Шум моря

      — Добрый вечер, Шарги.       Стражник нервически открыл дверь.       — Генерал...       — Да-да, я знаю, сейчас будет очередная сессия экстремального массажа, — Алнар сладко потянулся.       Шарги застал его сидящим на кровати, скрестившим ноги и уложившим на них ладони. Медитировал.       За два месяца заключения Алнар прослыл душевнобольным. Суд по делу смерти императрицы и пропажи её дочери постоянно откладывался: то находили новые доказательства невиновности генерала-защитника, то их отзывали, то Алнар отчебучивал что-то, что тюремным врачом называлось «маниакальным обострением» и его оставляли на «карантин». Показания он почти не давал, лишь говорил, что он не виновен, что следователю нужно достать голову из своей задницы и подумать над делом чуть лучше. Погоды это, очевидно, не делало.       Шарги мрачно достал наручники, из-за чего Алнар страдальчески вздохнул и начал канючить:       — Шарик, — стражник сморщился из-за дурацкого прозвища, — такой ты зануда... Ну я же не убегу, вы так глубоко меня упекли... Ну ты же как и я, с югов...       — Когда тебе, ублюдку, позволили проходку без них, то ты воткнул Роджеру вилку в глаз, — процедил стражник, нацепляя на заключённого наручники.       — Я бы не сказал, что он был недоволен. Он сам мне хвастался, что теперь девки ему охотнее дают, — Алнар зевнул. — Пойдём, я не хочу расстраивать Солнышко.       Шарги скрипнул зубами и повёл Алнара в глубины коридоров, в пыточную.       Это будет тяжело.       — Привет, Альберт, как матушка поживает?       — Пошёл в Никуда!       — После твоей матушки, дорогой!       Шарги пихнул Алнара в плечо, чтобы он не задерживался у камеры.       — Ты серьёзно находишь это смешным? — угрюмо спросил Шарги. — Бедняжку выловили по частям из реки.       — Угадай, — фырнул Алнар. — Уверен, это была крайне несобранная женщина! А? А? Ну ты чего, смешная же!       — Генерал-защитник!       — Бубубу, иди в Братство, там любят таких душнил, как ты, — надул губы Алнар.       Коридоры были, как на зло, пустыми. Алнар от скуки крутил головой туда-сюда. На долгое молчание его не хватило.       — А ещё раз уж у нас такой интимный променад... — начал Алнар.       — Заткнись.       — Ты обращаешься ко мне по титулу, хотя его у меня отняли, — Алнару было всё равно. — С чего это вдруг?       — Я сказал заткнуться, — процедил Шарги, хлопая себя по карманам. — Да где же...       Алнар хихикнул.       — Я бы любезно рассказал, кто умыкнул ключик, если ты бы ответил на мой вопрос, — сладко прощебетал он. Шарги скрипнул зубами.       — Привычка.       — И всё? Ни тайная симпатия, ни уважение?.. — жалобно спросил Алнар. — Ты же даже не со мной служил, а тут... Нет, я тебя помню конечно, но виделись мы только во время проверок.       — Да, просто привычка. Угомонись.       Мужчина выжидающе посмотрел на заключённого. Тот закрыл глаза, нахмурил брови и прикусил губу.       — Ну? — раздражённо спросил Томас. — Где ключ?       — Да подожди ты, я концентрируюсь, — фыркнул Алнар, облизнув губы. «До крови прикусил...» – рассеяно подумал Шарги, невольно проследив за этим действием.       Алнар распахнул глаза.       — Ключ ты героически проср-       — Алнар.       — Бубубу. Новобранец проспорил дружкам, что умыкнёт у тебя, сладко сопящего за столом, ключ.       Шарги выругался на родном языке. Алнар понимающе кивнул.       — Сиди здесь, я сейчас вернусь.       — И не подумаю, я придумал новую шутку про мать Альберта и срочно должен ему это рассказать, — Алнар развернулся в сторону своей камеры.       