Эпилог.
14 мая 2023 г., 10:46
— Ты совсем уже? — разоралась Момо, когда мы прибыли в школу. Схватила Сану за волосы и прижала к стене. — Ты что, в себя поверила? Королева нашлась! Корону сняла и рядом поставила! Ты что себе позволяешь? Думала, я не узнаю? А ну говори!
— А что говорить? Что ты встала и место потеряла? Пусти меня!
— Я тебя сейчас из окна пущу! — пуще завопила Момо.
— А я тебя в космос!
— Всем заткнуться! — раздался сзади громкий голос «мамы Чонён».
Девушка вошла, закинула сумку на парту Саны и вопросительно оглядела класс. Сана тут же убрала руки и виновато потупила взгляд. Момо оставалась такой же злой.
Было очень рано. Не все наши одноклассники ещё пришли в школу. Грубо говоря, здесь были только я, Наён, прибывшая Чонён, Момо, Сана, писательница Пак (опять она пишет свои книги), Минари, Чен-Чен и тихая Цзыюй. Девчонки, не участвующие в этом глупом конфликте между Момо и Саной, о чём-то перешёптывались и негромко хихикали. Чонён выглядела очень рассерженной на Минатозаки.
— Скажи этой мадам Ку-Ку, что я ничего такого не делала! — завизжала Сана.
— Кто президент? Разве не я? Тебе шею намылить после уроков? — Момо потрясла Сану за плечи. С такой силой тряханула, что «мама» пришла в шок. — Будешь знать, как лицемерить!
В кабинет вошёл учитель биологии. Девчонки сразу притихли и отстранились от друг друга. Момо, последний раз пихнув Минатозаки в плечо, прошла и уселась на место рядом со мной. Конечности моей девушки тряслись, и я взяла её за руку, чтобы успокоить. Весь урок Момо сидела хмурая и строгая, а когда учитель спросил её, прогульщицу, взяла и нахамила биологу. Тот обозлился до такой степени, что выгнал Хираи из класса. Только в конце урока она заявилась и сообщила, что учителя вызывают к директору.
Глаза у Момо были такие дурные, что её рядом сидящие подруги, Наён и Джихё, тоже напугались. Только на меня Моморин смотрела по-доброму. Иногда на Цзыюй.
В столовой Момо опять зацепила Сану. Девушки раскричались на друг друга. Потом Минатозаки пролила стакан заваренного холодного чая на новую толстовку Момо. Поднялся невыносимый шум и гам. Все мы думали, что они убьют друг друга.
***
— Моя Дахён-а, — Момо ласково обняла меня сзади, — не хочешь заняться чем-нибудь интересным? У нас давно не было занятий корейским. Наша учительница Ким заболела. Тоже нагуляла себе болячку под дождём. Теперь корейский язык нам преподаёт Псих. Отвращение к нему и к его предмету начинает безумно расти. Псих работает по ужасной методике, смысл которой заключается в том, что каждый урок мы сначала пересказываем параграф, заданный на предыдущем уроке, а потом берём новую тему и самостоятельно её практикуем. И пока мы занимаемся изучением непонятного материала, учитель довольствуется и сидит в телефоне. Играет в танки. Отлично устроился. — Ну не плачь, ты чего, — я обняла девушку. — Я просто не ожидала такого предательства, — Момо шмыгнула носом и отвернулась. Очевидно, что разрыв с Саной её сильно обидел. Минатозаки с таким безразличием отнеслась к её чувствам, что даже мне стало неудобно. — Всё хорошо. Ты до сих пор школьный президент и отличный лидер, — поддержала я. — Хочешь, мы позовём в гости Наён? Тебе полегчает. Она поднимет тебе настроение и поможет обо всем забыть. — А потом, когда Им уйдет, я снова буду думать о том, какая я глупая! — пуще прежнего расплакалась Момо. — Не надо её сюда! — Послушай, мы все можем ошибаться, и ты намного опытней меня. Ты хорошо учишься, и нет причин называть себя так. Сана ещё не понимает, кого теряет. Уверена, она прибежит к тебе и будет горько плакаться, лишь бы ты позволила ей вернуться. Момо вновь захныкала. — Так, всё! Я зову Наён… Наён действительно пришла. Узнав о такой напряжённой Момо, она прибежала уже через десять минут, требовательно стуча в дверь моего дома. Момо, словно жалкая недотрога, напрочь отказывалась веселиться, когда Им предлагала ей поиграть в дурака на желания, которые бы точно не были скучными; но стоило только мне подтолкнуть её, как от холодной Хираи не осталось и следа. Нам было очень здорово, и, пока Наён отлучилась в нашу комнату положить платье, которое она занимала у Момо месяца два назад, я попросила развлеченную Хираи научить меня готовить окономияки — её любимую японскую лепёшку. — Ты, глупая Староста, что сделала с Моморин? — накричала на меня Наён. Я непонятно похлопала глазами. — Это совсем не та Хираи, которую я знаю! — продолжала кричать Им. Момо лишь скромно пожала плечами. — Спокойная такая. Ты что, перевоспитала её? А с кем мне хлеб из школьной столовой таскать? Это совсем другая Момо! Ты — фея? Далее к нам прибежала Чеён. Довольная, краснющая, как рак, зато взволнованная и обрадованная, что наконец смогла обсудить всё с Миной. Мы ожидали, что между ними образуется важный разговор, где Чеён всеми силами попытается объяснить неуверенной Мине свои чувства. Но, как оказалось, девушки решили отметить свою встречу наедине и сходить на свидание в скромное