Мое тайное увлечение

　Зимнее время в Хогвартсве выглядит волшебно, все могли бы согласиться с этим. Но не Драко Малфой. “И почему Пэнси так любит эти разговоры под луной зимой, мать твою”, - подумал он. Холодный воздух, точнее нет, ледяной, в комнате перед сном - это его любимое, но не на улице. Снег, слякоть от теплых температур, грязь и скользкая поверхность земли раздражали. Но это было их время. Время, когда он мог выслушать ее, и дать дружескую поддержку, свободные уши, если можно так выразиться. Пэнси - одна из тех, кто дорог ему. И он стереть в пыль любого теперь, кто прикоснется к тому, что у него остался. -Пэнси, я ненавижу тебя, ей богу. - на выдохе произнес Драко, морщась от лужиц, образовавшихся после проталин. -Ой-ой, я тебя тоже не очень-то и жалую, окей. - буквально из ниоткуда нарисовалась Пэнси и уже догоняла его сзади. 　Схватив драко за предплечье, она прижалась к его руке, чтобы не упасть, если вдруг подскользнется. Такие прогулки стали достаточно частыми в их повседневной жизни. Оба не могли оправиться после темных времен, и разговоры у озера являлись чем-то вроде обоюдной терапии. Вот только Драко не был многословен. Почти все время он слушал свою подругу, стараясь подбодрить ее. -Когда я уходил, на пороге появилась Грейнджер. Ты пропускаешь все веселье, Пэнси. - Драко попытался завести разговор. -Она все-таки пришла? Возмутительнейшая храбрость у деточки. Получается, что она осталась только с Тео? Хотела бы я посмотреть. - на последнем предложении Пэнси ухмыльнулась. -А я бы отказался от такого счастья. Тео, наверное, совсем бредит, раз решил, что Грейнджер - та самая часть, которой нам не хватает в ежедневном цирке. -Да уж. Кстати о цирке. - Пэнси остановилась и принялась рассматривать свои ботинки. -Нет. - отрезал Драко и продолжил идти по направлению к озеру. -Грубая задница, что значит “нет”? Ты обещал, старый пень. - подняла тон Пэнси. Она свела брови и сжала кисти в кулаки. Нет, она не злилась, скорее устраивала спектакль. -Это я старый? - усмехнулся Драко и развернулся на 180 градусов, из-за чего Пэнси почти врезалась в его фигуру. 　Запах корицы и сигарет. Так пахнет Драко для Пэнси. Ее голова была на уровне его грудной клетки. И Пэнси боялась поднять взор и посмотреть ему в глаза. Она знала, что опять увидит там целое “ничего”. Хотя нет, она увидит там заботу и теплое братское волнение, которое ей не сдалось к чертям собачьим. -Пэнси, такие места опасны для нас. И мало того, что туда не пойду я, ты тоже туда не сунешься, ладно? - начал свою шарманку Малфой. -Как ты не понимаешь, Драко. Я умираю здесь. Я буквально растворяюсь в ненужности этого осточертелого замка. Мне нужны эмоции, понимаешь. Мне нужно что-то чувствовать, Драко. 　Пэнси начинала впадать в истерику, ее голос сорвался на последнем предложении. Предательские слезы уже были на подходе, а в носу щипало от болезненных ощущений в области груди. Драко обнял Пэнси, чтобы она немного успокоилась. -Мы не идем туда, это очевидно. Ни ты, ни я, ни Тео, ни еще кто-то, хорошо? Мы найдем другие пути чувствовать. - Для самого Драко это была такая же непосильная задача, и, пожалуй, самое желанное на данный момент. Что-то чувствовать. -Я обещаю, Пэнси. 　Ветер в этот вечер был особо буйный и не жалел разгоряченные щеки двух молодых людей. Они остались одни друг у друга, и этого было им мало. Но признаться в этом себе могла только Пэнси Паркинсон. Драко лишь принимал это как данное и был немного рад, что ему есть о ком заботиться, едва ли он умел это. -Интересно, о чем пишет Грейнджер в своих заметках. Как она представляет свои жаркие ночи? - пробормотала Пэнси в грудную клетку Драко. -Думаю, при выключенном свете, в одежде и, желательно, под одеялом. - усмехнулся Драко, но представив еще пыхтевшего Уизли, ком отвращение застыл в горле. -И Уизли. - добавила Паркинсон. -Ты больная, Пэнси. Ты только что рыдала у меня на плече, но в следующую секунду думаешь о плотских утехах монашки Грейнджер. Избавь меня от этой ветки твоих мыслей, пожалуйста. 　Паркинсон тихо засмеялась. Это лучший способ отвлечься - думать о самой глупой вещи в мире. -Идем дальше? - спросил Драко. -Да, не хочу вернуться в неловкий момент. - с ухмылкой сказала Пэнси, на что Драко театрально закатил глаза и двинулся с места. 　Прогулка продлилась недолго, всему виной ветер, который просто вывел Драко из себя. “Сегодня он какой-то дерганный” - подумала Пэнси. Не редкость. Для него. Пэнси же обожала проводить время на улице. Стены школьного заведения давили на нее со всех сторон и не давали расслабиться. Но есть другие вещи, которые как раз таки, помогали ей расслабиться очень даже неплохо, и Драко догадывается об этом, она была уверена. Возможно, Блейз тоже догадывается, но какая разница, если больше ничем она не может себе помочь забыться. Вещества, которые Пэнси добывала через особые каналы с миром магглов, давали Пэнси все, о чем она могла мечтать: наслаждение, беспамятсво, свобода мысли и полнейшее отключение от обычной реальности. Она не задумывалась о том, что будет дальше. 　