Turning From Praise

Да, я знаю, что о таких вещах пишется в примечаниях переводчика к главе, но, хэй, их ведь никто не читает, верно? Я просто хочу сказать вам огромное спасибо за все эти "нравится" и ваши отзывы. И даже если я не отвечаю на какие-то из них, знайте, я все прочитала, и мне просто дико приятно от ваших теплых слов. Спасибо вам. Продолжайте читать меня и дальше. Love, xo.

Луи сталкивается с Гарри, когда идет вниз по улице, и немедленно начал оглядываться по сторонам, стараясь не столкнуться с ним взглядом. Но то было сложно; отводя глаза от прекрасных черт лица Гарри, он напрягал челюсть, а руки в карманах сжимались в кулаки. Однако, он упрямо продолжал смотреть в сторону. Заметив боковым зрением парня, Луи успел рассмотреть Гарри, который шел, приковав взгляд к асфальту, он также не поднимал глаз; они прошли прямо мимо друг друга, никак не показав то, что знакомы. И в глазах знакомых прохожих Луи все еще оставался тем же самым нормальным мальчиком, что чурается странного фрика точно так же, как и все остальные. В тот самый момент, когда Луи завернул за угол, Гарри достал телефон и нажал вызов, а Луи сразу же ответил на его звонок, спустя всего лишь несколько секунд, и улыбнулся во все лицо. - Прокатило. Лучше не придумаешь. Думаю, мы достаточно преуспеваем во всей этой, - он немного понизил голос - секретности взаимоотношений, Гарольд. Чувствую себя как ниндзя. - Ниндзя, - Гарри усмехнулся, - мы кофе идем пить, а не грабить банк или убивать зомби или еще что-нибудь в таком духе. Я не думаю, что нам действительно необходимо так осторожничать, - Гарри улыбался во весь рот — да, ему в какой-то степени не нравилась эта идея, но такая скрытность добавляла загадочности и мистики, и на самом деле это казалось ему очень милым. - Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть. Не хочу, чтобы мои родители что-то заподозрили. Ладно, я уже почти пришел, ты пройдешься туда-обратно и встретишь меня там в десять? - В пять, - поправил его Гарри, - ничего страшного, что я подожду. Я так изголодался по кофеину, что, когда напротив меня будет стоять кофе, я утоплюсь в нем. И не переживай, я оставил дома флажки "встречаюсь с Луи Томлинсоном". Все будет в порядке, Лу. Ты слишком переживаешь. - А ты недостаточно переживаешь, - пробормотал Луи, думая о последствиях, если кто-то увидит Гарри, ошивающегося рядом с Луи, или о том, что будет, если его родители заметят своего сыночка в радиусе десяти метров от "Гарри Стайлса и Братства Подводки", как их нелестно окрестили местные; Луи даже стало плохо. - Увидимся. Он слышит какой-то непонятный "мокрый" звук у уха и от испуга отставляет трубку от уха, а потом с ярким румянцем на щеках осознает, что Гарри поцеловал телефон. - Буду в два, - разговор закончился. Луи зашел в кофейню, задев головой подзинькивающий колокольчик, и заказал себе латте. Пару минут он лавировал между столиками, а потом выбрал самый ближний к окну, чтобы не казалось, словно он прячется, хотя на самом-то деле именно это он и пытался сделать, поэтому все же пересел за столик в центре зала, надеясь, что это и достаточно скроет его, а все же не привлечет внимания других посетителей кафе или прохожих. Официантка принесла ему его кофе, инфантильно жуя жвачку с таким кислым выражением лица, какое молоко Луи частенько получал в своем местном кафе в придачу к чаю. Несмотря на ее отталкивающее выражение лица, Луи все же положился на выбор Гарри, когда тот сказал Томлинсону, что это самое лучшее кафе, в каком он только когда-либо бывал. В нем было меньше розовых и белых скатертей, и кафе выглядело более привлекательно, чем то, в котором Лу раньше сидел и пил кофе. Луи послал официантке солнечную улыбку, но та вздернула нос и утопала с таким выражением на лице, будто Луи был самым ненавистным ей человеком; Томлинсон задумался должен ли будет оставить чаевые чтобы поднять ей настроение или же от этого она будет каждый раз ждать от него сверхурочных, когда он будет