Зеркало души

      Четверо против двоих. На стороне противника было численное превосходство. Да они все не обладали глазом Бога, но всё же были вооружены стрелковым оружием. Кавех мысленно прикинул их с Хайтамом силы. Приготовившись нанести первый удар, он уже взмахнул кейсом, как неожиданно вперёд выскочила его мать. Женщина с невероятным мужеством отвела руки в стороны, как бы защищая своего сына.       — Подождите. Не нужно сражаться. Мы пойдём с вами. Не трогайте Кавеха и его друга. Они совершенно не при чём. Мы просто проходили мимо и хотели попрощаться с сыном, — сказала мама, пытаясь скрыть волнение, но её голос предательски подрагивал.       Нёвиллет высокомерно взглянул на неё. Пока оружие он не убирал. Переведя взгляд на Хайтама с Кавехом, он повторил предложение:       — Вы отправитесь с нами в Фонтейн для дальнейшего решения вашей судьбы.       Кавех бегло посмотрел на Хайтама. Тот явно что-то обдумывал. С одной стороны, может им и правда стоит отправиться в страну под началом гидро Архонта, но с другой… Их явно там ничего хорошего ждать не будет. Что за глупая ситуация вышла?! Кавех с раздражением взглянул на родителей. Нет… Тут нельзя никого винить. Это просто стечение обстоятельств. Да, совершенно не в их сторону, но как произошло, так произошло.       — Я думаю, что нам стоит согласиться… Возможно, мы сможем что-нибудь придумать уже после суда? — тихо поинтересовался Кавех у Хайтама.       Тот стоял молча. Самому ему совершенно не хотелось опять отправляться в эту страну, а уж если бы Нёвиллет решил взять с собой лишь родителей Кавеха и его самого — он точно, не размышляя бы, последовал за ним. Хайтам перевёл взгляд на своего любимого архитектора. У того выступил пот на лбу, а в глазах плескался страх. Он точно его не бросит. Убрав оружие, секретарь Академии Сумеру посмотрел прямо в глаза Верховному судье Фонтейна, который также убрал катализатор.       — Хорошо, — коротко сказал Хайтам.       Удивление во взгляде судьи было практически осязаемым. Кавех даже сам немного опешил от такой реакции Нёвиллета. Хоть он казался ему пугающим, но сейчас был похож на человека, увидевшего чудо света.       — Сынок, прости… — тихо начала говорить мама. В уголках её глаз заблестели слёзы.       — Всё хорошо. Мы справимся! — громче сказал Кавех, пытаясь звучать убедительнее.       Мать и отца взяла под стражу злополучная троица Нёвиллета, а сам он подошёл к Кавеху. Тот под тяжёлым взором весь сжался, однако был сразу же приобнят за плечи Хайтамом. Судья быстро смекнул, что перед ним стояла если не влюблённая парочка, так очень близкие друзья. На губах Нёвиллета заиграла неприятная ухмылка.       — Особого приглашения для вас двоих не будет. Следуйте за нами, — сказал он и направился вслед за своими подчинёнными.       Хайтам крепко сжал ладонь Кавеха в знак поддержки. Он вяло улыбнулся в ответ. Сама мысль о том, что будет с ними в Фонтейне пугала его до чёртиков. А ещё сильно пугал сам этот судья. «Да что со мной такое? Почему я так странно реагирую? Может, это просто какое-то моё внутреннее чутьё?» — думал Кавех, следуя за Навиллетом.       Они шли совсем недолго, а потом судья жестом пригласил их на небольшой паром. Да. Фонтейн же технологичная страна. Там всё давно автоматизировано. Кавех даже не удивился тому, что этот паром был таким небольшим. Они с Хайтамом сели вместе с Нёвиллетом. Места было не слишком много, наверное, на четверых человек, поэтому родители посадили на другой такой же. Интересно, насколько долгой будет дорога? Насколько Кавех помнил: Фонтейн был не слишком далёкой страной в отличие от, например, Снежной, до которой проще было плыть на корабле с порта Ормоса.       Поначалу пейзаж вокруг совершенно не менялся. Изначально пейзаж не слишком менялся, пока они отплывали из бухты пустыни. Воздух был жаркий, удушающий. Кавех взглянул на плотно застёгнутую одежду Нёвиллета. Его губы сузились в тоненькую линию, а на лбу выступила капля пота. «Архонты, как он может относительно спокойно выдерживать такой жар?» — думал про себя архитектор. От этого зрелища ему самому очень захотелось пить. Он вытащил термос с водой из Мехрака и жадно глотнул несколько раз. Заметив на себе изнывающий от жажды взгляд судьи, он, прочистив горло, тихо предложил:       — Будете?       Тот не верящим взглядом скользнул то на термос, то на Кавеха. Он будто ждал подвоха. Архитектор уже хотел было сложить его обратно, как Нёвиллет чуть ли не выхватил ёмкость с прохладной водой у него из рук. Хайтам лишь раздражённо хмыкнул, но комментировать происходившее не стал. Лишний раз он убедился в том, что Кавех добрая душа, заботящаяся обо всех, кто находился рядом. Будь то друг или враг — всё равно. С одной стороны, это признак эмпатии, коей у него самого явно не доставало. А вот, с другой стороны, такого человека как Нёвиллет Хайтам с радостью бы оставил умирать в пустыне от жажды. Совесть бы его совсем не мучала.       Пейзаж наконец-то изменился. На смену бескрайним пескам пришла зелёная трава и бескрайние просторы. Кавех во все глаза смотрел на открывавшиеся ему виды. Фонтейн ярко контрастировал с Сумеру. Климат у них был влажный и даже в лесах было немного трудно дышать, а здесь даже воздух чувствовался иначе. Более свежий что ли. Однако вдалеке он заметил сероватый дым. Скорее всего это работал один из многочисленных заводов столицы. Интересно, как далеко им ещё осталось ехать? Из-за неудобной позы, в которой он сидел, сильно затекла нога. Кавех немного подвинулся и случайно задел сидящего напротив судью своей подошвой, оставив грязный след. Хайтам, увидев это, слегка улыбнулся.       — Простите, я не специально, — начал говорить архитектор, пытаясь найти влажную салфетку в своём многофункциональном кейсе.       — Ты впервые в Фонтейне? — неожиданно спросил Нёвиллет, обращаясь к Кавеху.       Он слегка опешил от этого вопроса. Хотя вроде бы вполне обычный вопрос, но почему-то именно от него такой услышать было странновато.       — Да, — коротко ответил он, достав из Мехрака несколько салфеток.       Нёвиллет без слов забрал их у него из рук и принялся чистить штанину. Кавеху стало неловко от того, что тому приходилось заниматься этим из-за его неуклюжести. Он взглянул на Хайтама, который минутой ранее улыбался, а сейчас сидел угрюмый. «Чего это он?» — подумал архитектор. Слегка толкнув секретаря в предплечье, он одними губами прошептал: «Что с тобой?» Однако ответа не последовало. Кавех пожал плечами и снова начал рассматривать новые места. Внезапно снова донёсся голос Нёвиллета.       — Это место, которое можно увидеть слева по борту, очень привлекает туристов со всего Тейвата, — сказал он.       Кавех внимательнее приглянулся. Вдалеке был виден красивый арочный мост, на котором стояли люди и вешали что-то на перила. Под массивной конструкцией была чистая прозрачная вода, из которой то и дело выпрыгивали рыбы для кормёжки.       — На этом мосту люди закрепляют замки в знак вечной любви, — добавил он.       Услышав это, Кавех мельком взглянул на Хайтама, который даже не смотрел в нужную сторону. Этот жест не остался незамеченным у Нёвиллета. Мужчина слегка усмехнулся. Этот факт его крайне забавлял. Интересно… А что если?       — У тебя есть любимый человек? — спросил он у Кавеха.       Тот вспыхнул и растерялся. На сей раз Хайтам не выдержал. Он нехотя обернулся к Нёвиллету и грозно взглянул ему в глаза.       — Я не понимаю к чему эти вопросы? Мы же едем на суд и на будущую казнь. Не проще ли просто ехать до столицы молча? — спросил Хайтам.       В его голосе отчётливо слышалось раздражение. Кавех непонимающе взглянул на любимого. Тот вёл себя странновато. Он долгое время не слышал у него такого тона. Неужели это ревность? Да не… Бред какой-то. Не может этого быть.       — А я разговариваю не с тобой. Включи музыку в наушниках если хочешь, — саркастично сказал Нёвиллет.       Кавех заметил, как ладони Хайтама сжались в кулаки. Нельзя же здесь начинать разборки… Это уже ни в какие ворота.       — Всё в порядке. Как по мне лучше ехать и о чём-то беседовать, — дипломатично сказал Кавех, обращаясь к Хайтаму.       Тот мгновенно остыл и отвёл взгляд. Затем Кавех действительно услышал, как Хайтам включил музыку. «Он что обиделся что ли?» — подумал он. Эта поездка уже полна сюрпризов, хотя прошло ещё совсем немного времени. Страшно было представить, что же будет потом. Архитектор перевёл взгляд на Навиллета. У него в голове созрел один вопрос. Всё же за спрос не бьют в нос и попытка не пытка — так же говорится…       — Простите. А что станет с моими родителями? — поинтересовался он.       Мужчина повернулся к Кавеху. В его глазах точно не было злого умысла, однако и добродушным этот взгляд назвать было сложно.       — Мне кажется, ты знаешь ответ на этот вопрос. Зачем же спрашиваешь? — ответил он вопросом на вопрос.       — Просто надежда ещё жива, — тихо сказал Кавех, смотря вдаль на огромный водопад.       — Надежда умирает последней, — сказал Нёвиллет и, проследив за взглядом архитектора, добавил, — Там находится Петрикор. Вид на водопад из этого города изумительный.       Кавех снова увлечённо наблюдал за тоннами воды, спадающих с гигантской скалы. Это зрелище завораживало. Он бы с удовольствием пробыл в Фонтейне ещё пару недель чисто чтобы пройтись по всем местам и изучить каждую достопримечательность. Он даже позабыл о конкурсе, на котором хотел выступать в Сумеру. Да уже ладно… Если это путь в один конец — хотя бы насладится видами перед неминуемым. Они минули Петрикор. Краем глаза Кавеху показалось, что в городе было не так много жителей. Интересно, это просто потому что здесь мало кто жил или же причина в другом? Хайтам, всю дорогу сидевший в наушниках, наконец-то снял их с головы. Он огляделся по сторонам и тяжело выдохнул.       — Что с тобой? — спросил Кавех.       — Вспомнил, как прибыл сюда в надежде что-то изменить в приговоре моего товарища, — сказал он и взглянул на Нёвиллета.       — Мы практически прибыли в столицу. Я отведу вас в место, где вы будете ожидать суд, — сказал мужчина, поправив причёску.       Кавех только сейчас обратил внимание насколько длинными у него были волосы. Как он вообще ухаживал за ними? Не похоже, чтобы он сидел каждый день по несколько часов, заплетая их таким образом… А если и сидел — Кавех мог только поаплодировать ему. Хайтам проследил взглядом за архитектором. Мысленно чертыхнувшись, он сложил руки на груди. Где-то глубоко в сердце у него защемило. Он никогда не испытывал ничего подобного. Даже не знал, что это за чувство такое было, но оно ему явно не понравилось.