Договоренность

Громкая мелодия заглушает тяжелые вздохи танцоров, скрывая их усталость от недовольной их исполнением преподавательницы. Нервное «Заново» за последние два часа прозвучало уже больше десяти раз, вынуждая подростков вновь расходиться по разные стороны большого зала, который сейчас заменял завтрашнюю сцену. И вот опять. В который раз они повторяют начало, как музыка резко перестает отдавать волнами в грудной клетке, оставляя лишь спокойствие и сбитое дыхание. Застывшая в воздухе Лиза виновато опускает поднятые руки, нервно опуская взгляд с потолка на держащего ее парня. Мужская ладонь отпускает напряженное бедро девушки, хватаясь уже двумя руками за тонкую талию. С громким стуком пуантов поставив девушку на деревянный пол, парень скованно завел руки за спину выступая чуть вперед девушки. – Соберись. – тихо шипит девушка прямо в спину парню. – Громов, – негромко начала хореограф, отходя от подключенного небольшого ноутбука к колонкам, – у тебя любовь к ней, понимаешь? Ты видишь ее и все тело сжимается. Да так, что тебе дышать тяжело. Ты ловишь ее, любишь, лелеешь, ласкаешь. До последней капли свою нежность отдаешь! Тебе хочется оберегать ее от всего на свете. Ты должен показать это не только у себя в голове, но и зрителям. Зрители должны поверить в вашу любовь. Должны чувствовать ее, – преподаватель так и взмахивала руками, показывая масштаб чувств, нежным тоном проговаривая немой сценарий. Эмоции так и менялись на ее лице, будто бы она сама безответно влюблена в первого встречного человека, словно она и есть главный герой. Резко нежность с ее лица пропала, а руки опустились в карманы черного свободного и закрытого платья. Строгое выражение вновь вернулось, выжидающе оглядывая пару в центре, – и переживать, как бы она тебе пощечину не зарядила. Если ты не сможешь, то Смирнов сможет. Пусть лучше забудет пару движений, чем лицо каменное будет демонстрировать. – серьезно оглядев всю группу, женщина направилась к столу с гарнитуром, не оглядываясь вновь говоря «Заново». Нежная мелодия вновь заиграла, вызывая уже тошнотворное ощущение от такого частого прослушивания. Натянув улыбку, девушка выбежала из невидимой кулисы выполняя словно на автомате заученные движения.  Данил то и дело, что из кожи лез, выдавливая из себя эмоции. С нежность подхватывал и кружил Лизу по залу, словно он и правда все еще влюблён в нее. Хореограф ходила то взад, то вперед, одобрительно кивая и выкрикивая положительные комментарии парню, давая надежду всей группе о скором окончании занятии. Аккуратно схватив голову девушки в оцепенение своих рук, парень притянул ее ближе. Так ранимо Даня потерся кончиком прямого носа о разгоряченные щеки Елесеевой. Прижавшись своим лбом к ее, они замерли, тяжело дыша. Горячее дыхание парня в моменте опалили девичьи губы, вызывая табун мурашек и тоску по так некрасиво законченным отношениям. Сердце сильно забилось, вырываясь из тела Лизы. Руки так сильно вспотели, что мокрые пальцы начинают скользить по горячей шеи парня. – Наконец-то. – устало процедила женщина хлопая в одиночестве, – Все, домой идите. Завтра в театре без опозданий. Резко отпрянув от парня, Лиза быстро вытерла вспотевшие ладони о купальник. Обойдя голубоглазого девушка словно полей устремилась в девичью комнату, громко постукивая старыми тренировочными пуантами по полу, выбегая с зала. – Господи, я так устала! – выкрикнула Катя, присаживая на соседний от расплывшейся по своему месту Лизы стул, поворачиваясь к сероглазой, – Ты как? – У меня такими темпами никотиновая зависимость разовьется. – пробубнила девушка, прижимаясь подбородком к грудной клетке и вытягивая по разные стороны длинные ноги. – Пачку сними, помнешь же. – напомнила девушка, стягивая с себя не особо привлекательно пахнущую форму. – Ну и ладно, – отрешенно ответив, Лиза притянула к себе ногу, развязывая