Голубая кровь и предрассудки

Проснувшись от ярких лучей, освещавших ее постель и всю комнату, девушка попыталась сопоставить произошедшие события, которые навалились на нее вместе с временно-заблокированными воспоминаниями. Почувствовав мягкость простыней, она провела ладонями по кровати, чтобы задержать свое внимание хоть на каком-то удовольствии, которое можно было бы получить, находясь в адовом чертоге. Ее каратели, вероятно, уже странствуют по особняку, тянув за собой шлейф опасности. Повернув голову к окну, Гермиона заметила стоящий на тумбочке бутылек с синей жидкостью. Протягивая к нему свои руки, она вспоминала какие зелья имеют данный оттенок. Пальцы коснулись холодного стекла, откупоривая крышку. Кисловатый запах прорезал обоняние. В следующую секунду из ниоткуда материализовался домовик. Это был абсолютно точно не тот эльф, что приглашал их в столовую вчера, вместо него стояла женская особь. Так и замерев, с вытянутой рукой, Гермиона разглядывала испуганную эльфийку, что держала сейчас в руках поднос с завтраком и не рисковала поднять на нее свою голову. - Здравствуй, я Гермиона, а как зовут тебя? - Неловко спросила девушка, ощущая дрожь малышки. Вздрогнув от неожиданности, домовая подскочила на месте и положив поднос на тумбочку, отступила на на несколько шагов от будущей хозяйки поместья. - Тинки, госпожа. - Тихо-тихо прозвучал ответ. Девушке не понравился такой испуг по отношению к ней, поэтому она постаралась придать своему голосу, как можно больше нежности. - Тинки, у тебя очень красивое имя, кто его тебе дал? - Тинки нельзя говорить с госпожой, Тинки должна удалиться сразу, как только принесет ей завтрак. - Домовая уже приготовилась к щелчку, чтобы удалиться, но была прервана следующими словами Гермионы. - Не уходи. Ты голодна? Мы могли бы вместе поесть. В твоей компании я не буду чувствовать себя такой одинокой. - Гриффиндорка задумалась, насколько часто ее наказывали, что бедное существо дрожало от каждого слова. Хотелось сжечь весь особняк за то, как присутствующие привыкли обращаться к беззащитному домовику. Малышка подняла от удивления и неверия свои глаза на девушку, но после отругала себя за своеволие и стала искать любой подходящий предмет, чтобы наказать себя. Заметив знакомые повадки, какие были у Добби, Гермиона подскочила с кровати и протянув свои руки к ней, стала искать любые возможные аргументы, чтобы успокоить. - Послушай, я сказала что-то не то? Я тебя чем-то расстроила? - Она не могла понять, что заставило ее так отреагировать. - Тинки нельзя смотреть в глаза госпоже, но Мисс предложила Тинки поесть с ней, Тинки никто никогда не предлагал ничего подобного. Госпожа очень-очень хорошая. - За лепетом последовали слезы домовой, которые ввели Гермиону в еще больший тупик. Внезапный стук в дверь отвлек гриффиндорку от истерики малышки. Посмотрев в ту сторону, рук не отцепила, держась за бедное существо, как за спасательный круг. Повторного стука не последовало, так как входная дверь открылась, впуская в ее временную обитель, Драко. Парень осмотрел комнату и заметив девушку на полу у кровати, державшую его домовика, пока та готова была разразиться новой порцией истерики. Поджав губы, чтобы не рассмеяться, он закрыл за собой дверь. Скрестив руки на груди и оперевшись о стену, Малфой заговорил. - Не успела приехать в мой дом, как уже напугала бедного эльфа до смерти. Ты только посмотри на нее, у нее сейчас начнется сердечный приступ. - Хмыкнул слизеринец, вводя этим девушку в ярость. - Малфой, я пыталась успокоить ее. - Характерный хлопок, оповещающий о том, что утренняя гостья исчезла, прервала Гермиону. - Грейнджер, что ты сказала несчастной? Встав с пола, гриффиндорка осмотрела платье, в котором вчера уснула, а потом обратив свое внимание на поднос, заговорила, не удостаивая взглядом взбесившего ее жениха. - Я предложила ей позавтракать со мной. - Ответ сопроводился минутным молчанием, после чего послышался звонкий смех, который отдаленно