приходить. Он отпил из чашки и начал карябать что-то на салфетке, а когда вся бумажка стала испещрена голубыми кружочками, он достал телефон и решил пройти заново несколько уровней в Angry Birds. Его плечи быстро расслабились после нескольких победных уровней орнитологического насилия*, горячего напитка и удобного кресла, и вскоре он был полностью погружен в передвижение птичек по экрану. Этим он и занимался, когда над дверью прозвенел колокольчик, оповестив о приходе Гарри, а Луи даже не поднял глаз. Когда Гарри подошел к стойке и заказал себе кофе (он угрюмо бросил баристе "чернее, чем моя душа", но девушка не выжала и улыбки и даже, кажется, перешла в настроение еще более плохое, чем было до этого), а потом кофе был сварен, и Гарри его забрал, направившись к столику Луи, Стайлс сел напротив парня. Он поставил свой стул против окна. Луи опустил на стол телефон, улыбнулся Гарри, убрал гаджет в карман и решил, что пора уделить все свое внимание пришедшему парню. Он поднес чашку к губам и сделал глоток, немного подняв брови, а затем они оба молча посмотрели друг на друга. Гарри передразнил его, и оба они начали смеяться. Сперва поставив чашечку на стол, Луи нагнулся ближе к Гарри через стол, чтобы их никто не мог слышать, и сказал: - Выглядишь превосходно. Он проговорил это на выдохе, не способный более удерживать мысли в голове. Волосы Гарри немного сияли при таком освещении, на лоб падала пара крупных локонов, колечко в губе искрилось, а подведенные глаза оценивающе смотрели на Луи, стоило тому опустить или отвести взгляд. Гарри растянулся в улыбке и, нахорохорившись, попытался угодить: - Да и ты выглядишь очень даже ничего. Белая футболка, слишком узкие джинсы и сонное выражение лица — все, что мог Луи продемонстрировать в то утро, хотя последнее медленно растворялось в кофе, который прекрасно выполнял свою работу. Он даже не удосужился пригладить или причесать волосы, снова оставив их лежать в пушистом беспорядке, челка, через которую он то и дело пропускал пальцы, сильно пушилась. - Выгляжу как кошмар. - Я бы не был так уверен на этот счет, - серьезно проговорил Гарри. - Уж я точно не жалуюсь. - В таком случае, у тебя очень заниженные стандарты. - Хм, - заговорщически нагнувшись через стол, Гарри прошептал: - Или возможно ты выглядишь чертовски хорошо, не прилагая никаких к тому усилий, что ужасно несправедливо. Потеряв дар речи, Луи отпил кофе, чтобы навести в голове порядок и подобрать что-то стоящее в ответ. Телефон Гарри завибрировал, мигая и привлекая к себе внимание, и парень состроил извиняющуюся рожицу, когда потянулся к смартфону и открыл только что пришедшее сообщение. Его темный взгляд пробежался по написанным словам, затем он закатил глаза и засунул с фырком девайс в карман. Луи вопросительно поднял брови, и Гарри аккуратно прикусил кольцо в губе, поднося ко рту кофе. - Зейн только что набил себе очередное тату и теперь просит меня приехать забрать его, а потом отвезти домой, затем уложить спать в обнимку с бутылкой текилы, поставив сопливые фильмы для девочек-подростков. Большой ребенок. Клянусь, после всех набитых тату он все еще не может забиться не разревевшись, когда все заканчивается. Глаза Луи расширились. - Зачем тогда он себе их делает? Гарри махнул рукой. - Зачем остальные делают это? Он считает, что это лучший способ чтобы выразить себя; это дает ему чувство свободы. Когда ты получаешь такого рода утешение, вся боль окупается. Луи готов был ответить — не то что бы у него было хоть малейшее представление на тот счет, что он ответит — но его внимание привлекло какое-то быстрое движение за окном. Поблагодарив свои внимательные глаза, он отвлекся и устремил взгляд вперед. Напротив кафе стояла девушка, развернувшись к дороге и вперив взгляд в экран мобильного. Ее пальцы танцевали по клавиатуре, но незнакомка казалась немного отстраненной, а ее сосредоточенность на телефоне выглядела наигранной — словно бы она хотела отвести от себя внимание, сделав вид, что