Девушка из Бруклина

      Мы стояли все вместе, одной большой группой из шести человек. Терпеливо выжидали свою очередь на регистрацию рейса «Номер 847 Нью-Йорк — Барселона». Прямой рейс до Мадрида отменили. Пришлось спешно менять планы. И аэропорт. Лететь с пересадками. — Повезло, что ухватили билеты, — радовалась Сара, — не хотелось бы задерживаться. — Все пройдет отлично. — Педро стоял рядом и незаметно поглаживал по моей спине. — Полетаем чуть дольше. Ничего страшного.        Я держала красочный буклет в руках, разглядывала зеленеющие дали: «Валье-де-ла-Фуэнфрия». Пеший маршрут. Да, мы собрались отправиться в поход. На двенадцать километров. Не так и много, но до чего же увлекательно!.. Я никогда не ночевала в лесу! Не сидела у костра и не разбивала лагерь, не ставила палатку!.. В приятных предчувствиях стояла рядом с Педро, натянув кепку на голову, но это, разумеется, не уберегло от внимания папарацци. Мы больше не прятались по разным сторонам самолета и не стояли в противоположных очередях. В окружении друзей, и даже членов его семьи, — Люкс приняла приглашение вместе со своим молодым человеком, — мы чувствовали себя свободно. Задорно обсуждали предстоящую неделю в Испании, болтали о своем. Веселые и радостные!.. Педро и остальные — точно, но я… До конца я так и не смогла расслабиться. Ловила на себе любопытные взгляды, слышала голоса за спиной. Возможно, многие из пассажиров даже не поняли, кто мы!.. Но мне всюду мерещились они — люди с камерами. За последние три недели, что прошли с выставки и памятного фото в инстаграм, я так и не смирилась с этой «ролью», и не думала, что когда-нибудь смогу. Педро не заботили чужие «языки», впрочем, как и Сару, и Оскара… Они уже давно привыкли ко всеобщему вниманию, поэтому, когда подошла очередь, и мы собрались у стойки на регистрацию, никто не обратили внимания на мужчину с камерой. Он явно не летел. Пробрался через пассажиров, намеренно преследуя и наблюдая за нами. — Изабель! — услышала я за спиной, невольно вздрогнув. Сразу перед лицом замелькала камера. Я поняла: нас снимают. Точнее, меня. Он снимает, как я прохожу регистрацию. — Изабель, поделитесь, вы встречаетесь с Педро ПАСКАЛЕМ? — Он намеренно выделил фамилию, чтобы многие услышали. — Вы прокомментируете фото у больницы два месяца назад?.. — Нет, простите, — я отрицательно качнула головой, отвернувшись. — Изабель! Изабель! Правда, что вы появляетесь вместе по контракту?.. Изабель! Скажите, не подозрительно ли часто вас видели вместе?! Куда вы летите?! — Он говорил громко и быстро, тарахтел на ухо. Я не могла сосредоточиться. Сунула буклет в карман и, протянув девушке паспорт, встревоженно выпустила воздух. — Давай, иди отсюда, — заговорила Сара, взмахнув пальцами, — не создавай напрасно всю эту шумиху. — Хей, не обращай внимания, — тихо попросил Педро, опустив руку на талию и протиснувшись между мной и настырным мужчиной. — Извини, чувак, сегодня интервью не будет. Мы опаздываем на рейс.       Он старался быть вежливым, хотя и выглядел хмурым. Стоял рядом и молча наблюдал за тем, как девушка за стойкой проверяет мои документы. — Педро! Педро, скажи, ты подтверждаешь слухи о «выгодном» романе? Куда вы летите? В Испанию? Это будет долгий отдых?..       Я бросила мимолетный взгляд на возлюбленного и, заметив тени на его лице, проступавшие все ярче и пронизывавшие глубже, выхватила паспорт. — Идите, — Сара подтолкнула нас вперед, прямиком к международным терминалам, туда — где обычно проходил досмотр, — мы догоним. Нечего намазывать подлецу лишний кусок масла! А, то, боюсь рот у него треснет!..       Я схватила свою ручную кладь, протиснулась между стойкой и Педро, а следом, обогнув назойливого мужчину, быстрым шагом поспешила вперед, сожалея: почему же мы не взяли с собой Бена?.. О, этот проверенный человек точно бы не подпустил к нам папарацци. Люди смотрели. Они видели меня, будто бы насквозь!.. А я все шла и шла, опустив голову, в надежде, что больше никто не подойдет и не станет задавать дурацких вопросов!..       «Это цена славы, цена твоей любви…»       Да, я изначально знала, на что шла, но лучше бы мы скорее развеяли все «мифы»; скорее бы год прошел. Скорее бы контракт закончился!.. — Хей, все нормально? — Педро догнал, когда я уже почти была у цели. — Да, не бери в голову. Все хорошо.       Я улыбнулась, повернувшись. Увидела, как мрачные морщинки, едва окропившие любимое лицо, тотчас же рассеялись. Педро приподнял уголки губ, ласково взглянул, и я представила, как бы было сладко поцеловать его сейчас. На виду у всех!.. О, да, это было бы равносильно взрыву. Мы не могли. Пока нет. — Друзья угощают кофе, mi belleza? — тихо спросил Педро, незаметно подмигнув и коснувшись пальцем моего запястья. — Однозначно! И еще пивом с картошкой.       Он тихонько рассмеялся, посмотрел через плечо и, махнув Саре, тоже прошмыгнувшей через регистрацию, задорно сказал: — Я принесу тебе кофе, малышка. Ни о чем не беспокойся. Без посадочного талона его сюда никто не пустит. — Какое мне дело, когда рядом такие дружные защитники.       Я тоже махнула рукой, стараясь не обращать внимания на людей вокруг. Многие уже достали телефоны и сделали свои «любимые» снимки. Оставалось лишь гадать, как скоро они разделятся по сети, подогревая и без того безумные слухи!..