напоминал чем-то вечер на астрономической башни. Девушка резко развернулась и запечатлела Малфоя, прикладывавшего ладонь к своему лицу и боку. Гнев сменился теплом. - Что ты сделала? Вздохнув и повторив его позу со сложенными у груди руками, она ждала пока парень, стоящий и смеющийся над ней, успокоиться. Когда блондин наконец остепенился и подошел к ней поближе, то невольно почувствовала себя неловко. Она даже не чистила зубы и стояла перед ним еще во вчерашнем платье, дырки на плечах, которых напомнили ей все то, что вспоминать не хотелось. Ее волосы сейчас со стопроцентной вероятностью напоминали воронье гнездо, но кажется Малфоя это особо не волновало. - Что это за зелье? Я пыталась понять по его цвету и запаху, но не смогла дать хоть какую-то характеристику. - Нахмурившись, сказала девушка и показала пальцем в сторону склянки, забытой после истерики домовика. - Конечно ты пыталась сопоставить запах и цвет, странно, что ты еще не разобрала его на атомы. - Улыбнулся парень. Насупившись, Гермиона была готова разразиться гневными тирадами, но вспомнила, что благодаря ему, она вчера смогла спокойно уснуть, передумала. Вместо этого девушка поджала губы, сощурила глаза и елейным голосом ответила, не сумев удержать при себе язвительные нотки. - Просто не успела, меня отвлекли. - Это должно помочь тебе, чтобы не только обезболить, но еще и восстановить работу мозга после проникновения в голову. А узнать ты его не смогла, потому что зелье изобрел я. Доверься мне. - Уже более спокойно проговорил слизеринец. Округлившиеся глаза Гермионы стоили того, чтобы изобрести не только зелье, а целый справочник всевозможных зелий. В карих радужках заплескался безудержный интерес, от которого Драко ощутил жгучее удовлетворение от того, что есть хоть что-то, чего не знает маленькая мисс-проныра. По ее лицу было видно, что она хочет раскроить его голову и вытащить оттуда все схемы, рецепты и все, что только можно найти по этому поводу. Вот только у него были другие планы. Драко должен предупредить ее держаться подальше от Пожирателей и желательно сидеть здесь безвылазно, чтобы не попасться никому. В хозяйское крыло не заходил никто, даже Волан-де-Морт игнорировал эту часть замка, предпочитая кабинет Люциуса. - Не сегодня, Грейнджер. Выпей его без тысячи вопросов, которые крутятся в твоей умной головушке. И еще кое-что, пока я, мама или Люциус не придут, старайся не высовываться отсюда. Не думаю, что тебе нужны проблемы, я прав? - Перейдя на властные нотки, заговорил Драко, до дрожи в коленках переживающий, что в его отсутствие с ней что-то может случиться. - Хорошо. - С сомнением проговорила девушка, уже во всю думая о том, как ей доставать необходимые сведения, находясь запертой в этой комнате. Хотя с другой стороны, здесь безопасно. Вот только гриффиндорская отвага и ее миссия этому не благоволят, поэтому натянула свою самую убедительную улыбку, чтобы ее будущий супруг не заметил лжи и не запечатал ее дверь заклинаниями. Покачав головой, Драко еще раз осмотрел комнату и задержав взгляд на подносе и кинул ей фразу напоследок о том, чтобы девушка поела. А после исчез, оставляя ее одну обдумывать свои следующие шаги. **** Ближе ко второй половине дня, Гермиона смирилась с тем, что сидеть на месте не сможет. Поэтому облачившись в свое голубое платье, которое нашла в шкафу, отправилась осмотривать замок. Ей нужно было, как минимум разобраться, что и где здесь находиться, дабы было потом легче шпионить за Пожирателями. Благодаря домовику, который уведомил ее о том, что Темный Лорд, в компании с Драко и Беллатрисой покинули замок, она смогла немного выдохнуть. Как бы ей не было спокойно со слизеринцем, Малфой бы не позволил ей такого безрассудства, хотя бы из-за того, что может пострадать его семья из-за приключений их невестки. Пообещав себе, что не попадется, она завернула за поворот, в котором находилась огромная гостиная. Крыло пустовало и этого было достаточно, чтобы понять, что