Договоренность

Тяжелый день сменился одиноким шумом волн на пустующем пляже, где чуть больше недели назад отдыхала огромная компания подростков.  Неоткуда взявшаяся самостоятельная работа по истории с самого утра испортила настроение всем ученикам десятого «б». Учительница не предупреждала о проверке, просто всучила большой лист с заданиями из незаконченной главы в учебнике. Лиза была уверена, что напишет ее на не вызывавшую гордость оценку. Зато успела в конце урока чуть смазано сфотографировать задания и отправить яркой подруге и юному поэту из параллельного класса, чтобы они не облажались, как танцовщица. В зале хореограф то и дело, что с силой растягивала подростков. И если бы они еще детьми не переломали бы себя, добиваясь гибкости, то Татьяна, явно бы оставила их сейчас лежать дома с гипсом на всех конечностях. Так еще и Громов как назло таскался с Викой всю тренировку, нарочно мозоля глаза своей бывшей. По-странному утомительный день, выжал из Лизи все силы и привел на каменистый пляж без единой живой души. Волосы, натянутые в тугую гульку, не развивались на морском ветру. Они оттягивали кожу, заставляя ее тянуться к основанию немного взлохмаченной прически. Но ветер обдувал кожу лица, явно потом аукнется сухим раздражением на щеках. Уши заткнуты проводными наушниками от продукции с откусанным яблоком. Монеточка, негромко поющая о том, как она бомжевала бы возле трасс, едва могла преуспеть по громкости бьющуюся об саму себя воду. Лиза шепотом пела в месте с певицей строчки ее песни, разглядывая приходящую и уходящую через секунду пену от волн, почти касающихся ее уже заляпанных белых кроссовок. О дожде тоже никто не предупреждал, благо он начался и закончился во время утомительной растяжки. Лиза бала так рада, что ей придется только вымыть кроссовки, а не стирать промокшую дождем одежду. Нежный голос певицы затих на мгновенье, оповещая девушку о новом уведомлении на телефон мирно покоившийся в кармане поджатого пальто. Чуть пристав с корточек, Лиза достала мобильник, возвращаясь в прежнее положение. Смахнув всплывшее уведомление от кучерявого брюнета, Лиза потушила экран одним нажатием кнопки на ребре смартфона, начав вращать его в руках. Думая, стоит ли отвечать на сообщение «скучаешь?», Елесеева снова разблокировала экран своим едва видневшимся лицом в позднем вечере. Но отвернулась от горящего экрана к приглушенным шагам. – Нарочно игнорируешь меня? – прозвучал хриплый голос парня, остановившегося рядом с сидящей Лизой. – Только хотела ответить, – стянув наушники, начала наматывать их на руку, показывая открытый список диалогов, – Чего делаешь тут? – К пацанам шел, смотрю ты тут, – Лиза кивнула, убирая телефон в карман, ничего не отвечая смотрящему на нее парню, – Избегаешь меня? – Нет, – тихо ответила она, поднимая голову, увидев, что тот продолжал стоять и смотреть на нее, сразу отвернулась лицом к воде. – Че тогда бегала от меня по школе? – Я не могла бегать от тебя. Ты же не подходил. – А вот как, – усмехнулся, присаживаясь также на корточки рядом с ней, – Только шаг в твою сторону сделаю, сразу уходишь. – Тебе показалось. Я же сейчас не убегаю, – чуть улыбнулась Лиза, утыкаясь и шмыгая носом в рукав пальто, следя за реакцией парня. – Да у тебя особо и вариантов нет, куда убежать можешь, – хохотнул тот, – Холодное море такая себе перспективка. – Красиво, – прокомментировала Лиза, смотря на приближающиеся волны к ним, получая тихое угуканье от парня, даже не смотрящего на воду, – К друзьям не собираешься? – Не, они на какой-то тухляк собрались идти. Не хочу помирать от скуки. – Бухаете во вторник? В субботу же собирались. – удивилась