Turning From Praise

Они прибывают к месту назначения — зданию местного молодежного клуба — с огромным запасом времени, и Луи немного грустно от того, что дорога заняла так мало времени. Перед зданием собралась небольшая группка людей; Луи узнал двоих из них. Высокий, стройный, с карими глазами, что цветом походили на медь в тусклом освещении, с огромным количеством татуировок, которые тянулись почти до ушей, в узких скини-джинсах и с тяжелым затуманенным взглядом, что вперился в лицо Луи, — судя по всему, это был Зейн, так как из-под одежды выглядывало новое тату. Рядом с ним стоял и Найл, разговаривая сразу с несколькими людьми; в его волосах были видны вишнево-красные пряди, контрастирующие со светлыми, а еще было надето такое количество колец на пальцах, что их едва ли было видно, на нем была ярко-зеленая футболка и кричащие оранжевые конверсы. Луи проморгался от такого яркого наряда, а затем Найл развернулся, беззаботно смеясь над какой-то шуткой, и Луи заметил, что на шее парня одет чокер с различными подвесками в виде яблочек, бананов и апельсинов с разными рожицами. Это было то же самое ожерелье, какое Фелиция купила себе неделю назад в Claire's*, но он решил ничего не говорить. Видимо, у Гарри было на все это другое мнение. Подняв брови, он воскликнул: - Что, ради всего святого, придурок, на тебе надето? Ты похож на фруктовый салат! - Гарри! - завопил Найл, развернувшись и с энтузиазмом ткнув своим накрашенным пальцем в его сторону. Он подлетел к ребятам и дал Гарри пять, на что тот в ответ шутливо топнул ему по ноге, практически подмяв его под себя в своих черных мартинсах.* Зейн подошел следом, руки его были в карманах, он поднял в удивлении брови, посмотрев на Луи, отчего парню стало не по себе. По его лицу расползлась широченная улыбка, и он, удовлетворенно покивав, бросил: - Он сегодня оторвется, - затем развернулся к Гарри и проговорил лишь одними губами: - Трахни его, - затем Зейн игриво показал языком за щекой имитацию орального секса, отчего Луи покраснел от кончиков ушей до пят, а волосы у него на голове встали дыбом. - Заткнись, - доброжелательно парировал Гарри, еле сдерживаясь чтобы не расплыться в оскале. - Вот же ты придурок. - А ты залупа, - спокойно ответил Зейн. Уже не в первый раз Луи задумался о том, каково это — так задорно ругаться прямо в лицо лучшему другу и даже не обижать его этим. Он усомнился в том, что когда-нибудь смог бы бросать оскорбления с такой легкостью, как и Гарри, но, по крайней мере, он не был таким набожным, как Лиам, который, если ударялся пальцем об угол мебели или лажал, выговаривал что-то вроде "уф" и "заколебало". Ко всему удивлению, ирландский мальчик широко улыбался ему, и у Луи болели глаза от всего блеска, что исходил от одежды Найла. Если у Гарри было много черного и металла в гардеробе, то Найл выглядел так, словно его кто-то обблевал радугой с ног до головы, серьезно. Его взгляд опустился на тело Луи и пробежался по нему даже более холодно, чем взгляд Зейна, если вообще это было возможно; у Найла были ярчайшие голубые глаза с россыпью зеленых крапинок, словно бы он сжал мир до размера глобуса, заковав его в мрамор, а затем перенес этот чудесный цвет в свою радужку. У него была такая яркая улыбка, что Луи стало интересно: не сводит ли у парня щеки. Пока Луи наблюдал за тем, как блондин разглядывает его, Найл обошел его, чтобы посмотреть на "вид сзади". - Он милый. Мне даже нравится, что ты забыл упомянуть, что