здесь ловить нечего. **** Она уже прогуливалась больше сорока минут и не нашла ничего, чтобы могло быть полезным. Хотя бы, Гермиона постаралась запомнить расположение замка, правда ей это удавалось с трудом, так как он был нереально огромным. Три поворота налево и гриффиндорка должна оказаться около своих дверей. Пробираясь в тиши, девушка оказалась лицом к лицу с тем жутким мужчиной, что так похабно рассматривал ее в прошлый раз. Смотря же на него сейчас, она удостоверилась, что ничего не изменилось. Чувство тревоги распространилось, отдавая спертым дыханием и вспотевшими руками. - Здравствуйте. - Постаралась улыбнуться девушка. Стоявший недалеко от ее комнаты, мужчина противно улыбнулся и направился ей навстречу. Его походка ассоциировалась с хищником, готовым к броску. Чувствовала она себя между прочим, той самой дичью, на которую мог охотиться этот самый хищник. Страшась каждого шага, Гермиона уповала на возможность проскользнуть мимо него и спрятаться в своей комнате. Вот только видимо у него были свои планы на этот счет, так как резким выпадом он остановил ее. - Почему миледи не в своем комнате? Я был крайне удивлен, не застав Вас там. - Руки мужчины, подперли стенку, загоняя Гермиону в ловушку. Надежда остаться невредимой после этой встречи ускользала сквозь пальцы, оставляя вместо себя панику. - Вы искали меня? - Гермиона хотела обратиться по имени, но его как раз таки она не знала, да и не хотела, честно говоря. - Антонин. Меня зовут Антонин, но ты можешь звать меня Тони. - Облизнувшись на фигурку девчушки, проворковал он. Страх рос в геометрической прогрессии, когда мерзкие пальцы сомкнулись на ее шеи. Истерика взяла свое, поэтому она поступила безрассудно, подняла на него свою палочку. Кажется, этот жест раззадорил его воображаемую игру, потому что ловким движением, Антонин выбил ее из рук девушки, п потом проскользнул противным влажным языком по ее щеке. Гриффиндорка почувствовала себя такой грязной, что слезы прорвались через расшатавшуюся выдержку и потекли по лицу. С какой-то долей садизма, Долохов жадным взглядом проследил их путь, который как назло закончился на груди. Мужчина прижался своим телом к ней еще ближе, давая почувствовать степень своего возбуждения. Гермиона пыталась отвернуться, чтобы не ощущать его так близко, но он и этого ей не дал, поворачивая свою голову вслед за ней. Внезапно появившийся Люциус прервал попытку изнасилования. Еще никогда гриффиндорка не была рада этому человеку, как сейчас. Тяжелые агрессивные шаги ее будущего свекра привлек внимание мучителя. - Долохов! Мисс Розье следует отправить в ее комнату сейчас же. - холодным голосом разразился Мистер Малфой. Сжав челюсти от злости и обломавшегося наслаждения, мужчина отступил и повернулся к нему. Гермиона в это время обращалась ко всем высшим силам за спасение, дарованное отцом Драко. Когда она проскальзывала мимо мужчины и подбирала палочку, послала Люциусу благодарный взгляд. Сразу же ретировавшись, чтобы избавиться от общества ее несостоявшегося насильника. - Умеешь ты все испортить, Люциус. - Антонин смотрел в след своей жертве, недовольно качая головой. - Ты говоришь о невесте моего сына, не забывайся! Она не какая-то там грязнокровка. - Услышала Гермиона, со всех ног бежавшая к себе. Закрыв за собой дверь, гриффиндорка уже не слышала слов Долохова. Ей хотелось забыться, исчезнуть, сделать хоть что-то. Внутри все еще тряслось от страха за себя, за свое тело. Она корила себя за то, что верила, что сможет беззаботно прогуливаться по поместью, напичканного такими уродами, как этот. Гермиону передернуло и затрясло от мысли, что могло произойти, если бы все сложилось не так благополучно? Укладываясь в кровать и забившись в угол, чтобы уменьшиться в размере, девушка умоляла свой разум забыть все. В это время в коридоре продолжался разговор двух мужчин. - Ой, ли? - Не унимался Долохов, насмехаясь заступничеству Лорда Малфоя. Подошедший к Антонину, Люциус ткнул мужчину тростью