Елесеева, частому посещению вечеринок, повернулась к нему, пытаясь поймать зрительный контакт из-под падающей волнистой челки на глаза Кислова. – Ну да, а че еще делать? Дома тухнуть? – с улыбкой спросил Ваня. – Но тухнешь тут со мной. – Да не, норм все, – Кислов немного нахмурился, смотря на протянутую руку с небольшим термосом, беря его в руки, – Эт че? – Чай, – открутив крышку, Киса почуял травянистый горячий пар, останавливая тяжелый стакан рядом с лицом, – Не бойся ты так. Это ромашковый чай. Лиза тихо посмеялась, наблюдая, как парень недоверчиво отпивал горячий напиток. Встав, она размяла затекшие ноги, смотря на продолжавшего пить содержимое термоса, Кислова. Немного подождав, пока тот напьется и встанет. Лиза забрала уже пустой термос, убирая его в свою спортивную сумку, идя бок-о-бок с кареглазым. – Кстати, мама вчера твоя приходила, – вспомнила Лиза долгие разговоры женщин на кухне. – А, вот куда она пропала. Думал, уже хахаля себе нашла. – С чего ты взял? У нее никого нет? – удивленно спросила Лиза, ведь мысль о том, что у мамы Вани нет мужчины была для нее немного шокирующей новость. – Не-а. Слиняла по-тихому, а пришла радостная. Конечно, подумал, что мужик появился. Всю дорогу до дома девушки, они обсуждали своих родителей и учебу. Ваня даже не жаловался на преподавателей школы, ведь те уже перестала даже ему утверждать, что парень он умный, но до жути ленивый и непоколебимый в отношениях с учебой. А вот Елесеева наоборот, жаловалась на ту самую учительницу истории, устроившую внеплановую проверку знаний. Кислов искренне удивился внезапному негодованию от девушки, когда начал рассказывать историю происходящий на уроке исторички. Отодвигаясь от Лизы и смеясь на размахивающей руками балерины. Подходя к своему подъезду, Лиза продолжала возмущаться отобранными телефонами на самостоятельной работе, будто бы и не планируя прощаться с парнем, сразу открыла под писк домофона, тяжелую дверь. Повернувшись на оцепеневшего словно антилопа при свете фар парня, Лиза кивнула в темный подъезд, дожидаясь пока он наконец сдвинется с места. Кислов с прищуром обошел Елесееву, вступая на шершавую лестницу, продолжая оглядываться на бурчащую Лизу, пригасившую его в гости. – Ты есть будешь? – спросила Лиза, снимая с себя верхнюю одежду и забрала куртку у парня, вешая их на плечики в небольшой шкаф. – Да, – пропустив девушку первую на кухню, он сел за то же место, за которым сидел в прошлый свой визит. – Еще Данил сегодня в зале, как придурок себя вел. Будто на зло мне стал крутиться рядом с Ивановой, – проворчала Лиза, ставя тарелку, наполненную едой в микроволновку, и повернулась к гостю, упираясь тазом о столешницу, – Зачем за мной носится, если к ней сразу бежит? – Я вообще понять не могу, что ты в нем нашла. Слюнтяй твой Данил, так еще и смазливый, как черт. – возмутился Ваня, – Ладно, я понимаю любовь, все дела. Но настолько? – Любовь зла, полюбишь и козла. – ответила Лиза, отвлекаясь на тихое пиликанье микроволновки. – Вот тут ты верно подметила, – Ваня посмотрел на поставленную тарелку перед ним, осматривая содержимое, – Перцы? – Да, а что? Ты не ешь их? – немного заволновалась девушка, протягивая руки к глубокой тарелке, дабы забрать ее. – Ем, просто моя сегодня их тоже готовила, – кивая на соседний стул, чтобы Лиза села рядом, Ваня откусил большой кусок перца, наполненного фаршем, – А ты что не ешь? – спросил Кислов, пытаясь прожевать откушенный кусок. – Сыта. – Чем? Чаем своим? – Я перед тренировкой ела, – подняв ноги на стул и обхватив их, Лиза смотрела на почти пустую тарелку, – И что ты будешь делать с тем парнем, который тебе денег