это именно он — тот перепуганный парень из магазина дисков, хотя, спасибо даже тебе за это. Знаешь о чем я думаю? Что-то он до сих пор выглядит выбитым из колеи, хотя в этот раз и не убегает от меня. Это здорово. Мне кажется, у него свой канал выхода в космос, словно он не слышит, что вокруг него ходят люди, но мне кажется я ему просто не нравлюсь. Хотя у него милая задница. Тебе кто-нибудь говорил комплименты про твой зад? - он адресовал свой последний вопрос Луи. - Эм... Нет? Луи сверкнул глазами и потряс головой. - Тогда это уже преступление. Ну, я только что сделал тебе парочку, так что, парень, наслаждайся. Я никому не говорил просто так ничего про их задницы. Так что если я сказал, что у тебя отменная попа, это значит, что она у тебя отменная. Ага. Именно на этом моменте Гарри встал между ним и Луи, отводя Томлинсона за плечи чуть в сторону. Он сделал это практически привычным движением, положив руку на спину Луи так, что пальцы его разместились на ткани в районе воротника, тепло руки успокаивало Луи, но когда он встал в немного собственническую позу и грациозно произнес с улыбкой на лице, в глазах Гарри был всплеск эмоций: - Отвали уже от него. Ты даже не гей. - Гей, натурал, одинокая женщина с двенадцатью кошками, не имеет значения; не обязательно любить мальчиков чтобы ценить хорошие задницы. Он думает, я на тебя запал, - объяснял Найл Луи, - он ведь знает, что ты выбрал бы меня. И за это он превратит остаток моей жизни в ад. Просто за то, что я такой горячий. Задолбало быть мной, - он драматично вздохнул. - Иисусе, я же говорил тебе, мы просто— Гарри смутился, бросив взгляд на Луи и на несколько секунд задумался должен ли он убрать со спины парня ладонь или так он лишь усилит подозрения ребят о том, что что-то скрывает. - Просто друзья. Луи конечно не хотел орать в мегафон о своих отношениях на весь город, но с другой стороны ему не очень-то нравился статус "просто друзья", как слетело это с полных губ Гарри. - Конечно же именно так, Ромео. Хотя я бы подумал, что ты скорее Джульетта. Пойдемте, гангстеры, а то тусовка начнется без нас, нечего время зря терять! - Найл повернулся к ним и проскочил — в буквальном смысле "проскочил" — через дверь в здание. Луи начал идти за ним. - Он всегда такой? - Да, - ответил Стайлс, - но обычно к этому моменту он уже доводит людей до ручки, так что ты еще везунчик, - сделав голос громче, он обратился к Зейну: - Как же я скучаю по временам, когда вы встречались, я по крайней мере мог положиться на то, что ты трахнешь его, когда он забудется. - И я по ним скучаю, - вздохнул Зейн, - здорово было иметь что-то тихое и размеренное. Хотя моя шея так не считает; кто-то должен приклеить на него ярлык о том, что он кусается, - качнув головой, он юркнул следом за блондином, засунув руки в карманы — эдакий крутой парень. Хотя после пива его немного шатало, а сам он чуть ли носом не падал в пол. Луи с Гарри хмыкнули, позабыв о том, что слишком рано смеяться над человеком, который каплю сноровистее улитки. Выпрямившись, Зейн огляделся по сторонам словно бы выискивая тех, кто ему не безразличен, но может смеяться над ним, поправил волосы, а затем показал всей собравшейся у клуба толпе средний палец. Он осторожно прошелся по дорожке и скрылся за распахнутыми дверями, очевидно раздосадованный тем, что не смог ввязаться в драку. - Прости, - пробормотал Гарри в ухо Луи, губами касаясь его мочки так, что парень вздрогнул. Одна из ладоней Гарри все