***

      Мы потратили практически весь день на дорогу. Сначала миновали Атлантический океан, провели восемь часов в небе, а потом, благополучно приземлившись в аэропорту Барселоны, пересели на небольшой самолет местной авиакомпании: «Барселона - Мадрид». А там, уже на машине, наконец, добрались до Серседильи. — Маленький горный городок, — так об этом богом позабытом месте отозвался Педро, когда мы только расселись на борту в Нью-Йорке, — там тихо и очень зелено. Тебе понравится, belleza.       Я улыбнулась, изучая карту пешего маршрута, параллельно высчитывая время. — Получается, если вылетаем в 8:00… Сейчас в Испании 14:00?.. — Все верно, — Педро пристегнул ремень безопасности и расслабленно развалился в кресле, — прилетим ближе к ночи в Барселону. А на месте будем уже поздно. Сразу в номер и спать!..       Мы заняли шесть мест: А5-F5. Я прошмыгнула первой и заняла «лучшее место» у иллюминатора, обогнала Педро, рухнув на сидение, и развела руками. Он лишь усмехнулся. Плюхнулся рядом и приберег место для Сары. Оскара оставил на попечение сестры и ее парня. — Прости, но дамы вперед, — шутливо протянул Педро, вскочив и забросив мою ручную кладь на полку. — Ага, а мне всю дорогу слушать, как эти двое воркуют друг с другом?..       Оскар вальяжно уселся в своем кресле, пропустив пожилую даму. — Надо было лучше уговаривать Эльвиру, — подметила Сара, расположившись у прохода, рядом с Педро.       Оскар вытянул шею, хмыкнув: — Она сказала, что лучше проведет неделю одна с детьми, чем полезет в горы. — Разве это не здорово? Пройтись по лесу и подняться в горы? Посмотреть со смотровой площадки? — восторженно вымолвила я, выглянув из-за широкого плеча Педро. — Нет, — Оскар широко улыбнулся, — но ты скоро и сама узнаешь. Романтика в горах — такая себе штука. На любителя. Особенно, когда лежишь себе ночью, никого не трогаешь, а тут «бац»! И вот такой жучара, — он показал пальцами, и меня передернуло, — ползет у тебя по носу!.. Да, да, Изабель, вот поэтому я с вами в гордом одиночестве! Криков-то было!.. — Оскар вытянул руку и схватил Сару за кончик пальца. — Ты же проведешь со мной ночь в палатке?.. — Изе понравятся горы, — встрял Педро, обхватив мою ладошку и стиснув в руке, — так что не пугай понапрасну. Эльвира никогда с нами не ходила. — Вообще-то была, — поправила Сара, одобрительно кивнув Оскару, — однажды, но ей не понравилось. И, да, я с радостью проведу с тобой ночь в палатке. — Ну, начинается!.. — Педро запрокинул голову на спинку сидения, а я, вздохнув, залюбовалась этой сильной шеей и заразительной улыбкой на губах. — Мы-то… — Оскар понизил голос, заметив любопытные лица, поглядывавшие в нашу сторону. Я тоже обернулась. — Мы-то хоть действительно «по-дружбе», а вот вы… — Оскар пошутил, но мне, вдруг, захотелось сквозь землю провалиться. Знал на что давить, засранец!..       Педро на секунду выпустил мою ладонь, выпрямился и, жестом показав, что следит за ним, снова, как ни в чем не бывало, ухватился рукой за мое запястье. Нежно погладил большим пальцем и посмотрел сверху вниз. Такой довольный и счастливый!.. Мы не вспоминали о папарацци. Больше не заговаривали об этом.       Я улыбнулась шире, наблюдая за ними; прислушалась, поглаживая мужские пальцы и подмечая, насколько же эти люди разные и, в то же время, одинаковые!.. У меня никогда не было таких классных друзей, и я, бесспорно, испытывала гордость от единой мысли, что теперь могу вполне себе обоснованно назвать себя частью их компании. — А ты? Помнится, что год назад я ну никак не мог вытащить тебя даже не пробежку вдоль побережья, а теперь, что?.. — Я понемногу избавляюсь от лени. — Да не уж-то?.. — Оскар прищурился, дождался, пока люди пройдут и, наклонившись вперед, тихо добавил: — Только не надо тащить нас с собой всякий раз, когда вам двоим хочется куда-то съездить. Мы вам не няньки и не «борода». — Оскар!.. — шикнула Сара, и все мы хором рассмеялись. — Они почти никогда и ничего не говорят всерьез, — сообщила Люкс, высунувшись следом. Она сказала это своему возлюбленному, погладив по волосам. — С недавних пор, у нас в семье свои «секреты», — и посмотрела прямо на меня, но с добродушной улыбкой, без толики сарказма, — а этим ребятам только и дай волю!.. Сметут живем!..       «Доброе утро, Нью-Йорк! — послышался голос из динамика над головой. — Говорит пилот авиалайнера «Номер 847 Нью-Йорк — Барселона». Мы готовимся к взлету. Просьба всем пристегнуть ремни безопасности. Напоминаю, что во время взлета важно отключить мобильные устройства. Погода хорошая. Наш полет составит примерно семь часов тридцать минут. Желаю вам отличного полета».       Я воодушевленно вздохнула и, накрыв мужскую руку своей ладошкой, облизала губы в радостном ожидании. — Перелет долгий, мы встали рано, если захочешь, можешь вздремнуть. Нас никто не потревожит. — Педро наклонился и, вопреки своим же просьбам не делиться чувствами на публике, нежно чмокнул в лоб, улыбнувшись. Поправил съехавшие очки на переносице и теснее сжал мою ладонь. — Нас не увидят. Все нормально. — Ох… — Я снова обернулась, чтобы убедиться. И правда, никто не смотрел. Первым классом летали обеспеченные люди. В большей массе им было все равно, они и не смотрели по сторонам. — Хорошо… Но спать не хочется. Я так взволнована поездкой, что, кажется, могла бы справиться и без кофеина!.. — Позже мы пообедаем, mi corazón, — Педро выпрямился и прижался спиной к сидению, как раз, когда шасси стремительно заскользили по асфальту, и мы вышли на взлетную полосу, — а пока расслабься. — Он прикрыл глаза. — Обещаю, что вытащу всех громадных жуков из нашей палатки. Никто к тебе не притронется.       Педро приоткрыл один глаз, смешливо скривил губы и, наверняка, завидев искорки в моих глазах, беззвучно произнес: — Te quiero.

***

      Да, мне было очень весело!.. Поначалу, мы шутили, прикасались друг к другу и вели незатейливую беседу с Сарой. Пообедали. Выпили шампанское и немного пообнимались. Почти незаметно. Ласково и трепетно касаясь пальцев и поглаживая ладони. Мне было легко и спокойно. Первые часа три. А потом… Потом я поняла, что затекают ноги, сидеть больше невозможно, да и, вообще, как это можно вынести?.. Лететь восемь часов!.. Да и на том не все! Нам предстоял недолгий перелет из Барселоны в Мадрид, а там еще и на машине… Да, постепенно я устало потирала лицо и грустно пялилась в иллюминатор. Ничего не менялось. Океан внизу, подобно второму небу, простирался в бесконечность… И не было конца и края этому полету. Мы будто бы не двигались. Стояли на месте. Ни облачка!.. Отличная погода. — Сними обувь, belleza, и… — Педро приподнял ручку кресла, освободив пространство между нами. — Вот, так-то лучше! Давай, — он вытащил планшет и сунул мне в ухо один наушник, — посмотрим, что можно выбрать. — Ты все предусмотрел… — протянула я, подогнув ноги и прильнув плечом к его груди. — А то!..       Оставшиеся несколько часов мы смотрели какую-то старую комедию, я не запомнила названия, но посмеялась от души. Мне понравилось. Это было куда лучше, чем бездумно пялиться в иллюминатор. Сара тоже подключилась к разъему, обняла Педро за плечо. И мы втроем мирно досмотрели до финальных титров.       За окном стемнело. Мы преодолели океан и теперь летели над Европой. Я видела города, охваченные огнями; смотрела с интересом, пока пилот не объявил о снижении, и нам не пришлось вернуть кресла в вертикальное положение, обуться и снова пристегнуться. Не верилось — мучениям конец!.. Ну, почти.       В аэропорту Барселоны нас уже встречала небольшая группа поклонников. — Откуда они узнают?.. — тихо спросила я у Сары, пока Педро улыбчиво расписывался на своих фотографиях и делал селфи с молоденькими девушками. Оскар не отставал! И только Сара воздержалась.       Мы стояли у очередного терминала в ожидании посадки. Усталые и сонные, но, так или иначе, вполне себе счастливые!.. — Сотрудникам аэропорта доступны данные о пассажирах. За небольшую плату и конфиденциальность, они запросто дадут тебе все что угодно. Но за это увольняют. Так что делается все предельно скрытно и только между проверенными людьми. — Звучит так, словно они торгуют запрещенными препаратами!.. — Почти одно и тоже. Конфиденциальная информация. — Сара пожала плечами. — Они узнают, где мы остановимся?.. — заволновалась я, на желая оставаться на виду. — У нас с Педро забронирован один номер на двоих, не хотелось бы, чтобы эта информация дошла до папарацци. — Нет, там где мы остановимся нельзя снимать. Информацией владеют только двое человек, поэтому, в случае слива, сразу будет ясно, на ком лежит ответственность. Не волнуйся, — Сара обняла за плечо, погладив по спине, — эти дни тебе запомнятся надолго. И это будут лишь приятные воспоминания.       Самолет оказался куда меньше и теснее нашей авиакомпании. На это раз в ряду было всего по четыре места: два справа и два слева. Мы с Педро сели вместе. Пристегнулись и, обменявшись сонными, но счастливыми взглядами, задумались, каждый о своем.       Постепенно, голова моя тяжелела, а глаза слипались. Я даже не заметила, как задремала, прижавшись щекой к любимому плечу, а когда, внезапно вздрогнув, распахнула глаза, почувствовала, как Педро тоже приподнялся. Он потер сонные веки, повернувшись к Саре и Оскару. Кажется мы вместе задремали. — Начали снижаться, Belleza, пристегнись, — устало велел он, протерев лицо. Поймал мой затуманенный взгляд, тихо подметив: — Еще немного, и мы уляжемся спать. — О, скорее бы. Надеюсь, что дорога не займет очень много времени…       И снова я ошиблась. Мы ехали примерно час. Нас встретил трансфер: небольшой, но вместительный автомобиль с приятным шофером. Он помог загрузить багаж, а следом, дождавшись, пока все пристегнутся, медленно выехал из аэропорта. На этот раз без фанатов и автографов, без всех этих селфи и натянутых улыбок. И слава богу!.. Я, не стесняясь, обвила шею Педро руками, поджала ноги и закрыла глаза. Веки… О, казалось, что они налились невыносимой тяжестью. Я больше не могла держаться. Свалилась от усталости и уснула почти мгновенно, только лишь почувствовав тяжелые руки на талии. Привиделся сон. Сумбурный и бешеный!.. Разноцветные кисти, мазки, силуэты и громадный холст. Я что-то рисовала. Боялась не успеть, пропустить время и не сдать картину вовремя!.. А краски заканчивались… Мне не хватало «цвета», не хватало яркости и насыщенности!.. Пришлось порвать работу, и все заново… По кругу, пока далекий ласковый голос не разбудил, не возвратил к реальности. — Мы приехали, малышка, просыпайся. Добрались до Серседильи.