должен? – Ниче, доебывать, пока долг не отдаст, – проглотив последнюю ложку, Кислов немного отодвинул тарелку от себя, тоже поднимая ногу на стул, но только одну. Сомкнув губы в одну линию, он оглянул кухню, возвращая зрительный контакт с девушкой, – Чай, может? – Хорошо, – поднявшись со стула, Лиза нажала на кнопку чайника, включая его. Достав с верхнего ящика, тот же ягодный чай, она раскидала пакетики в большие белые кружки, дожидаясь быстро вскипячённую воду. – Вот это сервис! – негромко воскликнул парень, протягивая руки, чтобы забрать свою кружку, но Лиза прошла мимо, уходя в коридор, слыша короткое возмущение кареглазого, – Эй! – Пошли, – даже не оглядываясь, она прошла в квадратную арку, разделяющую небольшую гостиную и коридор. Включив кружкой свет, Лиза уселась на закрытый серым покрывалом объемный диван, протискиваясь между оставленными матерью вязанными небольшими покрывалами, которые можно было накинуть только на стулья в силу их размера, и разными, неподходящими по стилю подушками. Ваня остановился в проходе, с опаской смотря на балерину, ровно сидящую на диване с двумя кружками горячего чая. Она словно не двигаясь, застыла смотря на остановившегося парня в ответ. – Почему не на кухне? – спросил Кислов, подозрительно щуря глаза, будто бы он сам не уходит к себе в комнату с целым подносом еды, лишь бы не сидеть за столом. – На кухне нет телевизора, – кивнув на небольшую плазму, заставленную стенкой-шкафчиками напротив, протянула кружку медленно подходящему парню, – Я в субботу не смотрела новый выпуск экстрасенсов, сейчас будет повтор. Кислов хрипло засмеялся, наблюдая, как Лиза переключает каналы за каналами в поисках нужного. Усевшись поудобнее, он оттянул немного скомканного крупновязаного пледа на свои подмёрзшие колени с ног сероглазой, тем самым приближаясь к ней ближе и соприкасаясь бедрами. Найдя наконец нужный канал с тремя буквами в правом верхнем углу, на экране уже показывались для парня странные люди, одетые во все черное и о чем-то активно спорили, вызывая у кареглазого лишь искренне непонимание, как это можно смотреть. Но Лиза стала активнее с появлением передачи на экране телевизора. Подперев под себя ноги, но отведя их в сторону, чтобы те не так быстро онемели, она словно под гипнозом уставилась в экран, отпивая горячий чай. – Тебе правда это интересно? – повернувшись к Лизе, он получил кивок головы, направленной в телевизор. Он вздернул бровями, осознав, что та даже не повернулась к нему, – Ладно. Кислов тихо вздохнул, ведь надеялся получить внимание от девушки, которая внезапно пригласила его в гости. Она накормила его, напоила, отогрела, и просто уткнулась в телевизор, не смотря на него даже и секунду. Парень правда пытался найти для себя что-то интересное в телепередачи, чтобы также увлеченно смотреть за происходящими событиями. Но отсидел буквально меньше пяти минут, он уткнулся в телефон. Лиза все время, что-то комментировала парню, объясняла кто кем является, даже, когда он не спрашивал, если он, конечно, вообще спрашивал. В один момент плечо Елесеевой потяжелело от веса головы парня. Ваня побольше натянул на себя дырчатого пледа на себя, сильнее кутаясь и снова уткнулся в телефон, увлеченно переписываясь с парнями.   