еще аккуратно и заботливо обнимала Луи за плечи. - Зейн заносчив, а Найл — язва, но ты поймешь, что они шикарные люди, если узнаешь их поближе. И ты научишься терпеть все их дерьмо. Извини за Найла — я и так просил его не флиртовать с тобой. Теперь я понимаю, что из-за этого, собственного говоря, все и произошло. Пожалуй, не лучшая моя идея. Ты в порядке? - Ты сказал им, что мы "просто друзья", - тихо пробормотал Луи. - Да, я просто подумал, что это лучший способ не раскрыться перед Найлом. Прости, ты— ты хотел, чтобы я... Я думал, что мы, ну, знаешь... не торопимся, - Гарри бросил на него нервный взгляд. - Хотя я даже не знаю, как все это на самом деле называть, - он нервно рассмеялся. - Мне нравится "бойфренды", - ответил Луи, - но нет, я имею в виду, я рад что ты сказал так, мне просто не нравится как это звучит, хотя остальным так и нужно говорить, хотя, наверное, я и не совсем еще готов, но было бы здорово, чтобы кто-то знал. Его щеки порозовели на слове "бойфренды", а Гарри сказал ему: - Если это тебя утешит, мне кажется, ребята и так уже знают, они не дураки, догадались. Луи надеялся, что так и есть. Но в то же время ему было немного стыдно за то, что все было так очевидно, а его родители остались бы слепы перед такой неловкой правдой, даже если бы он и Гарри ходили у них под носом, вроде как факта о том, что Луи, пересиливая себя, играет в футбол или не любит и не умеет делать физику, или не хочет делать себе карьеру в стоматологии, вроде всего, что они так рьяно отрицают. Он вздохнул. Но на его спине все еще лежала рука Гарри, их разгоряченные тела были слишком близко, а Луи все еще хотел поцеловать его, и Гарри улыбался так, словно бы они не стояли на холодной улице перед дерьмовеньким молодежным клубом, окруженным пустыми бутылками из под пива и собачьими какашками, а словно были на кровати, усыпанной розовыми лепестками, и где-то на фоне играла Селин Дион. Во взгляде Гарри не было беспокойства или взвинченности, лишь сильный голод, желание сложить Луи в оригами и поместить в свою грудную клетку, чтобы это хрупкое сердце билось рядом с его собственным. И в этот момент Луи осознал, что причина, по которой Найл так вел себя, так это то, что парень был пьян, а еще то, что он взял с чьих-то рук косяк и затянулся, выпуская густой клуб дыма, подходя к ребятам со странными метафорами и желанием в глазах сорвать с Гарри одежду. Аккуратно убрав свою длинную конечность с плеча Луи, Гарри галантно предложил своему парню руку с игривой улыбкой. - Не соизволите ли вы сопроводить меня на концерт Blind Diamonds, любезнейший? - Думаю, соизволю, - ответил Луи, скромно улыбаясь, и взял без промедления Гарри под руку, зная, что со стороны все это выглядит просто как милая болтовня. Если бы только остальные знали, как быстро забилось его сердце, когда он прикоснулся к руке Гарри. - Blind Diamonds? - Это группа. Надеюсь, теперь ты понимаешь, почему они так отчаянно нуждаются в публике, которая не будет осуждать их за название. - Догадываюсь. Не теряя больше ни минуты, Гарри повел Луи к входной двери, они немного потоптались у входа , переступая через тот же мусор, что и Зейн, и, ужасно хихикая, вваливаясь в здание. Луи влетел в Гарри, и его щека прижалась к кудряшкам Стайлса — они были такие мягкие, а смех Гарри был такой глубокий и раздавался в его груди словно урчание котенка, что Томлинсону захотелось повиснуть на его руке и вдыхать запах сигарет и сэндвичей всю оставшуюся жизнь.