отвечает на сообщение, но у нее на самом деле был определенный мотив чтобы стоять там. У девушки были длинные волосы, огромная каштановая копна, которая контрастировала с ее худой спинкой. На ней был голубой жакет, который Луи сразу же узнал, потому что именно его он подарил ей в прошлом году на Рождество, и хотя вещь вышла из моды уже несколько месяцев назад, девочка все равно носила его. Это была его младшая сестра. Расширив от ужаса глаза, Луи нарочно уронил свою салфетку на пол и нагнулся за ней, вовсе потом не поднимаясь из-под стола. Несмотря на то, что он был в неудобной позе, а от стыда к ушам и щекам сразу прилила кровь, ему открылся прекрасный обзор на окно, и он заметил, что девушка по-прежнему сосредоточенно печатала что-то в телефоне. Спустя мгновение, голова Гарри появилась под столом. - Чем, ради всего святого, ты тут занимаешься? - ошеломленно спросил он. - Поднимись обратно, и она тебя увидит, - шикнул Луи, наигранно поежившись. Гарри вздохнул и закатил свои подведенные глаза, с недовольством усевшись обратно, так что Луи вновь получил прекрасный обзор на свою младшую сестру. На самом деле он успел поймать взгляд и теперь ужасно заливался краской. Но поняв, куда направлен взгляд девочки, Луи догадался, что смотрит она лишь на Гарри. - Эй, я же знаю ее! - удивленно проговорил панк. - Правда? - пробормотал Лу. Фелиция несколько секунд внимательно смотрела на Гарри, ее рот был широко открыт от шока — затем она резко развернулась и побежала в обратном направлении, и когда Луи удостоверился, что девчушка отвернулась, Физ уже убежала достаточно далеко. Луи распрямился и сел так быстро, что у него скрутило спину, он резко плюхнулся в свое кресло и принял прежнюю позу. - Что вообще произошло? Ты что натворил? - Я просто помахал ей, - робко ответил Гарри. Луи замер. - Это так странно. - Сказал парень, который залез под стол, чтобы его не увидела милая девушка. Кто она такая? Твоя истеричная бывшая подружка? Слишком молоденькая, не находишь? - Ха, ха, я оценил твою шутку, гениально, - кисло ответил Лу, - она моя сестра. Состроив рожицу, Гарри виновато сказал: - Упс, как неловко. Она не похожа на тебя, - пробормотал он, как бы оправдываясь. - Я знаю, - Луи посмотрел в глубь кофейной чашки. - Откуда ты ее знаешь? - спросил он, подняв голову, и встретился взглядом с Гарри. Стайлс ненадолго замер. - Она... ходила за мной по пятам. На самом деле это немного раздражало; она просто однажды очутилась рядом со мной, Найлом и Зейном, ну и вроде как начала появляться то тут, то там, где и мы, но делала вид будто не замечает нас. И на следующий день она пришла сюда, а потом на следующий день, и снова, и снова, и снова. Она просто продолжала приходить. Ей наверное хотелось думать, что она такая скрытная, но на самом деле было не так. Она просто стояла рядом и слушала, о чем мы говорим, наблюдала за нами, но никогда не пыталась познакомиться, заговорить или что-то в этом роде; было немного странно, но она нам ничего не делала, так и мы ничего не говорили. Как мы поняли, в конце концов мы ей наскучили. Так, скорее всего, и было, потому что она стала приходить все реже и реже, а неделю назад я встретил ее на улице, она шла с какими-то странными девчонками, и вот больше я ее не видел. Луи вспомнил, как мать недавно попросила его приглядывать за Фелицией, потому что она продолжает "шататься по городу совсем одна, не говоря нам ничего о том, куда она ходит; не дай Бог она еще свяжется с какими-нибудь чокнутыми ребятами, Господь сохрани ее душу". Последнее было в большей степени правдой, чем Луи только мог подумать. Однако, после этого замечания Гарри он вернулся к своему кофе и больше ничего не говорил. Его младшей сестренке предстоит ответить на многие вопросы. Но вот в чем была загвоздка: как Луи собирался выпытать все у девчушки, не упомянув о том, что видел ее у кафе, или не рассказав, что знает о том, что она преследовала Гарри как маленькая тень, а потом он объявил, что он гей?