потрепанные атласные ленты на своих щиколотках. Стянув тяжелую обувку, с треском начала разматывать лейкопластырь с пальцев, разминая их второй рукой, – Мы завтра вместе поедем? – Да, дойдешь до меня? А там уже такси закажем, не хочу тащить костюмы. Они такие тяжелые! – театрально похныкав, Катя ехидно улыбнулась. Скинув белые легинсы на пол, она осталась в одном белье, встала между раскинутых в разные стороны Лизы, присаживаясь на колени и притягивая русоволосую голову к своей, повторяя движения бывшего парня девушки, томно вздыхая, – О, Лиза, прости меня! Я был неправ. Я так хочу поцеловать тебя! – сделав из нежного голоса грубый, девушка прошлась языком по щекам Лизы, вызывая самое брезгливое выражение лица у подруги и смех девочек по комнате. – Фу! – оттолкнув от себя Катю, Лиза громко засмеялась, несильно опираясь стопами в лежащее на полу тело подруги, отталкивая ее от себя подальше, – Мерзость то какая! – стягивая с себя купальник, девушка рукавами стала вытирать мокрые следы на своем лице. – Вы еще поебитесь тут. – недовольно проворчала, вошедшая в комнату Иванова, презрительно кидая взгляд на двух подруг. – А тебя что, не поебывают уже? – перевернувшись на живот и подперев свою голову руками, Катя стала покачивать ногами, ехидно улыбаясь Вике. – Бред не неси. – прыснула Иванова, скидывая свою пачку на Катю. Лиза тихо засмеялась, скидывая тренировочный костюм в свою сумку, с улыбкой смотря за вроде бы с такой серьезной темой, но в то же время шуточной перепалкой. – Божечки! Какими мы обиженками стали. – нежно проговорила Катя, поднимаясь с пола и откидывая белую пачку танцовщице. – Ой, ты чего так быстро собралась? – встревоженно спросила девушка, оглядываясь на уже натягивающую толстую кофту Лизу. – Устала, выспаться хочу. – пояснила девушка, направляясь к вешалке с уличной одеждой. – Чего ты там устала? Тебя на руках постоянно таскают. – встряла Иванова, перекидывая одну ногу на другую и со вздернутой бровью и вечным сучьим лицом стала смотреть на Елесееву, заставляя ее замереть в одной позе. Вздернув плечами, чтобы тяжелое пальто упало на хрупкое тело, девушка повернулась к невозмутимой брюнетке. Ее лицо не выражало ничего, кроме усталости от вечных язвительных комментариев в свою сторону от Ивановой. – Так иди и попросись на мое место, раз думаешь, что так легко, когда тебя на руках постоянно таскают. Или тебе просто завидно, что Громов со мной танцует?  – в кромешной тишине Лиза тихо обулась и попрощавшись вышла из комнаты. Тихо вышагивая по дешевому кафелю, Елесеева поправляла одежду, которую так на спеху и на эмоциях небрежно натянула. Подняв голову, перед девушкой в холле около выхода стоял голубоглазый парень, поправляя широкую лямку своей сумки с формой и смотрел на идущую к выходу и словно поникшую девушку. – Лиз, – позвал ее парень, идя на встречу к ней, – давай поговорим? – Мы уже все обсудили. – ответила она, проходя словно мимо мебели. – Елесеева, ты серьезно? – возмутился парень, быстрым шагом догоняя девушку и дергая ее за лямку спортивной сумки, – Ты не можешь с ним трахаться. Ты специально меня побесить хочешь? – Больно надо. Отцепись от меня. – откинув руку парня со своей сумки, девушка отвернулась открывая дверь на улицу, как тут же почувствовала крепкую хватку на своем плече. – Ты врешь мне. – его голос погрубел, а рука словно вжилась в девичье плечо, окольцовывая его, не позволяя ей двинуться с порога учебного здания. – Отпусти меня. – прокричала та, пытаясь вырваться из крепкой хватки и выбежать на улицу. Сумев вытянуть свою руку, она быстро спустилась по небольшой лестнице пошарпанного крыльца, разворачиваясь к выходящему из здания парню. – Совсем что ли? – снова прокричала она, испуганно оглядывая парня. – Не ори. – Да как здесь не орать, если ты мне больно постоянно делаешь? Что тебе вообще надо от меня? Тяжело дыша, она