***

      Мы уснули почти одновременно, едва свалились на кровать! Устало сбросив одежду, в блаженстве растянулись на мягком матрасе. Прижались поближе, обнялись!.. В темной комнате закрытого отеля. Вдвоем. Мне было так приятно засыпать в его руках… Ощущать спокойное дыхание на коже, чувствовать, как ровно бьется сердце… Сладкие мгновения невыразимого счастья. Я была в безопасности. Везде, где бы ни касались его пальцы, где бы мы ни находились: дома или в дороге, в чужой постели или на улице. Спокойствие и нежность расплывались вокруг нас, защищали меня от плохих мыслей, наполняли тело силой. Лежать. Просто лежать и обниматься. В тишине. Просто медленно засыпать…       Утро. Оно наступило внезапно вместе со стуком в дверь. — Эй, голубки, поднимайтесь! — расслышала я голос Оскара, насмешливый и бодрый. Видимо, он неплохо выспался за ночь.       У нас был один большой номер с четырьмя спальнями. Везде своя ванная, но коридор общий. — Вставайте! — затарабанил Оскар чуть сильнее. — Подъем! Уже девять часов!.. — Вот же… — Педро перевернулся на спину, приподнялся на локтях и, заметив меня, улыбнулся. — Доброе утро!.. — Привет… — Я тоже расплылась в улыбке, разглядывая растрепанные волосы и сонные глаза. Он был таким милым в этих цветастых трусах!.. Загляденье!.. — Да идем мы!.. — закатив глаза, выпалил Педро, вскочив с кровати. — Я в душ, mi amor. Завтрак здесь континентальный. Посмотри пока прогноз погоды, — он мельком выглянул в окно, — и выбери, что нам надеть. — Нам?.. — Я приподняла брови, присев и подтянув ноги к груди. — Ага, — Педро подмигнул, и бросил через плечо уже из ванной комнаты, когда включил душ, — гавайская рубашка или синяя футболка! У меня с собой больше ничего нет!..       «Ты же мой любимый модник!..»       Всего одна рубашка и одна футболка на семь дней?.. Да еще и в поход собирались?.. Я вздохнула, соскочила с кровати и медленно присела у чемодана. Мы привезли с собой много снаряжения для похода: посуду, котелок, компас, спички, палатку, спальные мешки…И прочее. Но, кажется, я совсем забыла про счастливые носки… Хотела взять, но… Ну вот что за глупая натура?! Почему я вечно забочусь и загоняюсь по всякой ерунде?.. Отсутствие «счастливых носок» еще совсем не значит, что все пойдет плохо!.. — Какая глупость!.. — прошептала я, сама на себя рассердившись.       «Погода в Серседильи на второе ноября: мало облачно, плюс 18-20 градусов».       Отлично!.. Значит, можно и рубашку! А мне, пожалуй, джинсы и футболку.       Спустя минут пятнадцать мы собрались в кафе-ресторане и, рассевшись за одним большим столом, уже во всю обсуждали предстоящую обзорную прогулку по городу. — Так, сейчас кое-что прочту! — внезапно выпалил Оскар, почесав бороду и странно глянув в нашу сторону. — Приготовьтесь!.. — Он прочистил горло. — «Они сидели рядом в самолете и мило поглядывали друг на друга. Педро был весьма заинтересован, когда они разговаривали». Угадайте, о ком это?.. — Он расплылся в широкой улыбке. — Кажется, вы не слишком скрываетесь, друзья мои. Любой дурачок заметит. — Откуда это?.. — вымолвила я, немедля выпрямившись. — «Фан-аккаунт Педро Паскаля», — весело прочитал Оскар. — Вы, что, все поголовно сидите там?.. — Педро качнул головой и посмотрел на меня, осторожно погладив по руке. — Они забыли добавить, что мы также мило беседовали с Сарой. Все нормально. — Ты хочешь сказать, что уже забросил мою страницу?.. — Оскар громко хмыкнул, положив телефон на стол экраном вниз. — Мне стоит ревновать моего сладенького дружка к новой подружке. — Быть, может, мы просто спокойно поедим? — поинтересовалась Люкс, в то время, как мы рассмеялись. — Ой, да брось, ты же знала с кем связалась, когда собралась слазить в горы, — Сара усмехнулась, попивая свой утренний кофе. — Здесь мы можем расслабиться. Все. Иза и Педро — тем более. Давайте забудем об интернете на пару дней. Не нужно, Оскар. — Окей, я пасс, — он примирительно поднял руки, — клянусь, если через неделю всплывет еще что-нибудь, я тут не при чем! — Ладно, мы поняли, — вздохнув, резюмировала Люкс, нежно погладив Дэвида по щеке.       Я невольно улыбнулась переглянувшись с Педро. — С чего начнем? — Сара выпрямилась, проследив, чтобы Оскар убрал свой телефон подальше. — С обзорной экскурсии, конечно! — отозвался Педро, задорно хлопнув в ладоши. — Я люблю этот город и это место. Так что, чур за мной! Фотографировать можно, снимать на видео — тем более!       Он радовался как ребенок, в своей гавайской оранжево-зеленой рубашке, неряшливо заправленной в белые широкие шорты. Волосы по-прежнему взъерошены, очки торчат из нагрудного кармана. Кредитка и наличные у меня в сумочке. Мы были готовы выдвинуться в путь сразу после завтрака! Что незамедлительно и сделали.