Пэнси часто думала, почему же она так прикипела чувствами к блондину. И каждый раз ее вопрос оставался без ответа. Был ли он романтиком? Нет. Может он безумно красив? Да, это уже более возможно. Может быть он был заботливым? Едва ли. Дал ли он намек о своих чувствах к ней хоть раз? Возможно, если можно это так назвать. Скорее это была ее инициатива, или правильнее будет сказать “просьба”. Незначительная просьба, на которую Драко ответил согласием. И она знает почему. 　Так и сейчас, Пэнси сидела в своей комнате на кровати и думала,сможет ли она вообще надеяться, что когда-то это повторится. Закладывая маленькую таблетку размером с обычную аскорбиновую витаминку под язык, Пэнси откидывается на подушку, представляя, как когда-нибудь поцелуи Драко окажутся на коже, покрывающей ее ребра, снова. 　Драко Малфой в этот же самый момент сидит в пустой гостиной слизерина, не в силах оторвать свой взгляд от плящущих в камине языков пламени. Он сидит за столом, который находится напротив камина. Засунув руки в карманы брюк, Драко откинулся на спинку стула, тем самым перенося вес на задние ножки деревянного предмета. Все его мысли заняты увлечением Пэнси. Он прекрасно был осведомлен нужными людьми о том, что она зависима, но никак не мог понять, что в этой ситуации будет наилучшей помощью для нее. Особенно от него. Как он мог помочь ей, когда сам был чуть здоровее Пэнси. Чтобы играть роль матери Терезы Драко не обладал необходимыми навыками, к его сожалению. Но все-таки, остатки человечности он не растерял. Наверное, именно поэтому вечерние прогулки являлись для него делом важности номер один, в любую погоду, при любых обстоятельствах. Так он мог хоть немного контролировать местонахождение Пэнси, доводить ее до комнаты, а потом как бы невзначай сидеть в гостиной почти до утра, чтобы удостовериться, что она никуда не ушла. Однако это время не было потрачено на бесцельные посиделки у камина или чего-нибудь другого. Драко писал, очень много, даже для него самого. Но это было что-то вроде его хобби, любовь к которому появилась еще в детстве, когда Нарцисса приглашала преподавателей для совершенствования знаний в литературе. Тогда Драко открыл для себя поэзию. 　Он был затворником своей страсти, влюбленным в поэзию. Возможно, именно она стала его первой возлюбленной в жизни. Наслаждение окутывало его при звуке особенной рифмы, которая передавала чувства гораздо глубже, чем простые слова. Драко нашел свой идеал в японской поэзии хайку. Она была короткой, но мощной, и его душа замирала при каждом прочтении.С возрастом, появились первые попытки писать свои собственные стихи. Малфой сидел за столом, закрывал глаза и погружался в свой мир. Чувствовал, как его мысли превращались в строки, а строки в стихи. Он писал о природе, о холодных ночах, о боли, и. как ни странно, о любви. Поэзия была его убежищем, его спасением от суеты мира. И хотя многие не знали о его страсти к словам, в глубине души хотел когда-нибудь прочитать их своим друзьям или, возможно, вовсе незнакомому человеку. “В рубиново-красном от боли вина, Играет со смертью твое равнодушие ” - послышался едва слышный шепот рядом с Драко. 　Моментально распахнув глаза и закрыв тетрадь, он вскочил со стула, заставляя его опрокинуться. Он потерял бдительность и позволил Гермионе Грейнджер заглянуть в его душу. Гермиона вздрогнула от резких движений и прикрыла рот рукой, губы были слегка приоткрыты от испуга. Она не хотела читать строчки в слух, Мэрлин бы ее побрал, это вышло совершенно бессознательно. -Значит так, Грейнджер,- вздохнул и на выдохе произнес Драко, - я не собираюсь обсуждать с тобой писательство за кружкой чая. - он был зол, Гермиона заметила это. -Пишешь стихи? - спросила она, пропустив сквозь ушей сказанное Драко предупреждение. -Да. 　Бесконечно длинная минута была невыносимо неловкой и холодной. Честно признаться, Драко не был в настроении ехидничать и ругаться. Не сегодня. Но и вести светские разговоры с Грейнджер не было никакого желания. Он отвел взгляд от Гермионы в сторону. -Я, пожалуй, пойду, - сжав в руках заколку, ранее державших ее волосы незатейливой прическе, сказала девушка, - Спокойной ночи, Драко. 　Не дождавшись никакой реакции, Гермиона покинула слизеринскую обитель. “Спокойной? Явно не в моей жизни.”, - пронеслось в мыслях Драко, - “да и не в твоей, Грейнджер”.