косо из-под нахмуренных бровей смотрела на стоящего около входа растерянного парня. Сама была похлеще него похожа на потерянного щенка, испугавшегося шума машин. Ее плечи были напряжены, ладонь крепко держала шершавую широкую лямку тяжелой спортивной сумки, которая обычно тянула одно из двух хрупких плеч вниз из-за своего веса. Но сейчас, мышцы настолько окаменели, что не позволяли даже теребящим пальцам отпрянуть от сумки. Пальто висело на одной руке, а капюшон кофты больше не лежит так равно, как до выхода из серого здания с панорамными окнами. – Ты можешь просто не лезть ко мне? – тихо спросила она, вновь поправляя одежду. – Нет. – ответил он, спустившись с крыльца и останавливаясь перед сероглазой, – Почему он, блять? Он же барыга. Баб меняет каждые выходные. Он же кинет тебя, как игрушку не нужную! – прорычал парень прямо в небо. – Как ты? – ее голос был спокоен, лицо больше не излучало мимолетного страха. Лиза просто смотрела на него, как желваки на его скулах двигаются невпопад, губы сжаты в тонкую линию, а ноздри так сильно расширяются при каждом вдохе, будто бы он пытается вдохнуть весь воздух в этом курортном поселке. – Я тебя не кидал. – Ну вот не надо сейчас меня лечить. – устало вздохнув, Лиза поправила лямку сумки не отводя взгляда от рассерженного парня, – Разговор закончен. Не облажайся завтра на конкурсе. Развернувшись, девушка тихо ушла, оставляя парня так и стоять около учебного помещения, заставляя смотреть в отдаляющуюся спину в вечернем мраке. Руки тряслись, а в груди так и ныло навязчивое чувство обиды и желание вернуться и признаться ему, в том, что Лиза специально наговорила про отношения с парнем из параллели, чтобы позлить Громова, который так некрасиво поступил с ней. Но вместо того, чтобы сдаться и принять, что тот был прав, говоря о ее специально вызванном чувстве ревности в парне она продолжила отдаляться от парня все еще смотрящего в рассеивающийся силуэт в легком морском тумане. Стоя в стороне гримерки, Лиза не спеша собирала костюмы в матовые чехлы слушая Катю, которая так оживленно планировала завтрашний вечерний сбор подростков и алкоголя в одном заброшенном помещении. Она так активно двигалась с широкой улыбкой воображая веселье, в которое ей так не терпится окунуться, что Елесеева сама себя представила рядом со своей подругой в разгаре событий, даже не замечая, как они уже собрали все свои вещи и двигались к большим дверям, ведущим на улицу из театрального помещения. – И может мы и тебе нового хахаля подцепим, – тут же Катя замолчала, удивленно хмыкая и смотря куда-то сквозь Лизы, хмуря брови, – А эти, что тут забыли? Заинтересованно обернувшись Лиза заметила стоящих в стороне двух подростков, оживленно беседующих о чем-то. Меленин негромко смеялся поеживаясь от холода, утыкаясь носом в свой длинный шарф, пока Кислов прыгал на месте, заставляя отросшие волнистые волосы двигаться вместе с ним. – Я только Егора звала, – будто напомнив самой себе, девушка стала подходить ближе с подругой под руку к смеющимся парням, – Привет. А ты какими судьбами здесь? – спросила та, обращая все свое внимание парню в пальто, немного косясь на брюнета. – Это я его взял. – объяснился Егор, вставая ближе к другу и незаметно толкнул того в плечо. – А, точняк! – воскликнул тот, вытягивая из-за спины руку с небольшим букетом с совершенно разными сортами цветов, – Это тебе. На высоте ваще была, Волочкова. Лиза удивленно подняла взгляд с букета на ухмыляющегося парня и покосила на рядом стоящих подростков, будто бы проверяя их реакцию на происходящее. Катя стояла в полном окоченение с идентичным Лизе лицом, непонимающая несвойственные выходки парня. А вот Мел стоял спокойный, словно контролирующий ситуацию. – Мне? – неуверенно спросила Лиза, хлопая накладными густыми ресницами, все также пытаясь остановить свой взгляд либо на парне, либо