***

      Мне безумно понравился город. Благоухающий зеленью, старый и мудрый, со своей историей. Казалось, в каждом закоулке и в каждой улочке витали призраки давно ушедшего прошлого. Времени, когда нас даже не было на свете!.. Древняя церковь Сан-Себастьян конца двенадцатого века привлекла мое бесспорное вниманием и выбилась в «фавориты» первого дня. С благоговением прикоснувшись к старинным стенам, я медленно прошлась вдоль длинных решетчатых ворот. Запрокинула голову, оглядев едва видневшуюся колокольню. И, прикрыв лицо от яркого полуденного солнца, глубоко вдохнула свежий воздух. Ощутила, как он проникает в легкие и наполняет тело живительной силой. О, это было удивительно: путешествовать. Бродить в чужой стране, среди другой культуры, и, почти не понимая по-испански, пытаться объяснить, что тебе нужно в местном супермаркете. Педро не мешал. Он ходил рядом. Не выпускал из виду, терпеливо выжидая, когда же я насмотрюсь и надышусь этими «красками»!.. Мне не хотелось возвращаться в отель даже на обед, поэтому мы вдвоем решили остаться в городе подольше; проводили взглядом остальных и расположились в небольшом ресторанчике прямо под открытым небом. Погода была сказочная! Впервые за последние недели, я понравилась себе. Сидела и разглядывала старинный медальон-локет, который выкупила у одной торговки за двести долларов. Мои собственные двести долларов. И была счастлива, как никогда, приоткрыв кулон и обнаружив выцветшее фото красивой черноволосой женщины в серебряной оправе. — Посмотри!.. Он с сюрпризом! — Я вытянула руку, и Педро, натянув очки, разглядел фото. — Здесь есть гравировка, mi amor… — Он сощурился и прочитал: — «Te amaré para siempre». — Что это значит?.. — «Я буду всегда любить тебя». — О… Это так трогательно! Интересно, какая у кулона история?.. Со счастливым концом?.. Она, девушка подарила локет своему любимому?.. Здесь женское фото. Раньше дарили такое на память или в знак обещания. — Я вздохнула, прикрыв глаза. — Это так романтично!.. Буду бережно хранить его. Может, надену когда-нибудь…       Педро молча слушал и улыбался, пока не принесли меню. Ему нравилось смотреть на меня. А я, будучи женщиной впечатлительной и чрезмерно чувственной, не без удовольствия ловила эти многообещающие взгляды, так и представляя, как он зацелует меня до смерти!.. Довольно неплохой способ умереть! — Как по-испански сказать: принесите мне пожалуйста?.. Что попробовать?.. Ни слова не понимаю… Все на испанском. — ¿Podría traerme un Gazpacho?.. — выдал Педро, едва официант приблизился к нам. — Dos gazpacho, por favor, y dos copas de vino blanco seco, para mí y mi compañera. — Por supuesto, Señor... — молодой человек записал заказ и, кивнув, скрылся позади. — Что ты заказал?.. — Гаспачо, mi amor, — Педро в предвкушении облизал губы, а потом, вытянув руку, взял мою ладошку и бережно погладил. — Думаешь, уместно?.. — взволнованно спросила я, оглядевшись. По привычке. Но никто не смотрел. В ресторанчике вообще было мало народу. — Si, mi niña, — сердечно подтвердил он, сильнее стиснув мои пальцы, — нам здесь уместно все. На улицах нет камер. В ноябре не сезон. Туристов почти нет. Все хорошо. — Педро снова сделал это. Посмотрел слишком теплым взглядом, одарил своей лучезарной улыбкой!.. — М-м?.. Все прекрасно, да? — Si. — Я тоже вытянула руку, приподнялась и, подхватив стул, придвинулась ближе. Села совсем рядом. Обычно это делал он. Но тем чудным днем настала моя очередь. К черту осторожность. К черту интернет. К черту Америку!.. Мы можем быть счастливы. И мы будем. Хотя бы там, среди крохотного городка, окруженного горами. — Чем займемся вечером? Когда пойдем в поход?.. — тихонько спросила я, погладив любимого по бородатой щеке. — Завтра утром. Выдвинемся завтра, — он отчетливо сглотнул, и кадык дернулся, когда пальчики мои нежно скользнули по подбородку и вниз по шее. — А вечером проведем время в компании. Потом… Потом пойдем к себе. — Я заглянула ему прямо в глаза, наградив любящим взглядом. — Господи, belleza, я бы попросил тебя остановиться, но не стану. Ты такая красивая…       Наши пальцы переплелись и лица чуть соприкоснулись. У самого лба, там, где выступали волосы. И не существовало мира. Ничего не было, потому что я испытывала самые трепетные чувства на свете!.. Потому что мы прилетели именно за этим!.. Потому что мы хотели сбросить тяжесть слухов. Провести всего лишь несколько дней в относительном спокойствии, ни о чем не заботясь на виду у чужих и незнакомых людей, которым нет дела до того, кто он такой, и кем являюсь я. Свобода. Вот, что я почувствовала, когда наши губы встретились в поцелуе: очень нежном и сдержанном, но.. Это был наш первый поцелуй на виду у «всего мира». И мне тогда подумалось: «Пусть смотрят! Пусть пишут! Пусть делают, что хотят, потому что я люблю тебя. Я так тебя люблю!..» — Su almuerzo es señorita y Señor. Y vino blanco...       Официант вернулся. Так быстро?.. Или это мы потеряли счет времени?.. Педро тряхнул головой, повернулся и, отблагодарив, широко улыбнулся. Такой счастливый!.. Щеки порозовели, глаза зажглись!.. Он явно получал удовольствие не меньше, чем я! — Попробуй, mi amore, это muy sabroso!.. — Muy sabroso!.. — повторила я, попробовав помидор с бульоном… — Ммм!.. Да, mi amor, это очень вкусно! — Кушай, belleza, а то, смотрю, без меня совсем исхудала. — Я влезла в любимые джинсы! — Ага, мне нравилось как было, mi amor, нравился твой маленький животик и округлые бедра… Твои ягодицы и груди… Я без ума от них и сейчас, но тебе нужно хорошо кушать. У меня на родине добротная женщина — это красивая и с формами. Сразу видно, что готова к детям. — Хорошо, потому что я — не готова. — Ну мы и не торопимся, да?.. — Педро отхлебнул гаспачо и запил вином. — Всему свое время, любовь моя. — Ты хочешь детей? — в лоб спросила я, улыбнувшись шире. — Вообще, раньше не хотел. Говорил не раз, что всегда держался в стороне от серьезных решений, не думал, что захочу взять на себя такую ответственность, но с тобой хочу. — Ну вот, его рука снова опустилась на мою ладонь, погладила так мягко… — Я тебя люблю. И понимаю Оскара. Сейчас — да. Когда встречаешь свою женщину, это… Это не просто делает тебя счастливым, это привносит в жизнь совсем другие правила, полностью меняет привычный ход вещей. И оно того стоит. — Так, где мое вино… — Я прерывисто вздохнула, осушив бокал залпом.       Никогда бы не подумала, что обычное признание в любви может возбуждать не меньше, чем интимные прикосновения. — Так, что, да, mi amor, однажды ты родишь мне детей. — Все так серьезно?.. То есть, ты говоришь это сейчас… — А разве ты еще не поняла, что я задумал?.. — Педро тоже выпил свой бокал, звонко опустив на стеклянную столешницу. — Я забираю тебя полностью, belleza. Со всеми шрамами и не с самым лучшим прошлым, чтобы заботиться и любить тебя. Ничто не встанет между нами, пока мы оба этого хотим. А ты, ведь, хочешь, любимая? — Пылкий ясный взгляд озарил все небо надо мной. — Скажи, что мне это не кажется. Потому что, везде, где бы я ни был. Везде я вижу только нас. Это может прозвучать слишком сентиментально и нелепо для мужчины моего возраста, но, когда мы вместе, я понимаю: не все потеряно. Для меня — не все. Знаешь, я всегда боялся вновь влюбиться. Я дал себе клятву: это больше никогда не повторится!.. Но с тобой… Когда мы познакомились, это случилось. Я снова испытал это чувство. И люблю тебя сейчас. Я очень тебя люблю. Не хочу, чтобы это прекращалось. Если это… Если ты не выйдешь за меня, не знаю, что со мной будет. Скажи, не зря я так… Так в тебя влюбился?.. Ты хочешь того же, что и я?..       Я выпрямилась, не зная что ответить… Да, конечно, да!.. Я тоже хочу. Хочу быть центром его мира. Хочу, чтобы все мысли были лишь вокруг меня. Всепоглощающая любовь. Это было целью. И, если я ее нашла, не важно, сколько это продлится, я просто хочу быть «в этом». Я жажду быть с ним до последнего вздоха. — Да, — сипло прошептала я, ухватившись за ворот пестрой рубашки, — да, моя любовь, я хочу. — Тогда я женюсь на тебе. Сразу, как закончится этот контракт. Я женюсь на тебе и будь что будет, ибо единожды познав эту радость обнимать тебя, боюсь, мне не захочется иного. — Педро… — Тебе не обязательно отвечать, я все равно на тебе женюсь, — он тихонько рассмеялся, погладив большими пальцами мои зардевшиеся щеки, — даже, если и не согласишься. Ты никуда не денешься. — Я… Я соглашусь! Просто… Боже, ты смутил меня. Я ничего подобного в жизни не слышала. Ты превращаешь мою жизнь в одну из мелодрам, которые я всячески избегала. Но… Продолжай, потому что никогда не встречала такого, как ты. И не встречу. Поцелуй меня, прямо сейчас. И… — Я рассмеялась, как дурочка, смахнув слезинку с века. — И закажи вина. Мне нужно успокоиться и выпить, чтобы не сойти с ума. А потом, кажется, понадобятся еще поцелуи. Очень много твоих поцелуев.

