Голубая кровь и предрассудки

Пэнси сидела рядом со своими родителями в гостиной, ожидая, когда поместье Паркинсонов посетит семейство Ноттов. Сжав в кулаке ткань своего платья, брюнетка прятала свою обиду на отца. Гордо поднятый подбородок и с детства надрессированные манеры, демонстрировали безразличие юной аристократки. Никто не знал, как тяжело было ей принять свою судьбу и согласиться на помолвку с Теодором. Отношения между слизеринкой и ее отцом всегда были напряженными. Казалось, какой бы примерной она не пыталась быть для него, он всегда находил к чему придраться. С возраста шести лет, она получала взбучку, из-за того, что была слишком громкой, слишком не пластичной. В восемь лет, ее преподаватель по танцам сказал, что она хороша, однако отец заставлял ее кружить по залу по ночам до изнеможения, чтобы быть "идеальной". Когда она стала изучать французский, за каждое неправильное произношение, мужчина бил ее по губам. Пэнси стала первой по успеваемости, среди девочек Слизерина, она собой очень гордилась и ей не терпелось, чтобы отец похвалил ее. Однако, когда пришел табель успеваемости, Мистер Паркинсон разразился негодованием, что следовало стараться лучше, чтобы занять лидирующую позицию по всей школе, а не только в своем факультете. Перед пятым годом обучения, ее выбрали вместе с Грейнджер отправиться в Шармбатон по обмену, одну из двух из всего Хогвартса, между прочим, но и тут она получила Круцио, ведь грязнокровная выскочка снова обошла ее, каким образом не понятно. Наказывать таким образом Пэнси стали с пятнадцати, видите ли физическая расправа могла быть для нее более мотивирующей, нежели периодические оплеухи. Вскоре, она перестала стараться ему угодить. А какой смысл? От нее всегда будет чего-то "недостаточно". Выбор в женихи именно Тео, вместо Драко был аргументирован тем, что Малфои не были уверены в том, что брак между их семьями будет стоить того, а возраст девушки не резиновый. Забавно, ведь их невесткой оказалась та самая Грейнджер. Надо ли объяснять, что и за это ее не погладили по головке, ведь она слишком плохо старалась, ей всего-то надо было, влюбить в себя наследника одной из самых влиятельных семей. Пэнси Драко даже на самом деле никогда не нравился. Поездка во Францию была глотком свежего воздуха от постоянного притворства платонической привязанности к Слизеринскому принцу. Что насчет матери? Раньше Миссис Паркинсон старалась всячески помочь дочери исправиться, но с каждым годом, когда муж изводил ее тем, что это она виновата в том, что их дочь - сплошное разочарование, сдалась и стала раздражаться не меньше его. В этой "идеальной" семье, Пэнси была черным пятном, которое так и подмывалось оказаться выжженным из семейного древа, не будь она их единственным ребенком. Камин полыхнул и из него вывалился Нотт-Старший, волоча за собой своего приемника. Мистер и Миссис Паркинсон поднялись со своих мест, встретить долгожданных гостей. Слизеринка сделала над собой усилие, чтобы достойно поприветствовать свою будущую семью. Стряхнув невидимые пылинки со своего платья, она летящей походкой подошла к своему свекру и протянула свою руку для поцелуя, а после поцеловала в щечку своего жениха. Теодор был, как всегда, от иголочки. Его лукавая улыбка, сопровождала его всегда, куда бы тот не отправлялся. С ним было куда проще общаться, чем с тем же Малфоем. Парень почти невесомо принял ее в свои объятия, получая свой поцелуй. Подмигнув девушке, он уделил свое внимание Миссис Паркинсон, которой успел подарить льстивый комплимент и пожал руку ее отцу. Когда с любезностями было покончено, все отправились в большую столовую на ужин, который