Шарги поймал буйного заключённого за плечи.       — Ты своим поведением на второе пожизненное заработаешь.       — Меня же вроде собрались казнить?..       — Это так важно в твоей ситуации?       — Да что ж вы все скучные такие! Я правда придумал шутку! Хочешь тебе сначала расскажу, чтобы ты удостоверился, что это правда?!       — Нет.       — Ну и иди ты... — в сердцах сказал Алнар и обиженно отвернулся.       Шарги тем временем подозвал стражника званием пониже и приказал ему принести запасной ключ. Тот смущённо промычал что-то и ушёл к посту охраны.       Шарги проводил его взглядом. Алнар до сих пор выглядел обиженным на весь мир: сидел на лавочке, надувшись, и злобно пинал лежащий на полу кусочек плитки. Мда, им пора делать ремонт...       — Вообще, — тихо сказал Шарги, — ты мне жизнь спас.       — А?       — Ты наверное не помнишь, но года четыре назад, когда были волнения в городе, в дворце случилась диверсия среди охраны, — Шарги вздохнул. — Ты мне рану перевязал. Спасибо.       Он обернулся к собеседнику. Лицо Алнара светилось от счастья.       Шарги сглотнул. Иногда перепады настроения (бывшего) генерала-защитника были частыми и крайне спонтанными. И пугающими.       Он мог обрадоваться как ребёнок тому, что в его камеру пролезла белая крыса и через минуту наорать на часового, что патрулировал мостик в десяти метрах от Алнара, из-за того что он громко топает.       — Я бываю таким добрым!       — Удивительно, — пробормотал Шарги. У него почему-то сложилось ощущение, что Алнар про это прекрасно помнил, просто хотел вытянуть эти слова из него.       — Раз уж мы с тобой секретничаем, то я тоже тебе кое-что расскажу!       — Если это опять шутка про чью-то мать, то я тебя...       — Императрицу убил наш новый регент, — резко максимально серьёзно сказал Алнар.       Шарги даже испуганно посмотрел на чужое лицо.       Алнар смотрел в его глаза. От улыбки не осталось и следа, даже голос, как показалось Шарги, стал ниже. Или он до этого специально говорил выше?..       — Он заказчик. Кто исполнитель – я догадываюсь, но не уверен до конца. Мне эта ситуация не нравится от и до.       — Генерал-защитник, Вы... Вы серьёзно?.. — обескуражено спросил Шарги. Алнар поднял одну бровь.       — Нет, просто горячая путёвка в ваш славный санаторий была моей мечтой, и я специально убил женщину, которой дорожил и даже не попытался сделать это скрытно или спрятать труп. И рану зажать попытался, но это так, мои преступные фетиши. А крошечную цесаревну, чьи первые шажки были в мою сторону, и что ждала меня из командировки больше всех на свете, тоже я умыкнул. Просто так. Из открытой со всех сторон беседки. В кустиках спрятаться попросил, пока я буду убивать её мамочку. Это же так работает, да?       Шарги искренне пытался уловить в словах Алнара ложь, но единственное, что он почувствовал – горький, пропитанный злобой и обидой сарказм.       — К чему Вы... Клоните...       — Ты два... Ладно, месяц и четыре дня, сидишь у моей камеры, следишь, чтобы я не сбежал. Мне думается, что лицо моё ты вполне запомнил. А ещё сейчас набирает популярность цветная печать, особенно фотокарточек проституток и портретов пропавшей без вести цесаревны, — ответил Алнар. На протяжении всего диалога он пристально смотрел в глаза шарги.       Стражнику становилось некомфортно.       — Бога ради, не будь как наш купленный следователь, сложи умные мысли в голове. Ты же не тупой.       — Господин Шарги, я принёс ключ!       — Да-да, давай, — пробормотал стражник, беря в руки ключ и открывая дверь.       Оставшийся путь они проделали в мрачном молчании.