***

      «Он хочет жениться. На мне!..» Вот это новость!.. Я никому не сказала, даже сестре. Сохранила предложение в тайне, недоумевая, неужели он готов?.. И, неужели, через год отважусь и я?.. Нет, конечно, я хотела. Педро знал, на что идет. Он думал, прежде, чем делал. Всегда думал. И, в порыве чувств, говорил все, что чувствовал. Мы никогда не ходили вокруг да около. Понравились друг другу — сказали; захотели — в первый раз поцеловались; занялись сексом. Нам все давалось просто. Не было этих сложностей. Ну, за исключением толпы фанатов и бывшего «психа»!.. Мы легко сошлись. Легко влюбились. И легко решили пожениться. Вот так спонтанно. Посреди тихого курортного городка где-то в Испании. Идеально. Пусть будет так. Я пойду на это. Я даже рожу ему детей, когда настанет время. Может года через два… Если, он, конечно не передумает брать в жены не совсем «здоровую ментально» художницу.

«Эта битва прекрасна,

Она за любовь,

И всё растворяется

В этой битве

Долгих, долгих дней...

Моя любовь.»

            Я проснулась от звона будильника. Сонно приоткрыла веки. Увидела, что Педро уже встал, и, натянув одеяло на обнаженную грудь, проверила телефон. Одно уведомление из инстаграм. И сообщение от сестры:              «Добрых снов, и счастливо провести время в горах».       О, этот день настал!.. Пора вставать, собираться и выдвигаться в путь! В компании друзей и любимого мужчины. Я ловила каждую секунду, с удовольствием запоминая и впитывая в тело и разум. Всякое прикосновение, и все сотни, или даже тысячи, поцелуев, что мы подарили друг другу минувшей ночью. Жизнь по-прежнему была прекрасна. И ни что не предвещало беды. — О, проснулась! — обрадовался Педро, выскочив из душа, весь мокрый: волосы сырые отброшены назад, а с плеч стекают ленивые капельки… Хорошо, хоть бедра полотенцем обвязал. Соблазнитель!.. — Доброе утро! — Доброе! — Я заинтригованно закусила губу и вытянула руки. — Солнце уже встало? Или сегодня пасмурно? — На улице пока не ясно, но в горах тепло не будет. Надевай джинсы и бери с собой куртку, belleza, — он потянул за ладони, и я выскользнула из кровати обнаженная прямо ему в объятия. — Как славно… — Педро погладил по нежной коже на подбородке. — А теперь, вперед, собирайся, держу пари, этот бородатый распутник уже встал и терроризирует Сару. — Вы двое такие милые! — шутливо подметила я, прошмыгнув в ванную совсем не стесняясь наготы. — Напоминаете сварливую влюбленную парочку. — Это не только ты заметила. У нас это взаимно с самого знакомства. — Мне уже стоит ревновать?.. — Я выглянула в комнату, схватив зубную щетку. — Мое сердце, мои мысли, мое тело — всё принадлежит тебе, mi amor. — Педро стащил полотенце и, повернувшись спиной, продемонстрировал себя во всей красе!.. Так и захотелось подойти и шлепнуть по этим ягодицам!..       Но я сдержалась. Постояла немного, а потом, хмыкнув, все-таки закрыла дверь.       Мы собрались быстро. Оделись по теплее и, подхватив два рюкзака, вышли в коридор. Оскар уже тут как тут. Стоит и улыбается. Интересно, а он точно радовался нашим отношениям, или мне только казалось?.. — Выспались?.. — Да! — радостно отозвалась я, прищурившись. — А ты? Надеюсь, у тебя мягкий матрас и взбитая подушка… — Ууу, с кем поведешься, да? — Он поймал мой цепкий взгляд, и мы рассмеялись. — Ты мне нравишься. — Угу, до дрожи в поджилках. — Доброе утро! — сонно протянула Люкс, выползая из комнаты. — Что? До сих пор не отпустило после вчерашнего?..       О да, это был отличный вечер, наполненный теплыми шутками и вкусным вином. У меня даже голова не разболелась после четырех бокалов. — Не-а, — весело подхватил Педро, крепко обнимая за талию, — и не думаю, что отпустит. — И одного взгляда хватило, чтобы понять — он имеет в виду совсем не нашу маленькую «пьянку». — Боже… — Люкс попыталась выглядеть серьезной, но ничего не вышло. Она улыбнулась, качнув головой и схватив Дэвида за руку. — А я говорил! Вот, что бывает, когда людей лишают интернета! — Оскар всплеснул руками, завидел Сару и, распахнув объятия, поманил к себе. — Вот она — моя отрада. Ну, что же, пойдем, друг мой, мы с тобой одни посреди двух сладких парочек. Нужно держаться вместе. — И не говори!.. — Сара хмыкнула, подмигнув мне. — Уже жалею, что поехала одна!.. — Напомни-ка мне, дорогуша, не твоя ли спальня примыкает стенкой к гнездышку этих бесстыжих развратников? — Оскар обхватил ее за плечо и отвернулся, медленно направившись к двери. — О, да… — Сара мельком обернулась, шутливо глянув исподлобья. — И лучше бы я этого не слышала. — Да, я тоже.       Педро закатил глаза и повел следом; он отрицательно покачал головой на мой вспыхнувший взгляд, все отрицая. Интересно, мы, и правда, вели себя слишком громко, или же они шутили в свойственной манере?.. — А мы отлично выспались, — внезапно обронила Люкс, погладив брата по плечу, — не понимаю о чем они, правда милый?.. — Истина, — согласился Дэвид, подавив смешок.       Значит, все-таки, шумели!.. О боже!.. Я покраснела. Мигом!.. Щеки запылали и дыхание сбилось. Педро заметил и поцеловал в висок, едва слышно прошептав: — Не бери в голову. Ты была великолепна, как всегда, mi amor. Пусть не завидуют. — Господи!.. — Я толкнула его в бок и, покусав губы, вновь попала в крепкие объятия. — Вы там вообще идете?.. — крикнул Оскар прямиком из коридора. — Иза, имей в виду, в лесу водятся дикие звери. Будь паинькой и больше так не делай!.. — Заткнись уже! — попросил Педро, придержав дверь и шутливо замахнувшись. — Посмеялись и хватит. Пора в дорогу. — О да… — Он сказал с наигранным придыханием, и, прыснув со смеху, пошел дальше, еще сильнее вгоняя меня в краску. — Он просто завидует! — губами произнесла Сара, улыбчиво поманив за собой. — Все чудесно, не обращай внимания. — Она приобняла за плечо и вырвала из мужских объятий. — Идем! Расскажу о смотровой площадке, пока твой ненаглядный проветрит свою горячую голову. И не только…       На этот раз смеялась в голос уже я. Нет, мне не было стыдно. Совсем. Через минут тридцать мы все и думать позабыли. Разобрали поклажу. Я забросила свой рюкзак и два спальных мешка за спину. Педро взял палатку и еду. Натянул кепку и, запрокинув голову, вдохнул свежий лесной воздух полную грудью. Да, мы подошли к пешей тропе. Я заинтригованно остановилась рядом, разглядывая извилистую широкую дорожку, протоптанную туристами. — Мы останемся на ночь в горах? На возвышенности? — Лучше да, чуть выше, но не слишком близко к чаще. Это может быть небезопасно. — Хорошо. — Я улыбнулась, наблюдая за облаками и легким туманом.       