Гордыня тебя спасла!

Дом Лололошки.

      Иногда хотелось кричать. Но, как, жизнью наученное существо, стоит молчать, что не всегда выходило — получалось, как раз, ляпнуть что-то. И из-за этого получить информацию удавалось многим другим. Лололошка уже не то, что молод, но всегда легкомыслен, такой уж склад ума и мыслей.       — Я вот хотел вещь рискованную сделать, ты мне помогал, спасибо. — Дальше гоблин решил в подтверждение своих слов помахать головой на свои слова, с губами, выстраивающимися в улыбку — Да, безоговорочно, Лололошка, всегда помогаешь. — Эмрис смотрел на все также уставшего друга, который между медленным морганием спал. Не выспался, похоже. — Ты же мне друг? Тогда сможешь ли ты отказать другу о службе? Ахах, конечно нет. — лицо "друга" снова исказилось, послышался вздох.        Под словом добрым «Проверить», гоблин заявлялся к Лололошке, столь неизменному путнику времени, потому что его не жалко. Он: сильный, независимый от обстоятельств, непоколебимый, — и главное отличие от того же Воланда — не шипко тупой, похож на человека, которого можно использовать, но придется быть поманевренней. Или нет. Но это эгоистичное желание отпрануло его от совершения двумя фиолетово-серыми ямочками под глазами, даже те же голубые глаза менее горели энтузиазмом, чем в первую встречу, которая оказалась весьма судьбоносной — секрет параллели, как бы все могло обернуться без него.       Вообще, Эмрис немного паниковал, когда понял, как время не пощадило Орден. Он четко решил: я-должен-решить-это, я-должен-решить-это-один. Временный уход главы из своего звания напряг и задел всех. Поговаривают, что даже Воланда послали за каким-то кокосом, что сумел лишь открыть портал, а дальше без помощи Лололошки не справился, так что это могла быть причина усталости, Мессир — боль в области висков.       Эмрис даже думать не хотел, что могло бы произойти дальше без него. Лололошка, что сам делал наисложнейшее зелье под руководством одного рецепта? Цесанна, что попалась пройти в ад для добычи расходников? Бастиан, сошедший с ума и потерявший дар речи, умеющий, допустим, курлыкать, как голубь? Беннет и Люк, конечно, более эластичные, но за другой работой не справились бы на все сто. Владелец длинных ушей всегда был уверен, что все должны по линеечке заниматься своими делами, привычными, с которыми они справляются идеально.        Похоже, что одна аллергическая пыльца могла находится у Лололошки в доме, а если учитывать его приключения, то даже на рюкзаке, одежде, любой другой поверхности, прилегающей к телу. «Будь здоров» — сказал голубоглазый шатен, когда Эмрис чихнул, прикрывая рот рукой, внедряя компанию из двух человек в двухминутное молчание.       С неохотой, человек под псевдонимом «Рома» открывал свой рот, тут же закрыл, раздумывая, что сказать. Вот, нужные, что помогли изложить текст вкратце, слова нашлись. — Знаешь, Я помогал Джодаху сегодня, уста-ал. Давай завтра? — оглядывая лицо Лололошки, Эмрис похлопал глазами и отвёл на мгновение взгляд, а после сделал умное лицо. — Хм? Нет, мне нужно сегодня.       Эмрис напрягся, стараясь внедрять в мозг каждое слово друга. Голубоглазый, уже присев на кровать, бескомпромиссно наблюдать за ним, оставаясь при своем мнении. Напротив него встретился взгляд фиолетовых глаз решительности с приподнятой бровью. Позже, спустя некоторое время молчания и раздумья, вышеупомянутая бровь встала на свое место, не оставляя решимости во взгляде. — Хотя, знаешь, Я попрошу кого-нибудь из ребят. Спасибо тебе, Лололошка! — Глава улыбнулся, стягивая руки за спину, складывая их в замо́к. — что помог…       Эмрис оглянул его комнату и приметил, что не помнит, что тут бывал. Он ожидал захламленной обстановке, ведь обычно новый знакомый появлялся на публике неряхой. Слегка приподнимая кончики острых ушей, тот продолжал оглядывать обстановку: были открыты пару сундуков, скорее всего парень проводил уборку в инвентаре, ведь рядом были пыльные сундуки слой пыли, которых очистил отпечаток пальцев. Нос дико чесался, но в итоге Эмрис снова чихнул и, уже менее дружелюбно, ему ответили: «Будь здоров».       