***

      — Добрый вечер, Солнышко!       Шарги поёжился.       Палач с ласковым именем Солнышко не внушал ему чувства доверия. Двухметровая детина (рядом с которой даже высоченный Алнар казался низковатым), что не говорила, а лишь мычала, покрытая татуировками и, если верить слухам, поклоняющаяся лжебогу, доверия не внушала.       Зато Алнар его любил. Ну, еретик еретика...       — Как Бабушка поживает?       Солнышко что-то промычал.       — Я рад, что всё хорошо. А Лучик? Лапка зажила?       Палач радостно закачал головой и заулыбался.       — Будьте аккуратнее на улице в следующий раз. А то бросают бутылки и...       Вдруг дверь открылась. Шарги вздрогнул и отдал честь.       — Его Светлейшество, регент Херкус-       — Не видно, что тут люди разговаривают?! — прикрикнул Алнар. — Я не слепой!       — Ну, как всегда, — регент поправил галстук-жабо. Жестом он приказал Шарги удалиться.       А он был только рад.

***

      Что-то в его голове не сходилось.       Он рассматривал цветную фотокарточку юной цесаревны. Округлое личико, мягкая улыбка, светлые, почти белые волосы... Вылитая мать.       Алнар, судя по всему, улёгся спать.       «Твои волосы стали короче», – удивлённо сказал Шарги, принимая заключённого обратно в свои руки. Алнар сипло фыркнул. «Попросил Солнышко меня подстричь. Сегодня я обязан быть при параде».       Стрижка была немного неуклюжая и неровная, но выглядеть лорд-защитник стал всяко свежее.       «Кстати, завтра мы уже не увидимся. Спасибо за компанию».       Шарги раздражённо сжал перо и вернулся к отчёту. Ему было обидно.       Ему было стыдно признавать, что за это короткое время он успел привязаться к генералу-защитнику. К его глупым шуткам, его глупым причитаниям по поводу и без, глупым историям со службы... Всё это подкрепляло в нём неуверенность в том, что они взяли кого надо. Почему решение о казни приняли... Так скоро?..       Роджер принёс Алнару ужин. Заключённый в глубине камеры зашевелился.       — Можешь потом в журнале расписаться за ужин для цареубийцы вместо меня? Мне нужно отнести поднос и я свободен, не хочу лишний раз туда-сюда ходить.       — А?.. Да, хорошо, — Шарги тряхнул головой, вылезая из своих мыслей и ставя пером крестик на руке. Ему нужно быть аккуратней, а то так и уснуть случайно можно. — А кто на смену заступает следующим?       — Вроде бы Данильченко.       — О... Ну, мне не настолько много осталось.       — Ты же до девяти?       — Ну да.       — Вы точно опять не поругаетесь?       — Да я вот сам надеюсь. Хотя, осталось же всего полтора часа, за это время не так много чего может произойти.       — Не всего, а целых, и не не так много, а что-нибудь!       — Хаха, точно. Ну, давай, до завтра.       — Ага, бывай.       Коллега направился обратно в тюремную столовую. После нескольких драк с другими заключёнными во время перерывов на еду, Алнара кормили сугубо в камере.       После ухода Роджера, Шарги снова затерзали тяжёлые мысли.       Алнар вполне мог ему соврать. Но зачем? Очередная шутка? Или он пытается выбить себе алиби? Но это же не имеет смысла! Во-первых, Шарги никак не взаимодействовал со следствием, он лишь охранял подозреваемого. Во-вторых, никаких внятных доказательств он не предоставил, да и стражник до сих пор не понимал, что генерал-защитник имел ввиду, когда говорил про фотокарточки.       Их и правда было много: продавались за бесценок на каждом углу, мол, чтобы люди были больше осведомлены, как пропавшая цесаревна выглядит. Сколько денег из казны на это уходило – лжебог его знает, но... Это было и правда так удивительно... Они были хоть и хуже по качеству, но обладали насыщенными, красивыми цветами. Людей всё так же можно было различить: вот цесаревна в смешной шали, с розовыми после мороза щеками и держащая в руках ёлочный шарик, а за ней кто-то стоит и аккуратно приобнимает за плечо. Шарги сначала подумал, что это была императрица, но, присмотревшись, он понял, что это мужчина. Лица не было видно, и сам он был в перчатках и шубе. Может, это Алнар? Он постоянно жаловался на холод в камере, было бы не удивительно, если бы он зимой кутался во всё, что под руку попало.       Если это правда, то цесаревна сильно доверяла ему. От служанок из дворца, с которыми он периодически сталкивался, относя отчёты главе дворцовой стражи, он узнал, что юная наследница не любила посторонних и что найти для неё гувернантку стало непростой задачей. Малышка просто не шла на контакт с незнакомцами, не любила, когда её трогают без её желания, да и в целом любила играть одна. То, что она подпустила кого-то так близко, да ещё и позволила приобнять себя, о многом говорит. Это явно было её желание: улыбалась она искренне, а в зелёные глазах были весёлые искорки.       Зелёные глаза... Шарги затерзало чувство дежа вю. Где же, где же он их видел?! Это состояние было таким мучительным, как когда помнишь мотив песни, но слова призрачно клубились в подкорке мозга, не желая преобразовываться во что-то осмысленное. Он думал, пытался выцепить ускользающие от внимания воспоминания...       Настолько это было сложно, что от него ускользнуло то, как к нему подкрались со спины и воткнули дротик со снотворным в шею.       Над ним склонилась человеческая фигура и только в этот момент, тщетно собирая теряющий бодрствование рассудок в единое целое, он понял, что него смотрят зелёные глаза юной цесаревны на смуглом южном лице.

***

      Алнар умел быть деликатным. Когда хотел этого.       Подхватив Шарги под руки, он оттащил его в свою камеру и аккуратно уложил на кровать. Сняв с пояса стражника саблю, он закрыл дверь до щелчка.       На столе лежали какие-то бумаги. Алнар быстро начеркал записку с извинениями. Вот перед Шарги ему было откровенно стыдно: стражник был один из немногих (двух, вторым был Солнышко), кто хорошо относился к нему в тюрьме.       — Ну что?       Роджер скрестил руки на груди. Как и договаривались, он вернулся спустя пять минут.       — Как видишь, вышло, — развёл руками Алнар. — Благодарю.       — Спасибо сыт не будешь. Моё алиби?       — Мне сначала нужно тебя выслушать. Убойная штука, я не думаю, что ты после этого сможешь говорить.       Роджер вздохнул.       — Они сказали, что план с катакомбами и выходом к реке до сих пор в силе. Выходы те же, с замками полный порядок, ночью я их проверил. Идите там, где безопаснее, потому что если не побег, так пропажу второго стражника заметят довольно скоро. И выспросить что-то попытаются у тебя. А ждать тебя будут... Эээ... Лодочник вроде будет плавать от одного входа к другому. С другим стражником, который придёт вместо меня, мы договорились, он опоздает.       — Спасибо.       Алнар хрустнул шеей.       — Можешь заодно сказать, где у вас находится эликсир? Надо раны смазать.       — У выхода... Там пункт выдачи эликсира эл'Башира охранникам.       — Замечательно. Спасибо за службу, Роберт.       Стремительный выпад, голова с плеч.       И правда, вещь убойная.       — ...Вот чёрт, его же звали Роджер!