Лиза периодически отвлекалась на пиликанье телефона парня, но решалась попросить того выключить звук, пока не закончилась серия. Телефон умолк буквально на пару минут и стал снова разрываться от уведомлений. Елесеева повернулась на источник раздражительного звука в руках Кислова, который никак не реагировал на многократно пиликающий мобильник. Ваня продолжал лежать на плече девушки, а так небрежно лежал в его руках, будто сейчас соскользнёт и провалится в щель между подростками. Уведомления так и приходили. Менялся только текст сообщений, а вот ярко-розовая иконка приложения с именем отправителя оставались прежними. Жирный ник «Alina» перестал моментально всплывать и перекрывать прошлые уведомления, оставляя последнее сообщение с текстом «Так ты придешь?)». Единственное сообщение из множества отправленных будто бы само попросило Лизу взглянуть на него и прочитать. Аккуратно вытащив с расслабленных рук черный телефон, Лиза открыла панель управления, устанавливая режим вибрации, чтобы не звенел так громко, отвлекая ее от пропущенного выпуска. Вибрация резко и достаточно сильно раздалась в небольших руках, пугая Елесееву, да так, что она дернулась. «Я скучаю» - гласило новое сообщение от того же отправителя. – Ты че? – хрипло спросил Кислов, поднимаясь с дергающегося плеча. Лиза протянула телефон владельцу, наблюдая, как тот потирает слипшиеся глаза. – Тебе тут писали много. Я звук отключила. Ваня взял телефон с девичьих рук, убирая яркий экран от заспанных глаз. Парень буквально минуту с непониманием разглядывал множество уведомлений и убрал телефон на пол, будто бы тех сообщений от скучающей девушки он и не увидел. – Похуй, – только и ответил он, ложась на ноги к Лизе, снова закрывая глаза. Елесеева сидела не двигаясь с поднятыми руками, будто бы она что-то сломала и боялась сейчас к этому притронуться. Но для нее это так и выглядело. Сообщения от девушки, которая скучает и ожидает прихода кареглазого, на которые он никак не отреагировал, кроме скорчившегося лица выбивали ее из колеи вместе с засыпающим на ее ногах Кисловым. То, что парень не сорвался с дивана и не отправился к зовущей его девушке, переворачивало с ног на голову все знания Лизы о Ване. Рита часто рассказывала, что парень является частым компаньоном у красивых девушек. Сама Лиза часто замечала его не только в компании двух его одноклассников, но и с игривыми девочками, которые то и дело пытались привлечь внимание парня к своей персоне. Лиза только вернув все свое внимание мистической передачи, снова озадаченно посмотрела уже на спящего парня, не понимая куда деть свои руки, которые так и просились уложить их на кучерявую макушку. Медленно опустив руки, опасаясь еще сильнее поломать парня, Лиза невесомо уместила их на отросшие волосы, боясь разбудить Кислова. Выпуск закончился очередным спором между участвующими в битве плавно перетекающий в спорт в начале другого выпуска, премьера которого была в прошлом году. Серые глаза с каждой минутой, недавно просмотренного испытания для экстрасенсов, слипались от усталости, пока тонкие пальцы перебирали волнистые локоны, греющего худые ноги словно кот, парня.  Веки стали тяжелее, окончательно унося Лизу в царство Морфея в сидячем положении, согреваясь теплом чужого тела. Зудящая вибрация оставленного на полу мобильника Кислова разбудила подростков, вынуждая их раскрыть глаза в окутанной утреннего мрака небольшой гостиной. Телевизор больше не воспроизводил мистическую передачу с середы ночи, отличившись благодаря таймеру. Темень раннего утра освещалась подъездными высокими фонарями, бросая небольшие теплые лучи на старый ковер с многочисленными узорами. Ваня опустил руку с дивана в поисках вибрирующего телефона, не поднимаясь с ног уже лежавшей и потиравшей глаза Лизы. – Да? Прости, я у друга уснул. Не, не знаешь его. Да все норм, ма, я просто вырубился. Да ниче я не принимал. Лан, скоро приду. Ма, ну прекращай уже, а. Не опоздаю я, давай. – сбросив звонок, Ваня еще пару секунд смотрел на горящий экран своего телефона и отбросил