Деревянный домик вел и в другие комнаты, но пока Эмрису хватало и этой ужасной комнатушки, которую и нельзя сравнить с местом в великом древе жизни: «Чего он тут делает? И удобней, и быстрей, плюсы минусы одолевают. Всё-таки, есть люди, которым приятней общество природы и тишины. Неприятный минус Древа.» — Эмрис вспомнил, как вначале своего пути жил в шумной комнатушке. Помнит, как быстро привык к обстановке, даже успел построить ребят в ней, а после быстрый карьерный рост. Полько помниться несколько ярких тусовок в ней, в которых он не участвовал и проклинал соседа добрым словом, помнил, как жилых комнат было несколько, но они все были настолько уютными, что разбросанные вещи соседей давали знать: «Кто-то здесь живёт». Явный не фанат уюта, а минимализма, Эмрис быстро смирился с судьбой, ведь, кроме дома, это ещё и его работа, на которой он будет трудится до мозолей. Хотя, мозоли ему не нужны, магия-то для чего? — пронеслось мгновенно в голове. М-да, наверное, вот почему технологии идут не в ногу развития людей.       От этих воспоминаний идёт запах книг и пыли — они наполняли эту незнакомую комнатку нечто родным. Послышался вздох Лололошки, который вырвал Эмриса из размышлений. Интуитивно, тот посмотрел на лицо друга: вроде как прикрытые глаза, лёгкая и неровная улыбка. В вальсе танцевали пылинки, дополняя расслабленный образ лица.       Эмрис решил сменить тему. Естественно, в голову проникло самое простое, то, что произошло совсем недавно — за́мок. — Ты знаешь… М-м, человека в цилиндре? — Со страной речью, ага, он который? — склонил по-птичьи голову герой, запрокинув глаза в сторону — Это Люциус, полубог Ада. Тот самый, что нам помогал! — перевел глаза на Эмри — Ты… Не помнишь? Тебе должны были рассказывать об этом. С помощью его магии — — Я правда его не узнал. Лололошка, а как к нам присоединился Архимаг Джодах? — смог мягко сменить тему Эмри, явно найдя связующее с заточением полубога и Джодахом.       Ни одна черта лица путешественника не дернулась, он на мгновение отвёл глаза, будто вспоминая. Очки, которые даже были в помещении на нем, под таким углом, что находились они с Эмрисом, что невозможно разглядеть глаза. Нельзя сказать точно, наврет он или, доверяясь чувствам, расскажет правду.       Несколько пунктов у глобина в голове появилось, Эмрис призадумался об этом полубожке: «Хм, без магии он пахнет по-другому. Всё-таки… Боги пожалели свое отродье, оставив ему гроша». Пока Лололошка хмурил брови и почесал затылок, думая, как сформулировать предложение, Эмрис стоял в уверенной позе, скрестив руки на груди. — Мы… Он же нам рассказывал… Не глава же он теперь, а ты, Бастиан занял твое место. — он снова отвёл глаза, вспоминая, попутно перечисляя мысли— Да и не Архимаг он, — снова перевел глаза на Эмриса и спустил руки по линии бедер. — Тебе должен был Бастиан с Волондом рассказать! Нет? — округлил глаза. — Блин, точно, Воланд помогает Бастиану с зельем для Джодаха. Ну, то, которое его до следующего века прокормит! Ты… Должен был присоединиться.       На удивление Эмри, Лололошка оказался более разговорчивым, чем в остальные дни. Голубоглазый рассказывал, что происходило за несколько дней, перебирая сундуки, которые были почти на половину пусты и полны на столько же. Материалы были в разнобой, но это все же имело какой-никакой шарм, может, даже порядок.        Эмрис основывал свои мысли на том, что парень наконец-то приблизился к коллективу. — Блин, ребята просили меня предупредить о корпоративе.! Точняк,