готовился с не меньшей тщательностью, чем если бы к ним заявился сам Министр. **** Вечер протекал ужасно скучно, когда наконец принесли десерт, девушка мысленно возликовала, что скоро она будет предоставлена самой себе, если конечно же, она снова не умудрилась чем-то разозлить родителей. Вкус торта не чувствовался, который она только из вежливости согласилась отведать. Мистер Нотт рассказывал о том, как какой-то недотепа из Министерства снова настаивал на упрощении условий сделок для регулирования международных отношений. Какая скука! Однако, как образованная представительница светского общества, она была обязана разбираться и в политике. И правда, куда ей до журналистики, ведь такой недостойной профессии удостаиваются только среднестатистический класс, пригодный прислуживать. Ее же миссия быть "идеальной" женой и прекрасной матерью будущих наследников, ведь для этого же она рождалась и воспитывалась с таким усердием. - Пэнси, может ты покажешь Теодору сад? - Тактично постаралась избавиться от детей Миссис Паркинсон. - Не стоит, Мередит, они уже не дети и должны быть в курсе предстоящего переворота. - Властно проговорил отец. Мисс Паркинсон поджала губы, не совсем согласная, но ничего не сказала. Мать всегда позволяла своему супругу помыкать ей и затыкать, когда тому того хотелось. Пэнси ненавидела это неравенство между мужчинами и женщинами в их кругах, она не хотела себе такой же судьбы, быть игрушкой того, кто когда-то заявил на тебя свои права. Всю жизнь она крутилась в мире, где проводился чертов аукцион, кто даст больше, чтобы та или иная, юная аристократка легла под их наследника. Напряжение в столовой выросло в геометрической прогрессии, но чувствовала себя не в своей тарелке, только слизеринка. Что-то происходило и судя по всему, дело было не в каком-то внедрении изменений в политике, что-то более глобальное, чем она могла себе представить и не ошиблась. - Темный Лорд и правда вернулся после чемпионата трех волшебников. Он собирает армию последователей и мы были удостоены честью стать их частью. - С неприкрытой гордостью проговорил глава семейства Паркинсонов, на что Нотт-Старший согласно поддакнул. - Он уже долгое время гостит в Малфой-Мэноре. Вакуум преобразовался вокруг слизеринки и постепенно стал вытягивать всю ее выдержку. Страх обосновался на задворках сознания, вводя ее в предобморочное состояние. Она многое слышала о первой магической войне, да ее сокурсник был тому неприкрытое доказательство, чьи родители умерли от рук Темного Лорда. Безумец, истребивший сотни магглорожденных, магглов и других неугодных ему. Геноцид ступал за ним, превращая все в руины. Жить под его началом и восхваляться этому могли только не менее обезумевшие психи. Пэнси знала, что когда-то ее родители были влюблены в его идею, но видеть своими глазами, триумф отца, пугало. - Отец, но... - Подорвалась девушка, не подумав, на что получила яростные искры во взгляде родителя. - Сядь, Персефона! - Мистер Паркинсон без слов пообещал ей неизбежные муки, а после удовлетворившись безропотным подчинением дочери, повернулся к другому представителю главы семьи. - Малфои назначили день помолвки Мисс Розье и юного Малфоя на субботу, Вы будете там присутствовать? Говорят, там будет исключительно подкупная пресса, чтобы не напрягать Повелителя преждевременным разоблачением перед всей Британии. - Конечно мы будем на этом приеме. Это знаменательный день, чтобы удостоить своим личным почтением. Разве не планировалось, что Ваша дочь станет будущей Миссис Малфой? - Уколол в больное место Мистера Паркинсона, Кантанкерус Нотт. Заметив перемену в настроении своего мужа, Мисс Паркинсон