Настало время приключений!.. Мы выдвинулись в путь, каждый со своей поклажей. Двигались плотной группой, друг за другом. Впереди шел Оскар, следом Сара, потом Люкс с Дэвидом. Педро замыкал группу, так как уже бывал в этих краях. Оскар провожал, мы подгоняли. Вокруг сгущался лес. Везде росли высокие сосны, а между ними мелкие кустарники. Земля была сухой. Видимо, дождя в здешних краях не было давно. Ветки хрустели под ногами, воздух наполнялся хвойным ароматом: тягучим и незабываемым!.. Я двигалась медленнее, чем остальные, постоянно оборачивалась, с интересом изучала всякую деталь!.. Иногда доставала телефон и делала фото: природы, неба и Педро. Он замечал и улыбался, внимательно поглядывая под ноги. Держал меня за руку на протяжении почти всего пути. И мне было спокойно. Ни капельки не страшно. Конечно, мы шли утром, и до ночи было еще слишком далеко, однако, мне уже не терпелось усесться у костра. — Надеюсь, я смогу уснуть этой ночью… — поделилась я своими опасениями. — Никогда не ночевала в палатке. — У нас есть ракетница. В случае чего ее всегда можно выпустить. Смотрители тропы увидят. К тому же, — Педро скривил губы в ухмылке, — я рядом, малышка. Тебе нечего бояться. Всю ночь буду обнимать тебя крепко-крепко! Ты не замерзнешь и ничего не испугаешься. — Ладно…       В подтверждение своих слов, он привлек в свои объятия и, нежно чмокнув в губы, глубоко вздохнул. — Я все еще хочу жениться на тебе. — Отлично, потому что я пока не передумала, — тихонько ответила я, легонько потянув за куртку. Мы немного отстали. — Люблю тебя… — Педро снова поцеловал, но на этот раз по-настоящему. Погладил мои скулы пальцами. — Te quiero… — Si, mi amor…       Снова поцеловались и замерли посреди тропы. — Хей, мы все еще здесь! — крикнул Оскар, махнув рукой.       Пришлось невольно обернуться. — Простите, конечно, но у нас тут поход!.. — Он развел руки, и Сара заулыбалась. Она искренне радовалась за нас. Ну хоть кто-то это делал!.. — Идем, еще будет время, а то этот радужный ушлепок нас сведет с ума.       Мы взялись за руки и, переглянувшись, быстро догнали остальных. Двинулись дальше. Постепенно лес редел и появлялись горы… Вдали, но с каждым шагом все ближе и ближе!.. Сам путь занимал примерно двенадцать километров. Не так уж много. Однако, мы прошли примерно часа три, прежде чем я увидала первую преграду: высокий холм. Ни выступа, ни камня, чтобы взобраться!.. — И что дальше? — Вверх по корням, видишь? — Педро указал на торчащие ветви. — Я взберусь за Оскаром. Мы поможем вам.       Ладно. Что было делать?.. Сперва, они забросили рюкзаки, потом ловко вскарабкались сами. Надо же!.. Смогла бы я так же?.. — Давай, держись за кору дерева и взбирайся, — подозвал Педро, вытянув руку.       Я послушно сделала все в точности, как он велел. Ухватилась за корни и, подпрыгнув, почувствовала, как мужские пальцы цепко ухватились за запястье. Совсем чуть-чуть усилий, и вот!.. Я взобралась на небольшой отвесный холм! — Привет!.. — Педро подмигнул, отвел в сторону, а сам помог подняться остальным.       Я повернулась, наблюдая и восхищаясь каждым его действием. Не может быть, чтобы вот этот человек считал себя ленивым и не ответственным. Возможно, когда-то давно, так оно и было, но не теперь. Не теперь…       Мы прошли еще немного, по прямой дороге, может шагов сто-сто пятьдесят и, выбравшись таки поближе к подножью гор, остановились. — Смотри, любимая. Это перевал Фунфриа, — рассказал Педро, когда мы поднялись достаточно высоко, чтобы лучше осмотреть местность. — Там, чуть дальше дикий сосновый лес в горах. Мы туда не пойдем. — Он ткнул пальцем и рассек воздух. — Обогнем перевал, потом вернемся южнее и разобьем лагерь на привычном месте.       Я зачарованно обвела взглядом просторную пустошь… Вблизи гор и неведомой глухой чащи, виднелись несколько пеших троп. Огромные хвойные деревья вились над головой, выпускали изогнутые корни наружу, подобно выступившим венам на мужских руках. Они были по всюду!. Прямо под ногами!.. Педро заранее предупредил: ступать нужно осторожно. И я следовала наставлениям. Придерживала рюкзак за лямки, внимательно поглядывая под ноги и, одновременно, озиралась по сторонам. А, уж, когда мы группой замерли у перевала, распахнула рот в изумлении и восторге, потому что никогда не видела ничего подобного!.. Горы возвышались над нами!.. Покрытые белоснежным снежком на макушках, они величественно встречали гостей. Дул приятный западный ветер. Иногда выглядывало солнце. Но там, среди природы, я ощущала лишь прохладу. Любовалась, вдыхая горный воздух полной грудью, а потом достала телефон и сделала несколько снимков. — Здесь не ловит связь, — предупредил Оскар. — Отправлю завтра, когда вернемся, — я улыбнулась, поправив капюшон толстовки, что накинула на голову. — Нравится? — радостно спросил Педро, обняв за плечи и пристроившись рядом. — О, да… Это волшебное место!.. — Мои пальцы сжались вокруг его запястья. — Я так счастлива… — Хорошо, mi belleza. — Педро чмокнул в щеку. — Это очень хорошо!       Мы продолжили путь, как только сделали несколько групповых снимков. Сара щелкнулся нас вдвоем на память. Фото вышло чарующим!.. Я не могла насмотреться. — Пойдем, у тебя еще будет время, — Педро потянул вниз по тропе, — в лесу и горах темнеет раньше. Нужно успеть обойти перевал и вернуться к нашему месту. — Вы часто здесь бывали? — Я повернулось к Оскару и Саре. — Я пару раз, — отозвалась она.       А Оскар добавил: — Мы с Педро прилетали раза три. Знаем местность. Вообще, да, здесь местами очень крутые спуски и подъемы. И природа потрясающая. А выше, на смотровой площадке, можно разглядеть не только город, но и всю долину. — Мне по нраву эта жизнь…       Я замерла на мгновение, когда солнце вышло. — Идем, belleza.       Тропка становилась уже. Теперь мы шли друг за другом, осторожно перешагивали бугорки и редкие камни, появлявшиеся тут и там под ногами. Чем ближе простирались подножья гор, тем холоднее становился воздух. Так что я не пожалела, что набросила капюшон. Несмотря на солнце, пригревавшее сверху, среди высоких деревьев, мха и мокрых ручейков, что мы миновали, у меня шел пар изо рта. Свежо. Да, в горах было куда прохладнее, чем в старинном городке. О, мне понравилось, взбираться на холмы, разглядывать хвойные ветви, касаться пальцами шершавых деревьев, фотографировать ясные лучи, проскальзывавшие сквозь зеленеющие сосновые иголки. Воздух питался прозрачным ветром, который, там, на возвышении, казалось, дул из неоткуда! Он трепал деревья, раскачивал в стороны, иногда поднимал легкую пыльцу на тропинке…       Подобравшись к наивысшей точке нашего маршрута, я устало оперлась ладошкой о ближайшую каменную скалу и, улыбнувшись, осторожно посмотрела вниз.       Высота!.. Не Эверест, конечно, далеко нет!.. Но выше, куда выше колеса обозрения в Диснейленде! Мимолетно обернувшись и поймав радостный взгляд Педро, я кивнула восторженно пожав плечами. — Это восхитительно!.. — Согласна, — подхватил Сара, замерев поодаль и вздохнув полной грудью, — вот уже как в третий раз — да! Это место стоит всех часов похода.       Люкс тоже выползла вперед. Осторожно, на полусогнутых ногах, она приблизилась к шаткому краю и, с неподдельной улыбкой, посмотрела вниз. — Господи, да здесь не так уж сложно и убиться насмерть!.. — Аккуратно, — Педро вытянул руку и обхватил сестру за талию, медленно уводя от края, — красота — одно, но безопасность всегда на первом месте.       Я довольно выпрямилась, когда он бережно увел Люкс от скользких камней и вручил в руки Дэвида, строго добавив: — Держи ее крепче. Не подводи мое доверие. — Конечно!..       Парень улыбчиво кивнул, крепко взяв Люкс за руку. Ну, а мы, втроем: я, Оскар и Сара, вновь переглянулись. Дул порывистый прохладный ветер. Светило яркое полуденное солнце. А мы стояли на «вершине» мира. И наблюдали за непобедимой красотой живой природы. О, сколько же пейзажей можно было написать, явись туда с альбомом!.. Набросать счастливые улыбки на беззаботных лицах друзей. Сделать это с теплотой и любовью!.. Да, по своему, я полюбила каждого из них, даже придирчивую Люкс и вечно смешливого Оскара. Смотрела на них. Наблюдала. И не могла сбросить дурашливую улыбку с лица! Потому что там, в окружении людей и дикой девственной природы, я чувствовала себя уютно. Я ничего не боялась!..