~*~

- Хэй, - позвал его Гарри, когда они получали счета, - есть планы на вечер? Ну, если бы Луи в тот момент сказал, что его сердце не забилось быстрее, это было бы одной сплошной жирненькой такой ложью. - Ничего конкретного, - безразлично ответил он, - а что? - Эм, у Зейна есть пара знакомых, которые играют в группе, и эти ребята пытаются набрать себе публику из местных, так вот сегодня они дают концерт, и у Зейна есть бесплатные билеты, и мне интересно: не хочешь ли ты сходить туда? - вытарабанил ему Гарри словно взволнованный ребенок, потому что подумал, что напугает Луи своим предложением. - А что это за музыка? - заинтересованно спросил Луи. - Я просто на самом деле не переношу ничего такого... такого... громкого. Моя мать достаточно строгая в этом плане, мне нельзя слушать некоторую музыку, да и сам я не фанат нечто такого.... Я не знаю даже как объяснить. Это не скрим?* - Нет, ничего тяжелого, клянусь, - пообещал Гарри. - В основном они делают каверы; Muse, Kings Of Leon, The Killers, что-то такое...* Просияв, Луи сказал: - Правда? Да, конечно, я приду. Где ты хочешь чтобы я тебя ждал? - В конце дороги, что проходит мимо твоего дома, скажем, в восемь? К десяти, я уверен, все закончится. Это будет великолепно, честное слово, уже не могу дождаться встречи с Найлом и Зейном. Я им так много о тебе рассказал, и я искренне надеюсь, что вы, ребята, поладите! Одна лишь мысль об этом пугала, волновала и будоражила Гарри; его глаза сияли, щеки порозовели, он напрочь забыл обо всех проблемах. Панк был похож на двухгодовалого ребенка, чьи желания сбываются одним махом, а его лицо так одухотворенно светилось от счастья, что Гарри можно было подключить к генератору и снабдить электричеством всю страну. Однако, Луи не мог не волноваться. - Могу я просто поинтересоваться о том, что именно ты им обо мне рассказал? - О, не беспокойся. Я сказал им, что ты верующий скрывающийся гей-христианин с огромным количеством милых моральных норм и устоев, а еще у тебя чокнутые родители, с которыми ты отлично ладишь, но если они упоминают Господа всуе или ругаются, ты бьешь их своим томиком Библии. Луи посмотрел на него глазами полными ужаса. Гарри сохранял непринужденное и строгое выражение лица примерно десять секунд, а потом разразился хохотом. - Это было шикарно! Не могу поверить, что ты действительно повелся на это. Шикарно. Нет, честное слово, Луи, я просто сказал им, что ты мой приятель, что ты до сих пор пытаешься понять многие вещи — какие именно, я, между прочим, не упомянул — и что я уже достаточно долго тусуюсь с тобой и ты... - замешкавшись, он выпалил остальное на одном дыхании, - замечательный парень, вот. Луи задумался над тем что бы ему такого ответить, но, прежде чем он что-то придумал, Гарри обернулся уже у дверей и наградил парня еще одной опустошающей улыбкой. - Ну, думаю, что теперь нам нужно расстаться на некоторое время и идти разными дорогами. Не хочу чтобы из-за меня у тебя были неприятности. - Шансы встретиться велики, - выдохнул Луи и подумал, что никогда раньше не видел чтобы кто-то так широко улыбался. - В таком случае, увидимся вечером, - перешагнув через порог, Гарри послал Луи воздушный поцелуй так быстро, что никто даже не успел заметить, а затем выдал еще одну прекрасную улыбку, от которой у Луи заболели глаза. А затем Гарри отошел и исчез из виду, не оставив после себя ничего, кроме запаха одеколона и дрожи, что неприятно пробегала по телу Луи.

~*~

Как и обещал, Гарри ждал его в конце дороги. У него на запястье было восемь металлическим браслетов, а на ногах были одеты черные шипованные ботинки, на которых краской из баллончика были нарисованы желтые тоненькие улыбающиеся лица,* и супер узкие черные джинсы, уже, чем наконечник на трезубце Дьявола (и да, Луи уже ожидал, что отправится в ад за такое сравнение), и в общем панк выглядел так чертовски хорошо, что Луи не знал что ему сделать: поцеловать его, ударить, или и то и то сразу. Гарри причесал свои волосы, и кудри мягко струились около лица, падая на один глаз, его подводка была сильно растушевана, смягчая взгляд. Губы казались яркого розового цвета, и Луи так сильно захотел их поцеловать. Когда он приблизился к нему в свободной серой футболке, джинсах, которые не совсем подходили по случаю, и с маленьким серебряным крестиком на шее, что он никогда не снимал, Луи почувствовал себя ужасно голым, но видимо Гарри был другого мнения; его взгляд одобрительно пробежался от взъерошенных волос Луи до мизинцев его