*****

Они выбежали в холл словно озверевшие подростки, пытаясь обогнуть слоняющихся тут и там парочек и парня, которого четыре раза рвало в мусорку во время концерта. Вообще, Луи нашел все это ужасно отвратительным, но сейчас он цеплялся за руку Гарри, а Найл держался за его руку, а Зейн держался за Найла, так что ничто не казалось ему странным, и все они пошатывались, и вдобавок Хоран выглядел так, словно скоро присоединится к тому пьяному пареньку и начнет блевать на пол в любой момент, чем вызовет интерес у Луи: как можно было так надраться в маленьком помещении меньше чем за час, и не из-за той ли это бутылки, которую он прятал в кармане? (Нет, вовсе не банально.) Гарри смеялся, а Найл чуть ли не рыдал, Зейн отпускал пошлые и дерзкие шуточки, которые никто не слушал, а Луи пытался вспомнить было ли ему когда-либо веселее, потому что он на самом деле думал, что нет. - Рота, стоять! - рявкнул Зейн, и все остановились как вкопанные. Найл шатко отсалютовал ему почти пустой бутылкой, выпивая оттуда последние остатки, смачивая губы, а затем начал петь первые строчки из песни Бонни Тайлер. Закатив глаза, Гарри толкнул его, и все четверо расцепились, собравшись вокруг Найла и начав бить его, да даже Луи дал ему пару больных затрещин, перед тем как Найл накренился к асфальту, упал на колени и пропел "Я король мира сего!" - Ты король залуп, идиот, - проговорил Зейн, - он пьян, как черт, сколько он выжрал? - Мало, - сказал Найл, в то время как Гарри буркнул "слишком много". - И что будем делать, если его вырвет? - нервно поинтересовался Луи, подумав о том, что его мать может догадаться, что он на самом деле не волонтерил в местном доме престарелых, помогая хозяйке организовывать праздник для пожилых, если он придет домой, испачканный блевотиной и дешевой вишневой краской (Найл то и дело клал всем голову на плечо). - Оставим его валяться в блевотине, - ответил Гарри. Разгорячившись, Найл невнятно произнес: - Меня не вырвет. Гарри, я должен скзать тебе что-т. Эт очень ваааажно. - Ну тогда давай. - Нет, - последовал упрямый ответ. - Я прошепчу. Это личное. - Ладно, без разницы, - ответил Стайлс, - но если тебя стошнит мне на волосы, я тебя застрелю, - он нагнулся вперед, и Найл тупо уперся губами ему в ухо. Луи почувствовал глубоко в душе укол ревности, поднимающийся прямо к груди, и резко выдохнул, положив руку на грудь. - Гаррри, - заплетающимся языком начал Найл так громко, что его бы услышала вся улица, - я тебя люблю. - Конечно же любишь. Меня все любят. Зейн, отведи этого придурка домой, пока его не вырвало на собственную же обувь. Идиот, - он грубо взъерошил красно-светлые волосы Найла и выругался, когда несколько розовых прядок оставили на его пальцах краску. - Нет, Гарри, - упорно пробормотал Найл, когда Зейн закатил глаза и начал уводить его под руку, - ты не понимаешь. Я тебя люблю! - И я люблю тебя, пьяный идиот, - удостоверил его Гарри, оставив смачный, мокрый поцелуй на его лбу в подтверждение своих слов, что было так наигранно, что даже Луи отпустил свою ревность в свободный полет и перестал волноваться. - Увидимся утром, прекрасный! - он отправил ему воздушный поцелуй, и Найл начал рассыпаться в благодарственных воздушных поцелуйчиках. Как только Зейн увел его достаточно далеко, Найл начал размышлять вслух своим пьяным голосом так громко, словно орал в мегафон. Посмеиваясь, Гарри и Луи смотрели ему вслед, чуть напрягая слух (не то что бы это было необходимо), и с ясной четкостью слышали: - Этот Луи тот еще чертов тип. Одевается как Тони хренов Блэр, но имеет потрясную задницу. - Луи или Тони Блэр? - сухо поинтересовался Зейн. - Подожди, не отвечай. Откуда ты вообще знаешь про Тони Блэра? - Премьер-министр, нет? - гордо ответил Найл. Затем его лоб нахмурился. - Или он у нас Гордон Рамзи?