***

      Годы работы у императрицы научили его быть тихим. Потому что таскать выпивку и закуску с кухни посреди ночи нужно было максимально скрытно.       Нет, во дворце вором он не был! Просто по вечерам они с Инной любили провести время в компании друг друга, говоря о всём на свете. А под ветчину, сыр и фрукты делать это было втройне приятнее. А вот делалось это в тайне из-за двух людей: из-за их шеф-повара со сложным западным именем (Алнар, чтобы лишний раз не позориться, просто называл его Шеф) и из-за Саида, который за ночные посиделки мог страшно отругать, хотя сам, тем не менее, постоянно полуночничал.       Вот так, перебегая от одного поста охраны к другому, он потихоньку шёл к выходу. Легенды об абсолютной неприступности тюрьмы были ему на руку – в них верили и стражники, и заключённые. Последние тихо присвистывали ему в путь – такое зрелище никто ещё не видел, да и сдавать «своего» было дурным тоном. А вот первые облегчали работу: каждый второй охранник, на которого Алнар натыкался, был в лучшем случае пьян, в худшем – под китовой настойкой. Неприступность сыграла дурную шутку, стража обленилась. И как они при проверках этого не замечали?..       Он заскочил в пыточную. Солнышко должен был оставить ему кое-что.       И правда, дверца сейфа с вещественными доказательствами была приоткрыта. Пистолеты, пули и прочая ерунда Алнара мало интересовала, он искал кое-что особенное.       — О, наконец! — он выудил из глубин сейфа руну.       Он заворожено провёл по её краю пальцами, их приятно защипало. Он почувствовал прилив энергии.       Так. Его, вообще-то, ждут.       Спрятав руну в жилет – она стала приятно греть у груди, – Алнар вернулся в допросную. Бросив беглый взгляд на стол, он обнаружил пластинку для голосографа, на которой было выведено «допрос Алнара Р.», дата была сегодняшняя. Чудесно, это тоже с собой. Он должен вспомнить, что говорил перед уходом.

***

      Путь до выхода был лёгок. Подозрительно лёгок.       Он смог пробраться в пункт выдачи эликсира и обработать им раны. Мда, Саид бы за такое применение драгоценного варева бы прибил Алнара на месте, но у него сейчас экстренная ситуация.       Зато только он закончил с ранами, в контрольно-проходной пункт вернулись стражники и начали болтать. Алнар был вынужден сидеть под столом и слушать разговоры о казни, об огурцах, мясе, ценах в бакалейной лавке, ещё каком-то бреде... Вот и сказалась подозрительная лёгкость, ничего же так просто не бывает!       Они болтали и болтали, болтали и болтали, болтали... Пересменка рано или поздно произойдёт, его отсутствие заметят!       «В Никуда всё это!», — злобно решил Алнар.       Выскочив из под стола, он прирезал первого охранника. Второй вскрикнул и помчался к сигнализации. Алнар бы убил и его, но запнулся о тело его сослуживца.       Закричала сирена. Механические ворота в наружу стали закрываться. Думать пришлось быстро.       — Приятно вам тут оставаться! — крикнул Алнар и рванул вперёд.       На улице во всю выла сирена и высыпала стража. Медлить было нельзя.       Алнар ласточкой сиганул вниз и был таков: стражники даже не успели понять, что произошло. Выбравшись на берег, он юркнул в катакомбы.

***

      Он потерял во время побега саблю.       — И вот понимаете... Я планировал свой побег с самого начала. Ну... Не говорил вообще ничего о произошедшем покушении – мои слова же могли вывернуть как хотели! Ещё дружка нашёл, земля ему пухом... Но он такой себе человек был, к дамам приставал...       Он свесил с выступа ноги и болтал ими.       — А вот Шарик мой хороший парень! У него жёнушка есть, вот, она медсестра в больничном крыле тюрьмы... Они ребёночка ждут... Надеюсь, его не казнят, а то как-то некрасиво выйдет... Да и при беременности волноваться вредно...       Крысы смотрели на него подозрительно умными глазами. Настолько подозрительно умными, что, скорее всего, они просто надеялись, что внезапный визитёр шлёпнется со своего постамента и они наконец отобедают.       — Ах, вы такая замечательная аудитория! Так внимательно слушаете...       Вдруг сверху раздался шум. Алнар еле успел увернуться от чего-то, упавшего сверху. Ошарашено посмотрев наверх, он увидел дыру в потолке, ведущую на улицу. Оттуда донеслось пара голосов и смех.       Упавший предмет оказался... Трупом. Судя по внешнему виду, это был заболевший чумой.       — Мда... Теперь у меня есть... Друг... — брезгливо процедил Алнар. Ну, он хотя бы был мёртвым, а не больным на последней стадии чумы – они были агрессивны и бросались на всех подряд.       Вдруг его озарила идея.       — Ну всё, девчонки, я побежал. Вот вам угощение за то, что слушали мой болтовню целых... Эм... — он посмотрел в дыру. Никакой информации о времени это не дало, небо было просто тёмным. — Короче, спасибо за внимание!       Он кинул тело вниз. Умные глаза крыс сразу же сделались тупыми.       Алнар рысью бросился к вентилю, что перекрывал выход из помещения. Если бы не эта железка, то он бы сбежал отсюда ещё раньше.