его куда-то к себе в ноги, поднимаясь выше к сонной Лизе, перемещая свою голову с ног на ее живот, – Пиздец, половина седьмого. Лиза сквозь сон промычала, соглашаясь с возмущениями парня, рука которого тяжело опустилась на ее туловище, обнимая ее под тяжелым вязаным пледом. И вот опять она ощутила то непонятное чувство внутри грудной клетки. Приятное и тревожное давление стискивала легкие, пока тот пытался удобнее уместиться на небольшом диване, обнимая Лизу. Это же чувство она и ощущала, когда Ваня сместился с ее плеча на бедра. И не то что бы ее пугала эта неизвестность, которую она проходила уже с Громовым, она просто не планировала обзаводиться какими-то чувствами к парню, который пытается вернуться в спящее состояние рядом. Лиза не понимала, как ей себя вести в такой момент рядом с Кисловым. – Почеши еще раз голову, как вчера. – вдруг тихо попросил Ваня, вгоняя в краску не до конца проснувшуюся Лизу, которая и не думала, что он будет во сне чувствовать ее руки. Неуверенно просунув длинные пальцы через волнистые волосы, подушечки пальцев стали осторожно массировать кожу головы, – Вот так бы весь день пролежать. Лиза смотрела на нежившегося под своими пальцами парня, все крепче и крепче обнимавшего ее за талию. – Тебя потеряют, – напомнила Елесеева, продолжая уже более уверенно проходиться пальцами по голове Кислова. – Еще чуть-чуть полежу так и пойду, – словно промурчал, поднимая голову вместе с руками Лизы, чтоб взглянуть на нее, – Хорошо? – Хорошо, – тихо согласилась та, прикрывая веки, не прекращая массировать кучерявую голову парня. Кислов пролежал бы так весь день, если бы не снова звонок от матери, спустя час после прошлого. Лениво собрав все свои вещи и уже дожидаясь, пока сероглазая откроет дверь, он устало упирался о стену. – Что вечером делаешь? – смотря на Лизу, прокручивающую уже третий замок на входной двери, он отпрянул от стены, останавливаясь перед раскрытой дверью. – Пока ничего не планировала. – Может посидим? – никаких похотливых ухмылок и игривых взглядов, которые так привыкла видеть Лиза на его лице, она не увидела, кроме серьезного выражения, ожидающего ответ на его предложение. – Хорошо, – кивая согласилась та, зачесывая пальцами выбившиеся из-за сна пряди на макушку. – Я напишу, ок? – переступая через порог, спросил Ваня, получая еще один слабый кивок от все еще не проснувшейся за это время девушки, прежде чем она помахала ладонь и закрыла дверь. Выйдя из теплого подъезда лицо сразу обдул холодный ветер, вынуждая парня прятать лицо по самые уши в высоком воротнике куртки, ежась от утренней погоды. На улице уже посветлело, что позволяло не вляпаться в лужи от вчерашнего дождя, раскиданные словно минное поле. Проходя один ветреный двор за другим, встречая идущих школьников на учебу, Кислов перепрыгивал очередную чуть подмерзшую лужу, подходя уже к небольшой детской площадке рядом с его домом. Дверь в квартиру и не пришлось открывать ключами, квартира не была заперта, а мама парня уже стояла в небольшой прихожей, поправляя свои уложенные локоны перед настенным зеркалом. – Привет, – поздоровался Ваня, прикрывая за собой дверь и снял с себя уличную одежду. Мама тут же отпрянула от собственных прихорашиваний, подходя к сыну и обнюхивая его, – Ма, да не курил я! – Почему тогда не предупреди меня? – взволнованно спросила та, с непониманием смотря на своего ребенка, держа его за плечи, – Почему на звонки с сообщениями не отвечал? – Да я же говорю тебе, я спал! Я тебе же сказал, что поздно буду. – уже нервно повторился парень, высвобождаясь из нежного захвата родительницы. – Но не утром же, Вань. Я же переживала. – женщина словно