* Зейн фыркнул еще громче, чем в прошлый раз; похоже было на фырканье лошадки. - Он думает сейчас гребаный две тысячи пятый, - проорал он назад Гарри и Луи. Закатив глаза, Гарри обнял Луи за плечи и развернулся, как раз когда блондин начал петь припев из "Аллилуйи". Луи не мог стереть с лица широченную улыбку, пока они шли вниз по улице; он никогда не слышал чтобы кто-то так много ругался за час; ровно как и не видел никогда кого-то, кто так сильно пьян. И никогда ему не было так хорошо. Серьезно, он даже не знал что и думать. Если поразмышлять, то это все даже и не было нарушением каких-нибудь там правил, которые устанавливали ему родители. Да, он солгал матери о том, куда идет, но он не напился — только смотрел, как это делают другие — ничего не украл и никого не обидел, не сказал ничего грубого, разве что выругался из-за одного происшествия, но никто даже не обратил на это внимание, хотя сам Луи был шокирован. Никто не был расстроенным — по сути Луи был так счастлив, что ему казалось словно из его грудной клетки исходит сияние, будто он в любой момент может улететь в небо как гелиевый шарик. Дорога домой была не такой, как на концерт. Луи потерялся в убийственной тишине, а Гарри шел, положив руку на плечо Луи и играясь с воротом его кофты. Прохладный метал браслетов Гарри морозил кожу шеи, но Луи нравилось это ощущение. Он даже прильнул к Гарри чуть ближе, объясняя себе это тем, что на улице прохладно, их щеки почти соприкасались, а локоны волос щекотали шеи, на лице Луи растянулась маленькая улыбочка, он не мог перебороть себя. Его рука нашла путь к талии Гарри и удобно там расположилась. Сходство в дороге на вечеринку и дороги с вечеринки было лишь в том, что она слишком быстро закончилась. Они дошли до конца дороги и остановились, развернувшись другу к другу лицом. Их руки свободно упали вдоль туловищ, но, после того, как оглянулся вокруг, Луи взял в ладони руки Гарри и прижал их ближе, и оба они улыбнулись, переплетая пальцы, неуверенные в том, что же делать дальше. Луи знал чего он хотел, но был недостаточно смел чтобы поцеловать Гарри посреди улицы, даже если сейчас уже были сумерки, а сами они стояли под разбитым фонарем, так что никто бы даже не различил их силуэты — но в Луи медленно зарождалось чертово ощущение паранойи, поднимаясь по спине к его затылку. - Я отлично провел вечер, - сказал он мягко. - Мы должны повторить как-нибудь это. - Должны, - согласился Гарри. - Может быть сделаем это на следующей неделе без армии придурков, которые ошиваются вокруг тебя весь концерт и не дают расслабиться? - Ох, они не такие уж и плохие. Может быть я даже им понравился. В любом случае, они мне — да. - Это здорово. До тех пор, пока я нравлюсь тебе больше них, - ухмыльнулся Гарри, но в его улыбке был проблеск нервозности, ревности и тревоги. Луи в ответ наградил его кроткой улыбкой, но, видимо, больше ничего не следовало; лицо Гарри оказалось на одном уровне с щеками Луи, парень осмотрелся по сторонам и затем, убедившись, что никто не смотрит, поцеловал Томлинсона в щеку. - Спокойной ночи, Луи.