"Carter Burwell - Bella`s Lullaby"

***

      Педро оказался прав. В горах, действительно, темнело быстро. Мы не успели спуститься ниже, к перевалу, когда солнце, медленно скрывшись за горой, оставило лишь мягкий свет на вершинах. На часах и пяти не было, а вокруг, постепенно, опускались легкие сумерки.       Мы успели. Усталые, но счастливые, пришли на «привычное» место отдыха. Я увидела старый костерок неподалеку, и ветви, собранные в кучу. Поняла, что эта точка пользуется популярностью у туристов. Они оставляют хворост и другим, когда собираются возвращаться. Метят деревья маленькими ленточками, помогая новичкам, вроде меня, не сойти с тропы и всегда оставаться на безопасном расстоянии от «дикой» чащи. — Там водятся волки, бурые медведи!.. — в красках расписывал Оскар, разводя костер, в то время как Педро и Дэвид ставили палатки. — Олени, лисы, рыси!.. Ночью, в темноте, когда костер догорит, можно разглядеть, как светятся красные зрачки во мраке!.. — Вот бы один из них откусил тебе язык, — протянула Сара, пока мы доставали заготовленную еду и бутылки с водой. — Незачем пугать девчонок. Моя здесь в первый раз. Максимум, что вы увидите, это белки! — мирно поведал Педро, запрокинув голову и стянув кепку. — Они частенько прибегают. Здесь их подкармливают. Если увидите, орехи у меня есть. Ничего другого не давайте. — Почти готово! — весело подметил Дэвид, закрепив последний замочек на высокой балке. — Вуаля! — Чудно, наши «хоромы» на месте! — Оскар радужно хлопнул в ладоши. — Давайте уже поедим и выпьем!.. — Он в нетерпении потер ладони. — Я жутко проголодался! Не денек, а просто сказочная прогулка выдалась сегодня!..       Постепенно тени сгущались, костер разгорался. И, к восьми часам, совсем стемнело. Мы расселись вокруг огненного искристого пламени. Пододвинулись поближе. Похолодало. Изо рта отчетливо вырывались легкие и невесомые клубки белесого пара. Но мне было комфортно. Удобно сидеть рядом с Педро и, поджимая ноги, слушать байки Оскара, попутно наслаждаясь горячим чаем. Мужские руки крепко обнимали за плечи, за спиной чувствовалось размерянное дыхание, и ощущалась эта «сила», нет, даже не физическая, а ментальная. Уверенность и защита. Вот, что это было. Иногда, я обводила взглядом мрачную поляну, невольно вспоминала слова Оскара о диких животных и, теснее прижимаясь к Педро, прикрывала глаза. Конечно, мне становилось чуточку не по себе. Мы были одни среди леса, окруженные деревьями и горами. Да, на туристической стоянке, да, вшестером… Но… Я взволнованно уплетала жареный зефир, прислушивалась к треску веток в костре, иногда невольно вздрагивая. И всякий раз, когда Педро наклонялся, чтобы опустить голову мне на плечо, или мельком поцеловать в щеку, ощущала, как спокойствие немедля заполняет каждую клеточку тела!.. Хорошо. Вот так было просто отлично!..       Он почти не пил. Разве, что, одну бутылку пива. Я тоже не стала. Предусмотрительно обошлась чаем, обеспокоено раздумывая о первой ночи в горах. Как это будет?.. Поежилась немедля! Вздохнула глубоко-глубоко, да так, что Педро почувствовал. — Тебе все еще не по себе, mi amor? — заботливо спросил он, вытащив плед и набросив сверху, прикрыв мои поджатые ноги. — Хочешь, можешь подремать. Ничего не случится. Это безопасное место. — С тобой повсюду безопасно, просто… — Я поежилась, прислушиваясь к очередной жуткой байке Оскара. — Все эти страшилки… — Традиция. Разве ты никогда так не делала у костра? — Нет, я впервые сижу ночью и наблюдаю за пламенем. — Ничего, — Педро потеснее прижался к моей спине, — мы с тобой частенько будем выбираться. Скоро ты привыкнешь. — Спасибо… — тихонько вымолвила я, схватив за руку и погладив пальцы. — До встречи с тобой, я, будто, и не жила вовсе. — И это лишь начало, любовь моя. Впереди… — Целая жизнь, помню.       Я вздохнула и, кивнув, прислушалась к рассказу Оскара: — Однажды молодой пастух пас овец. Долго он вел свое стадо, гнал в низину от палящего солнца, когда, внезапно, услышал райское пение!.. Голос: нежный, как самый ласковый и долгожданный ветер в знойный день, обласкал своим дыханием!.. Пастух не смог совладать с желанием. Он отдалился от овец, пробрался среди хвойных ветвей и размашистых кустарников, а там… На камне, увидел небывалой красоты девушку! Она сидела и медленно расчесывала свои белокурые волнистые волосы. Прелестная, как самый светлый ясный день на свете!.. — Оскар взмахнул руками, театрально поглядывая на каждого из нас. — Волосы, длинные-длинные, почти закрывали обнаженное тело, подобно покрывалу! А кожа, фарфоровая, едва не снег!.. Пастух подумал: «Это ангел!..» С трудом, но отогнал он стадо. И всю ночь промучился. Слышал пение в своей спальне, и всюду, куда бы ни пошел!.. Не выдержал он, вернулся на следующий день. А она все сидит!.. Сидит и расчесывает белокурые пряди. Увидела пастуха и сказала: «Я ждала тебя, скажи, ты женишься на мне?» Зачарованный пастух без раздумий выпалил: «Женюсь!..» Они лишь посидели рядом, когда солнце начало скрываться за горами. И на безымянном пальце его появилось серебряное кольцо. — Оскар вытянул руку над головой, указав на свое собственное. — Метнулся пастух в дом, сказал матери, что женится на небывалой красоты девушке!.. Мать была женщиной мудрой. Подумала, она: околдовали сына! Вышла на улицу, послушала людей и попросила сына, во время новой встречи, внимательно посмотреть «незнакомке» на ноги. Если это ламия, у нее будут утиные ноги!.. Пастух побежал к горе. Его возлюбленная купалась и играла с рыбами, входила и выходила из воды как дельфин, и ее смех был звуком тысячи бубенчиков. Он приблизился молча, не хотел ее пугать и желал приподнести сюрприз, но… ой, что это? ноги его любимой не были женскими ногами!..       Я улыбнулась, поймав затейливый взгляд Оскара, а он продолжал, с чувством и игрой, словно бы стоял на сцене театра и делился историей со зрителями: — Ноги девушки казались… Нет! Не может быть!.. Но это действительно были утиные ноги! Пастух остался в оцепенении, и после возвратился в поселок с разломанным сердцем. Его мать ждала у двери… Она выслушала сына и воскликнула: «Это одна из ламий! Ты не можешь вступать в брак с нею: ты это слышишь? Люди не вступают в брак с ламиями!..» Пастуху пришлось оставить свою «возлюбленную». Но не знал он, кто такие Ламии на самом деле!.. Подобно сиренам в море, они водятся в горах, завлекают мужчин своим красивым пением и пожирают живьем!.. — Оскар цапнул зубами, и мы тихонько рассмеялись. — Эта ламия была такой… Красивой, как чистое небо, и голодной, как сама смерть!.. Она явилась ночью под окна пастуха в обличье голубя. Постучала клювом в окно и напела: «Ты поклялся жениться. На тебе мои «цепи», пойдем, или же на следующую ночь в деревню спустятся мои сестры… За обман и мы будем гневаться. Мы разорвем вас всех, моя любовь». Пастух не послушал. Испуганный и уже позабывший о брошенных в пылу страсти обещаниях, он заткнул уши и спрятался под одеялом. Ламия, в отличие от боязливого паренька, сдержала свое слово. Вернулась с сестрами и… Вместе они оросили стены и дороги маленькой деревни людской кровью!.. Расплата за любовь! Расплата за огненные чувства, которые пастух не смог вовремя усмирить!.. Ламии принесли с собой кару и немой урок. Оставили деревню в пугающей болезненной тишине. С воплями вернулись в горы. И всякий, кто теперь поднимается в долину, обязательно кладет по камушку у ручейка, задабривая местных ведьм и колдунов, просит об удачном завершении дела. Не оставишь камешек… Ламия явится посреди ночи и растерзает в клочья!.. — Браво!.. — Сара захлопала в ладоши. Присоединились и мы. — Вот это перфоманс! Замечательно!       Я улыбнулась, насладившись, больше не самим рассказом, как его подачей: пылкой речью и великолепной жестикуляцией, Оскар словно погрузил в историю, и я уже нарисовала себе эти страстные картинки в голове, возжелав, по возвращении в отель, набросать несколько скетчей в своем небольшом блокноте. — Отлично, — похвалил Педро, потянувшись и выпустив из объятий, — пойду подготовлю спальные мешки. Без четверти одиннадцать, пора бы нам и отдохнуть, что скажешь?.. — Да, — я улыбчиво кивнула, обернувшись, — что-то уже клонит в сон.       Моих слов оказалось достаточно. Педро медленно поднялся на ноги, размял спину, наклонился вперед-назад и, подхватив плед, скрылся в недрах нашей палатки.       Ну а я, вытянув ноги и ощутив легкий озноб, быстро подогнула колени к груди, заметив, как засуетились и остальные. Сара громко зевнула, а Люкс, уже почти заснув, приподнялась, обняв Дэвида за пояс. — ¡Buenas noches! — пожелала я, махнув рукой. — Добрых снов.       Сара тоже залезла в палатку. Все так быстро разошлись!.. Мы с Оскаром остались вдвоем. Уселись рядом. Обменялись улыбчивыми взглядами и, немного помолчав, заговорили. — Ты молодец, — внезапно похвалил он, сбивая пламя длинной веткой и перемешивая огненные угли. — Знаешь, несмотря на изначальный скептицизм, когда мы только познакомились, сейчас я вижу — ты все делаешь правильно.       Я догадалась, что он говорит о нас с Педро. Опустила подбородок на колени и понятливо кивнула. Неужели, дождалась?.. И это было одобрение? — Мы знакомы уже кучу лет. Я видел его всяким: воодушевленным, сломленным, веселым и печальным. Бок о бок мы «сражались» за новые роли, радовались за параллельные успехи!.. Но никогда!.. Никогда в жизни я не слышал, чтобы он так смеялся. Ты молодец, Изабель. И ты все делаешь правильно. Хотел, сказать, пока не наступило утро, и я не протрезвел. — Мы рассмеялись. — Не смотри на остальных. Старику давно пора остепениться. И, раз уж ты его «омолодила» лет на десять — я одобряю. И благословляю. — Господи, Оскар! — Я прыснула со смеху еще громче. — Ладно, поняла, спасибо. — Ты, правда, мне нравишься. Хорошо, что теперь нам есть, кого «испортить» и превратить в «своего» чуть сумасшедшего человека.       Он мельком погладил по щеке и, поднявшись, встретился с Педро, лицом к лицу. — Оу, добрых снов, дружище!.. — радостно выпалил Оскар, проскочив мимо. — И не шумите, не забываете про ламий!.. — Ага, конечно! — воскликнула я вслед, тоже медленно вскочив на ноги.       Костер догорел. Остались лишь угольки. Подобно прищуренным глазам, они мерцали во мраке, окруженные мелкими камушками. Нам не о чем было беспокоиться. — Пойдем. — Педро взял за руку и повел в палатку.       А я, несмотря на чудесный ламповый вечер, все равно дернула плечами, внимательно прислушиваясь и вглядываясь во тьму. — Не дрожи, что ты?..       Педро застегнул легкую дверцу, зажег фонарик на телефоне и, улыбнувшись, забрался в свой мешок. Я постояла немного. Посмотрела в нерешительности, да обхватив себя руками. Поняла, что на улице становится совсем холодно. — Я не хочу спать в этом… — Иди сюда, — Педро расстегнул молнию чуть шире и раскрыл свои объятия, — поместимся, не медли.       Не стоило просить дважды. Я шмыгнула носом, быстренько забралась внутрь и, тесно прижавшись к любимому, опустила голову на сложенный плед. О… Тепло мигом распространилось по всему телу!.. Не успел Педро погасить свет и застегнуть молнию, как я уже тут как тут!.. Обвила руками его шею, погладила кончиками пальцев подбородок, в кромешной тьме не различая ничего!.. Даже очертаний!.. Клянусь, никогда я не встречала подобного мрака!.. Наше дыхание смешалось. Губы ласково заскользили на коже, встретились в поцелуях, мягких и глубоких!.. Таких влажных и сладких… Безопасность и защита. Я купалась в чувствах, тонула с головой и не желала возвращаться. Там, посреди самой мрачной и тихой ночи на свете, только и разносился ветер. Ничего. Ни воя, ни хруста веток, ни обещанных жуков. Я не боялась. Мирно засыпала, прислушиваясь лишь к размеренному поверхностному дыханию. Мы были счастливы.       А потом… Потом внезапно наступило утро.       Я открыла глаза, покрепче обняла Педро за пояс, не желая вылезать из теплого мешка!.. Мы не говорили. Но оба точно не спали. Просто лежали. Рядышком. Так уютно!.. Молчаливо вздохнув, он протянул мне жвачку: мятную и ядреную!.. О, я не отказалась! Схватила, перевернулась на живот и, как следует разжевав, прикрыла веки в удовольствии. Мы выспались. Проспали до девяти. И Оскар даже не пришел будить!.. Видимо, изрядно выпив накануне, отсыпался на сутки вперед!.. Никто не торопился. Мы — тем более!.. — Все! Иди сюда! — Педро выплюнул жвачку, и я, рассмеявшись, сделала тоже самое, нависнув над ним и расцеловав в губы. — М-м… Так-то лучше. — Доброе утро!.. — радостно вымолвила я, потеревшись кончиком носа о его щеку. — Привет…       Мы вновь поцеловались, перевернулись набок и тихонько рассмеялись, когда мешок не выдержал и треснул. — Кажется, это намек, — протянул Педро, нащупав очки и напялив на нос, — пора выбираться, завтракать и возвращаться назад. — Мне так понравилось… — честно призналась я, выбравшись из мешка и потянув колени, а следом размяв затекшее тело. — Повторим однажды?.. — Ну, конечно, belleza. — Педро подмигнул, собирая мешки и обвязывая тоненьким ремешком. — Мы обязательно вернемся.