на протянутых цветах. – Не подружке же твоей. Не тупи, Волочкова. – нервно сказал Ваня, громко вздыхая и втискивая букет в обернутую подругой руку Елесеевой, – Пойдем уже. Я тут задубел, пока ждал тебя. Оттянув за плечи девушку, Кислов повел ее подальше от театра, пока та через плечо с недоумением смотрела на брошенных друзей. Получая невнятное мотание головой от подруги, мол та сама не поняла, что сейчас произошло. Лиза шла молча половину пути, пока парень то и дело рассказывал какие-то незначительные истории, негромко посмеиваясь и выкидывая едкие комментарии про ситуации и людей, учувствовавших в ней. При очередном поправлении сползающего чехла с костюмами с рук девушки и сумки с ее плеча, Кислов остановил ее. Выхватив вещи с девичьей охапки, закидывая сумку через свои плечи, а костюмы кинул себе на руку, повторяя его положение в котором несла его Лиза. – Епта, у тебя ваще откуда силы таскать эту дрябедень? – возмутился он, поправляя спортивную сумку и посмотрел на вновь не понимающую ничего Лизу с букетом в руках. – Привыкла уже. – спокойно ответила та, продолжая идти по дворам. – А че, бритый твой не помогал тебе? – догнав девушку, Ваня поравнялся с ней с усмешкой допрашивая ее о Дане. – Он не мой. – Да ну! Смотрел на тебя так, будто сердце ему разбила. – громко засмеявшись, он невесомо толкнул ее в плечо, ожидая язвительных комментариев. – Да? – удивленно спросила та, поворачиваясь с широкой алой улыбкой на лице, – Ну и хорошо. Остановившись около плохо освещаемой яркой лавочки, рядом со входом в подъезд Лиза немного потоптавшись на месте протянула руки выжидающе смотря на парня. Кислов тут же усмехнулся подходя ближе к танцовщице. – Ух ты. Как наши отношения быстро развиваются! – саркастичным тоном отметил парень, как сразу же уперся грудью в девичьи ладони. – Вещи. – сказала та, кивая на свои костюмы с сумкой висящие на парне. – О, нет! Сначала благодарность. – помотав головой и устремив свой взгляд в небо, парень приблизился к девушке на пару сантиметров, демонстрируя покрасневшую от холода щеку, но Лиза и с места не сдвинулась, лишь невозмутимо сложив руки на груди смотрела на Кислова. – Выбор за тобой либо невинно чистый поцелуй, либо горячая кружка чая. Лиза громко усмехнулась, пытаясь сдержать улыбку на своем лице. Развернувшись к входу в подъезд, она помотала головой, пытаясь сбросить со своего лица задорные эмоции. Подозвав парня, сероглазая приложила ключ к домофону, открывая тяжелую дверь с противным писком, пропуская вбегающего в подъезд брюнета. – Невинно чистый, – повторила она, снова смеясь и спотыкаясь по шершавым бетонным лестницам. – Я вообще-то романтик, так что не советую смеяться, – проворчал парень, плетясь позади девушки, остановившейся на втором этаже у массивной двери, обернутой в темно-коричневую кожу. – Оно и видно. – провернув ключи в замочной скважине, Лиза широко распахнула дверь, вновь пропуская парня вперед. Закрыв с глухим хлопком дверь, Елесеева аккуратно сняла свою обувь, составляя ее рядом с обувкой родителей. Подойдя к Кислову, она забрала с его рук вещи унося их в свою комнату, оставляя гостя в прихожей. Аккуратно повесив чехол с костюмами в небольшой шкаф и скинув сумку рядом с кроватью, она обернулась, замечая Ваню, стоящего на проходе, оценивающего светло-нежную комнату танцовщицы. – Мило, – прокомментировал он, взглядом провожая выходящую из комнаты девушку, снимающую верхнюю одежду. Пройдя в небольшую кухню, Лиза щелкнула кнопкой на стене, позволяя холодным лампочкам в миниатюрной люстре осветить комнату. Пока гость сидел за трехместным столом, опираясь о стену и грея свои руки, хозяйка заливала воду в электронный чайник и доставала сладости, оставляя их на столе. Сев напротив Вани, сероглазая смутилась пристального и нахмуренного взгляда гостя, который уже наклонился через стол, разглядывая лицо