***

      Всего через десять минут разговора гоблин очутился в менее уютной, более минималистичной комнате, что была его собственной. Заправив белоснежные локоны за ухо, Эмрис рассматривал свое отражение в окне. Дальше, опрятно уложив свой пиджак, задумываясь.       В области склада и столовой стоял шум, остальные коридоры были опустелыми, в комнатах никого. Кто-то обычный мог бы не заметить повседневный шум, но Эмрис быстро понял, что топтались и громко переписывались специально для него. Да, он встретил по пути Цесанну, которое шла, улыбаясь и чуть не вприпрыжку, а когда увидела Эмриса старалась скрыть эмоции и показать нейтралитет, подмигнула глазом. Ну, Эмрис бы и так пошел в столовую, в животе пустовало.       Эмрису даже догадываться не пришлось, что за «мероприятие' намечалось. Большого мозга даже не надо, чтоб понять, какова тема: «Вы выздоровели!»; « — Джодах хороший!»; « — Мне называть вас Лидером?» — Многое другое, что сластило слюну во рту, корпоратив, как обычно. Его хороший слух не подвел — все в коридоре копошились, вскоре все звуки сливались в одно место — столовую.       Эмрис направился туда, где и находилась основная толпа. Все дружно встали, собираясь в небольшой круг. — Эмрис, мы благодарим вас за помощь, за ваши многие большие усилия. Думаю, Аква, с вашей помощью, дала нам шанс на новую жизнь! И да, мы собрались здесь, чтобы объявить, —       Через несколько минут собрался весь коллектив, Цесанна была трезва, как стекло, поэтому старалась передать слова своей команды, что стала ей семьей. Много теплых моментов, многие события борьбы связывали нитями привязанности.       Когда Эмрис покинул шумную компанию и сбился в уголок, улыбаясь то ли от самолюбивости, то ли задирая нос. Волшебница продолжала толкать речи, Беннет, который тоже был приглашен, выпивший, клевал носом, а Люк уже не совсем трезвым взглядом лишь слегка приоткрытых глаз наблюдал за всеми, Бастиан с Аргусом и Катриной пришел только к концу речей Цесанны. Так же было много неизвестных гостей — работники, персонал, что были совсем свежие и небольшие в количестве, от силы десять человек.       Все шло по сценарию, не включая лишь несколько пунктов, шло все: «Вы выздоровели?», « — Мне называть вас Лидером?», про так интересующего Джодаха все молчали, Эмрис на лицо не растраивался, стараясь улыбаться. Да, эти люди совсем, как родные. Пусть, есть и плохие родственники, ты все равно их любишь. Ну, не совсем так, но раз расслабиться можно.       Встав напротив стен, тот облокотился на нее свободной рукой. Теплая голова, прикасаясь к холодной стене, вызывала успокоение, а щеки более ощутимо начали пылать. Бокал вина слегка глухо цокнул, соприкоснувшись с деревяшкой. Бордовая жидкость была темной, но солнце, что пускало последние коричнево-оранжевые лучи, очертило его края желтым светом.       Все были счастливы, новые работники подходили знакомится с новым начальником, кланяюсь почти в пол. Иногда было странно не замечать с собой Воланда, за которым требовалось следить. «Может стоит где-то сбоку?» — Эмрис оглянулся, не найдя Воланда призадумался. Было странно не замечать его вблизи. Хотя, в Ордене он не состоит, делать ему тут нечего. Может со своими статуями няньчиется, может со своим провозглашенным создателем.       Ближе к концу, в дверях появилось двое крылатых существ, два брата — Джеймс и Джодах. Все стихли, восхищаясь их величием. Но тех скоро округлила основная толпа, предлагая алкоголь или ведя светские беседы. Джодах так же величественно отвечал, а а Джеймс в ключе так же, слегка стеснялся, когда спрашивала про него, заходя дальше «Что думаете?» — будто по старой дружбе.       Эмрис отвернулся от окна, больше лучи на напиток не падали, он не чувствовал ни злобы, ничего по отношению к Джодаху, просто хотелось понаблюдать за ним из соображений. Сам того не ожидая, он спокойно перенес смену карт, но доверенность пошатнулось, хоть и раньше она твердо да и не стояла. Он одобрял его умный ход, но карил его за алчность. Хотя, чем он лучше?       