в горло и продолжил. - Держись подальше от этой девчонки. Не думаю, что Темному Лорду понравится, что девушку, с которой брак моего сына был одобрен им лично, испортил такое ничтожество, как ты. - После чего резким движением наложил на дверь невестки мощные защитные чары и ушел в обратном направлении. В конце коридора, остановившись, Мистер Малфой добавил напоследок. - Еще раз узнаю о подобном, лично прикончу тебя. И это не угроза, это обещание. А Малфои всегда держат свое слово, помни об этом. **** Драко вернулся изнеможденный и хотел только одного, увидеть Гермиону и забыться сном, но прекрасно отдавал себе отчет, что не может вернуться к ней в заляпанной кровью рубашке. Это была не только его кровь. Ему пришлось снова пытать, в этот раз это был его педагог по маггловедению. Он из-за всех сил старался не показать свою слабость и трусость перед Темным Лордом и его теткой, что его рука почти не дрожала. Сейчас у него вдвойне стоящая мотивация, если раньше Волан-де-Морт манипулировал им, жизнью его матери, то теперь, когда в воспоминаниях Гермионы выяснились его чувства, а также его собственная реакция в столовой, страх за невесту подпитывал его еще больше. Свою порцию Круцио получить он тоже не забыл. Это стало таким обыденным, что Драко будто и не уезжал на несколько месяцев в Хогвартс. Повелитель был недоволен тем, что Дамблдор был до сих пор жив. Единственное, что в конечном итоге усмирило его гнев, это то, что слизеринец починил исчезательный шкаф. Давая им вход в самое защищенное место в Британии, за исключением Мэнора, в который пропуск не требовался. Волоча ноги к своей спальне, он уже представлял, как смоет с себя все это дерьмо, но сидевший отец не позволил ему этого. Нахмурившись, Драко стал обдумывать причины, по которым Люциус мог навестить его. Скинув грязную мантию в угол, слизеринец прошел к шкафу и вытащив оттуда сменную одежду, повернулся к гостю. - Отец, что ты здесь делаешь? Молчавший до этого мужчина, встал с кресла и подойдя вплотную к сыну, заговорил. - Следи за своей невестой. Иначе еще до помолвки, она окажется обесчещена. - Слова огорошили парня до такой степени, что парень так и замер на месте. - Что ты хочешь этим сказать? - Зарычал Драко. - Пока тебя не было, я застал Мисс Розье у ее комнаты, когда Долохов прикасался своими грязными руками к тому, что принадлежит тебе. - Красочно описывать увиденное сыну, мужчина не стал. Младший Малфой испытал целую гамму ярости. Он разрывался от желания придушить Гермиону за то, что не послушалась его, вляпываясь в неприятности и кипящей жажде крови в сторону Долохова. Он хотел разорвать того на мелкие кусочки за то, что подумал, что имеет право подступиться к ней. Не то, чтобы претендовать на ее тело, даже за то, что подумать о ней в этом плане посмел. Зверь, о котором парень до этого времени не подозревал заскребся, угрожая, что если тот не выпустит его, то станет только хуже. - Не дави на нее, она не виновата. Антонин подобрался бы к ней в любом случае, даже если бы она была у себя. Девочка испытала огромный стресс. - Люциус положил свою руку на плечо сыну. Драко посмотрел на него и удивился тому, что тот заступился за Гермиону в такой ситуации. Его отец никогда не обладал состраданием и жалостью. Вскоре Люциус ушел, оставляя парня одного, разносившего свою комнату с помощью палочки. Вот только этого было недостаточно слизеринцу, поэтому он начал крушить все собственными руками, а после отбивать своими костяшками стену. Когда боль пробралась сквозь ярость, парень стал успокаиваться. Его так и подмывало влететь в ее комнату и наорать на Гермиону. Призвав при помощи Акцио свои вещи и полотенце, затерянные в этой груде беспорядка, он отправился в душ. Давая указание домовику исправить все, что он натворил в комнате, сразу встал под холодный поток воды. Все ссадины от недавнего взрыва, а также следы от проклятий полоумной тетки вызывали острую боль, но он стойко переносил ее, это приводило в чувства. Когда