русоволосой. – Чего? – тихо спросила та. – Вы всегда столько штукатурки накладываете? – чуть склонив голову спросил Киса, кривя лицо продолжая всматриваться в яркий макияж. – Под каждый танец свой макияж идет. – А родаки где? – схватив сладкую трубочку с тарелки, спросил он, разглядывая пустую квартиру. – На работе. – поднявшись с места, Лиза разлила кипяток по большим кружкам с фруктовыми пакетиками чая. Вновь заняв свое место, девушка устремила пронзающий взгляд на гостя, поедающего сладости, будто бы не замечая ее взгляда, – Зачем пришел? – Ты же сама впустила. – Я про выходку с цветами. – Ну ты странная, конечно, Волочкова. Гулять зову, а ты отказываешься. Зато Мела на конкурсы зовешь. – поставив кружку на стол, он уперся локтями о деревянную поверхность, покрытую прозрачной клеенкой, осуждающе смотря на девушку, – Пришел посмотреть, думал погуляем там че кого, а тут даже лучше. В тепле и наедине. Лиза тихо засмеялась убирая с лица всю серьезность. Пытаясь не подавиться горячим чаем, девушка тихо прокашлялась, с широкой улыбкой возвращая все свое внимание парню. – Можешь переставать стараться. Я знаю про спор. – В смысле? – замялся тот, выпрямляясь, – Откуда? – Ты правда думаешь, что Ритка не узнает любую стоящую информацию или сплетню? – с усмешкой спросила Лиза, скрывая свою улыбку большой белой кружкой. – Пиздец, Ритка твоя. Весь кайф, сука, убила. – громко и нервно высказался Ваня, закидывая голову назад. – Да ладно тебе. Можем помочь друг другу теперь. – Ну помочь друг другу это тема, вообще однозначная, – вдруг оживился брюнет, возвращая позу обратно, склоняясь над столом и широко улыбнулся, сверкая прямым рядом зубов, – Ну и как? – Я случайно ляпнула Громову, что мы вместе. – замялась вдруг Лиза, и теперь скрывала кружкой не улыбку, а смущение. – Случайно? – спросил Кислов, вскидывая брови до появления складок на лбу, – Не, я конечно, не против замутить с тобой, но только, если это будут свободные отношения. – Кислов, ты придурок? – громко возмутилась Елесеева, получая удивленный взгляд, – Мысли шире! Деньги свои получишь, и сил на секс тратить не нужно. Ну и Громова побесим пару раз. Он и так думает, что я ему вру. – Так и есть. – громко засмеялся тот. Получив пинок от девушки под столом, он замолчал, поднимая одну руку, в знак того что сдается, а второй стал доставать телефон из кармана черной большой кофты с замком, – Все-все! Сейчас все сделаем. – Ваня стал рыться в телефоне продолжая смеяться, только уже на много тише, – Ну ты и мстительная, Елесеева. Пока Кислов, увлеченный перепиской в телефоне, тыкал по экрану и изредка отпивал все еще горячий чай, Лиза уже вымола свою опустевшую кружку и направилась в ванную, чтобы снять концертный макияж. Отклеив густые пластмассовые ресниц, Лиза смочив ватный диск мицеллярной водой стала интенсивно потирать веки, снимая черные, словно уголь тени со своих глаз. – Эй, Волочкова! – вдруг позвал ее парень, оставленный в одиночестве за кухонным столом. Выйдя с ванной комнаты, Лиза продолжала тереть веко ватным диском, остановилась рядом с сидящем за столом парнем, разглядывающим какие-то фотографии в телефоне. – Чего? – спросила она, выкидывая черный диск в мусорной ведро под раковиной. – Смотри, что у твоей Ритки в паблике выставили. – выделив имя своей одноклассницы, парень протянул телефон с открытой записью. «Романтика пришла замой) Анон.» гласила надпись, под которой были подкреплены пару темных фотографий сделанные в дворах десятиэтажек, где на одной плохо освещаемой Кислов несет вещи сероглазой, пока та держит букет с цветами, а на второй он с улыбкой тянется к девушке около ее подъезда. Сердце Лизы быстро застучало, увидев количество просмотренных запись и сколько уже комментариев она набрала за десять минут ее существования. Румянец на щеках стал проглядываться сквозь толстый слой светлого тонального