Бастиан не заинтересовался едва пришедшими личностями, а подошёл к Эмрису. На нем была теплая улыбка, на его плече сидел яркий попугая, который не понять что мелил. «А говорил, что животных таскать не будет» — капризно подумал зелёный. — Простите, Эмрис. Я извиняюсь, что не смог встретить вас, поймите, столько всего навалилось… — старый маг покашлял, оглядываясь — Вы считаете, что… Джодах — предатель? — А у тебя есть на это основания? Давай на ты, Бастиан, знакомы целый век. — слегка решил разрядить обстановку Эмри, поняв, что много подобрал у Ло, в ответ ему медленно с кошачьей улыбкой, кивнули — Есть мысли, что он не тот, за кого себя выдает, ешкин дрын… Питается другими, их жизненными силами, а от алкоголя пьянеет… — багряно-розовый узор на щеках Джодаха показался, едва Эмри обернулся к нему повторно: «А быстро он. Или это я…» — Не уверен, что для поглощение магии нужно использование желудка. Ты, старче и умней, посоветуют. Так ли это? — Что? Джодах? А разве не против него мы так усердно поднимали красный флаг? Неужели, он поднял белый первым? — Эмрис решил поставить себя Бастиану в ключе незнания.       Бастиан улыбнулся сухими губами, проявляя кисетные морщинки над губами. — Да, что-то память меня подводит, ха — губы свернулись в полоску — Джодах нам не враг.       Ответ Лололошки Эмрис смог понять с трудом и пылкостью, но мнение Бастиана, весьма полезного старика, было бы неплохо услышать, а если бы и тот попытался отказаться, придется давить должностью. Свежий ветер слегка освежил разгоревшийся щеки, которые ударило с новой силой огня. — Давай, Я объясню, старый друг. — повернувшись на исход ветерка, Эмрис приподнял уши и ели подавил желание преклониться перед прошлым лидером, перед глазами возник Джодах. Хотелось, чтобы приятным ветерок от лёгкого взмаха крыльев не прекращался.       Если улыбку Бастиана Эмрис считал теплой, то улыбку Джодаха игривой, совсем кошачьей хитрой и умной, не только из уважения, но из ощущений. — Джодах… — Эмрис повернулся к нему, отпивая из своего бокала, которых отправился вслед за галстуком на тумбу — Приятно вас видеть здесь. Да, конечно, присоединяйтесь к разговору, умных людей везде желают видеть, а так как вас тут двое — Эмрис метнул взгляд на Джеймса — то за такое надо не надо держаться обеими руками, как пожелаете.       Метнув взгляд на Бастиана, то увидел, как тот сглотнул, стараясь спрятаться от взгляда совиных мудрых глаз. Эмрису не принципиально, кто ему расскажет, интереснее услышать мнение со стороны. Таким простым образом простейшая фигура — квадрат, раз-два станет кубом, а его грани будут увеличиваться по мере возможностей. — Я вас не прервал? Хотя раз меня так любезно и пригласили, и приняли отказываться никак нельзя. Ты вот никогда не изменишься! — он насмешливо прищурил глаза, смотря на гоблина, ненароком, тот ответил тем же. — Н-нет, Архимаг Джодах, нет. Начальнику будет легче понять существо, что стоит на голову выше его знаний — «А не ниже» — пробормотал он, сразу помотав головой. — Наша льдышка тает и клевать начала, че-ли? Дождались, совершилось чудо адское.       Эмрис понаблюдал за недолгим продолжением разговора этих двоих, дожидаясь своей очереди. Голову что-то пекло, а горло першило с непривычки к алкоголю. И когда Бастиан, затронув интересную тему, заставил ангела смерти слегка взмахнуть крыльями, Эмрис, прикрыв глаза, направил свое лицо к исходу порыва. Потом, поняв, что переходит личные границы и меры дозволенного, отпрянул. Джодах, слегка дотронулся до плеча Эмри, отворачивая его в сторону. Рука была настолько большая, но когти царапали оголённые ключицы. — Наша малютка-льдышка тает и клевать начала, че-ли? Дождались, совершилось чудо адское. — оглянувшись на тяжёлую руку на плече, Эмрис скинул ее с себя, фыркнув, закатывая глаза. Это был Воланд. — Тебя сюда не звали, Воланд. — Эмрис посмотрел на него, решив даже не поворачиваться к нему лицом.       