***

      Утро встретило нас ароматным кофе и свежим теплым ветерком. Мы никуда не торопились. Спокойно позавтракали. Подышали свежим горным воздухом и, уже ближе к одиннадцати часам, выдвинулись в путь. Шли спокойно. Уже привычной тропой по двое через перевал. Я оглядывалась, восторженно изучала глазами природу и скалы, стараясь запомнить, впитать всякую, даже незначительную деталь!.. Будь это хвойные ветви или зеленеющая трава!.. Или вершины далеких величественных гор!.. Я шла, держала Педро за руку, и не ведала печали. Не ведала… До всего лишь одного переломного момента, когда какие-то несколько слов буквально выбили почву из-под ног и заставили грохнуться с небес на землю.       Педро вытащил телефон, на ходу заглянул в сообщения и, остановившись, внимательно сощурился, прикрыв экран ладонью от слепящего солнца. — В чем дело?.. — мирно поинтересовалась я, обернувшись.       Сначала и не разглядела, не увидела, каким серьезным стало вдруг его лицо!.. — Mi amor… — низким голосом вымолвил Педро, и остальные тоже замерли поблизости, в непонимании поглядывая на нас. — Сообщение пришло еще вчера днем, но сети не было. — Что там? — Я подошла вплотную и заглянула в экран. — Новости от нашего юриста. Кевин обвинен в убийстве Джессики Миллер.