крема. Прикрыв ладонь глаза, Елесеева громко плюхнулась на соседний стул, откидываясь на его спину и протянула парню телефон обратно. – Господи, если бы не твой тупой спор, то ничего бы сейчас не было! – взвыла Лиза, не меняя позы. – Ищи во всем плюсы, Волочкова. – с задором проговорил Ваня, чуть склоняясь к обездвиженной Лизе, но сразу же вернул свое внимание пиликающему телефону, – Этот полупокер не верит. Просит фулл. – Чего? – воскликнула Елесеева, подрываясь со своего места и выхватила телефон у парня. – Ну там видео или фото как мы развлекаемся. – ухмыльнувшись, Ваня подмигнул взвинченной Лизе, которая то и дело, что перечитывала последние сообщения одиннадцатиклассника, с которым Кислов поспорил. – Ты, – прорычала та, напрягая и растопыривая пальцы на руках, будто бы сжимала голову своего гостя, да так, что вены на руках вздулись от напряжения, – Ладно, сделаем. – опустив руки, сквозь зубы согласилась она, выходя из комнаты. – Че прям сделаем? – радостно засмеялся парень, провожая взглядом напряженную девушку, – Только смой штукатурку свою! – Иди в задницу! – прокричала Лиза из ванной комнаты. – Если только в твою. – крикнул кареглазый с широкой улыбкой на лице, получая в ответ лишь громкий хлопок двери, заставляя того смеяться громче. Тихо ругаясь себе под нос Лиза смывала остатки макияжа, то и дело кидаясь ватными дисками в маленькое мусорное ведро. Выбросив последний мягкий кругляшек, она быстро сполоснула лицо холодной водой, чтобы смыть злость и смущение с красных щек. Промокнув мокрое лицо сухим бежевым полотенцем, Елесеева скинула с себя белый свитер с крупной вязкой в стирку, оставаясь в обтягивающей черной майке, которая то и дело собиралась в складки на талии. Выйдя из комнаты, она встала посреди коридора, высматривая узоры на спине у кофты Кислова, ожидая, когда он обратит внимание на громко вышедшую девушку. – Идем. – сухо позвав парня, Лиза раскрыла дверь в свою комнату, устало ложась на кровать. Вальяжно зайдя в комнату, Кислов кинул взгляд на недовольно лежащую на одноместной кровати Лизу и слабо улыбнулся начиная расстёгивать и снимать с себя массивную кофту. – Зачем? – тут же подорвавшись на локтях спросила Лиза, сводя брови вместе, – Мы не будем спать. – Чтоб правдоподобно было, – ответил Ваня, снимая с себя белую футболку с серыми пятнами в виде дизайна и кинул ее в девушку, – Надень. Неуверенно кивнув, Лиза отвела взгляд от оголенного торса парня из параллели, то и дело пытаясь не поднимать глаза на все ближе и ближе подходящего патлатого брюнета. Протиснув голову через узкий воротник Елесеева заметила уже лежащего рядом парня, который не занятой телефоном рукой хлопал по оголенной груди, подзывая девушку приблизиться. – Ложись давай, недотрога. – притянув ту за локоть, чтоб она упала рядом, он уместил тело Лизы между своей рукой и телом, укладывая маленькую голову с залакированными волосами к себе не грудь. Тихо цокнув, Кислов притянул руку Лизы, на которую она опиралась и положил ее к себе на левую грудь, пока на правой покоилось зарумяненное лицо девушки, укладывая свободную руку на узкую талию и притянул ближе, – Тебя что, учить надо как женщина с мужчиной после секса отдыхают. Не маленькая уже. Когда парень вытянул руку с телефоном, чтобы сфотографировать их, Лиза уткнулась носом в вроде бы костлявое, но и в то же время, покрытое видимыми мышцами, ребро парня, вдыхая такой знакомый запах дезодоранта. Пока Кислов фотографировал их с разных ракурсов, то сверху, то снизу, то в зеркало, то сбоку, Лиза пыталась понять вкус средства от пота. Акс с темным шоколадом. Таким пользовался Громов уже несколько лет. Притянувшись ближе, Лиза убрала с мужской груди руку, крепко обнимая того, погружаясь в знакомы запах. И вот вроде бы обида была настолько сильной, что она подстроила выдуманные отношения с парнем из параллели, с которым