Воланд посчитал это вызовом и тоже фыркнув, скидывая руки на грудь. Он подошёл к Джодаху, чуть ли не задев хвостом Эмриса. Бастиан поднял брови, кинул взгляд на зеленного, который не хотел ждать конца речей некчемных. Джодах лишь спустил кошачью улыбку, монотонно вздыхая. — Я вообще к Джодаху-Великому-Архимагу к коленям прибыл, — лицо Бастиана успокоилось, а Эмрис не только в душе бушевал, смотря из-под лобья, мечтая прожечь черную адскую макушку — Архимагушка, чё за ху — — Джодах, что вы хотели рассказать мне? Увы, нас уже не в первый раз прерывают. — Прошу согласиться с начальником… Ему бы знать про события. Это важно. Думаю, наш адский «друг» может и подождать. — Воланд взмахнул хвостом и удалился. — Кто его вообще пустил? — более четко пробормотал Бастиан.       Втыкая удовлетворённый взгляд в спину уходящего, Эмрис спустился на беспечно движущийся хвост, а дальше схватился за очертание окрепших ног, перед тем как его укрыла толпа. Тот помотал головой, усмиряя свой пыл. «Интересно, какие у него параметры? Если он дальше будет с нами работать, надо будет сшить ему кастюм. — мелькали дальше мысли Эмриса — А если стопа у него большая, то» — Да-да, бесспорно, Бастиан, ты прав. - Джодах закатил глаза - Его придти попросил я. Мне от него нужны были материалы для Лололошки. Скоро он нас покинет... — Почувствовав на себе чужой взор, Эмрис, переместив взгляд с пола, уставил на глаза выше. — Это будет быстро, не хочу отнимать так быстро текущее время. — Секунда.       Прошла лишь секунда, пропущенное дыхание, сердце пропустило удар. В голове тысячи черных крыльев, тысячи пар золотых глаз пролетели над головой, будто все тайны мира открылись, словно тюль, поднятая лёгким дуновением ветра. Он оказался в кабинете Джодаха.       Не только он, вся команда была в сборе. В глазах читалась паника, черные пары зрачкоз, все, были направлены на Эмриса, но говорящие глаза будто смотрели не на него. Обернувшись, он увидел на кого так подирающе смотрели. Джодах. — Если позволите, мы закончим на этом сантименты. — его голос бился эхом по комнате — И я расскажу все, как оно было.       Джодах выглядел по-другому: копьё, чье лезвие поблескивало от источника света, сжатые кулаки на рукояти, слегка взъерошенные волосы, губы дрожали, крылья такие величественные и бархатно-черные. Это все выглядело так по-настоящему, что скрутило живот. «Готовился? Готовился к нашей встрече. Знал» — сам себе усмехнулся Эмрис. Но глаза прикованы к другому силуэту: мрачному, молчаливому, его вид внушал доверие, по коже бегали мурашки, он был похож на мираж. Тот молчаливо смотрел на Эмриса, единственный, чей взгляд был и правда направлен на него. Краем кругозора глаз, гоблин увидел безразличного Люциуса, Воланда, который скрестил руки и держался подле него, как цепной пёс. Все молчали, приковывая взгляд к Джодаху через Эмриса. — Хм-м, — ехидно промурлыкал Джодах, когда в ответ было молчание — Замечательно, спасибо. И так — он оглядел всех, слегка взмахнув крыльями — с чего бы начать?       Вальяжно волоча ими, тот сел на трон в центре, расставляя руки на подлокотники, обхватывая их ладонями, величественное копьё ст. В момент молчания, Эмрис головой обернулся, наблюдая картину: <i\> Все стояли будто статуи, кроме одного, Крайера, что бормотал заклинание. Эмрис улыбнулся, этот на вид хилый парень и Джодах... выглядело опраметчиво, что-то заставляло его так думать. В следующий момент Крайер… Исчез? Да, он испарился. Быстро понимая, что не так, Эмрис цокнул, похоже больше никто не решил нечего класть в противовес.       