***

      Людей всё ещё не было, но Алнар спешил.       Предписания о побеге заключённых из тюрьмы при дворце он знал наизусть. Во все ходы в катакомбах посылались патрули, чтобы перехватить беглеца, а во дворце вводилось особое положение: отменяются все приёмы, советников и прочих не живущих во дворце дворян отправляют домой, советуя усилить охрану, а все коридоры так же патрулировались. Правитель, сопровождаемый своими генералами-защитниками, уходит в «Безопасную Комнату» наверху. Алнар был там лишь два раза: во время экскурсии по дворцу при вступлении на должность и четыре года назад, во время волнений в городе, когда ещё и стража во дворце взбунтовалась. Ему пришлось срочно эвакуировать Инну и Шушу, императрицу тогда даже ранили, но всё обошлось. Утянутый с собой за шкирку Саид осмотрел рану и оказал первую помощь. На плече остался небольшой шрам, в который было так здорово её целовать.       Алнар грустно усмехнулся. Сейчас не время предаваться меланхолии.       Выходы, выходы... Роберт, тьфу, Роджер ещё две недели назад сказал, что ни один из трёх основных входов не подойдёт: восточный застроили после прорыва дамбы в Утопленном Квартале, центральный выходит прямо к казармам дворцовой стражи (и обычно закрыт на ключ, который был только у начальства), а западный находится впритык к реке. Зато и у центрального, и у западного входов были технические туннели, ведущие к побережью. Они были закрыты на хитрый замок авторства Оливье Фаберже, одного из технических гениев империи, поэтому вместе с снотворным дротиком и запиской от заговорщиков ему притащили два хитро сделанных ключа. Их он спрятал в надёжное место внутри жилета.       А ещё где-то по пути ему обещали предоставить оружие.       «Может я что-то не заметил?», – подумал Алнар, оглядываясь по сторонам. Пока тоннель не ветвился, да и укромных мест не было, но всё же... Возвращаться так же было нельзя, он рисковал нарваться на патруль, отправленный вдогонку.       Он вышел к сточному каналу и увидел огонёк вдали. У него ёкнуло сердце: неужели какой-то из патрулей продвинулся уже настолько далеко?!       Алнар замер, стараясь разглядеть в темноте хоть кого-то или услышать приказы командира.       Было тихо.       Он аккуратно подошёл ближе и выдохнул: никого. Это был просто... сигнальный костёр? Или что-то вроде того. А ещё там оказался внушительный чемодан.       Алнар хмыкнул и быстро набрал код 5-0-6, который ему передали заговорщики. Замок щёлкнул и Алнар даже ахнул: какие богатства там были! Небольшой арбалет, болты к нему, какие-то ключи и чудного вида коробочка. Взяв её в руки, он с удивлением обнаружил, что это что-то, похожее на рукоятку меча.       Что это за шутка! Ему нужно нормальное оружие, а не его кусок!       Повертев вещицу в руках, он заметил какой-то рычажок. Из любопытства, Алнар решил его переключить. Он оказался довольно тугим.       Вдруг, рукоятка щёлкнула, стремительно раскрылась, чуть ли не прищемив ему руку, и из неё выдвинулось лезвие. От испуга Алнар вскрикнул и выронил её на пол.       — Вот же..! Дерьмо! — в сердцах выругался Алнар. Ему могли бы хотя бы положить записку о том, как пользоваться этим клинком!       Потратив пару минут на изучение принципа работы оружия и прицепив арбалет к поясу за удобно приделанный крючок, он отправился дальше.