тихое кафе. Чеён захотела пообщаться со мной, но, раз уж я была не одна, ей пришлось контактировать с Момо. Поначалу они не очень ладили: язвили и ругали друг друга; а потом обиды всё равно забылись. Момо поделилась с Сон своим вкусным японским рамунэ, отдала свою порцию чокпаля (как она могла променять еду на Чеён), сопроводила Чеён довольными анекдотами. Между девчонками образовались некие тёплые отношения. Ещё немного, и они поймут, что дружба намного ценней вражды. Девочки смеялись, играли в карты и заедали проигрыши всякой выпечкой. Позже к нам присоединилась и Мина. Сказала, что так долго доходила потому, что по дороге выронила азартные игры в глубокую лужу, отказалась их доставать и побежала в магазин за новыми. Тогда уже карты были брошены, а мы вчетвером уместились на диване и включили любимый триллер Мины. Во время просмотра я сильно испугалась. Лежала рядом с Момо, и, пока она нежно игралась с моими волосами, вздрагивала и ревела в её плечо. Момо спрашивала: «Чего там такого страшного, Дахён-а?» Но как можно объяснить этим бесстрашным девам, что я на дух не переношу ужасы и всё, что с ними связано? Сюжет был очень жуткий. Назло девчонкам я переключила на романтику. Слащаво, зато нет никаких громких звуков и истерик. Из грозного старпёра Чеён превратилась в плаксивую причуду. Я думала, что она заплачет все мои подушки. Сейчас мы сидим за кухонным столом, уставшие и голодные, ожидаем доставку еды. Момо заказала много пряностей и овощей (специально для вегана Сон Чеён). Минари разговаривает по телефону со старшим братом, и он как-то странно отзывается. Разобрать не могу: их разговор на японском языке. Зато Момо, услышав родную речь, заметно скривилась и поморщилась. Вся эта атмосфера казалась мне напряжённой, и я решила поинтересоваться у девочек. Спросила: — О чём говорит Мина? — О проблемах в семье, — тихо ответила мне Момо. — У неё есть проблемы? — Откуда я знаю? Спроси у неё. Тон Минари повысился. Она раздражена. Момо продолжала кривиться и пыхтеть. Чеён в это время искала любимые диснеевские мультики. Ей было не до нас. Как только Мина положила трубку, образовалась тишина. Меня охватило небольшое волнение. Возникло чувство чего-то подозрительного, предательского. Когда мы пересеклись взглядами с Мёуи, она натянуто мне улыбнулась и поспешила отвернуться. Я продолжала некоторое время смотреть на неё, пока она снова не взглянула на меня. — Вы, девочки, сейчас, кажется, просверлите взглядами гигантскую дыру в друг друге, — раздался над ухом голос Момо. Потом она сзади взяла меня за плечи и тоже посмотрела на Мину. Минари снова отвела взгляд. — Тоже кажется подозрительной? — Да. — Видишь, у неё в кармане ручка? Я кивнула. — Паззл складывается, — Момо улыбнулась. — Какой паззл? — недоумевала я. Волнение душило. Я вяло ковыряла палочками салат и всё ждала, когда Мина сделает нечто странное. Изредка поглядывала на неё и тут же переводила взгляд на Момо. Она же не переставала пялиться на Мёуи. Я осторожно огляделась, но всё внимание Чеён было приковано к мультфильму, а не к нашим глупым гляделкам. В конце концов, Чеён больше всех ждала нашу совместную встречу. Удивительно, что подруга обрадовалась даже Хираи. Вражда между ними постепенно сходит на нет. Ранее я высказала девочкам. Почему бы вам перестать враждовать ради меня? Начинаете все эти конфликты и доводите их до драки! Чеён, как обычно, одарила Момо голодным взглядом, но ничего не ответила. Моморин теперь не кажется такой злой, так что тоже не выявила никаких протестов в мою сторону. — Хорошо, что мы с ней перестали дружить. Такая тупица, — Момо закатила глаза. Я согласилась. Нет, я не имела ничего против Мины. Общались мы с ней туго и ни о чём. Натянуто, какими-то несмешными подколами. Порой как совершенно незнакомые с друг другом люди. Наше общение в основном держалось за счёт Чеён. Даже Момо, моя бывшая лучшая подруга и девушка, знала обо мне больше, чем близкая подруга. В последний раз я просила Мину о помощи в непонятном задании по химии. Но она совсем мне не помогла: написала палёные ответы не только мне, но и всему классу. Из кармана Мины выпали ручка и маленький листок. Поначалу девушка этого даже не заметила. Прошла мимо и накинула лёгкую ветровку, готовясь выходить из моего дома. Зато Момо, обладающая орлиным зрением, быстро наклонилась и подняла записку. Пробежалась глазами по тексту, внимательно его изучила, а потом показала такую шокированную гримасу, что наконец привлекла внимание девочек. Я тоже выразительно на неё посмотрела. Момо выглядела до безумия взволнованной. Мина ойкнула и подбежала к ней, забирая вещи и сразу же выбегая из дома. И тогда до меня дошло. Неизвестный отправитель, записочки, тайны, японский язык — теперь этому найдено объяснение. Мина.*** «Меня ненавидят. Меня не любит никто. Он обещал убить меня. Он обещал лишить меня всего: жизни, друзей, любви. Но разве я заслужила такое? Я боюсь идти домой. Умоляю вас, помогите».