Он прищурился, пригибая уши, обернулся на Джодаха, стараясь не замечать изумленные лица. Тот нахмурил брови, сжимая губы в полоску. Он был явно раздражительнее сейчас, чем обычно. "Возможно, находясь Я здесь, для Джодаха все было бы решено" - да, точно, но почему-то сейчас он не злился на него. Обдумав, зеленый пришел к такому умозаключению, что в итоге это привело к, в принципе, неплохому истоку, Орден подобрал величину и теперь мог бы защищаться от Джодаха при возникновении опасности, в данных момент, в недалёком будующем. — Молчание, прошу. — его гримаса посветлела, и он продолжил: — С тех пор, как во мне открылись тысячи глаз, Я хотел одного — силы. Сила придавала мне уверенности.       Отлипившись глазами от Джодаха, посмотрел на Воланда, чьи глаза были непривычно стеклянными, губы искусанными, Люциус выглядел помятым и держался рядом с ним, будто даря поддержку. Лололошка, что стоял по левую сторону от него, скрестил руки на груди, сомкнув губы в линию и иногда притоптывая ногой, рядом его компаньон — Селестия, что от следующий слов округлила глаза и прикрыла рот руками, тонко охнув. — Была моим ориентиром по жизни! — Джодах зловеще улыбнулся, а после вздохнул — А, когда я встретил Люциуса в тюрьме времени, и он открыл мне часть правды о полубогах и их деяниях, — Эмрис не заметил, как все это время он болезненно сжимал кулаки — Надо мной возобладала месть.       Гоблин не мог найти объяснение в душе таким методам, но сам понимал: на его месте он поступил так же. Его можно понять, но нужно время, много времени. Так же, краем глаза, Эмрис замечал, как Воланд слегка вздрагивал от каждого слова Джодаха, перешептываясь с Люциусом, шипела змея. Кто-то позади него рыкнул, а кто-то вздохнул, прошлась бурная реакция. В зале витало чувство, будто это сценка, сделанная на спор. — Земферион.        Когда он сказал это незнакомое для Эмриса имя, крылья более ощутимо встрепенулись, глаза Джодаха больше не бегали по толпе, а направились в пол, слегка прищуриваясь. Будто он прямо сейчас вспоминал, как желанно было это действие. — Я желал уничтожить его собственными руками.И вместе с ним — все наглых полубогов — Люциус едва ощутимо смолк, Селестия помрачнела — которые ставят простых не во что.       Глаза, что раньше не бросались в общую картину Эмриса, на крыльях забегали на пару секунд, Джодах перевел взгляд на Люциуса, который смотрел на него с злобного прищура, брезгливо приподняв часть верхней губы. Такое чувство, что позади его спины стало вдруг мерзко и холодно, прошлись мурашки, что заставили хмурить брови Эмриса и тихо прошипеть. — На тот момент, что-то тронуло меня в словах Люциуса… — Лицо потеплело, толпа позади будто выдохнула. — Он был… Добр. Со мной, с остальными узниками. - сам себе тот слегка пожал плечами, чтобы размять обстановку - Тогда я не предал этому значения, он был одним из них.       Все его, явно гипнотизирующие речи, лились словно песок, тестер менялся с темами, голос продрог в моментах. Не особо активная жестикуляция будто давала все знать, что тот серьёзен и несколько аморален.       Эмрис снова посмотрел влево. Человек в капюшоне будто молчаливо хмыкнул, Лололошка будто тоже прикован к этому молчаливому и холодному взгляду рядом с Джодахом, но слушал внимательно. Направо; Люциус с такой же вечно недовольной гримасой отвёл взгляд, Воланд рычал, слегка приоткрыв рот, нижняя обкусанная губа кровоточила на местах клыков. Оборачиваться тот не стремился, ему главное мнение основных ознаколенных с этим крылатым сущевств, его историей. Не истории Архимага. — Все начало меняться, когда я вобрал силу бедной полубогини Эолы, все мои мысли наполнились состраданием — чувством, которое я не испытывал очень и очень давно. В то мгновение демоны склонили головы передо мной — Воланд принимая более зловещий вид, хмыкнул и сделал полукруг глазами, будто говорили о нем — Они показали мне, что гредет, что ждет мой родной мир.       