ног, и Стайлс поднял брови, хмыкнув. Это было что-то вроде "это мое" жеста, некого рода подтверждением, и если бы это сделал кто-то другой, Луи бы сказал, что это ужасно заносчиво и пошло, но с этим прекрасным мальчиком, что смотрел на него сквозь густые пушистые ресницы, а сам он прикусил нижнюю губу, как Луи вообще мог возражать? Его желудок перевернулся, когда Гарри подошел ближе и немного опустил взгляд вниз, так как он был выше, и сплел их мизинцы — едва заметный жест для того, чтобы только держать его за руку. Луи надеялся, что улыбка на его лице не дурацкая и не смущающаяся настолько, как ему казалось, хотя, судя по тому, что губы Гарри сформировались в улыбку, все было даже хуже, чем он думал. - Ты готов? - пробормотал парень. - Как никогда прежде. Уверен, что хочешь чтобы тебя видели со мной? Еще не поздно развернуться и убежать до того, как твои друзья увидят меня, а сам ты автоматически перестанешь быть крутым в их глазах, - игриво проворчал Луи. Он надеялся, что его шутливый тон скроет волнение перед встречей с "высоким, блондинистым ежом и чернильницей", как он тайно окрестил в мыслях друзей Гарри, чтобы проще было к ним привыкнуть. Кто из них вообще был Зейн? Он точно помнил, что Гарри упоминал о нем. - Шутишь? Умираю чтобы покрасоваться тобой. Ты точно не разочаруешь никого; выглядишь ошеломительно. Со смешком Луи обогнул его и начал идти задом наперед. - Уверен, что подводка не попала тебе в глаза, и ты не ослеп? Выгляжу как черти что. Лучше, чем до этого, но также погано. - Если ты выглядишь плохо, то я вообще не уверен, что смогу сопровождать тебя, когда ты прихорошишься и разоденешься. Ты вообще хоть понятие имеешь о том, как выглядишь? Думаю, кто-то должен тебе сказать. И все, что я скажу, так это то, что если к тебе сегодня кто-нибудь прилипнет, то не удивляйся — и если я от тебя весь вечер не отлипну, тоже не удивляйся. Или если я проявлю агрессию и силу по отношению к любому, кто положит на тебя глаз, тоже не удивляйся. Я хочу, чтобы ты принадлежал лишь мне. Зардевшись, Луи опустил глаза в асфальт. - Точно слепой. Но ты милый и тоже выглядишь восхитительно, так что я тебя прощаю, - он запустил руку в волосы и взлохматил их, а потом поморщился, осознав, что привел их в полный беспорядок и разрушил прическу, а затем решил не обращать на это внимания и продолжил шагать дальше, дотянувшись мизинцем до руки Гарри и схватив его за палец, прижался почти вплотную. - Давай поторопимся на встречу всей этой концертной ерунде, а? Мы опоздаем. Гарри закатил глаза. - Ох, будь реалистом. Это же друзья Зейна. Они все опоздают. А мы точно придем рано, так что не волнуйся об этом; рокеры выйдут на новый уровень в этом мастерстве, - но все же Гарри слегка прибавил шагу. Пока шли, они разговаривали: о незначительных мелких вещах вроде домашки и раздражающих их людей в школе, о книгах и фильмах, о любимых музыкантах, о хобби и интересах. Луи узнал, что Гарри нравится петь и рисовать, хотя в последнем он и не очень хорош, а еще он рассказал, что любит спорт, описав себя как "ненормально соревнующегося" (Луи немного занервничал после того, как Гарри бодро рассказал парню, что он победил своего соперника в теннисе в напряженной игре — "честно должен признаться, ему очень повезло, что я не засунул ему ракетку в задницу" — хотя Луи не против был посмотреть на Гарри в спортивной форме, размахивающего ракеткой и выставляющего на обозрение свои мускулы и мышцы. В ответ Луи рассказал парню о своих "люблю-ненавижу" отношениях с футболом, своей любви к детям, тайной любви к чикфликам* и о том, как сильно он ненавидит домашку и людей, которые медленно идут перед ним на улице, или в общественных местах схаркивают на асфальт (улыбка, что растянулась на лице Гарри, когда Луи упомянул это слово, вынудила Томлинсона легонько стукнуть Стайлса в плечо. У них развязалась вялотекущая драка прямо посреди улицы. Луи зажал голову Гарри локтем и другой рукой взъерошил его прекрасные кудри, а затем Гарри поднял его с земли и пообещал, что ударит его по яйцам, а Луи так хотелось его поцеловать, что даже больно сердцу стало). С Гарри было также уютно и комфортно разговаривать, как и с Лиамом, или с одной из его сестер. Разве что отличалось все тем, что его сердце каждый раз подпрыгивало, стоило Гарри назвать его по имени или прикоснуться к его локтю, когда они разговаривали, или когда он откидывал голову назад и смеялся тем самым приносящим боль задорным смехом, которым Луи был абсолютно очарован.