постаралась сгладить углы, продуманным ответом. Ей было страшно за себя и дочь после отбытия будущего свата. Кантанкерус всего лишь убеждался, что не совершает ошибку, забирая в невестки своему сыну их дочь. - Планировалось, но между Малфоями и Розье несколько лет назад был заключен магический контракт, основанный на Непреложном обете. Мы были очень обижены таким пренебрежением к нашей Пэнси, но Темный Лорд сам лично одобрил этот брак. Девчонка нужна ему, чтобы подобраться к Мистеру Поттеру. Кто мы такие, чтобы оспаривать решение Повелителя. - Намекнула на невежество Мистера Нотта в сторону Темного Лорда. Она ожидала, что страх перед владыкой, заставит собеседника прикусить свой проклятый язык. - Конечно. **** Горло саднило от криков и слизеринка молила Мерлина, чтобы ее отец получил свою сегодняшнюю норму садизма и отпустил ее. Слезы текли по лицу, а голова прижималась к полу, пока все остальное тело дергалось и вздымалось в воздух. Кости дробились под палочкой Мистера Паркинсона. Мужчина периодически прерывался, чтобы кинуть гневный взгляд на забившуюся в углу жену, но этого было очень мало для того, чтобы передохнуть. Пэнси хотела поскорее вернуться в Хогвартс, там она была в относительной безопасности и более здравом уме. Когда на фоне послышался хлопок дверью, брюнетка открыла глаза и уставилась невидящим взглядом в потолок. **** Гермиона сидела в своей комнате и убеждала домовиху, что не хочет, чтобы та обращалась к ней "госпожа". Спустя долгих десять минут, они пришли к компромиссу. Тинки категорически отказывалась называть гриффиндорку по имени и после каждой попытки бросалась к предметам, чтобы наказать себя, ведь невольно могла расстроить будущую Миссис Малфой своим непослушанием. Бедное существо металось между желанием осчастливить свою хозяйку и невозможностью подступиться к такой фамильярности. Обоюдно согласившись на средний вариант "Мисс", они закончили, так называемые дебаты. - Мисс нужно поесть, иначе молодой хозяин будет недоволен. - Бегая с подносом за девушкой по комнате, упрашивала Тинки. - Тинки, я поем, обещаю, но сейчас мне необходимо закончить кое-какие дела. Пожалуйста, оставь несчастный поднос и ступай по делам. - Гермиона собирала свои волосы в высокий хвост и ждала пока маленькая сообщница оставит ее одну. Девушке нужно было сконцентрироваться на фрагментах воспоминаний и выпить зелье, чтобы подготовиться к встречи Пожирателей и с Волан-де-Мортом. Такой знакомый, характерный хлопок прогремел в тишине, оповещая, что эльфийка исчезла. Прикрыв глаза, Гермиона занялась разделением разума. Склянка с жидкостью подлетела через всю комнату в руки, угождая воле гриффиндорке. Откупорив флакон, она опрокинула его в себя, как раз во время, чтобы успеть спрятать улики перед тем, как кто-то ворвался в ее спальню без единого стука. Юная Мисс Розье напряглась, ведь Драко всегда ради вежливости стучал в дверь, хотя бы один раз и только потом входил. Нарцисса стала дожидаться позволения девушки и только потом чтила ее своим присутствием, а Люциус никогда не приходил к ней. Воспоминания о том, что Долохов пробирался в спальню, чтобы застать ее там, были свежи. Плохое предчувствие окутало девушку, загораживая собой помутнение от зелья. Выскользнув из ванной, девушка готовилась к худшему. Удивление настигло ее, когда на пороге ее комнаты в странной позе стояла Беллатриса Лестрейндж. Темные, как ночь, вьющиеся волосы доходили до плеч, а черное платье облегало худое тело, напоминая, что совсем недавно, его хозяйка отбывала свой срок в Азкабане. Палочка вращающая круги между пальцев, поспособствовало ожиданию, неминуемого подвоха. - Я могу