Лололошка, то ли от нечего делать то ли от обычной скуки, мерил комнату шагами, на его лице будто сложился пазл, хотя, Взять того же Бастиана, который стоял с тупым выражением лица, смотря на пустующее место Крейка, видно, как тот сжал челюсти по сдвинувшийся линии скул, но явно ничего не понимал, как остальные.       Эмрис брал его слова на заметку, конечно, что он из другого мира можно было догадаться, что он большее, чем просто мощное магическое существо тоже. И из-за этого он не удивился, что он себя не за того выдает, это легче пазла. — Тогда Я полностью осознал, что нечем не отличаюсь от полубогов. Забавно? Да, мои убеждения, моя месть, все эти, те же чувства движут и ими: Люциусом, Абиссой, Земфирионом — чувства, заключённые в желании силы. Желании стать замеченным, желании быть чем-то большим, желании отмщения за такое отношение к себе. - его голос ощутимо понизился в конце всех этих слов, затихал - Я понимал все это.       С последних слов кольнуло в сердце Эмриса, заставляя стыдливо смотреть в пол и мять ноги под себя, разжимая кулаки. Пусть многих из этого списка близко он и не знал, и не понимал, все равно человеческое чувство одолело его, был ли это зловещий план или нет, Джодах свое хорошо сыграл. Теперь от рук кровь прилила к мозгу: «Зачем же этот концерт?» — но немой вопрос ушел в пустоту. — Но, как вы поняли, решил я придерживаться своего изначального пути, ведь… Я не мог допустить, чтоб мой родной дом, Скайзерн умер напрасно. — его речи стали более громкими, давя на уши всем - Я вынашивал этот план долгие годы! - воодушевление сменилось на некую грусть - Пока все не изменилось.        Джодах замолчал, вздыхая. Селестия своим писклявым голосом воскликнула: «Что же.?» — подначивая главную персону. Тот оглянулся на нее, заставляя смолкнуть неведомой силой. — В вашем мире мне повстречался Довин. Он видел во мне больше, чем простой смертный… Я показал ему гибель родного мира, зверства полубогов, конец вселенной, смерть его друзей, его разрушенные мечты, — более воодушевлено воскликнул Джодах - И даже возможную судьбу своей дочери… Я показал ему взгляды демонов, проникающие в мозг! Не каждый способен остаться в разуме.       Джодах улыбнулся и хмыкнул, будто над собой. Эмрис между короткой паузы старался впитать в себя все слова, но понял, что... Они уже в нем были, кажется, будто он знал, что сейчас произойдет: — И единственное, о чем он попросил… Спасение жизни его единственное дочери, Катрины, он был готов пойти на все. Он чувствовал исходящую опасность от меня, осознал всю его ничтожность перед богами, он не хотел мести это… Это была любовь. Любовь настолько сильная, страх за ближнего… Я пообещал ему выполнить просьбу. Конечно, демоны посмеялись надо мной… Но в тот мир дрогнуло мое каменное сердце, открылась моя настоящая цель.       Эмрис хмыкнул, ведь понимал, что этот драматичный концерт слишком далеко разошелся, но допустил тонкую, как льдышку весной мысль, что он говорил частичную правду, но тогда... "Если у него есть другие миры, то зачем ему мы? - Эмрис не хотел об этом думать, но продолжал - Все ради Катрины? Ради помощи Люциуса? Ради... Себя? Он скрывается от кары богов?. Кем он является, поглотив... Хотя, да, он - бог". Эмрис, при резком выбросе адреналина вздрогнул, бегая глазами вокруг, все не желали задать единого вопроса, лица были равнодушны и спокойны, лишь фея с Лололошкой напряглись в плечах. Конечно, Эмрис чувствовал влияние магии на их тела, понимал, но осознанность того, что это видение, даже в котором он не мог двигаться, ограничивало его.       Глухая тишина развергнулась. — Теперь вы поняли, почему я сейчас здесь? - слова донеслись до Эмриса эхом.       Когда комнату начало поглощать что-то жидко чёрное, с уродливыми золотыми глазами по периметру, что бегали, набухали, задорно сужались или любопытно округлялись, он и не заметил, как очутился перед Джодахом, Бастианом в столовой. Прошел, час, два? Взглянув на солнце, Эмрис не заметил явных изменений и итог пришел на ум сам: "Секунда."