хвостик, направилась за своим ребенком в его комнату, наблюдая, как тот роется в деревянном шкафу в поиске одежды. – Ну я жив, здоров. Все окей, – натягивая на себя черные джинсы, которые только и остались из чистой одежды в шкафу, он показал большой и указательный палец скрепленные в кружок, стягивая с себя двухдневную футболку, меняя ее на похожую широкую футболку с длинными рукавами и непонятными надписями, – Не в первый раз же. – В этом и дело, Вань, что не в первый раз. Начни хотя бы предупреждать меня, что ты не появишься дома. Сколько ты мне еще бессонных ночей доставишь? – расстроенно спросила блондинка, застегивая замок висящей кофты на сыне. – Ладно, – невесомо, почти не касаясь своими губами щеки матери, согласился Ваня, – Иди, на работу опоздаешь. – Удачного дня. – пожелала мама, скрываясь в коридоре под звук щелкнувшей ручки входной двери. Скидывая в большой портфель первые попавшие под руку тонкие тетради с задрюченными учебниками от старых учеников, Ваня отправился в прихожу в след за матерью, даже не затягивая лямки рюкзака, оставляя дырку через которую можно было просмотреть все содержимое черного портфеля. Уже раскрыв дверь, дабы выйти из квартиры перед ним стояло двое друзей на лестничной площадке. – О, вы че тут забыли? – поздоровавшись с каждым странным рукопожатием, состоящим из нескольких действий, уперся в дверь, закрывая дверь на замки. – Ты где вчера был? – спросил Хенкин, подрываясь за быстро спускающимся по лестнице другом. – Нас все вчера твои дамы вопросами замучали. Даже мама твоя мне писала, спрашивала не с тобой ли я. – объяснил Егор, поправляя шарф, сползающий из-за ветра. – Дела появились. – не стал рассказывать о внеплановой ночевке у девушки, про взаимоотношения с которой уже спрашивал Мел, частично соврал Кислов. – Говорю же, он толкал вчера опять. – тихо возмутился Боря, равняясь с одноклассниками на широкой тропинке. – Да не толкал я, – прошипел Ваня, несильно толкая блондина в сторону, – Встреча у меня была. – Всю ночь? – с задором спросил Мел, сразу отскакивая от брюнета, чтобы тоже не получить вероятно уже сильный толчок, от которого он сможет упасть на холодную землю. – Алина твоя нас доконала. Весь вечер терлась рядом с нами. Кис, ты хоть нас предупреди, что тебя не будет, – серьезно попросил Боря, упрекая того в позднем отказе. – Да ебать, я че каждого должен посвящать, где я сейчас, – почти закричал Кислов, перебивая Хенкина, – Че вы доебались то? Я же написал, что меня не будет. – Да, но после того, как нас половина города спросила где ты, – тоже упрекнул Егор своего друга, но с улыбкой на лице, в отличии от Хенкина. Развернувшись лицом к друзьям, а спиной к приближающимся школьным воротам, тыча на расстоянии в провинившегося Кису, устремляя свой взгляд куда-то сквозь кареглазого. Пальто скукожилось из-за резко поднятой руки, махавшей из стороны в сторону, а лицо Меленина расплылось в более широкой улыбке, – Доброе утро! Хэнк с Кисой обернулись себе за спину, направляя свои взгляды за предметом его счастливого лица, ожидая увидеть за собой Бабич. Но девушки там не было. Вместо нее под руку шла Рита, активно тряся рукой из стороны в сторону и Лиза, поднявшую пятерню из-под обнимающей ее локоть руки блондинки. Кислов вернул свой более нахмуренный взгляд на своего одноклассника, не понимая кому он так сильно обрадовался. Милой блондинке, которую он вечность отшивает или русоволосой, с которой по его словам он немного общается? – Под ноги смотри, а то ебнешься еще, – громко шмыгнув носом, Киса засунул руки в карманы обходя парней и зашел первым на территорию школы. – Кис, ты че? – смеясь спросил