***

      По пути ему встретилась парочка рисунков на стенах и ловушек, оставленных преступными группировками. Мда, они встречались прямо под дворцом, ещё и непонятно каким образом. Алнар думал, что всё же ключ от входа со стороны казарм кто-то раз или два умыкнул и сделал себе слепок. Ну, или пользовались входом со стороны реки, или ещё что... Это не так важно.       Он скептически рассматривал рисунок с «гербом» так называемых Костоломов (с которыми у него были личные счета), как вдруг он услышал голоса.       — Ради одного преступника такая куча народу-то посредь ночи? Я понимаю-с, что он бывший защитник короны, но уже почти полночь.       — Рядовой, ты дал присягу государству и подписал трудовой договор.       — Но всё же, — протянул стражник. — Сколько тут народу? Только в нашем отряде пятеро, а в остальных того гляди больше людей! И это ради одного преступника!       — Так обязывают предписания.       — Да... Я один с ним справился бы!       — Послушай, рядовой, — раздражённо ответил глава отряда. — Однажды я тренировался с этим арапом, потом две недели пролежал на койке. Быстрый, как молния, сильный, как пантера. Он ещё извинялся ходил, мол, не думал, что я такой хрупкий окажусь.       — ...Брешите... — ошеломлённо сказал рядовой. — С югов же только торгаши и потаскухи едут...       — На любое правило есть своё исключение. Ты лучше если его увидишь побольше пошуми перед смертью, окажешь пользу остальным.       Алнар фыркнул. Он почувствовал себя настоящей знаменитостью.       Выглянув из-за угла, он увидел люк в полу. Заглянув в него, он увидел, что внизу было какое-то другое помещение. Вела туда узкая лестница, а внизу расположился стражник, что что-то злобно бормотал. Судя по виду, ему было лет двадцать, значит, это был тот рядовой. Его начальства нигде не было видно.       Стремительно спустившись вниз, он стукнул юношу рукояткой меча по голове. Тот рухнул на пол, но живой – убивать мелочь было ниже его достоинства.       Он направился далее. Спрятавшись за ограждением, Алнар услышал, как командир отдал приказ остальным своим подчинённым. Как только шаги утихли, он показался из-за угла.       — Реванш? — мило улыбаясь спросил он.       Глава патруля, офицер, судя по форме, резко обернулся. Его лицо скривилось.       — Ты...       — Я, — Алнар принял боевую стойку. — Как мужик будешь драться или мне весь отряд вырезать?              Офицер сплюнул и принял боевую стойку.       — Мне не помешает разминка перед великими делами, — Алнар лениво осматривал противника.       — Что ты сделал с рядовым, — мрачно спросил стражник. Они начали кружить вокруг друг друга.       — Э... Приложил по голове.       — Как мило для цареубийцы, — офицер сделал выпад, Алнар в последний момент смог его отразить.       — Если тебе так будет угодно. Но я никого не убивал, — Алнар ударил в ответ. Они скрестили сабли.       — А что тогда в тюрьме сидишь?!       — Оклеветали.       Воспользовавшись отвлечением на диалог с ним, Алнар поднажал и оттолкнул противника, тот пошатнулся, но на ногах устоял. Они снова закружили вокруг, и в этот раз первым ударил Алнар, но офицер понял свою ошибку и в этот раз сражался молча.       Удар за ударом, уворот за уворотом. Никуда подери, Алнар так по этому соскучился!       Постепенно офицер становился всё злее, а Алнар веселее: ему правда не хватало разминки в заключении. Прыжок назад, стремительным разворот, удар наискосок! Он чувствовал себя таким живым. С каждым разом он бил всё сильнее и сильнее, и, если сначала это походило на игру, то теперь он разошёлся, не оставляя противнику и секунды на передышку. Его же не просто так поставили защищать императрицу!       — Алле оп!       Одним чётким ударом, Алнар выбил саблю из чужой руки и полоснул по плечу. Тот, ослеплённый болью и яростью, решил врезать ему по лицу кулаком, но Алнар быстро пробил его грудь.       — До сих пор не впечатлён.       Вынув из чужого тела клинок, он склонился над ним.       Сейчас следовало самое волнительное.       За десять лет службы на защите короны, он растерял свои особенные способности. Единственное, чему он был благодарен тюремному заключению – уйме времени для медитаций. Он смог восстановить хоть какую-то долю своих сил, но этого до сих пор было мало.       Обмакнув пальцы в чужой крови, он слизал её, закрыл глаза и... Почувствовал разочарование.       «А с моей кровью сработало!», — расстроено подумал Алнар, открывая глаза.       Именно в этот момент он остро осознал, что ему нужна встреча с ним.

***

      Остальной путь прошёл без особых происшествий.       Он старался привлекать минимум внимания к себе и вступил в драку лишь раз, но подкрепление вызвать никто не успел – уж больно хорош он был! Алнар чувствовал себя крайне довольным. Всё же, в заключении он не растерял свою хватку!       Ворота в технический туннель поддались туго. Ими давно не пользовались, да и не смазывали. Только войдя во внутрь, Алнар заметил, что нескольких прутьев решётки не хватало. Фыркнув, он подумал о том, что ни один, даже самый хитрый замок, не остановит простого мужика. Это объясняло, откуда в катакомбах взялись бандиты.       Выйдя к реке, он с тихим выдохом посмотрел на небо. Как же давно он не видел звёзд и луну...       Вдруг раздался какой-то шум. Походило на звук мотора.       И правда, через минуту показалась лодка.       — Кто здесь?.. — спросил загадочный лодочник.       — Смотря кто спрашивает, — ответил Алнар, разглядывая незнакомца. На вид ему было лет пятьдесят, одет он был скромно. Он напоминал уличного паромщика, за копейки возивших людей по реке.       — Вы генерал-защитник?       — Меня лишили титула, — хохотнул Алнар.       — Тогда я – Ваш друг.

