочек румяной курочки.       — А вы как? Рассказывайте! — потребовал Тигнари.       Его ушки дёрнулись от предвкушения. Кавех всегда находил это в крайней степени милым. Хоть на вид тот был вполне спокойным, но эти мимолётные подёргивания всегда выдавали его истинные эмоции. Наверное, он сам бы точно не смог к такому привыкнуть.       — Да в порядке. Как видите, у нас тут всё, как обычно. Этот вечно пропадает на работе до ночи, а я сижу один и скучаю, — обиженно протянул Кавех, доставая из-под стола бутылку вина.       Снова он увидел своё отражение и чуть было не выронил её из рук. Хайтам, вовремя заметивший это, подхватил бутылку. Он притронулся к плечу архитектора. Тот еле ощутимо дрожал. Тигнари обеспокоенно смотрел на друга. Он единственный из всей их четвёрки знал, что произошло, но Кавех строго запретил ему рассказывать хоть кому-либо. Он с сожалением наблюдал за тем, как тот снова натянул на себя беззаботную улыбку и разлил алкоголь по бокалам.       — Давайте выпьем за то, чтобы всё было хорошо! — торжественно сказал он.       Все кивнули и чокнулись. Кавех осушил свой бокал самым первым, а после него в ход пошёл ещё один. Алкоголь мгновенно ударил ему в голову. Всё же хорошая выдержка тоже давала о себе знать. Оно было крепче чем любые другие вина, которые он когда-либо пробовал. В голове сразу же появился лёгкий туман. Взгляд стал более стеклянным и отчуждённым. Он немного отсел от Аль-Хайтама.       — Так. Кого-то унесло всего-то с парочки бокалов, — серьёзно сказал Хайтам, поглядывая на Кавеха.       Он хотел было взять его под руку, чтобы провести до его комнаты, как архитектор вырвал её с криком.       — Не подходи! Сколько ещё моих страданий тебе нужно? — выкрикнул он, заплетающимся языком. В уголках глаз выступили слёзы.       Все собравшиеся снова затихли. Аль-Хайтам даже сел обратно от удивления. Что это на него нашло? Какие ещё страдания? Что он сделал?