Хэнк, догоняя с Егором ушедшего вперед друга. – Ниче, за друга беспокоюсь. Просиженный бездельем, смехом и краткими конспектами урок сменялся на такой же урок. Менялся только предмет, позволяя ученикам не сойти с ума от долгого изучения одного и того же предмета. Но Кислову медленно что-то конспектирующему в тонкую тетрадь помогал сходить с ума голод, а не учеба. Последний раз он ел вчерашним вечером у Елесеевой в квартире, что сейчас довольно громко озвучивалось в глухом кабинете ближайшим по партам одноклассникам. Долгожданный для всех старшеклассников звонок раздался по всему учебному заведению, подавая им сигнал о наконец-то закончившемся четвертом уроке, после которого все смогут отправиться в столовую. Тишина в кабинете строгой учительницы истории раздался хохотом, громким шуршанием летящих в портфель учебников, задвигающихся со скрипом стульев и быстрых шагов учеников, которым так норовится добраться до буфера. Но у классного руководителя другие планы на Кислова с гудящим от голода желудком. Светлана Владимировна просит остаться его ненадолго под негромкие разочарованные вздохи парня. Пятиминутный диалог о его прогулах, на которые скоро перестанет закрывать глаза классная руководительница, закончился угрозой оповестить родителя о более серьезном разговоре с глазу на глаз. Влетая в шумную столовую Кислов направился к небольшому столику на шесть человек, за которым он обычно с парнями сидел, поедая по несколько единственных вкусных супов. Даже не дойдя до излюбленного ими места, он заметил, что стол пустует, а друзья находятся в другой стороне за чужим столом. – Мы что, переезжаем? – спросил Ваня, громко усаживаясь на серый стул без спинки, с недоумением оглядывая парней в компании девушек. – Только на сегодня, – Егор пододвинул тарелку, наполненную пюре и золотистой котлетой, толком не отвлекаясь от диалога с Елесеевой, – Я взял тебе. Ты хочешь сказать, что весь смысл в том, что он не знал про ее любовь и поэтому покончил с собой? – Да, – с задором согласилась Лиза, стискивая зубами с ложки горячий ломтик картошки из супа. – Но главная героиня остается страдать от скорби и сойдется с другим мужчиной, к которому ничего не чувствует. – подхватила Катя, объясняя концовку их танца. Кислов не понимающий, о чем говорят ребята хмуро посматривал на каждого по очереди, прожёвывая горячую котлету с хрустящей корочкой, останавливая свой взгляд на Хенкине, который сидел во главе маленького стола.  – Танцы обсуждают, – отмахиваясь, тихо ответил блондин на немой вопрос одноклассника, – Еще в коридоре диалог начался. Пока Ваня не отводил взгляда от сидящей напротив Елесеевой, та прятала свой взгляд либо в тарелку с горячим водянистым борщом, либо на заинтересованного Мела, который все не мог перестать спрашивать о балете у девушек. Достав свой телефон, Киса не отвлекаясь от еды, в которой так нуждался его организм, открыл диалог с Лизой, печатая ей сообщение. Тихий звук уведомления отвлек сероглазую от разговорчивого парня. Лиза посмотрела на экран своего телефона и ничего не ответила, переворачивая его крышкой к белому потолку столовой. Ощутив слабый толчок в стопу, Елесеева с недоумением посмотрела на сидящего напротив Кислова, показывая лишь одними глазами на перевернутый телефон, которому она не уделила должного внимания. Иван Кислов «Во сколько мне прийти?»

Елизавета Елесеева

«7-8?»

Иван Кислов «Че делать будем?» Лиза отодвинув недоеденный школьный обед, подперла рукой свою голову, более заинтересованно и с еле видимой улыбкой смотрела в открытый диалог.

Елизавет Елесеева

«Не знаю»

«Спать?»

Иван Кислов «Я выспался кста» «Купить мб че надо?»