*****

На седьмом небе от счастья Луи бесшумно пробрался в дом; из парня буквально сочилась энергия. Он был так глубоко погружен в свой собственный мир, вращаясь на орбите поцелуев и мягких прикосновений вокруг планеты по имени Гарри Стайлс, что не заметил фигуру, сидящую в темноте на лестнице, так что наскочил на нее, упав на человека лицом прямо в ковер. - Ауч! - Ух! - Тихо— Боже— Господи Иисусе, Физз, что, ради всего святого, ты здесь внизу забыла? - выпалил Луи, стараясь не краснеть от того, что нарушил практически две заповеди за раз. Ему действительно нужно было начинать следить за своим языком, если он собирался проводить какое-то время с друзьями Гарри. - Я бы здесь нафиг убился! - Ты убил только меня, - пробормотала угрюмо Фелиция, хватаясь за перила и выползая из-под брата, давая ему достаточно пространства чтобы пройти. Ее худенькие ручки обвивали колени, а когда Луи посмотрел на нее, она вновь расположила свой острый подбородок на коленках, пустым взглядом уставившись в стену напротив. Вместо того, чтобы пройти мимо и подняться в свою комнату, Луи присел напротив нее и начал ждать, пока она запротестует. Когда же никакой реакции не последовало, он тихо спросил: - Все в порядке? - Дааа. - Уверена? - Абсолютно. - Потому что ты не выглядишь— - Ради всех святых, Луи, я в порядке, - шикнула она, - просто отъебись. Ух. Обидно. - Да, ага, и именно поэтому ты сидишь на лестнице в темноте. Не делай из меня дурака. Что происходит? - Я скажу тебе, что происходит, - ответила она через сжатые зубы. - Зовут его Луи Томлинсон, он мой брат, и знаешь что он получит? По своей заднице, если не заткнется и не оставит меня в покое! - затем она отвернулась к стене, ссутулившись. Девушка словно бы поставила точку. После неловкой паузы Луи спросил: - Что ты делала в пригороде, в Bea's Beans? В кафе? Все ее тело напряглось, она подняла голову и дерзко сказала: - Bea's Beans? Что за дурацкое название! Что бы мне делать в Bea's Beans? Я даже не люблю кофе, да и что, в любом случае, мне делать в пригороде? Серьезно Луи, почему ты думаешь, что это была я? Что мне делать в Bea's Beans? "Попалась," - подумал строго Луи и продолжил: - Вот и я хотел бы знать то же самое. Не лги мне, Физ, я знаю, что ты там была. Она выпучила глаза. - Как ты узнал?! А затем Луи понял, что у него нет никаких доводов. - Эм, - размыто ответил он, - ну, я... - А знаешь почему, мне кажется, ты там был? - опасно спросила она, ближе подсаживаясь к брату. - Я думаю ты был там по той же самой причине, что и я. Он высокий, странный, и его имя начинается на "Г", и я понятия не имею, что у тебя с ним за делишки, но если Мама с Папой узнают, что ты с ним тусуешься, они отреагируют точно так же, как если бы узнали, что я шатаюсь рядышком, так вот к чему я это: ты не суешь нос в мои дела, а я — в твои, и никто из нас не попадает в неприятности, и все счастливы, как тебе такой вариант? Застигнутый врасплох Луи провел ладонью по лбу. Ему все это не нравилось, вообще не нравилось — но сестренка словила его, а он не был уверен насчет того, сколько ей известно о нем и Гарри, но, судя по всему, сестра была близка к разгадке, и ему уж точно не хотелось услышать как она будет рассказывать о прогулках с Гарри их маме — так что он сжал губы в тонкую линию и кивнул. Затем поднялся на ноги, про себя начав считать ступеньки, и скрылся в своей комнате, где буквально завалился на кровать и провыл, спрятав лицо в ладонях. Он бы провел остаток ночи мучаясь над этой загадкой, но внезапно в кармане завибрировал телефон и заставил парня дернуться. Он выудил его, улыбнулся во все лицо, увидев имя на дисплее и по привычке открыл сообщение от Гарри. Я хорошо провел сегодня вечер. Нам нужно время от времени так делать. Ты произвел некое впечатление на парней — они оба хотят вновь встретиться с тобой. Найл очень... требует тебя. Если ты не очень эмоционально ошеломлен первой встречей, мы могли бы снова встретится вчетвером через несколько дней. Что думаешь? :) хх Луи был готов ответить, но тут же пришло еще одно сообщение, сразу же после первого. Я имею в виду, только если ты этого хочешь. Я не пытаюсь, знаешь, давить на тебя или что-то в этом роде. Улыбнувшись, Луи напечатал ответное сообщение и задумался: не слишком ли оно вышло нетерпеливым и должен ли он дождаться ответа от Гарри и получить два сердечных приступа или же удовлетвориться одним, тем, когда отправил сообщение. Как насчет понедельника? :) хх