Вам чем-то помочь, Миссис Лестрейндж? - Вежливо поинтересовалась гриффиндорка, пряча свой страх поглубже. Женщина обернулась к ней и оскал окрасил ее лицо. Склонив голову к плечу, Беллатриса стала рассматривать фигурку невесты племянника. Скользящей походкой, подбираясь все ближе, она обхватила своими пальцами локон Гермионы и вдохнув запах, засмеялась. Гриффиндорка подсознательно выпрямилась, следя за движениями гостьи. - Я хотела поболтать, ты же не против? - Сгорбившись, захихикала женщина. Безумие в ней горело, пылало на всю округу. Думать о том, как она попала в спальню, защищенную родовой магией, не хотелось, возможно родственники по женской линии имели некоторые преимущества. Проглотив комок, девушка не разрешала себе проявить слабость. - Ты не подходишь Драко. Маггловские повадки не выведешь из тебя, даже будь ты трижды чистокровной. - Шпилька, брошенная в Гермиону, уколола в самое сердце. Напоминая, что ни магический, ни маггловский мир никогда не примет ее, несмотря ни на что. - Что ж, попробуйте разорвать этот контракт и я пожму Вам руку. - Не удержалась гриффиндорка, моля Мерлина, чтобы Драко никогда не узнал о ее словах. Сжав челюсти, Лестрейндж подняла свою палочку и направила прямо на собеседницу, загоняя в ловушку. Сжав свое древко покрепче, Гермиона прикидывала варианты, при которых могла бы обезвредить сумасшедшую и при этом остаться в живых в этом улье Пожирателей. - Я могу просто убить тебя и тогда моему племяннику не придется очернять себя такой непосредственностью, как ты. - Брезгливо поморщилась Белла. Чувство самосохранение требовало быстрого реагирования, скребясь о ребра. Девушка стала быстро перебирать все, что могло заставить Лестрейндж, увидеть важность сохранения ее жизни. Вспомнив самый весомый аргумент, Гермиона подняла подбородок и ответила, глядя в глаза женщине. - Попробуй, а потом будешь объяснять своему Повелителю, каким образом ты убила его ценный источник информации, в слежке за Гарри. - Кажется, это подействовало. При упоминании Волан-де-Морта, странные эмоции промелькнули на лице брюнетки. - Ты, как была грязнокровкой, так ей и останешься! Ты - ничто! И, когда Мой Лорд получит от тебя все, что нужно, я лично приду за тобой. - Прошипел ответ. Острые когти сомкнулись на шее гриффиндорки, задевая маленькую артерию и пуская чистую кровь. Внутри все затряслось от ярости, страх за свою жизнь исчез, вытаскивая боль и унижение, которому она столько раз подвергалась из-за того, кем даже никогда не была. Предательский мозг Гермионы выбросил на поверхность воспоминания, когда она сидела вместе с другими Пожирателями на том ужине, где эта психопатка льстилась, как кошка к Волан-де-Морту, умоляя о крупице внимания. Сопоставив все наблюдения и реакцию Пожирательницы, на имя того, кого нельзя называть, но она все равно называла, девушка отодвинула благоразумие подальше и заговорила. - А ты, сколько не мурлычь и не стелись перед Темным Лордом, он все равно никогда не глянет на такое полоумное, потерявшие остатки разума, подобие женщины. Спорим, он даже не удерживает свой взгляд на тебе дольше, чем на пару секунд? - С каждым произнесенным словом, женщина бледнела и дергалась всем телом, сильнее и сильнее. - Мерзкая девчонка, я убью тебя! Убью! Круцио! - Вспышка режущей боли раздалась по всему телу, разнося резонирующие отголоски по каждой клеточке. Тяжким грузом тело девушки повалилось на пол с истошным криком. Ни злорадствующая Лестрейндж, ни ослепленная пыткой Гермиона, не заметили появившийся на шум эльфийку, что молниеносно исчезла, перед этим ахнув от ужаса. Секунды перетекали в минуты, пока зубы прокусывали плоть губ и собственный язык, когда Гермиона попыталась не дать этой женщине, упиваться ее криками. Ногти на руках начали трескаться от того, как сильно гриффиндорка впечатывала их в пол. В полуобморочном состоянии, словно издалека послышался чей-то голос, звавший ее мучительницу. Боль отступила, оставляя после себя оглушение и помутневшееся зрение. Чьи-то руки оторвали ее от пола, запуская леденеющую дрожь, а после жар и опустили на постель. Знакомый аромат донесся до Гермионы, сигнализируя о том, что все закончилась. Она в безопасности. **** Драко бежал к комнате невесты, боясь увидеть непоправимое. Он тогда сидел со своим отцом на веранде, когда появилась заплаканная Тинки и сообщила, что его сумасшедшая тетка пытает Гермиону. Подскочив со своего места и со всех ног направившись к ней, Драко хотел только одного - успеть. Где-то на фоне бежал Люциус, разглагольствуя о том, что нет ни минуты покоя с этой девчонкой. Младший Малфой бы согласился, если бы не страх за нее. Ворвавшись в спальню, слизеринец застал картину, в которой его суженная извивалась от Круцио, пока Лестрейндж смеялась. Губы девушки были в крови, все тело билось о пол, как от высокого уровня электричества, пущенного по телу. Драко был знаком с этим не понаслышке, но не пожелал бы испытать этого ей. Только не ей. - Белла! - Взревел Люциус, отвлекая тем самым Пожирательницу от своего занятия. - Что ты здесь делаешь? Парень подлетел и опустился на одно колено, чтобы было удобнее подхватить Гермиону на руки. Ее все еще трясло, глаза закатывались, а руки безвольно висели, неспособные схватиться за него. Пока Драко нес любимую к кровати, оценивал нанесенный ущерб. - У нас тут был разговор, между нами девочками. - Послышался голос его тетки. Зверь внутри Малфоя взревел, требуя жестокой расправы. Заметив, что девушка дышит все размереннее, Драко развернулся к женщине. За считанные секунды, он подлетел к Белле и отшвырнув ту к ногам отца, вскинул свою палочку. Шокированная Лестрейндж вскочила и повторила его жест. Стоящий рядом Люциус, встал между ними и остановил, такую необходимую парню, дуэль. - Белла, уходи! Не заставляй меня применить к тебе силу! - Зарычал мужчина. - Вы что встали на сторону этой маггловки? - Взбунтовавшись, прошипела Пожирательница. Потеряв терпение, старший Малфой, схватил за локоть сестру своей жены и выволок из комнаты, закрывая за собой дверь. Тяжелое дыхание и не усмирившийся гнев бурлили в Драко. Он, блять, обещал, что с ней больше ничего не случиться! Однако, получите - распишитесь! Гермиона снова пострадала... С того момента, когда Долохов пытался ее изнасиловать прошло всего три дня. За это время его подход к заданиям Темного Лорда изменился. Он полностью отдавался обучению, ожесточаясь, под руководством внутреннего зверя, которому всегда было мало. Слизеринец понимал, что не успокоиться, пока Антонин не умрет медленной и мучительной смертью от его руки, теперь к этому списку прибавилась еще и Бэлла. Ему был нужен план, и как можно скорее. Обернувшись к любимой, он стал всматриваться в ее бледное лицо. А после не теряв ни минуты, влетев в ванную, засунул под воду, первую попавшуюся ткань и отправился к девушке, чтобы хоть немного остановить жар. - Тинки! - Зарычал Драко, легким движением он прикоснулся ко лбу Гермионы. Хлопок и Тинки уже стояла перед ним, закрывая своими ручками рот. Слезы грузными каплями стекали на пол, что была вероятность, что домовиха зальет весь Мэнор. - Принеси зелья, которые успокоит ее тело от Круцио, так же зелье сна без сновидений и охлаждающие мази. Да, и обезболивающее. - Проинструктировал слизеринец, прерывая истерику прислуги. - Живо!