Елизавета Елесеева

«Не стоит»

Отложив телефон в сторону, Елесеева подняла свою голову и уже упираясь сложенными руками на стол, смотрела за разговаривающими Егором и Катей. Только вот Хэнк, которому был открыт весь обзор на стол и сидящих за ними людей, наблюдал за Лизой и Ваней. Лиза поймав на себе заинтересованный взгляд парня, который поглядывал то на нее, то на Кису, заставил ее смутиться до появления румянца на щеках. Поняв, что блондин наблюдал за ними все это время, пока они переписывались о встречи, которую не хотели обсуждать в компании ребят, Лиза немного испугалась. Боясь, что расспросов будет больше, чем с появлением их фотографий в школьном паблике своей подруги, Лиза отвела взгляд от Хэнка, поворачиваясь к Ване. Его взгляд бегал также как у Хэнка и у Лизы, только вот блондин смотрел на них с прищуром, пока они с широко раскрытыми глазами, будто их подловили на чем-то противозаконном поймали, смотрели на друг друга. Все это смотрелось очень странно, Катя и Егор, которые даже не обращают внимания на эту троицу, возбужденно обсуждают что-то и ребята, которые безмолвно, только взглядами пытаются что-то выяснить. – Я курить, – подорвался Киса, подхватывая свой черный портфель с пола, быстро уходя из-за стола. – Я тоже, – провожая взглядом кареглазого, сказал Боря, пытаясь догнать стремительно уходящего друга. Мел, не уловивший суть такого быстрого ухода своих друзей, лишь успел посмотреть им в спины, которые все сильнее терялись в толпе школьников. – Чего это с ними? – спросил Егор, поворачиваясь к Лизе, которая лишь плечами пожала, пододвигая к себе тарелку супа.   Холодный линолеум с рисунком паркета из темного дерева обжигал разгоряченную кожу Лизы, лежавшей на полу в своей комнате в позе лягушки, рассматривая в телефоне ленту с новыми фотографиями людей, на которых она была подписана. Остановившись на фотографии, на которой были запечатлены трое парней, рассматривая ее. Егор выставил снимок со своими одноклассниками, стоявшие по-братски в обнимку среди толпы подростков в том самом заброшенном здании, где происходят их пьяные тусовки. Втроем они оттопырили указательный палец и мизинец то ли показывая знак рока, то ли говоря «я люблю тебя» на языке жестов, но Лиза склонялась больше к первой версии.  Увидев значок человечка в углу фотографии, Елесеева тыкает на него, проверяя отмеченные аккаунты на фотографии. Аккаунт с черной картинкой на аватарке, подписанный жирным белым текстом, как «kislov» сразу привлекло ее внимание. Страничка не встретила ее множеством фотографий. Экран занял большой белый замочек, говорящий о том, что аккаунт закрыт. И чтобы посмотреть те самые четыре публикации, триста подписчиков и пятьдесят подписок, нужно получить разрешение от владельца. Чуть не скинув телефон в сторону из-за громко звонившего домофона, Лиза поднялась с пола, вспоминая о сообщении парня, который написал, что выходит до нее около двадцати минут назад. Даже не спрашивая, кто позвонил в домофон, она нажала на маленькую кнопку, открывая дверь подъезда гостю.  Быстрыми шоркающими шагами, сероглазая забежала в комнату, натягивая на себя растянутую кофту с тяжелым капюшоном. Вернувшись в коридор, Лиза провернула все ключи на двери, щелчком открывая дверь перед парнем. Расслабленные мышцы лица танцовщицы напряглись, увидев не карие глаза и лохматую прическу, а голубую радужку в теплом подъездном свету и зачесанные назад светлые волосы. – Привет. – Привет, – застывшая на пороге Лиза, чуть прикрыла дверь, оглядывая стоящего напротив Громова, – Ты зачем пришел? – Встретиться хотел. Ты одна сегодня? – спросил танцор, заглядывая в открытую квартиру. – Нет. – Может зайдем? – Куда ты, блять, зайдешь? – спросил немного хриплый голос со стороны лестницы. Обернувшись на еще одного участника диалога, перед девушкой остановился посреди лестницы Кислов. Упираясь плечом в металлические перила, Ваня качал из стороны в сторону черным пакетом и водил языком по внутренней стороне щеки, пристально наблюдая за бывшей парой из-под свисающей челки.