она перекидывалась только парой фраз по поводу учебы, которая ему была не особо и интересна. Но запах, который она сейчас чувствует так одурманивает, возвращая романтичные воспоминания, почти перекрывая чувство боли и обиды. Они также лежали на небольшой кровати девушки. Она у стенки, а он на краю. Грубые пальцы также ласкали тонкую талию, а ее рука также крепко обнимала покрытое мышцами тело. Он шептал ей планы на их совместное будущее, комплименты или же мирно сопел ей в макушку. Но сейчас нет этих планов, комплиментов и сопения, как и его самого. Рядом лежит почти незнакомый парень, о котором она знает только по рассказам своей подруги, являющейся его одноклассницей. Парень, который делает фотографии, чтоб получить деньги со спора. А вот сам Данил скорее всего мило проводит время с Викой. Рассуждая теперь с ней планы на будущее. Но тогда на кой черт, он не отстает от Елесеевой, уверяя ее в том, что он не бросал ее, что Кислов ей не пара и что он бросит ее. Она и сама понимала это, поэтому и не интересовалась им в романтическим плане. Но каким же сильным было желание доказать обратное. Уверить его в том, что она не убивается по нему. Не скрывает свою тоску по своему первому парню, которым Громов сам и являлся. Ей так хотелось показать, что он ей не нужен, что теперь она заинтересована в другом. Сделать также больно, как и он ей. Но также хотелось рассказать всю правду. Сказать, что она ему соврала. Сказать, что Кислов ей неинтересен. Чертова обида, боль и желание мести было сильнее чувства тоски и скорби по законченным отношениям. – Ты спишь? – тихий вопрос вытянул Лизу из собственных мыслей, заставляя ее раскрыть глаза и отпрянуть от полуголого тела. – Нет. – ответила та, вновь опуская голову под руку парня, позволяя тому вновь гладить ее по талии, – Прокатило? – тихо спросила Лиза, от которой уже и не веяло напряжением. – А то! – усмехнулся парень, подрываясь с кровати и начал мелко подпрыгивать на месте, после оповещения о поступлении на счет денег, оставляя нагретое место на кровати и талии девушки мерзнуть, – Ну ты прям вжилась в роль. Стянув с себя футболку парня, Елесеева кинула в хозяина его вещью, удобно усаживаясь на своей кровати Лиза стала наблюдать за одевающимся в свои вещи парня. Встав с кровати, Лиза небрежно подтянула свисающие серые спортивные штаны, провожая парня к двери и всучила ему его массивную темную куртку, тем самым намекая ему на самый скорейший уход. Пока гость одевался, Лиза открывала замки на дверях, чтоб спровадить парня домой. – Елизавета, с вами было приятно вести дело. Надеюсь на скорое сотрудничество вновь. – сказал с улыбкой кареглазый низко клонясь и протянул руку, вздернув головой, тем самым убирая отросшие волосы с глаз. – Главное не забудь, что перед Громовым мы вместе, а так делай, что твоей душе желается. – пожав протянутую ладонь, девушка убрала руки в карманы, смотря на вновь ухмыляющегося парня. – Да мы походу перед всеми теперь вместе. – засмеялся парень, но в ответ увидел лишь еще шире раскрытую дверь, – И что, не поцелуешь даже своего любимого? – Иди домой, любимый. – протолкнув парня в подъезд, Лиза коротко махнула рукой на прощание и закрыла перед ним дверь, возвращая положение замков обратно. Схватив букет цветов с рабочего стола, Елесеева поместила его в прозрачную вазу с ледяной водой, чтоб тот дольше простояли. Поправляя нежные лепестки срезанных растений, в кармане девушки раздалась слабая вибрация, уведомляющая о новом сообщении. Восемь вложений от Кислова, которые являлись теми самыми фотографиями с ненастоящей историей. Просмотрев каждую, Лиза сохранила пару фотографий к себе на телефон, продолжая рассматривать, как полуголые Ваня нежно прижимал к себе одетую в его широкую футболку Лизу, пока та мило притворялась спящей.

Елизавета Елесеева

«Спасибо за цветы»

Иван Кислов «Всегда пожалуйста)»