***

      — Добро пожаловать!       Только-только Алнар сошёл с лодки, как его встретили люди. Одного он узнал сразу – он был адмиралом и пару раз присутствовал на всякого рода государственных мероприятиях. Второй, навскидку, был аристократом.       Лодочник Уолтер (как он представился во время поездки) принялся что-то смотреть в лодке. Алнар отблагодарил его и поклонился своим спасителям.       — Благодарю за радушный приём.       — Пройдёмте-с во внутрь. Ужин ждёт.       — Ух ты! А что накрыли?       — Тушёная говядина и картошка, — ответил аристократ. — Простите, что так скромно, но Данила настоящий мастер своего дела!       — Да какое скромно! — хохотнул Алнар. — После диеты на тюремной похлёбки я готов хоть живого бычка загрызть. А потом искупаться в его крови... Кстати говоря, у вас есть тут ванна? А то грязным есть не очень хочется.       — Мы... Кхм... — адмирал открыл дверь, пропуская всех во внутрь. — Да, есть. Но, наверное, стоит сначала познакомиться.       — Я Алнар, — генерал-защитник наклонился, чтобы не задеть головой дверной косяк.       — Адмирал Райан Рейд, командовал Северным Флотом до того как понизили в должности.       — А я князь Феликс Козлов, — поклонился аристократ. — Безмерно рад нашему сотрудничеству.       — А я-то как рад!       Адмирал тем временем подозвал служанку и приказал набрать ванну.       — Ванна будет через десять минут.       — Благодарю, — улыбнулся Алнар. — Раз уж мы ждём, то могу ли я поинтересоваться, где мы находимся.       — Паб «Кошкин Дом», — ответил адмирал Райан. — Прикупил его за пару лет до чумы и пригодился вот.       — Мы достаточно далеко от дворца, как я посмотрю...       — В получасе езды выход в море, — добавил Феликс. — А само здание в карантинной зоне, так что нас никто не побеспокоит.       — Заботитесь о конспирации, как посмотрю.       — Конечно! Если люди регента прознают про заговор, то нам всем... — Феликс многозначительно вздохнул. — Но, уверяю, тут безопасно. Этот район лишь попал под эвакуацию из-за близости с Утопленным Кварталом.       — Не боитесь, что сюда придут бандиты?       — У нас нечего воровать, — пожал плечами адмирал.       — А как же выпивка? В любом пабе море выпивки!       — Так а наникуда во время чумы выпивка? — фыркнул адмирал. — Это же не эликсир.       — Тоже верно, — кивнул Алнар. — И такой вопрос... Сколько людей тут находится?       — Ну... Если не считать одной проблемы, семеро.       — Какой ещё проблемы? — настороженно спросил Алнар.       — Нашего соратника, Шарпа Кутези, заподозрили в участии в противоправительственной деятельности и задержали. Но об этом завтра...       Алнар тяжело вздохнул.       — Дайте угадаю, теперь это моя работа?       — Да, — честно ответил адмирал. — Просто вопрос... Неприятный. И лучше мы обсудим его утром, когда Вы выспитесь и наберётесь сил.       — Так уж и быть, — зевнул Алнар. — Но в следующий раз говорите о своих замыслах сразу.       — Обязательно. Просто общение через посредника такой себе способ.       Поговорив о каких-то организационных моментах ещё немного, Алнар направился в ванну. Провести экскурсию по пабу и знакомство с остальными его жителями было решено завтра, при свете дня, чтобы избежать риска сломать себе что-нибудь: на ночь практически весь свет гасили, чтобы полузаброшенный паб не привлекал к себе лишнего внимания.       Ванна была второй его мечтой после побега. Блаженно смыв с себя всю грязь и переодевшись в чистую одежду, Алнар почувствовал себя ужасно сонным. Ужин принесли в его комнату, которая оказалась на чердаке. Алнар не был особо против, он наоборот любил высоту.       Съев всё до последней крошки – этот неизвестный ему пока Данила и правда хорошо готовил, – он достал перепрятанную в карман руну. Осмотрев её в руках и обведя её поверхность пальцами, он положил её себе под подушку.       Он очень надеялся, что это сработает.

***

      Он сидел на кровати.       Кап. Кап. Кап.       Крыша протекала. Он заметил это ещё когда только-только поднялся сюда.       На стуле стоял тазик, который не давал воде капать на пол.       Но сейчас вода капала вверх.       Не веря своему счастью, Алнар поднялся с кровати и открыл дверь наружу.       Никуда.       Скопление плавающих в воздухе островов с будто бы замытыми краями. Текущая из труб вода упорно текла вверх. Где-то вдалеке проплывала стайка осьминогов.       — Не ломай комедию, я в курсе, что ты тут.       Алнар вышел на середину островка и оглянулся.       — Слушай, я серьёзно. Не делай вид, что ты оглох или что ты обижен. Ты не так давно пытался поговорить со мной, но я не смог расслышать. Или ты из-за этого расстроился? Если да, то прошу меня простить: моя связь с тобой и этим местом ослабла, пока я был среди людей. Я понял, что это был ты, но... Ты меня о покушении предупредить попытался?       Тишина.       — Какой ты вредный... Я сейчас не вру тебе, понимаешь? Я правда ценю, то, что ты побеспокоился обо мне, несмотря на наши разногласия, но я не в том состоянии, чтобы взаимодействовать с тобой напрямую. Мне нужна, твоя помощь и без тебя я не справлюсь. И прошу я это, во-первых, потому что это выгодно и тебе, а во-вторых...              Закончить он не успел.       Тот, к кому он вызывал, всё же решил побаловать его своим присутствием.       Длинные белые волосы. Бледная, почти трупная кожа. Пустой, смотрящие везде и в никуда глаза.       Лжебог Эдер.       — Я уже догадался, — голос тихий как и всегда.       — ...а во-вторых, — неловко продолжил Алнар, — я извиниться хотел.       Эдер посмотрел на него.       Молчание.       — Прекрати дуться, — Алнар попытался ткнуть вредного лжебога в щёку, но тот увернулся. — Я очень серьёзен сейчас.       — Потому что у тебя проблемы, — Эдер прикрыл глаза. — В прошлый раз твоё «извинение» кончилось сразу же, как я тебе помог.       Это будет тяжело.       — Слушай, я не мог оставить ребёнка одного. Это раз. Два, я тогда был молод и глуп. Три, мне правда жаль, что тебе настолько одиноко, что тебе пришлось сломать жизнь мне, чтобы заткнуть дыру в своём сердце хоть чем-то, и что этот план всё равно не сработал.       — Ты сейчас меня обвиняешь?       — Да. Потому что, напомню, ты тоже меня сильно обидел. Особенно тем, что оттолкнул тогда, когда я тянулся к тебе сам.       Эдер промолчал.       — Просто я в отличие от тебя готов искать компромиссы и пойти навстречу, чтобы разобраться с нашими разногласиями раз и навсегда.       — Тогда лучше подбирай слова. Пока мне захотелось только отвесить тебе пощёчину.       Алнар фыркнул.       — Если тебе от этого станет легче и ты прекратишь вредничать, то бей, я даже щёку подставлю.       В подтверждение своих слов, он наклонился и повернулся к Эдеру щекой. Тот, немного погодя, склонился и коротко его поцеловал.       Алнар издал счастливый писк и резко прижал ошалевшего от такого поворота событий лжебога к себе.       — Ты тоооже по мне скучал! — его радости не было предела. — А я как по тебе, врединке древней, соскучился!       — Пусти! Я сделал это на эмоциях! — вся спесь и хладнокровие мудрого лжебога слетела в мгновение ока.       — Я тоже сейчас на эмоциях! — Алнар прижался щекой к чужой макушке.       — Не думай, что я тебя простил, — буркнул Эдер, обнимая Алнара в ответ. Сдался.       — Я тоже тебя не простил, так что не обольщайся, — ответил Алнар, чуть ли не урча от удовольствия.       Наобнимавшись, он всё же отпустил лжебога на свободу. Тот стал отряхивать свой костюм и ворчать себе под нос.       — Так ну? — злобно сказал Эдер. — Единственное, почему я пришёл сюда – ты сказал, что эта сделка будет выгодна и мне.       — Чт... А! Да! Прости, ты настолько симп-       — Алнар.       — Да брбрбр, будто в тюрьму вернулся, — фыркнул Алнар. — Ну главное, тебе будет весело.       — Я могу наблюдать за вашими весёлыми потугами в реформаторов и без вмешательства.       — А ещё мы наконец сможем быть вместе!       Эдер застыл, уставившись на Алнара.       — Я тебе не верю. Ты никогда, никогда-никогда не останешься здесь, ты...       — Да, ты прав. Я до сих пор не хочу этого. Но я могу вытянуть тебя на свободу!       Эдер прикрыл глаза.       — Слушай, я знаю, что ты сам этого хочешь. Свобода, свежий воздух, люди... Ты не будешь смотреть на мир отсюда, ты сможешь быть его частью!       — Ал. Ты сам прекрасно знаешь, что для этого нужно.       — Да, имя, я помню, — кивнул Алнар. — Но я, кажется, знаю, где его искать!       — Кажется. Гарантии нет, а что-то от меня требуется уже, как я понимаю.       — Ладно, тут ты прав, но, как минимум, я не сдамся, если моя догадка окажется неверна. Я буду искать так долго, как потребуется. И я буду тебя навещать, хорошо?       Эдер, видимо, обдумывал предложение Алнара. Поднеся пальцы к губам, он тихо спросил:       — Это зависит от того, что ты хочешь.       — Твою метку.       Эдер вскинул брови.       — Это ещё зачем? Ты же... Ну...       — Как я уже сказал, моя связь с Никуда ослабла, — Алнар развёл руками. — Если ты поделишься со мной силой, дела всяко лучше пойдут. Я не жду знака как у твоих «избранных», мне просто нужен... Эм... Мостик с этим местом.       — Всего лишь? — недоверчиво спросил Эдер. — Почему не полноценная метка?       — Ну, ты же вроде только восьмерых отметить можешь и обычно все места заняты. Да и мне большего и не надо: я просто восстановлю свои силы, и ты можешь её убрать. Просто если я смогу пользоваться своими способностями, то буду тебе полезен, да и до цели доберусь быстрее. А это тоже в твоих интересах.       Эдер подумал ещё немного.       — Хорошо.       Алнар с готовностью протянул руку. Эдер накрыл её своей ладонью.       — Будет щипать.       Процедура была не такой болезненной, как настоящая метка: однажды Алнар видел, как Эдер вручал её новому человеку и тот скорчился от невыносимой боли. А он почувствовал лишь лёгкое покалывание.       — Готово.       Алнар осмотрел результат заклинания. На его руке появилось нечто вроде татуировки в виде «еретического» знака. Сжав и разжав руку он, попробовал переместиться на другой край острова, что у него с успехом получилось. Во второй раз вышло так же хорошо.       — Я уже и забыл как это прекрасно.       Он посмотрел лжебогу в глаза.       — Жди меня. Я вернусь с победой.

***

      Карандаш шуршит по бумаге.       Вот изящная мордочка, длинные ноги и шикарная шерсть. Сдув с глаз отросшую чёлку, она стала старательно выводить буквы. П... Л... А...       В дверь постучали.       Раз, два, три... И раз, два.       Она отложила карандаши.       — Какие новости? — она села скрестив ноги, как папа.       — Саша...

Он сбежал.