время его водных процедур перевалило за двадцать минут, во время которых парень тупо смотрел в стенку и думал, Драко вылез из душа. Одевшись, он отправился к своей невесте, убежденный, что уже не хочет сомкнуть свои руки на ее маленькой шейке. Постучавшись только ради приличия, он открыл дверь и увидел тело девушки, зажавшееся в углу кровати. Чувство тревоги за нее усмирило зверя. Она была такой беззащитной, что слизеринец почувствовал новую волну ненависти к Долохову. Гермиона словно и не слышала его вовсе, даже стук в дверь не возымел на нее никакого эффекта. Поджав губы, Драко прошел вглубь и присел возле ее кровати. Гриффиндорка лежала и смотрела в одну точку таким потерянным и уязвимым взором карих глаз, что ему хотелось прижать ее к груди и сделать хоть что-нибудь, чтобы гриффиндорке стало легче. Это его вина, не углядел, не защитил. Она просила не оставлять ее одну, а Драко, как последний дурак верил в то, что никто не решиться зайти в это крыло. Идиот! - Гермиона? Словно в прострации, она посмотрела на него, однако узнавание тянулось слишком долго. Ее реакции были замедленными, что пугало еще больше. Попытавшись взять девушку за руку, он ощутил резкий рывок и истеричный визг любимой. Словно придя в себя, Гермиона просканировала его взглядом. Тяжелый выдох дал ему понять, что она не боится его. - Драко, я... - девушка замолчала, так и не закончив фразу. - Я все знаю. Он... Что он успел сделать? - Сжав челюсти заговорил слизеринец, разозлившись снова, при этом стараясь не напугать Гермиону. Шатенка какое-то время молча рассматривала его лицо, а затем опускаясь взглядом ниже и остановившись на руках, открыла рот. Сейчас ему меньше всего хотелось слушать ее нравоучения, но девушка все таки спросила. - Скажи, что ты ничего ему не сделал? - испуганно спросила она. - Не сделал. - ответил Драко, после чего гриффиндорка расслабилась. - Пока... Гермионе не понравилось его замечание, Драко понял это потому, как она нахмурилась и поджав губы, посмотрела на него умоляюще. Нет. Пусть даже не смотрит так. Он не оставит все это так. Долохов пожалеет, что вообще родился на свет. Слизеринец найдет способ избавиться от него, зверь внутри утробно замурлыкал, соглашаясь. Никто не имеет право трогать эту девушку. Его девушку. - Драко, пожалуйста... - замотала головой Гермиона, стараясь взять его за руку и убедить не делать глупостей. - Ты не можешь жалеть всех нищих и убогих, Гермиона. Это животное прикасалось к тебе. Ты хоть представляешь, что он мог сделать с тобой, если бы не мой отец? Меня, черт возьми, не было рядом, чтобы это предотвратить. Меня, сука, не было! - Парень не сдержал данного себе обещания, не срываться при ней. Внутри все содрогалось от мысли, что он подвел ее, что Гермиона чуть не подверглась изнасилованию. Опустившись на кровать, блондин схватился за волосы, стараясь привести эмоции в норму. Гермиона видела его в таком состоянии впервые, для нее Малфой всегда старался быть непробиваемым. Когда был младше, кичился высокомерием и холодом, чтобы она обратила на него хоть какое-то внимание. Ведь если слиезнинец не делал этого, то становился для нее пустым местом. Но еще никогда не экспрессировал и не срывал маску. Сейчас же Драко сорвался. Облажался. Капитально. - Драко, посмотри на меня. - Прикоснувшись к его щеке, она мягко повернула его в свою сторону. - Со мной все хорошо. Он не успел ничего сделать. Я невредима. Ее карие радужки потеплели, смотря на него. Гермиона старалась успокоить его, хотя должен был успокаивать он. Сейчас в этой комнате блондин поклялся себе, что больше не повторит этой ошибки. Драко никогда не позволит никому нанести вред ей. Если нужно служить для этого Темному Лорду - хорошо. Уничтожить голыми руками таких, как Долохов - не проблема. Похоронить этот мир в руинах - он и это сделает. Гермиона будила в нем нездоровую тягу к разрушению всего, что может пусть даже косвенно угрожать ей. Она будет в безопасности ни смотря ни на что.